Ирония судьбы или... какого черта?

      Наконец, Тардис взмыла с парковки и зависла в открытом космосе. Вокруг мирно летали смертельные метеориты, словно опасливо обходя синюю будку стороной. В консольной комнате мигали лампочки, и играла, невесть откуда взявшаяся, музыка «Мендельсона». Свадебный марш торжественно звучал, будто насмешливо растекаясь по всей живой машине. — Почему ты застряла здесь, Секси? — обиженным тоном выпалил Одиннадцатый.       Тардис зашумела, как бы давая ответ, но Доктор не мог или не хотел понимать. Вдруг включился интерфейс с голографическим изображением Ривер, но вместо того, чтобы слушать его, таймлорд начал опять получать череду воспоминаний. Очень провокационных, нерво-уничтожающих, а порой и мучительных… Ривер его наказывала, заставляя бояться, ревновать, шокировала его своими поступками, нагло вмешиваясь в историю, и, ходя на грани опасных парадоксов, способных перевернуть время с ног на голову. Вот она чуть не вышла замуж за Наполеона, который затем мечтал завоевать весь мир для нее. Потом она отбила Цезаря у Клеопатры, а саму Клеопатру заточила в монастыре. История была под угрозой. Особенно, когда она свергла Елизавету Виргинскую и заняла трон вместо нее. Шок-шок, один сплошной шок и хаос! И каждый раз Одиннадцатый не знал в какую временную зону ему лететь.       Но, внезапно, все стало еще хуже. Ривер начала вмешиваться в его собственный таймлайн. Она была повсюду. Рядом с Первым, который отправлял Сьюзан в школу. Рядом с Tретьим, который основал ЮНИТ. Рядом с Четвертым, у которого закончился запас мармеладок. Вместе с милым Пятым, спасающим Пэри. За компанию с безумным Шестым, который для виду крутил педали велосипеда, обманывая свою спутницу. Тут-то и всплыли пропавшие мармеладки, которые Ривер ему принесла, предварительно украв их у Четвертого. И, наконец, самое опасное — она оказалась в очень двусмысленной ситуации с Восьмым, который еще даже не помнил кто он. На этом воспоминание Одиннадцатый окончательно поперхнулся, и у него пропал аппетит. Затем последовала череда жестоких пощечин, которая досталась Девятому, Десятому и ранней регенерации самого Одиннадцатого. И под конец, Доктор уже боялся, что она вернется.       Поэтому, когда она вернулась, он даже не знал, что сказать. — Сладкий! — прямо у входа выпалила профессор Сонг. — Срочно принеси мне соленого огурчика, я подустала.       Он посмотрел на нее и в шоке застыл, глядя на огромный живот, который она бережно поглаживала. — Даже не спрашивай, кто отец, милый… — ехидно заметила миссис Доктор. — Кажется я случайно соблазнила парочку твоих инкарнаций, — смущенно добавила она. — Боги Галлифрея! — выпалил изрядно шокированный парень-бабочка и, пошатнувшись, упал в капитанское кресло. — Вот только не надо осуждений, мы не дети, а ты мой муж. И потом Восьмой и Пятый, такие лапочки, а Шестой очень агрессивно настаивал, желая отблагодарить меня за мармеладки. — Нет, ты просто шутишь… Это сон… — пробубнил он, смахивая пот со лба тыльной стороной ладони. — И да, не забудь мне принести чего-нибудь сладкого, сладенький! — требовательным тоном подытожила Понд, уходя в спальню.

***

      Девятый сидел и молча смотрел на то, как Ривер разговаривает с родителями. Но долго он не выдержал и вмешался в разговор: — Ты сошла с ума… Чем ты планируешь заставить меня забыть все что было? — А разве что-то было? — раздраженно выпалила доктор Сонг. — Судя по тому, что ты прошлась по всему моему таймлайну и Шестой женился на тебе ради вкусного обеда, то да, ты натворила бед! — расхохотался галлифреец. — Что за бред? — изумилась Мелоди. — А если я познакомлюсь с твоей родней и признаю тебя своей женой, ты исправишь эту катастрофу? — съехидничал Доктор. — А при чем тут ты? — тоже сыронизировала Ривер. — Если будущая «я» сошла с ума? В этом виноват Одиннадцатый, пусть он теперь и исправляет свои ошибки. — Скажи честно, почему ты выбрала Пятого, Шестого и Восьмого? Почему не меня, Четвертого или Десятого? — допытывался Девятый. — Наверно потому, что Пятый милый и безотказный, Шестой наглый и беспринципный, Восьмой растерянный и тоже милый. А на остальные вопросы лишь два ответа: Сара Джейн Смит и Роуз Тайлер… Нельзя вмешиваться в их таймлайн! — грустно протараторила Понд. — Кто такая Роуз Тайлер? — услышав незнакомое имя, встрепенулся галлифреец. — Спроси об этом самого себя через несколько лет, — погладив Доктора по щеке, ответила Мелоди. Его грустные любопытные глаза, контрастировали с широкой, но слегка фальшивой улыбкой. — Скажи это! — приобняв свою сокамерницу, пробубнил Девятый. — Ты знаешь… — оборвав дыхание, ответила она и убрала ладонь, до этого нежно застывшую на его щеке.       Сверля друг друга взглядами в безмолвной беседе, мистер и миссис Доктор, даже не заметили, что Эми и Рори уже давно исчезли, оказавшись внутри бесшумно приземлившейся Тардис. Одиннадцатый оскорбленно указал им на гардеробную, и догадливая Амелия помчалась туда. А последний Центурион многозначительно промолчал, смотря на Доктора.