Wonder. Forever. Together.

После отправления последнего корабля прошло много лет на Земле. Тогда, сквозь помехи, слушая голос Чонгука, казалось, в последний раз, Чимин уже умирал, и дело было даже не в отключенной, до этого момента спасающей все оставшиеся живые организмы на умирающей планете, решетке. Он, веря в слова Чона о возвращении за ним, все равно понимал, что нет, за ним никто не вернется. Чимин просто хотел порадовать Чонгука, но из-за своей глупой уверенности и надежды на самое лучшее, он привел себя на верную погибель. Он заставил Чонгука плакать. Чимин был уверен, Чону очень больно. Именно поэтому Пак не мог оставить все так, как случилось по его вине. Когда последний звук Чонгука был потерян среди голых стен, Чимин решительно начал собираться в дорогу. У него оставалось времени до утра. Чимин много вещей с собой не брал: лишь книгу, и пару вещей первой необходимости, что должны были покорять новую планету вместе с ним. Догадываясь, что решетка уже не работает, первой задачей Чимина было ее завести. Сложно было не знать, где находится главная база управления, она была действительно большая и заметная. Только было очень большое "но", которое непосредственно влияло на план Чимина: телепорты не работали. На этой планете уже не работало ничего, кроме еле стучащего сердца Чимина. Взглянув на звезды, парень представил, как Чонгук, пускай и без него, совсем скоро найдёт свое место в той сложной жизни, представил, как Чон тоже смотрит сейчас на звезды и думает о нем, о глупом Пак Чимине. Пока без него. Чимин так просто не сдастся. Ближе к рассвету, когда дышать становилось все сложнее, Чимин нашел то, что искал. База. Вот она, стоит прямо перед ним. Всего несколько шагов, и, возможно, он спасется, и, если немного помечтать, совсем скоро окажется рядом со своим лучшим другом. Нервно сжав пояс сумки, парень, собрав все свои последние силы, открывает массивную железную дверь. Дышать невыносимо сложно, изо рта, кажется, выходит пар, а волосы и кожу невероятно сушит. Дойдя до центра управления, Чимин пытается понять, какая из кнопочек ему нужна в первую очередь. Кислорода катастрофически не хватает, мозг не работает, а конечности перестают слушаться. Повернув голову чуть в сторону, Чимин замечает, кажется, самый большой рычаг в этой комнате. Времени на подумать нет и, либо сейчас Чимина спасает удача и его стальные вера и надежда на то, что он сможет, либо все сейчас с грохотом разрушится и они с Чонгуком больше никогда не встретятся. Шатаясь, с трудом переставляя ноги, Чимин открывает защитную крышку и, навалившись на рычаг всем телом, тащит его вниз. Ничего не происходит. У Пака кислородное голодание, у Пака сожалеющая кривая полуулыбка. У Пака жгучие слезы в глазах и ощущение собственной никчемности. У Чимина последняя мысль: "Как там Чонгук?"

***

Чимин открывает глаза. Голова раскалывается, сам он лежит на холодном полу, а над головой, где-то чуть выше тихий шум. Медленно садясь, Пак поднимает взгляд и не может поверить своим глазам. Получилось? Теперь он видит надпись над рычагом и внутренне ликует своей удаче, а внутри него бьется нескончаемая уверенность, что теперь он сможет. Кислород. Кажется, он смог завести эту умирающую планету снова. Кажется, у них с Чонгуком появился шанс. Чимин не знал ничего об этих кнопочках, что окружали его, и уж тем более о том, как строить ракеты и такое подобное, но он не опускал рук. Чимин надеялся, что Земля проживет еще хотя бы сотню лет, позволит ему узнать обо всем и, наконец, улететь отсюда, быть последней клеткой раковой опухоли, от которой та избавится. Не понимая как, но Чимин запустил информационную сеть. Теперь у него был выход в интернет и нескончаемые знания. Очень много лет прошло с тех пор, как Пак начал этот проект по возвращению домой - к Чонгуку. К его семье, от которой он случайно отделился. Было очень сложно познавать всю инженерию в одиночку. Все эти года Пак осваивал это искусство с помощью интернета и оставшихся голографических файлов и чертежей. Было невероятно трудно, но Чимин не опускал рук. Он верил, он знал, что Чонгук верит в него, Чимин просто не мог подвести его. Много десятков лет ушло на создание ракеты. Много нервов и слез, У Чимина довольно рано появились первые седые пряди, но оно того стоило. Благо, воссоздавать энергонакопитель не пришлось. Провозился, правда, Чимин с ним знатно, но все же запустил. Правда, теперь, когда уже готовая, сделанная из оставшихся материалов ракета стояла на своей "подзарядке", вставала новая проблема. Радиация никуда не исчезла, а Чимин уже немолодой. Благодаря найденным костюмам облучение свелось к минимуму, но, тем не менее, оно никуда не делось, а таблетки с йодом закончились довольно давно. Чимин не боялся, но тревожился, что он может просто не перенести этот полет.

***

День икс настал. Пак смотрит на всю эту конструкцию и не может поверить собственным глазам. Это все сделал он. Это плоды его собственной упорности, которой обзавидуется даже Чон, веры и надежды на самое лучшее. Скромный корабль, рассчитаный на него одного, но, по расчетам, обязанный вывезти его в открытый космос, в котором Чимин уже будет искать их ту самую звезду. Выдохнув, Чимин нервно сложил потрепанную временем книгу в антирадиационном пакете в сумку и пошел на борт его собственного корабля. Уже там его ждало его самодельное кресло, которое, как он предполагал, поможет ему в будущем, потому как он сомневался, что его тело выдержит такую нагрузку. Все же, он уже взрослый. За эти долгие годы Пак обучился управлению кораблем и обязательно научит этому и Чонгука, когда они встретятся. Обязательно расскажет, как верил в верящего в него Чона. До взлета оставалось пять.. Четыре... Три.... Две.... Одна.....

***

Он в космосе. Он в чертовом космосе. Чимин не может поверить своим глазам. С помощью имеющихся на базе приборов для отслеживания кораблей, он смог определить предположительный путь того судна, на котором должен был улететь когда-то сам. Чимин двинулся прямо по тому направлению.

***

Когда Чимин прилетел к одной из предположительно их звёзд, возникла проблема с посадкой. Да и не только с ней. Показатель топлива начал подавать неприятные сигналы, но Чимин не обращал на них внимание. Он чувствовал, что он там, где должен быть. Уверенно двинувшись вглубь планеты, Пак надеялся, что высадится безопасно для обитающих на ней существ.

***

Посадка прошла успешно. К счастью, он мог стоять на ногах, поэтому сам, без помощи, покинул свой миниатюрный корабль в специальной одежде с балонами кислорода(просто на всякий случай). Его встречали удивительной внешности люди, что выглядели удивленно-любопытными и никак не настроенными злобно. Не удивительно, еще тогда, много лет назад, человечество наладило свои первые контакты с цивилизациями вне Земли. Хоть люди и выглядели обычно одетыми, без каких либо защитных костюмов, Пак свой снимать побоялся. Возможно, у них просто иммунитет. Подняв руки вверх, он окончательно вышел из своего корабля, надеясь, что его поймут и помогут. Подойдя к удивительным людям, Чимин показал им голографическую фотографию еще совсем молодого Чонгука. Не нужно было долго думать, чего хотел Пак. Одного взгляда на его изломанные сквозь окошко брови и полного мольбы взгляд было достаточно. Сердце Чимина забилось чаще, когда один из молодых мужчин узнал Чонгука. Тот, взяв его за руку, повел за собой. Паку сопротивляться не было смысла. Если это неверный путь, то он будет искать новый, а если он идет по верной тропинке, то все еще проще, он просто останется со своим мужчиной. Зайдя в темное помещение, Пак остолбенел. Первым, что он увидел, была теплица, с удивительно красивым, каким он давно не видел, небом его Земли. В теплице было множество растений, а та самая вишня, которую он видел только на картинках в книге, гордо стояла и рассыпала вокруг свои лепестки. А рядом. Рядом он. Тот, ради которого Чимин жил столько лет, когда, казалось, надежды нет. Тот, благодаря кому Чимин выжил. Тяжело выдохнув, Чимин заметил рядом сидящего мальчика. Тот, казалось, заметил их тоже, а когда незнакомец позади шикнул, тот что-то сказал Чонгуку и подбежал к ним. Любопытно разглядывая Пака, тот что-то говорил на своем языке, а потом они вместе с незнакомцем вышли из помещения прочь. Оглядев одетого в обычную одежду Чонгука, Чимин попробовал раздеться тоже. Отложив специальный костюм в сторону, Пак ближе прижал сумку с книгой и, казалось, тут его выдержке пришел конец. Слезы крупными дорожками покатились по щекам, грудь вздымалась высоко и часто, а единственное, что он смог из себя выдавить, это хриплое: - Twinkle, twinkle, little star, - на большее Пака не хватает и он громко всхлипывает. Чонгук крупно вздрагивает, когда слышит слишком изменившийся, но такой родной голос. Он не может поверить своим ушам, думает, что это уже его личный бред, что он уже окончательно сошел с ума, но все равно выдает тихое, но слышимое в их хрупкой тишине, избавляемой еле слышимыми всхлипами и рваным дыханием: - How I wonder what you are... Прямо как тогда. Как тогда, когда они пролетали последний спутник, а голос Чимина оборвался, казалось, навсегда, а на деле лишь на много десятков лет. Развернувшись в кресле Чонгук не смеет подъехать ближе, ему страшно, страшно, что сделай он хоть еще одно малейшее движение, и эта иллюзия развеется, мираж, созданный его воспаленным воображением рассыплется в прах. Чимин видит неуверенность в глазах мужчины, поэтому, взяв свой ингалятор в руки, прижимает сумку ближе и, шажок за шажком, подходит к Чону. - Это невероятно, - сквозь всхлипы и слезы счастья он старается говорить внятно, но некоторые звуки все же проглатываются, - вишня, ты вырастил ее, Чонгук, я поздравляю. Чонгук продолжает смотреть на невероятно изменившегося, как и он сам, Пака. Он даже не пытается стереть свои слезы, просто глупо таращится на подходящего к нему мужчину, пытаясь осознать, что вот он, лишь руку протяни. - Я верил, - наконец выдыхает Чонгук перед тем, как сморщить лицо из-за нескончаемого потока слез, а затем, сквозь громкие всхлипы и скрывающие лицо руки продолжает, - я верил, что ты выжил, Чимин. Боже, скажи мне, это правда ты? - поднимает такое же мокрое, как и у Пака лицо, глядя прямо в глаза. - Это я. Это я, Чонгук, вот он, прямо перед тобой, ну что ты, не плачь, - Чимин бережно вытирает чужие слезы подушечками дрожащих пальцев, сам не до конца осознающий произошедшее, - у меня подарок, Чонгуки. - Дурак, - Чонгук перехватывает тонкие запястья, смотря в мокрые глаза, - передо мной стоишь ты, и поверь, большего мне не надо. Мягко выпутываясь из крепкого, словно боящегося отпустить захвата, старший легонько щелкает Чона по носу и тянется к запакованной в специальный пакет книгой. Достав ее, Чимин улыбается так широко, что, кажется, готов пересиять все два солнца, те множества лун и нескончаемое количество звезд, которые есть на этой планете. Чонгук же не верит уже ничему. Он лишь усмехается, а затем глухо, урчаще смеется себе под нос, а затем аккуратно дергает улыбающегося мужчину на себя, сажает к себе на колени и, крепко-крепко обняв, утыкается носом в ключицу и снова ревет навзрыд.

***

Пройдет еще немало лет, прежде чем мальчишки повзрослеют. Чимин обязательно расскажет, каково это - быть летчиком, они вместе создадут немного менее пафосный, чем предполагалось изначально, межгалактический футбол, но главное, что они снова вместе. Теперь уже навсегда. На их звезде.