Не опять, а снова

— Хей, детка, - из-за громкой музыки в клубе, крикнул Джонсон на ухо блондинке с неплохими формами, - твои родители случайно не Боги? — Чего? - презрительно отвечает та. — А откуда у них тогда такой ангел? - пьяно улыбнулся Ларри. — Какой оригинальный подкат. Иди так соблазняй восьмиклассниц, - взяв с собой стакан с коктейлем, девушка ушла в центр танцпола и начала двигаться в такт музыки. — Чё, не дала? - усмехнулся бармен. — Да и пошла она. У меня таких как она, каждый день по три. Да девушки вообще ко мне толпой липнут, - по хвастовству и голосу было понятно, что выпил патлатый немало, - а эта лесби наверно. Ни одна натуралка не сможет передо мной устоять, да даже лесби мне отдавались, и геи! - гордо заявил Джонсон, не заметив, что противоречил самому себе, и выпил залпом, только что налитый ему виски.       Бармен усмехнулся и просто кивнул. По опыту знает, что лучше согласиться, чем потом огрести по лицу от пьяных, уверенных в себе мужиков. — Смотри, - бармен указал пальцем в диван в другом конце клуба, - спорим, что этот пацан не сможет соблазнить ту брюнетку?       Ларри повернул голову и заметил на том самом диване красивую брюнетку с длинными прямыми волосами, а рядом с ней...Фишер? Патлатый усмехается, наблюдая за этими двумя: девушка сидела с бокалом в руке, нога на ногу, а Салли положил руку ей на колено и начал неуверенно поглаживать. Джонсон прыснул от смеха, и повернувшись назад к бармену, ответил: — Ахаха, я даже спорить не буду. Я знаю этого малого, - всё ещё усмехаясь, говорил кареглазый, - ладно, пойду спасу его от неудачи. Спасибо за компанию, - отдав деньги за выпивку, парень направился в сторону того дивана, пробираясь через толпу потных танцующих тел.       Наконец подойдя поближе, Джонсон взял Фишера за руку и потащил на себя, поднимая того с дивана, и обратился к девушке, на которую у Салли были планы: — Он гей, - коротко и ясно.       Парень схватил голубоглазого за запястье и потащил в толпу, игнорируя крики брюнетки «В смысле гей?», «Как ты мог?», «Придурок!». Салли пытался вырваться из смертельной хватки, но всё тщетно. — Джонсон, опять? Я почти её уломал, а ты всё испортил! - возмущался Фишер. — Во-первых, не опять, а снова, - усмехнулся парень, - а во-вторых, Господи, не смеши! Ты не обижайся, но был бы я девушкой, я бы тебе не дал, - всё ещё пробираясь через тела, посмеялся Ларри. И вот они дошли до нужного им места - туалет. — Почему вечно, когда тебе кто-то не даёт, ты трахаешь меня в этом грёбанном туалете? - наконец Салли вырвал руку из крепкой хватки и стал потерать запястье. — Тебя что-то не устраивает? Тебе тоже не дают, так почему мы не можем утешить друг друга и снять сексуальное напряжение вместе, м? - в ответ голубоглазый промолчал, а Ларри распахнул дверцу кабинки и толкнул туда друга.       Джонсон закрыл дверь на щеколду, которая почти бесполезна, и уселся на крышку унитаза, хлопая себя по коленкам, как бы приглашая голубоглазого сесть. Тот так и поступил, сразу разместившись на паху патлатого. Младший стал целовать шею последнего, от чего тот тихонько, еле слышно, простонал. Фишер стал тереться своим пахом, о пах друга и вскоре почувствовал, что сидит на бугорке. Тут уже начал активничать Ларри, снимая с друга толстовку. Он целовал сильно выступающие ключицы, плечи, соски, от чего младший постанывал. Затем руки шатена спустились к ширинке красных джинс, и быстрым рывком расстегнули её, услышав сверху довольный выдох. Салли хитро посмотрел в глаза партнёру и медленно спустившись с его колен на пол, занялся ремнём старшего. Расстегнув его, он снял джинсы, затем боксёры тёмно-синего цвета и довольно улыбнулся, взглянув на немаленький размер друга.       Облизнувшись, он поцеловал головку, а затем резко взял член наполовину, заставляя вырваться стону изо рта шатена. Он активно двигал головой, работал языком, проводя им по особо чувствительным местам, брал почти целиком, хорошо подавляя рвотный рефлекс. Одним словом сосал он умело, что несомненно нравилось Ларри. Когда последний понял, что близок к разрядке, он резко схватил пассива за волосы, грубо оттянув его от своего органа, притянул к себе и слился с ним в требовательном поцелуе. Ему было плевать, что тот только что ему сосал, он просто хотел поцеловать того, кто сделал ему очень приятно.       До конца сняв с себя всю одежду, Фишер положил руки на плечи патлатого и стал медленно насаживаться на его, стоящее колом, «достоинство». Из губ младшего раздался приглушённый стон, когда он насадился полностью. Парни обошлись без растяжки, ведь они занимались сексом только вчера. Да, они частенько трахались в этой кабинке, а все эти попытки соблазнения девушек, лишь способ снова быть отвергнутыми и свалить на это, чтобы снова насладиться друг другом. Они даже сами не хотят признаваться себе в этом, хотя в глубине души, они надеяться, что очередная девушка не даст, чтобы заняться именно друг другом. Джонсон же специально подбирает такие подкаты и комплименты, чтобы девушка не повелась, но показать Фишеру, что он пытался.       Салли постепенно набирал скорость, и иногда случайно натыкаясь на ту самую заветную точку громко вскрикивал, а Ларри за это звонко шлёпал его по ягодицам, мол «будь потише». Фишер уже буквально скакал на старшем, иногда выкрикивая «Ларри, да!», «А-ах!», «Ларри, боже!». Последнему нереально нравилось, когда его имя стонут и кричат во время секса. Он оставлял на белоснежной шее Салли всё больше и больше засосов, которые ещё долго не пройдут.       Ещё пару движений, пару толчков, и парень с рычанием и полустоном излился в младшего. У последнего еще стоял, и он исподлобья посмотрел на партнёра со словами: — Может отсосёшь? - пошло сказал голубоглазый. — Ага, щас! - с сарказмом ответил Ларри и положил руку на орган друга. Последний вздрогнул и простонал. Несколько движений рукой вверх-вниз, и Салли кончил на руку шатена. Тот, на удивление Фишера, поднял руку ко рту, и слизал часть: — Ты вкусный...