Голубая Кровь

В кафе было тихо и пусто. Мы присели за самый близкий к выходу столик, и Чимин заказан нам по чашке чая. В течении нескольких минут мы сидели тихо, каждый из нас думал о том, что только что произошло. Чимин понимал, как много у нас вопросов, мы видели это. Когда нам принесли чай, Чимин начал разговор. — Это был Чонгук. Он не то, чтобы мой парень, просто… просто мне легче думать, что мы встречаемся. —  В смысле легче думать? — спросил Джин. — По правде говоря, — Чимин горько усмехнулся, взглянув на Джина. — Ты этот разговор вообще слышать не должен. Вы оба не должны, но тебя он, Тэхен, к сожалению, касается. Я вопросительно взглянул на одноклассника, сделав глоток горячего чая. Жидкость мгновенно обожгла гортань, и я закашлялся. — Чонгук, он… он необычный человек. Ему нужно, чтобы кто-то постоянно находился рядом с ним, позволял пополнять его силу и давать энергию. — Как это? — спросил я, наконец откашлявшись. Чимин усмехнулся. — Чонгук питается моей кровью. — Что? — И кажется, теперь он хочет меня убить. Мы с Джином сидели, раскрыв рты. Так значит, этого чудака зовут Чонгук, он псих, а также он питается кровью, правильно? — И ты действительно думаешь, что мы тебе поверим? — усмехнулся я. — Этот твой Чонгук, он просто псих. И даже если все, что ты сейчас рассказал - правда, его срочно нужно сдать в психушку. Я не буду подавать заявление в полицию по поводу нападения только потому, что не хочу тревожить своего отца. Но если этот урод еще раз выкинет что-то подобное, с тобой, со мной или кем-то еще, поверь мне, диагноз ему поставят где надо. Пошли, Джин. — Стойте! — Чимин вскочил со своего места и начал расстегивать свою рубашку. — Ты серьезно думаешь, что стриптиз нам поможет? — Джин сложил руки на груди. Как только Пак расстегнул верхние пуговицы рубашки, я не смог сдержать испуганного вздоха. Вся грудь, все его ключицы были в синих и темно-фиолетовых пятнах. Где-то виднелись царапины, я заметил небольшой шрам возле соска. Чимин быстро оглянулся, отмечая, что вокруг нет никого и так же быстро поправил свою одежду. — Я вам не вру, он хочет меня убить. Кажется… я думаю, что я надоел ему или, может быть, что-то другое, я не знаю. Все, что знаю, так это то, что он увеличил дозу моей крови и теперь совсем не заботиться о моем состоянии. — Сбеги, — вмешался друг. — У тебя богатые родители, так в чем проблема? Напиши заявление на него, сними побои, или как это можно назвать? Ты ведь понимаешь, что нормальные люди кровью не питаются, да?.. Неожиданно, Чимин замер. Он широко раскрыл глаза, тяжело дыша. — Вы не понимаете, — он плюхнулся на кресло. — Он не человек. Я не знаю, кто он… но явно не человек. — Как вы вообще с ним познакомились? — Я… — Чимин промолчал пару секунд. — Я не помню. Я вопросительно поднял бровь. — Всмысле не помнишь? Так, все ясно с тобой. Поднимайся, — я вскочил с места — Пойдемте. — Но куда?.. — В полицию, — ответил я, схватив одноклассника за руку и потащив на выход.

***

— Всмысле ты не знаешь ничего о нем? — прокричал я от досады. — Итак, давайте обобщим: ты не знаешь, где он живет, не знаешь его номер телефона, не знаешь его полного имени и у тебя нет его фотографий. Чимин пожал плечами. — Обычно мы с ним виделись два раза в день: утром, когда он подвозил меня к школе и вечером в том самом клубе. — Хоть номер машины ты помнишь? — с мольбой спросил я. — Не помню я, черт возьми, ничего! — Чимин со злостью пнул камень и случайно попал Джину по ноге. — Прости. — Сегодня вы встречаетесь в клубе? — Джин отряхнул ботинки. — Вот тогда можно и номера записать и кое-какую информацию выведать. Но Чимин истерично замотал головой, полными слез глаз взглянув на нас. — Он убьет меня, вчера вечером он уже пытался убить меня и в этот раз попробует. — Тогда мы идем с тобой. Сможешь организовать нам проход? Чимин кивнул под счастливый писк Сокджина. — А теперь, — друг взглянул на часы. — Кажется мы не успеем даже на последний урок. Впрочем, для нас это было не так важно. Ну, а для Чимина тем более. Рыжеволосый вызвал нам такси, и мы, обменявшись телефонами, поехали домой. Уже дома я начал задавать себе вопросы: Зачем? Зачем я помогаю Чимину, если только сегодня мы начали общаться с ним более менее? И кто вообще этот Чонгук такой? Он явно болен психически. А может это все из-за того, что мой отец служащий, и я чисто из-за этого не могу бросить кого-то в беде? Или папа прав, и гены моего дедушки шизофреника настолько сильны? Я зашел на кухню, и Широ кинулась вслед за мной. — Вот чертовка. Сосисок хочешь, да? Я потянул руку, чтобы открыть холодильник, но замер. Рисунок, что уже много лет скрывал вмятину на холодильнике, отсутствовал. — Отец, — позвал я. — Куда ты дел рисунок? — Какой рисунок? — отец зашел на кухню, взяв с полки кружку. Я постучал ногтями по холодильнику, и увидел, как отец так и замер с кружкой в руках. — Я не брал его, — сказал он. — Более того, еще утром он висел на месте. Что за?.. — Ладно-ладно, — я открыл холодильник. — Найду его. Ну или нарисую новый, не волнуйся. Я повесил на вмятину магнитик, чтобы глаза не мозолила. Вечером того же дня мне позвонил Джин. — Тэхен, Чимин ничего тебе не писал? Или, может быть, он звонил? — Что случилось? — я устало плюхнулся на кровать. — Да он мне такое странное сообщение прислал, — друг на секунду замешкался. — Блин, я не знаю, как это читается. Мне кажется, что это итальянский. — Ну попробуй, — я заинтересовался. — Мак, эм. Ту хаи ун дольсе амико. Голова беспощадно отказывалась работать. — Знаешь... эм... лучше я тебе его перешлю. Джин не соврал и спустя минуту мое сердце ушло в пятки, руки сильно вспотели, и я принялся звонить Чимину. «Tu hai un dolce amico» — гласило сообщение.