Хастлер с принципами

      Они ехали в машине Кадэра в известном только ему и водителю направлении. Кайл смотрел в окно, наблюдая за проносящимися мимо зданиями, и ему было абсолютно всё равно, куда его везут. Жизнь мальчишки пошла под откос, поэтому всё что ему оставалось — абсолютно беспрекословно делать то, что ему говорят. Это даже не было против его воли. Это было просто… никак. Паренек не знал, что ему делать дальше и как выживать, поэтому ухватился за Кадэра, как за спасательный круг — единственного, кто поможет ему выжить в этом океане бед, окруживших его словно до горизонта так, что ни одного островка надежды не было видно и близко. — Мы приехали, — обратился к нему марокканец. — Уже? — отвлекся тот от своих мыслей. — Да, выходи, — сказал Кадэр и сам вышел из машины. — Куда мы идём, — побежал следом Кайл. — Ну, как же? Мы ведь договорились с тобой об операции, — поднял густую бровь мужчина. — Прямо сейчас? — испуганно взглянул на него мальчик. — Да. А чего ждать? Я хочу, чтобы ты как можно скорее приступил к работе. Это между прочим, — указал на него пальцем Кадэр, — в твоих же интересах. — Ладно… — ответил мальчик. — А когда я очнусь? Сколько времени мне понадобится на восстановление?       Мужчина лишь усмехнулся. — Расслабься. Операция быстрая, восстановишься полностью за неделю-две, — ответил он, открыв перед мальчиком дверь в клинику. — А это больно? — спросил тот уже дрожащим голосом, а сердце начало сильно стучать. — Нет, ты ведь будешь под наркозом, — пожал плечами Кадэр. — Идём. Этот врач — мой знакомый. Тебе не о чем беспокоиться. — Даже если я не очнусь, и Вы продадите меня на органы, то знайте: мне всё равно. Моя жизнь окончена. Нет больше смысла жить… — Мне приятно, что ты всецело отдаешься в мои руки, но тем не менее, я не собираюсь продавать тебя на органы. Ты мне живым принесешь больше пользы, — марокканец хрипло засмеялся. — Шучу. Жизнь только начинается, Кайл. Тебе всего четырнадцать. Да, тебя бросил парень, да, тебя выгнали родители. Но ты не один. Теперь у тебя будет новая большая семья, дом и работа. Подрастешь — найдешь себе может быть кого-то. — Мне плохо, Кадэр… — тихо сказал мальчик. — Не выдумывай, всё налаживается… — Мне правда плохо…       Тонкие ножки паренька подкосились, и он упал без сознания.

***

      Какие-то звуки вокруг, слабость в теле. Кайл медленно открывает глаза и в них сразу же бьет солнечный свет. — Кадэр, Ваш гость очнулся, — позвал мужчину миловидный дворецкий.       Марокканец вошел в комнату и взглянул на лежавшего в кровати мальчика, чей цвет лица практически сливался с белоснежной постелью. — Доброе утро, соня. Как себя чувствуешь? — улыбнулся он, а затем обернулся к дворецкому. — Спасибо, оставь нас наедине.       Парень кивнул и вышел за дверь. — Почему я здесь, и как давно я сплю? — приподнялся на локтях Кайл. — Ты потерял сознание в клинике, тебе сделали операцию, но ты продолжал спать после наркоза, — Кадэр кашлянул. — Кто такой Эд? — Что? — подтянулся мальчик, но тут же застонал. — Ай… — Не нервничай и не дергайся. — Почему Вы спрашиваете, кто такой Эд? — заметно волновался он. — Пока ты отходил от наркоза, ты всё время бубнил его имя, — сказал Кадэр. — Эд, побудь со мной. Эд, не уходи. Я люблю тебя, Эд. Эд, ты мне нужен. Эд, Эд, Эд… Кто это? — Никто. — Это твой бывший? — спросил мужчина, присев рядом. — Да. Я не хочу о нем говорить, — попытался встать мальчик, но голова кружилась. — Тихо, лежи. Я не буду больше о нем расспрашивать, — придержал его Кадэр. — Сейчас я помогу тебе подняться, лежи пока.       Он обошел кровать и взял Кайла под локоть, оперев на себя. — Спасибо, — тихо ответил паренек, почувствовав прохладный пол босыми ногами. — Стоишь? — спросил мужчина, аккуратно отпуская. — Да, да, всё в порядке, — отошел Кайл в сторону и сложил руки на груди. — Ну, что, когда мы поедем в этот Ваш бордель? — Если ты уже нормально себя чувствуешь, то хоть сейчас, — пожал плечами марокканец. — Я нормально себя чувствую, это просто отходняки, — закатил глаза он. — Тогда можешь одеваться.       Паренек направился к чемодану, достал оттуда чистую футболку и, надев джинсы, подошел к Кадэру, сидевшему на кожаном диване в гостиной. — Ты уже собран? — взглянул на него тот. — Да… Но, блин, мне больно, — мальчик опустил взгляд и дотронулся рукой к паху. — Вот тут. — Это после операции, — махнул рукой мужчина. — Скоро пройдет. Поехали.       Он встал с дивана и направился к выходу из квартиры. — Уже уходите, Кадэр? — спросил дворецкий. — Да, уберите здесь пока, скоро за вами приедет машина и заберет, — сказал тот. — Кайл, хватит там копаться, идём.       Мальчик, рассматривающий какой-то сосуд с марокканским орнаментом, резко обернулся и поспешил вслед за Кадэром. Они спустились вниз и вышли на улицу. Водитель засуетился и открыл перед боссом дверь в машину. Затем он точно так же открыл и вторую, для Кайла, сложил его вещи в багажник, и сел на свое место. — Ты полетишь со мной в Нью Йорк. Был там когда-нибудь? — спросил мужчина, как только автомобиль отъехал. — Нет, никогда, — тихо сказал Кайл, поправив свои темные вьющиеся волосы, которые так и лезли в глаза. — Ну, вот. Теперь побываешь, — улыбнулся марокканец. — Познакомишься с моими мальчиками, обустроишься на новом месте. — Расскажите подробнее, пожалуйста, — попросил паренек. — Тебе понравится там, — ответил Кадэр. — Между прочим, вряд ли тебе понадобятся деньги в большом количестве. Ты будешь на полном обеспечении — крыша над головой и еда у тебя будут. Плюс ко всему, каждый месяц — обязательный медицинский осмотр, сдача анализов — каждую неделю, и прочее. У меня работают только чистые мальчики. Под словом «чистые» я имею в виду здоровые. Я тщательно слежу за тем, чтобы никто ничем не заразился. Каждый из моих мальчиков — личность, каждый по-своему особенный, поэтому мы и пользуемся такой популярностью. У нас, естественно, есть конкуренты, но все хастлеры там на одно лицо, как роботы. Клиентов они привлекают количеством работников и отсутствием табу — у них можно практически всё, разрешают секс без презерватива, потому что опять-таки много работников и никто ими не дорожит. Так что у меня тебе точно будет хорошо.       Кайл кивнул и продолжил рассматривать пейзажи за окном. Буквально через минут двадцать они добрались до аэропорта и заехали прямо к самолётам. Водитель снова открыл дверь, выпуская своего шефа и Кайла. Мальчик поднял голову и увидел небольшой, но очень красивый частный самолёт. Сам он был полностью белым и блестящим, а поближе к хвосту золотистой краской были выведены инициалы «K.S.» и снизу какая-то надпись арабской вязью. — Поднимайся на борт, располагайся. Я сейчас присоединюсь к тебе, — сказал Кадэр и широким жестом указал в направлении самолёта.       Кайл послушался и побрел в сторону трапа. Оказавшись уже внутри, он сел на сиденье, обитое светлой, бежевой кожей, и взглянул в иллюминатор. Мужчина действительно присоединился через пару минут и сел рядом. — Хочешь выпить? — спросил он, но тут же осекся. — Точно… Тебе же только четырнадцать. Тогда может сока или мохито? Тебе ничего не приносили? — Пока нет… — ответил мальчик. — Мириам, — позвал мужчина. — Да, сид, — тут же предстала перед ними молодая девушка со смуглой кожей и покрытой хиджабом головой. — Мириам, почему моему гостю всё ещё не предложили напиток? — своим спокойным и сиплым голосом, но с лёгким недовольством спросил тот. — Простите, сид Кадэр, больше не повторится, — тихо ответила девушка, не поднимая глаз. — Я не ругаю тебя. Это просьба, — сказал он, а затем добавил. — И обращайся ко мне по имени — Кадэр, без «сид». Хорошо? — Хорошо, Кадэр, — кивнула она и взглянула на Кайла. — Вам принести какой-нибудь напиток? — Нет, спасибо большое, — улыбнулся мальчик. — Принеси ему апельсиновый сок, — вздохнув, сказал марокканец. — А мне — виски со льдом. — Хорошо, Кадэр, — ответила Мириам и отправилась за напитками.       Паренек нахмурился и взглянул на мужчину. — Я не просил сок. Это во-первых. А во-вторых… — он прижмурил глаза. — Разве мусульманам можно пить алкоголь? — Но мусульманам и мальчиков трахать запрещено, — пожал он плечами. — Я всё равно буду гореть в Гиене Огненной. Какой смысл ограничивать себя? Я уже грешен. Аллах не простит мне мой харам, даже если я навсегда откажусь от алкоголя. — Интересное отношение к жизни, — ухмыльнулся мальчик. — Я не похож на моих родственников, Кайл. У меня другие правила. Я стараюсь жить по законам Корана и по предписаниям Пророка, но не претендую на золотые подушки в Раю.       Он взял у Мириам стакан с виски и сделал глоток. Кайл же, нехотя взяв свой сок, надпил его и взглянул на взлетную полосу через иллюминатор. — Скоро взлетаем, — сообщил пилот. — Не бойся, — улыбнулся мужчина и взял маленькую ручку Кайла в свою. — Скоро ты будешь дома. — Ага, — хмыкнув, улыбнулся паренек одним уголком губ и вытянул руку из хватки Кадэра, — дома…