Seven

На утро Дени сидела в ванне наполненной чисто из её слез. Теперь она верит и в крокодильи слёзы, и что можно затопить слезами. Но последствия такой лужи являются не самое здоровое состояние век. Опухшие и красные, но так как это недуг, то регенерация всё исправляет, скрывая занятие этой ночи. Что она наделала? В каком-то полусонном и замученном состоянием пришла в школу только к занятию по декатлону. Все мысли собраны в какой-то огромный комок и не собираются отпускать. И она их тоже. Питер увидел её через стекло в коридоре, пока она шла к двери и забыл обо всём. Они ведь оба так не хотели, но от своих действий и слов страдают.  — Дени…  — О, Дейенерис! Тебя не было на занятиях, я подумал, что ты заболела. Но хорошо, что ты пришла! Так, ребята! Все отвлеклись от своих занятий, чтобы выслушать учителя. А Дени, чувствуя взгляд парня, аккуратно посмотрела на него полным сожаленным взглядом. «Мне жаль, Питер»  — Прости, — еле передвигая губами произносит она, зная, что он услышит. Пока мистер Харингттон рассказывал про завтрашнюю поездку в Вашингтон, пара обменивалась взглядами и извинениями.  — Надеюсь, все всё поняли. Питер, так ты едешь? Заметив, что только эти двое не слушают, оторвал одного, а в реальность вернулись двое. Одним выстрелом двух зайцев. Но Питер не повернулся, смотря только на девушку. Она надеяться на утверждение с его стороны, но когда понимает, что это не так, то умоляет передумать.  — Пожалуйста… Выбор нелегкий. Стервятник или Дени. Долг или дружба (дружба ли?). Но вспоминает, чем закончилась их встреча втроём в прошлый раз. Поэтому этим выбором решает обезопасить девушку, ведь враг мог увидеть её лицо.  — Прости, — шепчет девушке, а затем обращается к учителю. — Нет, я не смогу. И, не смотря на неё, проходит мимо, оставляя одну. Вновь. «Дени, это ради тебя. Я со всем разберусь сам.» *** Она не знает, что произошло, но Питер прибежал к автобусу и очень вовремя. Мистер Харингттон разумеется принял его. «Ты пришёл…» «Я не мог иначе.» Они хоть общаются взглядами, но этого хватает для понимания. Питер очень хорошо скрывает истинные мотивы своего решения, поэтому Дени не замечает ничего подозрительного. Хотя она слишком рада для серьёзной дедукции.  — Мистер Харингттон, мы закончили с вопросами, — сказала Лиз, убирая карточки.  — Молодцы! У кого-нибудь остались вопросы? Это был риторический вопрос, поэтому никто ничего не спросил. Скоро они приедут в Вашингтон, поэтому Дени подсела к Питеру, чтобы объясниться. Но когда оказалась рядом все заготовки и слова исчезли.  — Питер, я… Нет, ты…  — Дени, если ты хочешь можешь не рассказывать, — опередил её парень, замечая несобранность девушки. — Правда. Я не обижаюсь. И их автобус остановился рядом с гостиницей.  — Идём? *** «Какая я была наивная! — ругала себя Дени на следующее утро, обнаружив, что Питер исчез. — Ему надо что-то в Вашингтоне, поэтому он так резко передумал!» Где он? Дени уже раздумывала прибегнуть к своему ИИ, но вероятность попасться Мишель очень высока, поэтому всё время держала его выключенным. Они уже ехали на соревнования, когда у неё начался приступ.  — Флэш, выйди за меня, — говорит она, когда они направляются на сцену.  — Я к такому пока не готов!  — Мне плохо, выйди с командой.  — А, ладно, Гомес. Она сидела за кулисами, слушая музыку в наушниках, надеясь поможет. Но вместо этого слышала скрежет в ушах от ультразвука.  — Питер, что со мной? — включила она свой ИИ, убедившись, что находиться в туалете одна.  — Это реакция организма на мутацию генов, — пытается умыть лицо, вдруг поможет. «Чёрт…» — но оседает на пол.  — Дейенерис, ты тут? — спрашивает Мишель и заходит внутрь. — Мы победили. Едем на достопримечательности. Ты себя плохо чувствуешь?  — Отвратительно, — девушка подходит, кладет руку на лоб, измеряя температуру, когда Дени чувствует приток энергии из её руки.  — Температуры нет. Тебе дать таблетку от головы, — энергия Мишель разошлась по телу и сделала своеобразную перезагрузку, отчего стало легче.  — Давай три. Пока она возилась с рюкзаком, Дени вспомнила другие случаи такого приступа. Когда он начинался, появлялся Питер, и она отдавала свою энергию, приводя в норму её. Но что это такое? В итоге она выпила их все залпом и расслабилась ещё сильнее… ЭмДжей подождала, пока та встанет, и вместе с ней вышла из туалета, направляясь к остальным ребятам. Остальное время для Дени прошло как в тумане. Экскурсия по городу по сравнению с другими для неё была очень интересная и познавательная. Смогла выспаться, пока не доехали до Монумента Вашингтона. Ей нужно рассмотреть валерьянку, как средство для спокойного сна. Она хотела остаться с Мишель внизу, но попала прямо в поток людей, несущихся к входу, и сопротивляться им было бессмысленно. Толпа сильнее.  — Дейенерис, нам сюда, — зовёт её Лиз и кое-как подтягивает к себе всю команду. Мистер Харингттон заходит в лифт первым, а за ним остальные. Дени пробивается, в прямом смысле этого слова, в угол к перилам, прячась за Недом, и вновь расслабляется, чувствуя надежную опору за спиной. Ребята о чем-то говорят и смеются, учитель благодарит за победу в декатлоне, пока единственный мутант из них рассматривает потолок, то и дело засыпая. А в следующий миг она смотрит на рюкзак Неда, который светится, и не успевает ничего спросить, как происходит взрыв и ударная волна. Вцепившись руками в перила, не падает на пол, но думает, как выбираться из этой ситуации. Потому что лифт остановился на хер-кто-знает-какой-высоте и на такой же хер-кто-знает-на-какой-сопле, именуемой трос. Дени оглядывается по сторонам и видит знакомое зелёное свечение вдоль всех углов, исходящее от её рук. Но времени дивиться своим способностям нет. Двери открываются между этажами и там ждут спасатели. Мистер Харингттон начинает подгонять их, и первым выпрыгивает Флэш из лифта, из-за чего тот, знатно пошатнулся. За ним выбралась Синди и ещё несколько ребят, стоящие ближе всего к выходу. Дени понимает, что должна выйти последней, но говорить об этом нельзя. Поздно думать о конспирации. Остались она, Лиз, Нед и учитель. Они с Тумс стояли в двух разных углах на одной стороне, поэтому Лидс вылез первым.  — Мистер Харингттон, поможете нам, когда сами вылезете! — советует Дени. Тот колеблется, но соглашается, поэтому, оказавшись в безопасности, протянул руку помощи ученицам, но лифт съехал на полэтажа. В экстренных ситуациях мозги либо активно начинают работать, либо замедляются в геометрической прогрессии. Дени относится к первым, и её движет одна мысль: «Жизнь гражданских превыше всего.» — Лиз, я тебя подсажу, а ты открой крышку в шахту, — та быстро кивает и выходит из угла по направлению к Дени. — Главное — не бойся. Страх — твой главный враг. «Нашла время цитировать троллей!» Она подсаживает капитана, которая выбивает крышку и вылезает наверх, протягивая руку, но Дени сразу же после помощи вернулась в угол, удерживая конструкцию.  — Я не могу! Выбирайся! Кричит Гомес в шахту, чтобы та точно услышала. Но та либо дура, либо отважная, потому что протягивает ей руку.  — Вместе. Дени вздыхает. Кому нужна твоя жертва? С ней ничего не случится. Разбилась? Потеряла сердце или голову? Неважно какая травма, её регенерация, как семь чертовых жизней чёрного кролика! Ладно… В худшем случае она исцелит её. Отпускает всё и сразу прыгает, хватаясь за руку и отталкиваясь от стен, чтобы выбраться. Лифт, естественно, потянуло вниз. Лиз обернулась и кивнула в сторону троса. Наконец-то она начала соображать! Карабкаясь по тросу вверх, капитан звала с собой и девушку, но Дени не могла пошевелиться или все оторвется, поэтому, дождавшись когда Лиз вылезет на этаж к спасателям, резко оттолкнулась вверх к рукам, параллельно с ней вниз полетел лифт. Она касается пальцами об другие, но не дотягивается, поэтому летит обратно. Смирившись с безысходностью, ожидает столкновения. А потом ей придётся менять школу или просто сбежать из города, чтобы ни с кем не столкнуться. Это если ей удастся сбежать, её же могут посадить в изолятор ещё до этого.  — Внизу! — слышит она отголоски криков и открывает глаза.  — Питер!.. — еле размыкая губы, шепчет Дени, радуясь, хотя пока нечему. Он спрыгивает с верхушки шахты и пускает к ней паутину, чтобы поймать. Дени протягивает руку, чтобы ухватиться раньше, но из-за этого делает сальто, замечая, что до обломков осталось несколько этажей. Вернувшись в изначальное положение, паутина смогла её поймать, и Питер потянул наверх, сам прицепившись к стенам. Он успеет, думают оба. Но падение не прекратилось, лишь резко замедлило, и Дени почувствовала удар головой о палку. Парень спрыгнул вниз и увидел, что опоздал. Почему мир так несправедлив? Почему не относится к героям более снисходительно? Почему из-за этого они вынуждены страдать, всё больше рискуя собой? Для него мира больше нет. Без неё всё не будет прежним. Он аккуратно берет её на руки, обнимая. Слишком поздно люди понимают, что имели, пока не потеряют. Питер полностью с этим согласен. Она для него постепенно становилась миром, особенного в последние дни. И терять её сейчас — это неправильно, нечестно.  — Прости… Прости меня, Дени. Из-за меня ты один раз чуть не умерла, а второй раз оказался последним, — он шепчет ей, надеясь, что Боги помогут.  — Пит, я умирала в тысячи раз больше, — так же тихо говорит Дени, очнувшись. Шейные позвонки неприятно хрустели, возвращаясь в исходное положение. — Вытаскивай меня, а то мистера Харингттона возьмёт удар. Питеру не надо говорить дважды, он тут же успокоился, обрадовался, поблагодарил всех, даже Локи, и вытянул её, оставляя с ребятами, но одну, а сам убежал. Спасатели повели их вниз на ватных ногах, как хорошо, что обошлось без жертв. На улице была подъехавшая скорая. Меньше осматривали тех, кто не задержался в лифте, больше — кто побывали на волоске от смерти. Дени измерили давление и температуру, но она смотрела в макушке людей, ища свою каштанку. Ей выдали плед и не разрешали вставать, пока не вернётся кто-нибудь из врачей. Питер прибежал к ним, но так как он не был в лифте, то подпускать к скорым его не стали. «Ты здесь, Пит. И это главное.» «И больше я не уйду, моя Кхалиссия.