Хастлер с принципами

      Вокруг было грязно, бедно одетые мужчины сидели компаниями по пять или шесть человек, пили пиво, иногда громко рявкали друг на друга или хрипло смеялись до кашля. Кайл пробирался мимо столиков в сторону туалета, где несколько минут назад скрылся Рикки. Он осторожно прислоняется к дверной щели, прислушиваясь. Слышен только шорох в кабинке. Юноша быстро заходит и прячется в соседней кабинке, не закрывая дверь до конца, и прижавшись к ней, снова готов продолжать слежку. Действительно, Рикки вышел и склонился над раковиной. На нём были черная куртка и шапка, а на шее — клетчатый шарф.       «Зачем он переоделся… и что он делает?»: затаив дыханье, припал к щели Кайл.       Подняв голову, парень начал смывать макияж. Он торопился, разнообразные бутылочки, салфетки и лосьоны падали на грязный пол общественного туалета. Рикки собирал их так быстро, как только мог и, окончательно смыв всё со своего лица, поспешил на выход. Кайл, выскочив из кабинки, замедлил ход и тихо побрел за парнем. Выйдя на улицу, он немного оторвался, но продолжил идти следом.       Что напрягало юношу больше всего — бедность и разруха вокруг. Это всё ещё был Нью-Йорк, один из его районов, но обстановка была устрашающая даже в светлое время суток. На тротуаре под заборами и домами сидели и лежали бездомные. Некоторые просто спали, прижавшись к своим вещам, некоторые обнимали друг друга просто так, без эмоций, только чтобы согреться, кто-то пытался играть на расстроенной гитаре замёрзшими пальцами, но всё равно отдавал последние крохи черствого бутерброда своей, такой же бездомной собаке. Большинство бездомных были темнокожими.       «Это что — гетто?»: промелькнула мысль у Кайла.       Он никогда не видел ничего подобного, особенно в своём маленьком, приветливом городке, но слышал об этом много. Чувства смешивались, и юноша не мог распознать их: страшно, холодно, грязно, мокро, жалко… Только одно он мог знать точно — нельзя потерять из виду Рикки, который шел впереди абсолютно непривычной походкой: не виляя бедрами, а твердым шагом, слегка покачивая будто неповоротливыми плечами. Вдруг парень свернул за угол и, пройдя по улице, перешел дорогу в сторону какого-то дома. Он позвонил в дверь и вошел внутрь. Кайл спрятался от мороза в какой-то продуктовый магазин и принялся наблюдать в окно. Продавщица поглядывала на него, но не решалась задать свои вопросы, поэтому, пользуясь случаем, юноша просто ждал. Однако, стоять в пустом магазине в неблагополучном районе, не собираясь делать покупки, а просто смотреть в окно, было слишком неловко, поэтому юноша вышел на улицу и, пригнувшись, спрятался за какой-то старой машиной, которая стояла на обочине.       Спустя пару минут, дверь за которой скрылся Рикки, открылась, и на улицу, следом за ним высыпали дети. Они обступили его со всех сторон и крепко обнимали, а какая-то женщина пыталась отогнать их. Она обняла парня последней. — Ты чё там делаешь, эй?! — раздался голос за спиной у Кайла и, обернувшись, он увидел какого-то пьяного мужчину. — Это моя тачка! А-ну, пошел нахуй отсюда!       Оттолкнув юношу на дорогу, тот сел в машину. Поднявшись на ноги, Кайл обтрусил штаны от снега и встретился взглядом с Рикки, который направлялся к нему этой же, несвойственной для него, походкой. — Ты чё, блять, — агрессивно скалясь, приблизился тот и схватил Кайла за куртку, — следил за мной, сука? — Я… я… я… — заикался юноша, не в состоянии выдавить из себя что-то более информативное. — Не смей лезть в мою ебаную жизнь, — продолжал Рикки. — Я тебе не дружок и не подружка. Я не пускаю никого за эту завесу. Что это значит, блять? Это значит, что сюда нельзя. Запрещено, сука! Кирпич нахуй! — Я не хотел… — пытался вырваться Кайл. — Я просто хотел узнать, почему ты врёшь… — Напиши, блять, — ткнул тот пальцем ему в лоб, словно ставя точку после каждого слова, — себе на лбу «Это, блять, не твоё дело». И читай эту фразу каждый ебаный день. А сейчас ты пойдёшь со мной.       Схватив Кайла под капюшоном, парень потянул его в сторону какого-то пустого, заброшенного здания по другую сторону дороги. Перецепившись через порог, юноша влетел внутрь и чуть не упал. Вокруг стояли деревянные коробки, припавшие слоями пыли, на полу валялся какой-то мусор, а под стенкой лежали рваные и грязные матрасы, на которых, недавно спали, судя по отсутствию пыли. — Зачем ты меня сюда привёл? — осматривался Кайл, пытаясь построить в голове план побега. — Садись на коробку, — произнёс парень, на удивление спокойным голосом. — Давай-давай. Я уже пришел в себя.       Юноша хотел стереть пыль хотя бы с места, куда собирался сесть, но побоялся разозлить Рикки. — Я расскажу тебе правду, всё что ты хочешь знать, — запрыгнул темнокожий на коробку напротив. — Потому что ты засунул свой нос слишком далеко, пути назад нет, и я не позволю, чтобы ты где-то ляпнул что-то, что не является правдой.       Кайл молча слушал. — Меня зовут Рикардо Круз. Точнее, при рождении меня звали Рунако, — начал тот. — Моя семья очень бедная и всегда такой была. Поэтому в детстве меня забрали у родителей, год я провёл в детдоме, а потом меня усыновила другая семья. Они разрешали видеться с мамой и малыми, да и вообще относились ко мне хорошо. Кстати, имя Рикардо тоже дали они. Я всегда любил быть ярким, надевать платья, краситься и так далее, а моя вторая семья меня поддерживала и никогда ничего не запрещала. Они дали мне хорошее образование, регулярно давали деньги, а я отправлял их маме. И вот, когда я вырос, то решил попробовать себя в порно. Здесь я сделал себя сам, я кайфовал от процесса, наслаждался популярностью, съемками, гонорарами. Большую часть денег тоже отдавал маме… А потом мама позвонила мне в слезах ночью и кричала в трубку, что какие-то «они» обещают убить её и изнасиловать моих сестёр. Это были «Молоты» — группировка, которая расправилась с одним из моих друзей, с которым мы вместе снимались много лет. Эти мрази отличаются крайней жестокостью: рубят половые органы актёрам, которые снимаются в гей-порно. Мой друг жив, и член его на месте, но это просто несказанная удача. Его спасло то, что копы, которых кто-то вызвал, услышав крики на заброшке, прибыли на место как раз вовремя. Но не спаслась его младшая сестра — трое таких «Молотов» её изнасиловали. Испугавшись за свою маму и малых, я решил залечь на дно. Я ушел, буквально, сбежал из гей-порно, и спрятался тут, у Кадэра. Сегодня я решил, пользуясь выходным, навестить родных. А тут ты… — Прости меня, пожалуйста, — взмолился Кайл. — Я просто думал, что ты что-то от нас скрываешь и… — Да, блять… — застонал Рикки, подняв взгляд в потолок. — С чего ты вообще взял, что все должны всем всё рассказывать? Почему все решили, что ни у кого не может быть своей собственной жизни, часть которой скрыта за семью замками? Да, я скрываю свою семью и имею на это право. И имею право скрывать свою жизнь. — Кто тут что скрывает, молодые люди? — раздался голос неподалёку.       К ним направлялись двое полицейских. — Офицер полиции, Дэвис, — представился один, подойдя прямо к Рикки. — Предъявите, ваши документы. — А в чём, собственно, дело? — протянул парень их полицейскому. — Дело в том, мистер Круз, что в доме, в котором Вы проживаете, полчаса назад произошло убийство. Мистер Круз, главный подозреваемый, поскольку единственный, кто заходил и выходил из этого подъезда — это именно Вы. Прошу проехать с нами в участок. — Что? Это бред какой-то… Кайл, скажи им… Нет! Ничего не смей говорить! Не рассказывай им ничего, что я тебе рассказал! — вдруг запаниковал парень, а его карие глаза забегали. — Пообещай мне, Кайл! — А Вы, Кайл? — обратился к нему второй полицейский.       Испугавшись, юноша сорвался с места и помчался на улицу. Второй полицейский, который так и не представился, побежал следом, передавая что-то по рации. Кайл бежал быстрее в силу возраста и огромного испуга, который делал его практически непобедимым. Завернув за угол, он подбежал к кучке бездомных и шлёпнулся на какую-то клеёнку, на которой те лежали. — Копы… Копы… Пожалуйста… Помогите… — шептал Кайл.       Но слов было не нужно. Мужчина и две полные женщины тут же сорвали с него куртку и, укрыв грязной шубой, мех на которой весь слипся, натянули ему на голову какую-то шапку. Коп пролетел мимо, а за ним с мигалкой ехала полицейская машина, в которой везли Рикки.       Кайл вытянул из кармана телефон и вызвал такси. Оно приехало довольно быстро, а юноша, сбросив с себя шубу и шапку, надев свою куртку и поблагодарив бездомных, сел в машину. Всю дорогу сердце колотилось. Кайл переживал, что оставил Рикки наедине. В голове начали роиться мысли: «А что, если это «ряженые»? Что, если это не полиция, а «Молоты»?» Пугаясь собственных предположений, Кайл пытался утешить себя мыслями о том, что совсем скоро он будет у Кадэра и спасёт Рикки.       Подъехав к зданию клуба, юноша пулей вылетел из машины и помчался в кабинет Кадэра. — Ну, чего ты ломаешь дверь? — тяжело вздыхая, произнёс марокканец, впуская того внутрь. — Рикки… Он… — задыхался Кайл. — Его увезли полицейские… Или не полицейские… Помогите, его могут убить… И не только его… Спасите Рикки… — Спокойно, — тихо сказал тот. — Сейчас я всё узнаю. У меня есть связи в полиции. Сядь, выпей воды, а потом прими душ.       Мужчина взял телефон и вышел за дверь. Спустя минуту, он вернулся в кабинет и взглянул на Кайла с упрёком. — Никого не убивают, мой мальчик. Паника ещё не спасла ни одного человека, — так же спокойно добавил Кадэр. — Сегодня у меня свадьба, но вместо приготовлений я еду освобождать твоего дружка. — Но он же Ваш работник, — тихо сказал юноша.       Марокканец ничего не ответил, лишь вышел из кабинета, позвав Кайла за собой, и направился вниз. Там они сели в машину и направились в участок, где держали парня.       Рикки сидел на кровати в небольшой «клетке», когда услышал звук шагов. — Круз, к тебе тут… — произнесла охранница.       Темнокожий поднял голову. Перед ним, по другую сторону решетки, стоял Кайл. На лбу красовалась приклеенная бумажка с надписью: «Это, блять, не твоё дело». Рикки подскочил с места и, заулыбавшись, подлетел к решетке. — Ты с ума сошел? Ты меня там бросил! — улыбаясь, возмущался он. — Я не бросил, я побежал за подмогой. Кадэр тебя сейчас вытащит отсюда, — объяснил тот.       Вдруг в помещение вбежала девушка с длинными тёмными волосами и прорвалась к Рикки, оттеснив Кайла. — Господи, Рикки, ты в порядке? — испуганно спрашивала она, глядя на него. — Тебя не били? — Нет, успокойся, всё в порядке, — улыбнулся парень, а затем взглянул на Кайла. — Это моя сестра из второй семьи, Алексия, а это мой друг, Кайл. — Очень приятно, — улыбнулась она и снова продолжила. — Я сейчас заплачу денег, и тебя отпустят, не волнуйся… — Сестрёнка, — прервал её Рикки. — Меня и так сейчас выпустят. Прошу тебя, иди домой. А лучше возвращайся в Роанок. Тебе, Оливеру и Эми там будет безопасно. Прошу, только ничего не спрашивай, я всё равно не скажу. — Круз! — снова окликнула охранница и, подойдя ближе, открыла дверцу. — На выход. Твой покровитель замолвил словечко.       Темнокожий вышел и бросился в объятия Алексии и Кайла. — Так что? Я, получается, твой друг? — переспросил юноша, прижимаясь крепче. — Я же сказал, — улыбнулся Рикки. — Можешь носить это звание с гордостью!       Он подпрыгнул и помчался «на свободу», а Кайл и Алексия последовали за ним.