Трансфигурация времени

У Гарри был трудный день, он снова был приглашен к Блэкам. Несколько часов ему пришлось терпеть подозрительные и одновременно высокомерные взгляды этого семейства, до последней мелочи выполнять этикет и при этом чувствовать, что они его недолюбливают… и это мягко сказано. Разве что Регулус был к нему равнодушен, но зато делал вид, чтобы походить на старших Блэков. Тонксов традиционно не приглашали, общение с ними не превышало короткую переписку в праздничные дни или случайных встреч в министерстве. Сириус тоже старался не появляться в этом доме. У Беллатрикс с мужем было слишком много дел, чтобы они вообще могли ходить в гости к кому-либо. Единственной причиной, по которой Гарри приходил сюда, была Нарцисса. Когда Гарри в первый раз сюда заявился с ней, то старшие Блэки, казалось, умрут от шока, что найдена пропавшая много лет назад дочь, причем совершенно неизменившаяся. Но от шока они отошли быстро, а дальше Гарри подвергся допросу, на него было направлено более десятка различных артефактов, распознающих ложь и карающих за нее. Сигнус и Орион долго допрашивали Поттера, вытягивая из него все до малейших подробностей, узнавая каждую деталь, в допросе пыталась участвовать Вальпурга, но эту крикливую бабу просто заперли в одной из комнат, чтобы не мешалась. Так они оказались посвящены в секрет таинственной трансфигурации времени, вернее, Гарри просто рассказал им, что такая есть, что он ее применил, а так же, какой была реальность до его вмешательства, но раскрывать, как ее использовать, он не стал. И нынешняя проблема Гарри заключалась в том, что старшие Блэки приняли решение не отдавать Нарциссу в Хогвартс, а оставить на домашнем обучении. Причин для этого было несколько… Во-первых, они очень дорожили ею, ведь с нею, с ее исчезновением было связано много горя, печали и пролитых слез, старшие Блэки пока не были готовы отдалить Нарциссу от себя. Во-вторых, они поняли, что Нарцисса оказалась рычагом влияния на Гарри Поттера, который являлся знаменитым Мальчиком-Который-Выжил, спасителем философского камня, победителем василиска, победителем Темного Лорда, победителем Турнира Трех Школ, а так же наследником славного рода Поттеров и внуком Дореи Блэк. Кстати, по этим же причинам они и терпели его в своем доме, слишком важным оказался этот гриффиндорец, чтобы отказывать ему в приглашениях. Третьей же причиной постоянного нахождения Нарциссы дома было возвращения Темного Лорда, им было невыгодно демонстрировать какую-либо связь с Поттером, дабы остаться нейтральными в этой войне. Если Поттер победит, то им будет выгодна эта связь, а если победит Темный Лорд, то можно сделать вид, что ничто и никогда не связывало Нарциссу Блэк с каким-то Поттером. Гарри в очередной раз поднял тему, Нарцисса могла бы учиться в Хогвартсе со всеми, и в очередной раз он услышал подчеркнуто вежливый, но наполненный презрительного высокомерия отказ. Что раздражало Гарри не меньше, так это поведение самой Нарциссы, в доме родителей она вела себя абсолютно так же, как и все члены ее семьи, она была такой же высокомерной, холодной и презрительной, она никоим образом не демонстрировала, что что-то может связывать ее с Поттером. Она умудрялась даже не взглянуть на него за все время его посещения. К ужасу Гарри узнавал в ее выражении лица то, какое он видел на Чемпионате Мира по квиддичу из прошлой реальности, когда казалось, будто она постоянно чувствовала какой-то мерзкий, отвратительный запах. К великому удивлению Гарри, его радовали только моменты, когда их все же посещала Беллатрикс с детьми. Ее мужа Гарри почти не замечал, так как главный мракоборец не сильно влиял на обстановку, он отвечал на презрительное высокомерие Блэков своим равнодушным высокомерием, разве что мог задать пару нейтральных вопросов о квиддиче, учебе или желании стать мракоборцем у Гарри, имитируя дружелюбность. А вот Беллатрикс, даже придерживаясь всевозможных правил, умудрялась вносить оживление. Ее взгляды, касающиеся политики министерства в отношении прав мракоборцев, в отношении маглорожденных и полукровок, заставляли возмущаться и краснеть сразу всех. – Беллатрикс, леди не достойно так высказываться в темах, касающихся политики. Это исключительно дело джентельменов, – как-то высказался Сигнус. – Может быть, мне стоит устроить здесь обыск, ведь здесь могут находиться темные артефакты, недостойные честного и благородного дома Блэков… – как бы невзначай сказала колдунья. Сигнус опустил взгляд и промолчал, давить на Беллу или делать ей замечания было себе дороже, у нее всегда было, чем ответить. И Гарри не мог отказать себе в удовольствии просто широко улыбнуться, демонстрируя, что ему понравилось, как старшего Блэка поставили на место. Когда Беллатрикс привела с собой на ужин свою коллегу и племянницу Нимфадору Тонкс, то все семейство Блэк погрузилось в хмурое молчание, только Гарри, делая вид, что не замечает этого, разговаривал с Тонкс на тему ее работы, а Белла делала провокационные заявления, заставляющие всех окружающих напрягаться. А если Беллатрикс приходила с детьми, то весь дом наполнялся шумом, спорами, шутками и смехом, в результате чего все старшие Блэки были заняты тем, что пытались читать всем нотации и объяснять, что достойно носителей крови Блэков. Но в этот раз Гарри не повезло, тут были только Блэки… Поттеру пришлось терпеть всевозможные их рассуждении об истинном благородстве чистой крови. Лишь с большим трудом Гарри смог дождаться позднего вечера, когда ему предоставили гостевую комнату для сна. Улегшись, Гарри стал ждать… Прошло не так уж долго, сон еще не начал одолевать Гарри, когда дверь в его комнату открылась, и на пороге появилась Нарцисса. Она шла гордо, выпрямив спину, высоко задрав подбородок, но при этом ее босая стопа очень плавно касалась пола, чтобы не издать ни единого звука. Гарри с восхищением смотрел, как высокая стройная девушка в одной ночнушке движется к нему, как останавливается. Лунный свет, проникающий в комнату из окна, позволяет увидеть все детально, но при этом по-другому, не так, как днем. По-другому выглядит ее белая кожа, ее слегка курносый нос, ее длинные светлые волосы. На ее лице все тоже высокомерное выражение, тоже презрение… Но не это сейчас интересно Гарри, он смотрит, как Нарцисса скидывает с себя свою ночнушку. Ее длинные стройные ножки делают шаг вперед, чтобы переступить эту одежду, она осталась в одних только трусиках. Это странное сочетание высокомерия и обнаженности возбуждают гриффиндорца, но он ждет… Нарцисса Блэк стягивает с себя и трусики, но не прикрывается, не демонстрирует стеснения, так как это недозволительно, она всегда сохраняет хладнокровие. Нарцисса подходит к кровати и забирается под одеяло, она лежит рядом с Гарри, слегка касаясь его, но Гарри ждет, он преодолевает желание наброситься на нее. Он чувствует, как в его любовнице вот-вот вспыхнет ведьмина природа. Вот его груди касается изящная ладонь девушки. Но Гарри терпит… Нарцисса прижимается к нему сильнее, она уже кладет ему голову на грудь. Маска хладнокровия постепенно рушится, она пытливо смотрит на Гарри, приоткрыв ротик. Она рассчитывала, что Гарри бросится на нее, но он вынудил ее саму начать действовать. Ее коленка дотронулась до его гениталий, она начала все сильнее давить, вызывая болезненные ощущений. Туда же устремились ее рука, ее пальчики как бы невзначай легли на его пенис. – Гарри, – мучительно громким шепотом произнесла Нарцисса. Не в силах больше терпеть, Гарри резко перевернулся и, оказавшись на волшебнице, в одно мгновением раздвинул ее ножки и ввел свой член в нее. Гарри стал быстро и резко двигаться, чувствуя, как она сжимает его. Ведьмино чрево сдавливало его с поразительной силой. Ее узость потрясала. Гарри чувствовал бурлящую в белокурой колдунье магическую силу. Ее магия, которую смог открыть Гарри, усиливалась домом, что парню казалось, будто он трахает богиню из древних легенд. Вся ее внешность была идеальной и нереалистичной, будто бы сказочной, и от этого захватывало дух, что он оказался способен заставить ее стонать от удовольствия, повторять его имя. Гарри врывался в нее все яростнее. Ее крик стал звонче, затем она выгнулась всем телом, Гарри почувствовала, как ее влагалище сокращается, и он кончил вглубь девушки. В доме раздался скрип, было слышно, как тут и там открываются двери. Нарцисса вскочила, прижав к себе ночную рубашку, готовая быстро выскочить и тайным путем вернуться к себе в комнату. Но Гарри ее остановил, он хотел другого… Он прижал ее к высокому огромному зеркалу, что стояло в комнате, приподняв ее правую ногу, он вновь вошел в ее лоно со спины и начал двигаться глубокими толчками. Нарцисса удивленно смотрела на себя в зеркало, упершись в него руками, видя буквально все в такой позе. – Они придут… нас увидят… – шептала она, – покраснев от смущения. – Да, – согласился Гарри. Так и произошло, в комнате вспыхнул яркий свет. Первым вошел Сигнус и увидел, как его будущий зять вколачивает свой орган в его дочь, как она абсолютно голая двигается, как колышется ее грудь. – Что здесь происходит?! – завопила Вальпурга. – Немедленно прекратить! – потребовал Орион. – Стучаться не учили? – спросил Гарри, не отрываясь от своего занятия. Гарри чувствовал, как дергается, как извивается Нарцисса, горя от стыда. – Вы можете потребовать от меня жениться на вашей дочери. Вы можете вызвать меня на дуэль. Я готов принять и брак, и вызов на дуэль, если вам угодно, – холодно, высокомерно и презрительно произнес Гарри. Это была своего рода месть, в которой Гарри ответил одной этой сценой за все их поведение. – Завтра обсудим брак, – быстро произнес Сигнус и поспешил выйти. Гарри стал двигаться быстрее, при этом шлепнув ладонью по заднице Нарциссы так, что она вскрикнула. Это заставило застыть старших Блэков на мгновение и повернуться на звук. Еще один звучный шлепок, и под громкий стон Нарциссы они одновременно кончили. Это был заключительный аккорд, Блэки вышли красные и полные бессильной злобы, пусть подавятся своим высокомерием, Гарри Поттер сегодня полностью обесценил их самомнение. С этого момента ему достаточно на любое их замечание ответить многозначительной ухмылкой, чтобы они просто вспомнили эту ночь и заткнулись. Юноша взял девушку на руки и вместе с ней вернулся в постель, где он стал мягко и нежно ласкать ее тело, целовать и облизывать ее замечательную грудь… – Нарцисса, а помоги мне кое-кому отомстить, – попросил Гарри. – Хм… для Блэков месть это святое… К тому же я почти уверена, что это будет что-то вроде этой сцены с моими родителями. – Ну… да! – Я согласна, – ответила леди Блэк.