Это всегда был ты

Очередной город, очередная охота, очередной грязный номер в мотеле. Насколько мог сказать Дин Винчестер, он и его брат остановились где-то на севере Миссури всего на одну ночь, но Сэм все же вытащил из Импалы несколько сумок со всем необходимым для охоты и просто спокойно проведённой ночи. Дин прошёл по обшарпанному ковру к его кровати, буквально падая на нее, и начал снимать с себя прилипшую к телу грязную одежду, что была чистой еще этим утром. Винчестер облегченно простонал и потянулся к прикроватной тумбочке, где уже стояла открытая бутылка виски, и налил алкоголь в чашку, изначально предназначавшуюся для чая. Он приподнялся, чтобы упираться в изголовье, и сделал большой глоток, заливая сладкий алкоголь себе в горло. Это не было тем, в чем он нуждался. Он просто устал. Ему хотелось поскорее убежать от реальности, и алкоголь был самым действенным из всех, если не считать результаты поисковика по запросу «Грудастые азиатки». Прищурившись, Дин посмотрел на часы, висевшие над старым телевизором. 22:47. Сэмми сказал, что поехал навестить Бобби, а это значит, что он вернётся только завтра утром. Дин вздохнул и вновь глотнул алкоголь из чашки, наслаждаясь послевкусием виски. Винчестер приподнял рукав на левом плече, рассеянно прикасаясь к отпечатку руки, чувствуя непонятное облегчение от понимания того, что Кастиэль был хоть как-то с ним связан. Даже если Каса не было уже две недели. Дин знал, что вызывать Каса сейчас было бы глупо — просить прийти ангела к себе, чтобы избавиться от скуки и чувства одиночества было слишком даже для Винчестера. Но Дин все же потянулся к телефону, до этого момента лежащего где-то рядом с подушкой. Пролистывая номера контактов в его телефоне, он пару раз остановился на номерах девушек, рядом с именами которых было написано название города, в котором он сейчас пребывал. Все же пролистав эти контакты, он остановился на высветившемся имени ангела, и не смог нажать кнопку вызова. Почему он просто не позвонит ему? Это не потому, что Кастиэль спит, и не потому, что Кас берет пример со всех действия Дина, причём совершенно любого рода. Тогда почему нет? Дин чувствовал, что его сердцебиение намного чаще и громче обычного, или это просто тишина в комнате так давит на мужчину, но когда в динамике его телефона заиграла вроде бы привычное «Heat Of The Moment», его сердце с силой застучало о грудную клетку, и Дин сквозь зубы ругнулся. Уронив телефон, будто тот его ударил током, охотник снова выругался и проверил номер телефона. Это был Кас. Телефон продолжал звонить, но Дин просто смотрел на часы над телевизором. 00:13. Как долго он раздумывал над звонком Касу? Он не мог это делать все это время. Тишина вновь заполнила комнату, стоило только мелодии звонка смолкнуть, и настроение Дина ухудшилось. Почему, черт возьми, он должен был быть таким подавленным и уставшим, а Кас, от которого он хотел получить помощь, сделал все только хуже? Или это отсутствие Каса рядом все портило? Сделав решительный глоток, Дин провёл рукой по взлохмаченным, грязным светлым волосам, понемногу успокаиваясь. Когда его телефон зазвонил во второй раз, он ответил после первого гудка. «Кас?» «Дин», — низкий, хриплый голос буквально затопил мысли Дина, и тот вздохнул, чувствуя себя почти облегченно. «Кас, почему ты звонишь мне так… поздно? У тебя все в порядке?» — пробормотал Дин, откидываясь на спинку кровати, поудобнее уложив ноги. «Я… Просто прошло много времени с тех пор, когда мы в последний раз разговаривали», — сказал Кас, будто это было очевидно с самого начала. Дин был немного смущён, но все же улыбнулся уголками губ. «Что, у вас есть новое руководство или что-то в этом роде? Или просто новости, которые не могут подождать до утра?» «Я скучаю по тебе», — голос ангела звучал более-менее нормально, но под конец сорвался, как будто он давно не решался сказать эту фразу. Но это не помешало сердцу Дина забиться так быстро, что еще немного, и выпрыгнуло бы прямо из грудной клетки. «Кас… Кас, ты пьян?» «Возможно, немного», — ответил Кас с неоспоримым смехом, хриплым, тихим смешком, заставляющим Дина тяжело сглотнуть. «Ох… Ну, я тоже по тебе скучаю. Приятно слышать твой голос», — что было правдой. Дин сказал бы это, даже если бы он был трезвым. «Да, мне тоже… Как ты?» — спрашивает Кас, и Дин делает паузу, прежде чем ответить. «Думаю, мне не на что пожаловаться», — привычная ложь легко слетает с его губ, повторённая миллионами раз прежде. Но сейчас она похожа на правду. Почти. «Что случилось, Дин?» — спросил ангел, и его голос вновь как-то дрогнул под конец. Дин прикрыл глаза, обдумывая свой ответ. «Просто… Ничего. Мне не на что жаловаться, потому что ничего не изменится», — Дин пробормотал это, понимая, что это чистая правда. Люцифер все также будет пытаться овладеть Сэмми, а Михаил продолжит охотится на его задницу. «Но, Дин, все изменилось. Все постоянно меняется. Разве не в это ты веришь? Просто… Эта судьба — настоящий мешок дерьма». Дин никогда раньше не слышал от Каса ругательств, особенно обращённые на планы его отца. Он перевернулся на бок, оперевшись на предплечье, перед тем как ответить. «Я не знаю, что думать, Кас. Все, что я знаю, это то, что зло везде, куда бы я ни посмотрел, и сколько бы сукиных сынов я ни убивал или отправлял обратно в Ад… А сейчас и на Небеса. Но их всегда будет больше. И нет никакого решения, Кас. Так что да, я немного расстроен. Я просто хочу, чтобы эта... Боль ушла. Даже если частично». Дин осёкся, понимая, что меньше всего он хотел срываться на Касе, выливая на него всё, что на душе. Теперь Дина резко пробил страх разочаровать Кастиэля, предстать перед ним тем, кем тот его не видел. Тишина на том конце заставила Дина испугаться — слишком много он сказал. Дин готов был поклясться, что прошло не меньше пяти минут, прежде чем Винчестер решил закончить эту молчанку. Но стоило ему открыть рот, как Кас заставил его замолчать, заговорив первым. «Дин… Я понимаю, о чем ты», — пробормотал мягкий голос Кас, — «Не могу сказать, что понимаю по личному опыту, потому что я не человек. Пока что нет», — Кас засмеялся сухо, и Дин знал, что он имел ввиду, — «Но из моих взаимодействий с твоим родом… Я понял, что даже без этой войны Зло все равно будет там. Дьявол не сам Зло — он ведёт других к нему. Но чистое Зло происходит от безудержной нужды и природных желаний. Нет беды, вызванной демонами. И если я могу говорить честно… Часть меня рада этой войне». Дин устало вздохнул, потирая переносицу, пытаясь понять и разложить по полочкам все то, что только что сказал Кас. «Позволь мне объяснить, Дин. До этой войны человечество было на грани уничтожения. Разрушения мира. Ядерные войны за нефть, конкуренция за землю и ресурсы. Целые нации были уничтожены за одну ночь. И никому не было дела. Не было более доверия. Этот мир был создан моим Отцом из любви, но его разрушает ненависть», — последнее слово было пропитано горечью, — «Но когда демоны вспыхнули, люди должны были объединиться. Они должны были, если хотели даже думать о выживании. Это была слабость демонов номер один, но после прихода Люцифера… Раньше люди побеждали, пока…» «Пока не пришли мы с Сэмом и не освободили Люцифера из клетки, обрекая нас всех на смерть», — Дин сердито хмыкнул, а ненависть к себе разлилась по венам. Винчестер закусил щеку. «Ты не знал, Дин. Никто не знал. Ты просто человек. Ты не совершенен», — Кас сделал секундную паузу, для Дина длившуюся целую вечность, — «Никто не совершенен, кроме Бога». Дин раздумывал над ответом секунду, а может быть — и того меньше. «Ты идеальный». Он сказал прямо, ничего не скрывая. Вновь звенящая тишина повисла на той стороне, и Дин даже подумал, что его дерьмовый телефон сбросил звонок. Но на экране все еще высвечивался звонок, поэтому охотник приложил телефон к уху, вновь закусив внутреннюю сторону щеки. «Я… Я далеко не идеальный», — Кас тихо бормотал себе под нос, его голос был каким-то тяжёлым, — «Я взбунтовался, я убил, я думал о том, о чем не должен был, мечтал о вещах, которые…» «Кас». «Дело в том, Дин Винчестер», — резко изменившийся, ставший более командным голос Каса заставил Дина покрыться мурашками, — «что я не идеален ни по каким стандартам». «Черт побери, заткнись», — Дин резко сел, сгорбившись, и с придыханием начал говорить дальше: «Был бы ты рядом, я тебе врезал бы. Я думаю, что ты совершенный. Поверь мне, я знаю, каково это — пытаться бороться за дело пропавшего отца. Черт, моя вера в отца, которого я смогу вскоре увидеть и обнять, так часто подвергалась сомнениям, что и не сосчитать. Но ты… Ты никогда не сомневался, Кас. Никогда. И ты смог не перейти границы между добродетельной борьбой и борьбы за себя. Я этого не могу… Как и раньше». Тишина в динамике на этот раз стояла недолго. «Спасибо, Дин. Мне приятно это слышать от тебя, человека, которому я служу, то, что ты меня так ценишь». Дин сквозь зубы простонал. Это все алкоголь. Это все тот проклятый Джек Дэниелс, гуляющий в его крови. Это он заставлял возбуждаться только от голоса Каса, такого мягкого, хриплого. Это он заставил Дина лечь на кровать и левой рукой провести по промежности. Именно алкоголь вынудил его открыть рот в беззвучном, но богохульном стоне. «Где ты, Кас?» — Спросил Дин, расстёгивая пряжку ремня. «Я, эм, в каком-то отеле рядом с границей Арканзаса с Миссури и Оклахомой. По крайней мере, я на это надеюсь, Дин», — растеряно произнёс Кас, запнувшись на последнем слове. «Знаешь, Кастиэль», — Дин остановился, сдерживая стон, — «действительно приятно слышать, как ты произносишь моё имя». Наконец справившись с пряжкой, Дин приподнялся, вытягивая ремень из петель. «Кас…» «Да, Дин?» — немного взволнованно ответил ангел. «Что на тебе сейчас надето?» — спросил Дин, бросив ремень на пол. Он до сих пор не мог поверить в то, что он делает это, расстёгивая пуговицу на джинсах. «Почему тебе это важно?» — начал Кас, но Дин его оборвал. «Кас, ты мне доверяешь?» «Абсолютно», — это прозвучало так же естественно, как дыхание, без сомнений, без размышлений. Просто абсолютная преданность. «Послушай, Кас, я всего лишь человек. Мне нужно время от времени спасаться. Это слабость. Люди не являются чистой непоколебимой силой». «Ты не слабый, Дин…» — Шёпотом произнёс Кас. «Черт побери, это не какая-то жалость к себе, это факт. Людям надо иногда уйти от реальности, или мы умрем», — его голос стал мягким, — «Кас, если я тебя вообще знаю… Тебе тоже это необходимо», — он остановился на секунду, прежде чем нерешительно добавить: «Позволь мне помочь». «…Хорошо, Дин», — тихо сказал Кас, подчиняясь желанию Дина, и Дин снова лег на кровать, положив руку на молнию своих джинсов. «Хороший Кас. Что на тебе надето?» «Хлопок, серый V-образный вырез с фланелевыми брюками», — Дин услышал тихий стук, когда голова Каса ударилась о подушку. Дин вздохнул. «А также?» «И что?» «Боксёры, трусы, чертовски стринги, что под штанами?» «Ничего такого». Дин перестал дышать на секунду. Его ангел ходил в штанах на голую кожу. Закусив губу, Дин сдержал стон. «Блять, Кас», — прошипел Дин, стягивая молнию на джинсах, тут же обхватывая рукой свою эрекцию. Он провёл пальцем по одетому валу и должен был физически сдержать стон. «Кас, я хочу, чтобы ты поступил именно так, как я сейчас говорю, хорошо?» — спрашивает Дин, его дыхание поверхностное и неровное. «Да, Дин», — шепчет Кас. «Хорошо. Подумай о… порно ты наблюдал некоторое время назад. Пицца парень один. То, что они делают.» Дин предоставил Касу немного времени для этого, когда он свободной рукой натянул пояс своих боксёров. «Кас?» «Да, Дин?» — голос Кас вышел ниже обычного, и Дин тихо застонал, позволяя пальцам коснуться грубых волосков над его членом. «Подумай о том, что я делаю такие вещи. Делаю это с тобой. Представь мои руки на твоём теле прямо сейчас». Дин вздохнул, когда его эрекция пульсировала, нуждаясь в прикосновении. Он изобразил Кас сверху на нем, притирающегося к нему своими широко раскрытыми крыльями, и откинул голову назад. Матерь Божья. Он снова заговорил с Касом. «Пусть твои пальцы тянутся под твоей рубашкой вниз по животу. До линии волосков на животе. Закрой глаза и подумай обо мне, Кас», — Дин поднёс телефон к уху и услышал нежный шелест пальцев под тканью и явную заминку в дыхании Каса. «Дин, он чувствует себя так жарко», — Кас подавился, тихо простонав. «Все в порядке, Кас, все в порядке. Так и должно быть», — Дин тихо успокоил, едва удерживая его в реальности. Его маленький ангел с трудом думал о Дине. «Кас… Сними штаны. Пусть материал потрётся о тебя. Тяни медленно», — Дин обхватил себя рукой, чувствуя его толстый ствол в кулаке. Кас издал тихий стон, его дыхание было уже горячим и тяжёлым. «Блять, Дин», — простонал Кас, и кровь прилила прямо в член Дина, его рука инстинктивно скользнула к основанию. Он закрыл глаза, изображая почти обнажённую фигуру Каса, лежащую на кровати, его спина выгнулась от кровати в новых, ошеломляющих ощущений. «Хорошо, Кас, теперь обними себя», — задыхается Дин, его глаза все еще закрыты, когда он опускает бедра. Заставляя себя не поддаваться. Громкий, похотливый стон, который срывается с губ его ангела на другом конце телефона, заставляет Дин вздрогнуть. Маленькая капля предэякулята стекала с головки его члена. «Черт, Кас, держи это в себе, чувак», — просит Дин, больше ради него самого. Если Кас продолжит это, Дин кончит, не используя рук. Нуждающиеся, дышащие вздохи Каса кажутся приглушёнными, и Дин на девяносто процентов уверен, что Кас кусает подушку, заставляя себя замолчать. Дин чувствует, что он до предела возбудился, и это не алкоголь. «Да… Да, детка, это именно то, что я люблю», — произнёс Дин с дрожью в голосе, — «Теперь я хочу, чтобы ты погладил себя. Проведи пальцами вверх и вниз по стволу». Когда он инструктирует Каса, его собственная рука скользит вверх и вниз, его прикосновения сначала медленные и осознанные, но образы Каса, касающегося самого себя, в отчаянии от голоса Дина, говорящего ему, как доставить себе удовольствие, мешают делать это медленно. «Что ты хочешь, Кас?» — его рука на члене ускоряется, заставляя Дина слегка прогнуться в пояснице и податься вперед, к руке. «Черт, Дин, чёрт возьми, Боже мой, я хочу тебя. Я хочу…» — громко стонет Кас, и Дин воображает, как большой палец Кас непреднамеренно скользит по его уретре, посылая горячий электрический ток, чтобы выстрелить в позвоночник Каса, до чертовых концов его крыльев. «Я хочу тебя», — задыхается Кас, — «Ты прикасаешься ко мне, трахаешься со мной, я хочу, чтобы ты был во мне!» — Кас чуть ли не кричит. «Детка, я хочу трахнуть тебя в Ад и обратно», — Дин еле выговаривал связанные по смыслу слова прямо сквозь отчаянные стоны, полагая, что все его тёмные секреты были раскрыты в этот момент: «Возможно, ты крепко схватили меня и вытащил из Ада, но я собираюсь крепко схватить тебя и трахнуть». Ангел на другом конце телефона заскулил, и Дин снова закрыл глаза, чувствуя горячую стеснённость в глубине своего живота, представляя дрочившего Каса. Теперь Дин молчит, трахая свою руку. «Дин, о Боже, мне так жарко», — хрипло говорит Кас, очевидно, близкий к его собственному освобождению. «Дин, я не могу, я не могу, о Боже… Дин, Дин. БЛЯТЬ, Дин, помоги!» Мышцы Дина напряженно сжаты, а его спина почти арку, когда он слышит просьбу Каса. Телефон так близко к уху Дина, что он практически вспотел от исходящего от Дина жара. Его грязные светлые локоны тёмные и мокрые от пота, влажный и пульсирующий член в точности отбивает его быстрое сердцебиение. «Кас, крошка, положи большой палец на свою щель. Проведи по ней подушечкой большого пальца один раз, а затем подержи», — Дин настаивает, желая, чтобы оргазм Кас был ошеломляющим, насколько это возможно. Дин следует своему собственному приказу, и на секунду он перестаёт видеть все, кроме пляшущих перед глазами белых кругов. «Сын…» он задыхается, раздутый кончик — самый чувственный из когда-либо существовавших. «Черт, Дин, нет, блять, блять, блять!», — Кас кричит, взлет и падение его тела слышно по телефону, изголовье кровати отскакивает от стены на заднем плане. «Хорошо, детка, хорошо, отпусти. Возьми простыни свободной рукой и отпусти. Приди за мной». Дин хрипло застонал, грудь вздымалась, когда он скользнул рукой вниз, схватившись за основание. Ответ от Каса пришел мгновенно — он испустил самый похотливый стон, который когда-либо слышал Дин; как будто Кас просто оргазмировал в чертовом Иерусалиме, снова и снова выкрикивая имя Дина. Это была самая горячая вещь, которую Дин когда-либо слышал, и он не мог больше сдерживаться. С криком, вырвавшемся из лёгких, мышцы шеи Дина напряглись, и он застонал грубо и громко, бедра дико подпрыгивали, когда он проводил рукой по члену. Всё это давление ослабевало, когда он вскрикнул. «О, Боже, Кас. Кас. Ка-ас. БЛЯДЬ, КАС!» Ритм Дина прерывается, его мышцы медленно разжимаются, и он тяжело падает обратно на кровать. Его тело мягко пульсирует во всем. Он пытается восстановить дыхание, поднося телефон к уху дрожащей рукой. «Кас?» «… Дин?» — голос Кас слабый и затаивший дыхание, задыхаясь от ветра. «Как… Ты в порядке?» — спрашивает Дин, протягивая руку за салфетками рядом с ним, чтобы почистить простынь. «Я… полностью истощенный. И грязный… Но нет никакого стресса, Дин. Я чувствую себя… Замечательно», — удивленный тон заставляет Дина улыбаться. «Возьми салфетки с тумбочки и почисть простыни, Кас». «Хорошо, Дин… Дин?» «Да, Кас?» «Я хочу быть с тобой». Дин снова потерял дар речи. Независимо от того, сколько раз Кас говорил такие вещи, его никогда не сбрасывало. Чистая, вечная любовь и преданность, которые Кас испытывал к Дину, никогда не переставали его удивлять. «Это значит для меня всё, Кас, тем более, сказанное губами ангела», — прошептал Дин. «Почему ты шепчешь Дин?» «Я не могу быть слишком громким». «Почему?» «Потому, что я тоже хочу быть с тобой. Всегда хотел. Хотел, чтобы ты был рядом, чтобы лежал рядом со мной на кровати. Ты заставляешь меня поверить, что есть надежда на этот дерьмовый мир. Я говорю это шепотом, потому что обращаюсь только к тебе. Я хочу, чтобы ты знал, что всё это лишь для тебя. Если ты хочешь, чтобы я рассказал об этом всему миру, я сделаю это для тебя. Но сейчас я хочу, чтобы это услышал только ты. Только ты-», — Дин делает глубокий вдох, после чего тихо добавляет: «Это всегда был только ты».