Неужели я снова ошиблась?

Я мчу на бешеной скорости по ночному Лондону, игнорируя все дорожные знаки. Я просто не могу сосредоточиться на дороге. Время от времени слышу, как из машин в мой адрес летят не самые приятные слова, но в моей голове лишь фраза «только бы с ней было всё хорошо». Я знаю, что это я виноват в том, что произошло. Когда я обнаружил свой телефон на полу, сообщение Дерека с видео было открытым, значит она прочитала его. Или она всё-таки не видела его? Боже мой, зачем он вообще отправил его? Ему что, заняться больше нечем? Я уже тысячу раз проклял тот день, когда мы с ним вместе решили отдохнуть в клубе. Харрисон в сообщении скинул адрес больницы, в которую доставили Хейли. Как только я приближаюсь к нужному месту, сердце начинает бешено стучать в груди. Сразу же замечаю автомобиль Хаза. Быстро бросаю машину в свободное место и пулей вылетаю из салона. Я даже не помню, закрыл ли я её. Но это неважно. Передо мной 4 огромных корпуса больницы. Не доводилось здесь раньше бывать, поэтому я даже не представляю, где находится этот чёртов 2-й корпус. Я попытался найти хоть кого-то, чтобы спросить, куда же мне идти. К счастью, я быстро встретил какую-то девушку, которая мне помогла. Я уже иду по коридорам реанимации. Мой взгляд падает на сидящую на кушетке Джесс. Она очень сильно нервничает, это видно по тому, как её качает из стороны в сторону. Все её глаза красные от слёз. Также замечаю Харрисона, который, заложив руки за голову, мечется около дверей в операционную. Они тут же смотрят в мою сторону. — Что с ней? — задыхаясь, спрашиваю я. — Как только мы попытались зайти в палату, нас сразу же выперли оттуда. Врач в двух словах обрисовал ситуацию, сказав, что у неё сотрясение мозга, и, возможно, понадобится операция, — ответил Хаз и закрыл лицо руками. — Они с водителем такси врезались в грузовик, и их машину занесло на мосту в воду, — заикаясь, сказала Джессика, вытирая опухшие от слез глаза. — Что? В воду? Твою мать… — говорю я вслух и прикрываю рот рукой, чтобы не выругаться еще больше. Какой же сволочью я себя чувствую. Вдруг Хаз выпрямляется и подходит ко мне. — Подожди… А где был ты? Почему она уехала одна с этого гребаного мероприятия? — он с презрением и недоумением смотрит мне прямо в глаза. В горле образовался комок, который затрудняет моё дыхание. Я не знаю, что ему сказать, но врать я точно не буду. — Я вышел за напитками, когда мы стояли на террасе, а потом… — не успеваю я договорить, как появляются родители Хейли вместе с моей мамой. Я немного удивился. Из моей головы совсем вылетел тот факт, что они достаточно хорошо общаются. Отец наверняка остался на этом сборище один, он же организатор и не может уехать просто так. С трясущимися руками подбегают к Хазу его родители. — Где она, где Хейли, Харрисон? — спрашивает Миссис Остерфилд со слезами на глазах. — Мам, не переживай, всё будет хорошо. Врач сказал, что может понадобится операция, — говорит Хаз и обнимает её. — Господи, операция? — отец Хаза закрывает лицо руками. — Какая операция? Что вообще произошло?! — Мы сами толком ничего не знаем, — еле-еле произносит Джессика. — Ты должен мне всё рассказать, слышишь, — говорит шепотом она и смотрит мне прямо в глаза. Они полны ярости. В знак согласия я киваю. Обессилев, сажусь на табуретку и хватаюсь за голову. Вдруг ко мне подходит моя мама. — Не переживай, сынок, она справится, — сказала мама и сжала мою руку. — Да, справится, — убеждаю я сам себя. Через несколько минут к нам подошел врач. — Доктор, как она? — со слезами на глазах спрашивает Миссис Остерфилд. — Нам придется сделать операцию. Не хочу врать, поэтому скажу прямо: состояние тяжелое, поэтому исход неизвестен. Я вскакиваю с места и смотрю на доктора огромными глазами, как и все здесь. Мама Хейли прикрыла рот рукой и на секунду потеряла равновесие. — Нет, нет, нет, — повторяла Джессика. — Хейли, нет, — она начала плакать еще сильнее, отчего к ней подошел Харрисон и крепко обнял. Со злости я ударяю кулаком о стену рядом, но боли совсем не чувствую. Я как будто нахожусь в другом месте, не здесь. Только через некоторое время ко мне приходит осознание того, что только что сказал врач. Она не должна лежать в этой чертовой палате и бороться за свою жизнь! Всё должно быть не так! Мне хочется просто биться головой об эти бетонные стены. — Прошу вас, спасите её, — прошу я у врача. — Мы сделаем всё возможное, — отвечает он и с кучей врачей заходит в операционную. Всё время, пока проходила операция, мы находились в напряжении. Через несколько минут приехали мои братья, пытаясь успокоить меня и Хаза. Но я ничего не слышал, а просто сидел и повторял себе, что Хейли будет жить, она должна жить. Пару часов спустя из операционной вышел врач. — Доктор, как она? Она… выживет? — встревоженно вскакивая с места, спрашивает отец Хейли. — Операция прошла успешно, но она ещё очень слаба. В основном удар пришёлся на её сторону, водитель почти не пострадал. Если бы не он, то мы бы говорили о вашей дочери в прошедшем времени, — сказал хирург, собираясь идти дальше по коридору. Мама Хейли ахнула и прикрыла рот рукой. — К ней сейчас можно? — тихим голосом спросила моя мама. — Мы только что прооперировали её, так что вам стоит потерпеть. Ей нужен покой. Как только пациентка почувствует себя лучше, вы сможете к ней зайти, а пока не стоит её тревожить, — сказал врач и ушел. Мы прождали целую ночь. Я пытался уговорить свою маму отвезти её домой, но она отказалась. Мои братья тоже всё время были здесь. Под утро пришёл врач и сказал, что через пару часов её можно будет навестить.

***

Я с трудом открываю глаза и чувствую невыносимую головную боль. Мне очень сложно понять, где я нахожусь, глаза не могут выдержать такого яркого света в этой комнате. Приложив большие усилия, я всё же оглядываюсь по сторонам. Я понимаю, что это явно не моя комната и не мой дом. Смотрю немного правее и замечаю стоящую рядом со мной капельницу. В панике я пытаюсь встать, но у меня тут же темнеет в глазах. — Хейли, что ты делаешь? — говорит Хаз, подойдя ко мне и пытаясь уложить меня обратно на кровать. — Где я? — с трудом спрашиваю я. — Доктор, она очнулась! — кричит Хаз, открывая дверь. Сразу же я поняла, где нахожусь. Боже мой, это больница… Что произошло?! В палату тут же забегают мои родители. — Хейли, доченька, как ты? — с переживанием в голосе спрашивает мама. — Мы так переживали, как ты себя чувствуешь? — подойдя ко мне ближе, спросил папа. — Я… ничего не понимаю, — тихим голосом произношу я. Тут же в дверях появляется врач. — Здравствуйте, Хейли. Как вы себя чувствуете? — спрашивает он, поправляя капельницу. — Я… У меня кружится и болит голова. — Это нормально после перенесённой вами операции, — задумчивым голосом произносит доктор. — Что? Операция? — спросила я, пытаясь встать с кровати. — Так, лежите спокойно, — говорит он мне. — Миссис Остерфилд, — обращается он к моей маме, — вы можете побыть с ней, но недолго. Сейчас ей не нужно делать резких движений и напрягаться. — Хорошо, спасибо Вам! — дрожащим голосом говорит моя мама. Как только врач вышел, родители и Хаз подбежали ко мне с кучей вопросов о моём самочувствии. Я не могла их слушать. Я пыталась вспомнить всё, что происходило прошлой ночью, но мои воспоминания были размыты. — Что… Что произошло? — спросила я, глядя на Хаза. — Ты ничего не помнишь? — он удивлённо посмотрел на меня. — Я не могу сложить полную картинку в своей голове, — еле-еле произношу я. — Ты попала в аварию. В вас влетел грузовик, и машина оказалась в воде. Господи… Как так могло случится? — Подожди, ты сказал «в вас»? Том тоже там был? Что с ним? Что с Томом? — с волнением в голосе спросила я. — Мне нужно его увидеть!!! — Что? При чём здесь Том? — в один голос сказали мои родители. — В машине был таксист, но с ним всё хорошо. И тут я сразу же всё вспомнила: мероприятие, Том, Оливия, поцелуй… От всплывших воспоминаний голова начала болеть ещё больше, отчего я руками провела по вискам. — Хейли, что с тобой? Тебе плохо? — встревоженно спросил папа. — Ничего, всё хорошо, — вру я. — Кстати, в коридоре собралась огромная группа поддержки: Джессика, Том, и даже его мама и братья здесь. Хочешь, я позову кого-нибудь? — спросила мама. — Джессику, — ответила я, долго не думая. Хаз и родители сразу же вышли из палаты и позвали Джесс. С улыбкой до ушей она вошла и села рядом со мной. Я вижу, что у неё мешки под глазами от слёз, как у Хаза и моих родителей. Когда я вижу их такими, мне самой хочется разрыдаться. Представляю, как я заставила их переживать. Джессика легонько обнимает меня. — Хейли, как же ты нас напугала! — недовольным голосом произнесла она. — Кто так делает? Я чуть с ума не сошла. — Прости, я не специально, — сказала я и попыталась посмеяться, отчего в голове снова начало звенеть. — Объясни, что случилось? Почему ты уехала и никому ничего не сказала? — спросила она, взяв меня за руку. Я точно знала, что должна рассказать ей всю правду, что я и сделала, потому что просто так она от меня не отстанет. Когда я вру, она сразу же это замечает, да и выдумывать какие-то истории у меня нет сил. — Джесс, я должна тебе кое-что рассказать, но только пообещай мне, что это останется между нами. — Конечно, обещаю, — уверенно произнесла она. Как только я рассказала Джессике всё так, как было, в горле образовался ком. Произносить это всё ещё труднее. Джесс начала ходить по палате туда-сюда со сложенными на груди руками. — Да он просто… Я не могу подобрать слова. Тебе явно не везёт с парнями, — сказала она и глянула на меня. С широко раскрытыми глазами я посмотрела на неё. — Ой, прости, я не то хотела сказать, — от неловкости она закрыла лицо руками. — Ничего, всё нормально. Если подумать, так ты права, — говорю я и выдыхаю. — Хейли, я прошу тебя, не думай сейчас об этом. Тебе нужно восстановиться после произошедшего, — беспокойным голосом произнесла Джесс. Я попыталась выдавить что-то наподобие улыбки. Около часа она не отходила от меня. И мне это очень помогло. Разговоры Джесс ни о чём отвлекли меня от моих мыслей. Я сказала ей съездить домой и отдохнуть. Сначала она категорически отказывалась, но потом мне всё-таки мне удалось её уговорить. — Джесс… — резко произнесла я, когда она уже уходила. — Я сейчас не готова говорить с Томом… — тихо сказала я и опустила глаза. — Хорошо, я поняла, не волнуйся, — она кивнула и улыбнулась мне. Как только Джессика попыталась выйти, я услышала голос Томаса. — Мне нужно увидеть её, — с непонятной досадой сказал он. — Я думаю, тебе не стоит туда входить. Она не хочет тебя видеть. — Джессика, мне нужно войти! — в его голосе был оттенок едва скрываемого нетерпения. — Ты меня плохо услышал? ОНА НЕ ХОЧЕТ ТЕБЯ ВИДЕТЬ! — почти прокричала Джесс. Она захлопнула дверь и больше я ничего не услышала. Мой рассказ Джессике отнял слишком много сил, поэтому я быстро уснула.

***

Проспав несколько часов, я всё-таки пересиливаю себя и открываю глаза. Вижу сидящего рядом со мной Хаза. В полусонном состоянии он сидит на табуретке рядом. Я легонько трогаю его за руку. — Хаз, — шепотом говорю я. — Поезжай домой и отдохни, ты совсем замотался. — О, ты проснулась, — сонным голосом говорит он. — Я тебя тут одну не оставлю, даже не мечтай, — произнес он и улыбнулся. — Ладно, потерплю тебя еще час, а потом ты обещаешь, что поедешь домой и отдохнешь, ладно? Иначе я обижусь, — сказала я и надула губы. — Как обычно, — посмеялся он. — Ладно, обещаю. — Как родители? — встревоженно спросила я. — Я еле уговорил их, чтобы они съездили домой хотя бы переодеться и немного отдохнуть. Маму пришлось силой выводить из больницы. Через час они будут здесь, — уверенно произнес он. — Хорошо… — промямлила я. — Харрисон… — Да? — Где Том? — неуверенно спросила я. — Он пробыл здесь всю ночь и весь этот день, ни разу не отходя от дверей. Никки заставила его съездить домой около 30 минут назад. Он сильно переживал, я никогда его таким не видел. Он чуть не вынес стены больницы, когда узнал, что тебе будут делать операцию. — Ммм… — буркнула я. — Ясно. — Хейли, у вас все хорошо? — поинтересовался Хаз. — Да… Почему ты спрашиваешь? — резко говорю я, сама не веря своим словам. — Не знаю, мне показалось, что… — начал Хаз, но не успел договорить. Резко в палату кто-то заходит. Я поворачиваю голову и вижу Тома. Он тут же смотрит в мою сторону, но я резко отвожу взгляд. Зачем он пришел? Я же сказала, что не хочу его видеть... — Том? Чего стоишь, садись рядом, — улыбаясь, говорит Хаз. Без лишних слов он берет табуретку и садится слева от меня. Супер, просто супер. А никто не хочет спросить у меня против я или нет? Я пытаюсь себя сдерживать, когда рядом Хаз, чтобы не начать кричать на него. — Привет, Хейли, — неуверенно произносит Том и смотрит на меня. — Как ты? — Привет, нормально, — сухо отвечаю я и быстро отворачиваюсь, чтобы он не видел моего лица. — Ты давно приехал? — внезапно спросил Харрисон. — Минут 5 назад, — спокойно ответил Том. Когда Харрисон попытался о чем-то поговорить, я мельком посмотрела на Тома. По нему видно, что он совсем не спал: красные глаза, немного растрепанные волосы. Я пристально смотрю на него, на его лицо. У меня просто разрывается сердце. Зачем он делает вид, что ему не всё равно на моё самочувствие? Мои мысли меняются одна за другой. С одной стороны мне хочется ударить его так сильно, чтобы он почувствовал всё то, что чувствую я. А с другой стороны я хочу, чтобы он крепко обнял меня и поцеловал. Я не могу себя контролировать, когда он рядом, просто не могу. Мои чувства к этому человеку очень сильные. — Вы объясните мне, что произошло вчера? — неожиданно для нас с Томом спросил Харрисон. Я посмотрела на Томаса, а он на меня. Я опустила глаза и начала перебирать пальцы. — Мы были на террасе, — начал Том, но я его перебила. — Да, мы были на террасе. Том предложил чего-нибудь выпить. Я согласилась, и он ушел в дом. С самого начала дня я не очень хорошо себя чувствовала, а на мероприятии мне стало еще хуже, и я решила поехать домой, вот и всё, — говорю я и немного отворачиваюсь, чтобы Хаз не заметил на моём лице надпись «врушка» большими буквами. — Почему ты никому не сказала? — удивленно спросил мой брат. — Я не подумала об этом, извини. В следующий раз такого не будет, — пообещала я. Хаз кивнул, и я попыталась улыбнуться. Чувствую, что Том в явном недоумении. Да, я не хочу ничего говорить Хазу, по крайней мере пока. Я чувствую чертово дежавю от всей этой истории. Очередные секреты от Хаза, какие-то разборки. Почему я просто не могу жить нормальной жизнью как все? — Знаете, я, наверное, пойду, а Том пусть побудет здесь, — говорит Харрисон и встает с табуретки. — Нет, — резко говорю я, отчего Харрисон непонимающе смотрит на меня. — Я бы хотела поспать, так что… — Хорошо, мы поняли. Том, пойдем, — сказал Хаз и подошел к двери. Когда Том встал со стула, он аккуратно дотронулся пальцами до моей руки, отчего по коже пронеслись тысячи мурашек. Пока Хаз не видел, Том опустил голову, отчего наши лица оказались на одном уровне, и я слышала его тяжелое дыхание. — Мне жаль, прости меня, — шепнул он мне на ухо и поцеловал в лоб. Как только они оба вышли из палаты, я громко выдохнула. Я чуть не умерла прошлой ночью, а думаю только о нём… Чёрт, Хейли, да ты просто помешана!— говорю я сама себе и через пару минут снова засыпаю. Три дня спустя Сегодня мне наконец разрешили прогуляться в больничном парке. За эти 4 дня я чуть с ума не сошла, запертая в пределах палаты, хоть мои родные навещали меня каждый день. Я прекрасно понимаю, что у них есть свои дела, работа, но почти всё своё время они тратят на меня. Первые дни я чувствовала себя просто ужасно: головная боль и жуткая слабость. Когда я увидела себя в зеркало, я чуть не упала в обморок: куча ссадин, царапины, красные глаза. В таком «образе» я бы хорошо подошла для роли какого-нибудь зомби. Всё это время я избегала встреч с Томом из-за всей этой ситуации, ну и из-за своего внешнего вида. Да, знаю, что это глупо, но ничего не могу с собой поделать. Кстати, мне категорически запретили использовать свой мобильный телефон. Поэтому мне очень сложно следить за временем. Сегодня я решила прогуляться и подышать свежим воздухом. На улице довольно-таки прохладно, поэтому мне пришлось взять с собой куртку. Странно, за эти пару дней погода так испортилась. Я собрала волосы в хвост и пошла гулять. По дороге я встретила своего лечащего врача. Он поинтересовался, как я себя чувствую, на что я ответила «всё хорошо». Я нашла ближайшую лавочку и присела. Вокруг почти никого не было. Я погрузилась в свои мысли в очередной раз. Из-за всей этой ситуации я совсем забыла про учебу. Сейчас только начало семестра, а я уже валяюсь в больнице, пропустив несколько дней. Доктор сказал, что после выписки мне нужно будет побыть дома еще как минимум неделю. По правде говоря, мне совсем не хочется возвращаться в университет. Мне вообще ничего не хочется. Такое странное состояние… Мне кажется, я впервые чувствую такое. Даже после разрыва с Итаном у меня не было такого опустошения в душе, хотя то, что он делал, никак не оправдаешь. Видимо, чувства к Тому гораздо сильнее. Хотя какая теперь разница? Всё кончено, я даже не хочу думать об этом. — Хейли, привет, наконец я тебя нашел! — услышала я рядом с собой знакомый голос. Я поднимаю глаза и вижу Тайлера. От шока я немного открыла рот. Как он узнал, что я здесь? — Тайлер, ого, очень рада тебя видеть! — радостно сказала я. Он подошел ко мне и легонько обнял. Я ответила тем же. — Как ты узнал, что я здесь? — с недоумением спросила я, отстранившись от него. — Вся наша группа трещит о том, что ты попала в аварию. Я пытался дозвониться, но ты не брала трубку. Хотел навестить тебя, но не знал, в какую больницу тебя доставили. В итоге просто обзвонил все возможные места и выяснил, — сказал он и улыбнулся. Я опешила от неожиданности. Мы с Тайлером знакомы всего неделю, а он уделяет мне столько внимания. Это немного… странно что ли... — Эээ… Я тронута таким вниманием, — ответила я с улыбкой на лице. — Как ты себя чувствуешь? Что вообще произошло? — возвысив голос, спросил Тайлер. — Ничего особенного. Я собиралась ехать домой, поймала такси. Водитель не справился с управлением, из-за чего мы врезались в грузовик и машина оказалась в воде, — протараторила я, в очередной раз рассказывая эту историю. — Мне сделали операцию, но сейчас я чувствую себя гораздо лучше, чем было пару дней назад, хотя по моему виду не скажешь, — сказала я и засмеялась. — О чём ты? Даже после перенесенной операции ты… очень красивая, — уверенно произнес он. — Ладно тебе, — я немного смутилась и легонько толкнула его в плечо. — Я же знаю, что всё плохо, — махая руками, пробормотала я. Мы поговорили про учебу, про университет, про нашу группу будущих журналистов. Он говорил, что все преподаватели в курсе моей ситуации, поэтому проблем не будет. Даже если так, не знаю, буду ли я продолжать учебу. — Ладно, Тайлер, спасибо, что навестил меня. Врач ограничил меня во времени, поэтому мне нужно возвращаться в палату. Была рада тебя увидеть, — я собиралась встать, но внезапно у меня закружилась голова, отчего я пошатнулась. — Эй, всё в порядке? Тебе плохо? — спросил Тайлер, резко подскочив с места и придержав меня за талию, чтобы я не упала. — Ничего, всё хорошо, голова немного закружилась, побочный эффект от операции, — тише, чем обычно, сказала я. — Я проведу тебя, — уверенно произнес Тайлер, всё еще не отпуская меня. — Не стоит, — возразила я. — Я справлюсь сама, спасибо. Я подняла глаза, чтобы посмотреть на Тайлера, и увидела стоящего за его спиной Тома. Со сжатыми кулаками и яростью в глазах он направлялся прямо к нам.