Бей, но выслушай

      На рассвете Сэм и Джейк уехали. Но я этого не видела и не слышала. Тело решило, что мне нужно больше, чем просто восемь часов сна, и дало мозгу полный отбой. Поэтому проснулась я уже на закате, около пяти вечера, проспав пятнадцать часов кряду.        Бункер встретил меня тишиной, а голова — болью. Как и спина, которой меня приложили о бетонную стену зала. Сэм наложил на рассеченный лоб бинт, пропитанный какой-то мазью, и, закрепив его пластырем, велел не трогать, пока он не вернется. Да и самой мне не очень хотелось это видеть, я полностью доверилась Сэму. Но, в целом, пятнадцать часов сна сказались на мне целительно, так как я снова почувствовала себя более менее в строю.       Последние дни сделали меня из наглой и пробивной чувствительной и эмпатичной. Да, мои навыки борьбы взметнулись до небес, но теперь появился эмоциональный барьер перед тем, чтобы кого-то ударить. Мне впервые в жизни захотелось быть хрупкой и беззащитной девушкой, за которую кто-то сможет заступиться…       Отогнав эти странные мысли, я решила, что этот день посвящу себе: приму ванну, вкусно поем, посмотрю какой-нибудь фильм. Поэтому я сбросила спортивную форму, в которой уснула вчера, и, нацепив халат, отправилась в ванную.       Бункер встретил меня звенящей тишиной и пустотой. Раньше бы меня это напугало, но за этот месяц он действительно стал моим новым домом, и я чувствовала себя здесь в полной безопасности. Конечно, когда здесь был Сэм, это место словно оживало, будто становясь в несколько раз светлей и уютней, но и одной мне здесь было отлично.       Когда я проходила мимо комнаты Дина, то усиленно прислушалась, однако за дверью стояла полная тишина. Куда он, интересно, смылся? Не то чтобы меня это сильно волновало, но братья никогда не оставляли меня одну, не сказав, на сколько уходят. А что если сработает оповещение на одном из пультов? Я ведь еще не до конца разобралась со всей этой старой техникой…       Однако когда я погрузилась в теплую ванну, эти мысли растворились в горячей воде. Зато пришли другие. Я вдруг вспомнила, как Дин вытащил меня из воды, когда я потеряла сознание прямо здесь. Мы узнали об этом, когда ездили с Сэмом в больницу. Врач сказал, что у меня было легкое сотрясение и нелегкий стресс, что вкупе с теплой водой действуют как кнопка «выкл» для мозга. Выходит, я была обязана Дину жизнью, причем уже несколько раз…       Я не заметила, как мысли пошли дальше, и вот уже в сознании всплыли зеленые глаза, хмуро глядящие на меня, словно осуждая за что-то. Узнав историю Дина, мне тут же стало его жаль, а жалость — страшное чувство. Но чем больше я пыталась развеять в сознании его образ: зеленые глаза, широкие плечи, сильные руки — тем четче он вставал перед глазами. Вдруг в голове внезапно возникла четкая картинка: Дин ведет меня к машине из бара, а я цепляюсь за его сильную руку, ощущая каждый вздымающийся мускул под рубашкой…       Я затрясла головой. Внутри все переворачивалось, а сердце бешено колотилось. На меня внезапно обрушилось чувство неловкости за тот вечер, я буквально ощутила, что сделала тогда что-то неправильное. И то, что я не могла вспомнить что же именно, заставляло мои внутренности неприятно сжиматься. Но… если Дин молчит, значит, не так уж все и страшно?       Я неловко выбралась из ванны. Даже отсутствуя, Винчестер умудрился испортить мне день. Но все может исправить вкусная еда! Поэтому я снова закуталась в халат и отправилась на кухню в поисках, чем бы поживиться. В холодильнике оказалось все для того, чтобы сделать несколько больших бургеров. И на час это отвлекло меня от неприятных мыслей. Вообще, готовка сродни медитации, за это время ты очищаешь сознание и раскладываешь мысли по полочкам. А в конечном итоге еще и получаешь бонус в виде вкусной еды, приготовленной с душой.       Я взглянула на три огромных бургера с большой миской картошки фри, и мне вдруг стало грустно. Еще пару дней назад все было нормально, мы с Сэмом болтали, смотрели фильмы, занимались в зале, Дин даже помог мне с тренировками, а теперь… Сижу в одиночестве и смотрю на три остывающих бургера.       Я съела один, а другие накрыла крышкой: может захочет Дин, когда вернется? Я взглянула на часы и обнаружила, что уже половина девятого. Да уж, если начинать день в пять вечера, то он пролетает на удивление незаметно. Где же Винчестер?       Вернувшись в комнату, я нашла мобильник, который почему-то валялся около кровати на полу, и решила позвонить Сэму. Узнаю, как у него дела, а заодно и про Дина спрошу. — Элли, все в порядке? — послышался взволнованный голос младшего Винчестера. — Да-да, все отлично, я тут устроила день отдыха от всего, только сплю, ем и смотрю фильмы, — я невольно улыбнулась, услышав знакомый голос. — А когда ты вернешься? Я услышала, как Сэм недовольно вздохнул: — Гнездо оказалось слишком крупным, приходиться выслеживать и убивать часть по одиночке, так что это может занять еще несколько дней. Как там Дин? Мне показалось, что в голосе парня присутствует волнение, да и сама постановка вопроса насторожила, но я все равно сказала: — Когда я проснулась, его уже не было. Ты знаешь, где он мог бы быть? — Скорее всего в баре… — я заметила напряжение в голосе охотника. — Не волнуйся, он вернется. — Да я не волнуюсь, он взрослый мальчик. Но, Сэм… — Да? — Осторожнее там, ладно? — я не хотела ничего говорить про Джейка, но, кажется, парень меня и так понял. — Конечно, ты тоже, — улыбнулся парень и отключился.       Я вздохнула и решила, что пора воплотить в жизнь мои слова про просмотр фильмов. Порывшись в интернете, я нашла какую-то любовную комедию и, завернувшись в одеяло, увалилась смотреть.

***

      Откуда-то послышался звон разбитого стекла. Я распахнула глаза и резко села. На дисплее электронных часов высветилось 00:30 ночи. Ноутбук доиграл фильм и с чувством выполненного долга погас. Видимо, комедия оказалась не очень смешной, раз мой мозг умудрился под нее отключиться.       Я поплотнее запахнулась в халат и, выудив из сумки нож, отправилась на поиски источника звука. Босые ноги почти бесшумно ступали по прохладному полу, я держала свое оружие наготове, в любой момент собираясь его применить. Свет, как и обычно ночью, был почти весь потушен, днем коридор освещался лампами по бокам, теперь же из них горели только некоторые. С кухни снова послышался шум и тихая ругань. Я завернула за угол, готовая обороняться… — Дин?       Мужчина сидел на полу перед открытым холодильником, который служил в качестве единственного источника света. В руках у него находилась полная бутылка с виски, а на полу вокруг валялись осколки уже допитых. Одна рука у мужчины была вся в крови, видимо, он упал ей на острую стеклянную крошку, но даже не замечал этого, пытаясь открыть новую порцию алкоголя. Он шатался из стороны в сторону, его взгляд был расфокусирован, а сознание находилось явно не здесь. Я никогда не видела его таким, от чего вдруг стало не по себе. Я осторожно подошла, отбрасывая ногами осколки, и, положив свой нож на кухонный стол, присела перед мужчиной: — Дин, что случилось? Он поднял на меня взгляд, и я заметила, что глаза у него покраснели: — Сегодня второе ноября…       Он зажмурился, и по щеке у него стекла слеза. Я застыла. То, что я сейчас видела перед собой, совершенно не вязалось с тем, что я наблюдала каждый день до этого. Это был совсем не тот Дин Винчестер, которого я знала. Видимо, мужчина сейчас был ужасно пьян. — Дин, я…       Но охотник вдруг наклонился и уткнулся лицом в мои колени. Я окончательно растерялась. Внутри все сжалось, и я внезапно осознала, что мне больно видеть его в таком состоянии. Пусть лучше орет или рисуется, лишь бы не так… Я осторожно запустила руки в его волосы, чувствуя, как сердце начинает биться чаще. Кажется, это называется Стокгольмский синдром…       Дин положил руки мне на колени ближе к бедрам, и под его правой ладонью на белоснежном халате осталось ярко-красное пятно. Черт, я совсем забыла про руку! — Дин, — я взяла его лицо в ладони, подождав, пока взгляд мужчины сфокусируется на мне. — Нужно обработать рану. Понимаешь?       У меня уже у самой в глазах стояли слезы. Он был такой беззащитный. Совсем не тот грубый и жесткий Дин, к которому я привыкла. Сейчас он явно хотел немного поддержки и заботы, как и все, даже самые холодные, люди на этой планете.       Он согласно закивал, и я помогла ему подняться, что оказалось невероятно сложно. Мужчину бросало из стороны в сторону, и я побоялась, что сейчас сама наступлю на какой-нибудь осколок. Поэтому максимально быстро я усадила охотника за кухонный стол на барный стул и чуть ли не бегом принесла аптечку с лампой, чтобы было лучше видно кусочки стекла, застрявшие в ладони. — Так, хорошо, дай руку, — я наконец установила лампу и села на соседний стул. Дин послушно протянул ладонь и заплетающимся языком, проглатывая половину букв, выдал: — Почему ты мне помогаешь, я же полный мудак? — Ты мудак, спасающий людей, — усмехнулась я, выдергивая пинцетом очередной осколок бутылки, но мужчина словно этого не заметил. — Я устал, Эл, я так устал…       Я замерла. Дин первый раз за все это время назвал меня по имени, да еще и таким сокращением. Так меня называл только отец. Остальные предпочитали полное имя или же Элли, которым меня называл Сэм. — Я хочу спать… — продолжал Дин, массируя лоб подушечкой свободной руки. Я сглотнула ком, вставший в горле и пообещала: — Сейчас, сейчас, только перевяжу бинтом. — Я не заслуживаю этого, я ничего не заслуживаю… Столько людей погибло… Все мои близкие… — Дину явно становилось хуже, еще чуть-чуть, и он точно свалится с этого стула. — Это не правда! — воскликнула я, пытаясь как можно скорее перебинтовать ладонь. — У тебя есть Сэм, Кас… Я запнулась, чуть было не внеся в этот список себя, но Дин, кажется, ничего не заметил: — Я не должен был отпускать Сэма с этим уродом! Если с ним что-то случится… — С ним все будет в порядке, мы сегодня созванивались, и он сказал, что все хорошо, но они немного задержатся, — я наконец закончила с рукой и слезла со стула. — Все, идем, я помогу тебе дойти до комнаты.       Дин кивнул и начал спускаться со стула, однако в следующий же момент потерял равновесие и завалился вперед, прямо на меня. Я подхватила мужчину, мертвой хваткой вцепившись в рубашку по бокам. Его руки сжали мои плечи, пытаясь удержать равновесие, из-за чего наши лица оказалась в опасной близости. Хотелось убежать, но я встала, как вкопанная, глядя, как зеленые глаза рассматривают мое лицо. Перед глазами вдруг всплыла картинка: мы едем в машине, я сажусь к мужчине на колени и впиваюсь в его губы поцелуем.

ВОТ ДЕРЬМО!

      Я шарахнулась назад, избавляясь от его рук на плечах. Как он мог воспользоваться тем, что я была пьяна? А как могла я полезть целоваться к Дину Винчестеру? А что если потом еще что-то было?.. Ну нет, я не настолько теряю контроль… хотя, я была в его футболке… Черт!       Дин стоял, шатаясь, напротив, хватаясь за столешницу. Я видела, что ему плохо и физически, и морально, но ничего не могла с собой поделать. Я была зла. И на него, и на себя. Почему он ничего не сказал? — Идем, — безэмоционально бросила я, закидывая руку мужчины себе на плечо.       Мы кое-как добрались до его комнаты. Я посадила Винчестера на кровать, затем сбегала за тазиком и таблетками на сейчас, а так же на завтра. Думаю, утром ему будет предельно плохо. Я помогла ему выпить какой-то абсорбент, а затем уложила и стянула с него ботинки. — Не уходи, — вдруг попросил охотник, когда я поднялась с кровати. — Дин, я не думаю что… — я замялась, снова вспоминая тот поцелуй. — Завтра ты будешь злиться… — Пожалуйста, Эл… — попросил Дин.       Я вздохнула и забралась на кровать, неловко примостившись рядом с охотником. Винчестер положил голову на мои колени и закрыл глаза. Он него пахло виски, кожей и мужским шампунем. Я начала медленно перебирать его волосы, зарываясь в них пальцами, и уже через секунду на лице мужчины появилась улыбка, от чего сердце вдруг затрепетало, а щеки обдало жаром. — Что ты наделал, Винчестер… что мы оба натворили, — вздохнула я, но охотник уже спал.