Мама, роди меня обратно, я залезу сам.

Утром проснулся как раз к завтраку, а потому, быстро собрав необходимые вещи, протер Пенелопу и, аккуратно положив ее в кобуру, перекинув диагонально на спину, пошел вниз. Надо будет на досуге заняться боксом, иначе спокойно жить не дадут. Кстати, еще и волосы стоило бы подстричь, а то как педофил какой-то. Позавтракав, поторопился на уроки. Найдя в сумке резинку для волос и заколку, заколол челку на макушке. Очень спасает, когда времени нет подстричься. С недавних пор надо следить за тем, чтобы выглядеть как последний убийца, чтобы не лезли. В классе сразу же бегло осмотрел всех и, найдя Кеске, поторопился к нему. - Доброе утро, Маки! - Поприветствовал парень. - Что-то случилось? - Ты мог бы и сказать, что это клуб извращенцев, - тихо прошипел, наклонившись над ним. - Я думал, что ты знаешь, - Яччан поспешно откашлялся. - Ты же сам говорил, что... Нет? Прости, пожалуйста! Я правда не подумал об этом! Как мне загладить свою вину? - Уже никак, я влип по полной, - затем немного подумав, добавил: - Здесь есть какая-нибудь боксерская груша? - Думаю, можно попросить у учителя, должно быть в старом инвентаре, - Ягучи щелкнул пальцами. - Могу помочь донести, как будешь идти после клуба сегодня. Спрошу у учителя. Давай мне номер, позвоню, как узнаю... Написав номер, сел за парту. Как-то странно начали поглядывать. Взглянув мельком на Тооно, обомлел. Парень сидел и мечтательно, как школьница краснел и смотрел на Яччана. Неужели это заразно? Может маску надеть? От этого прививки какие-нибудь делают или это уже смертельно и безвозвратно? На обед решил свалить куда-нибудь в укромный уголок, прихватив Пенелопу, на всякий пожарный. Достав булочку с кунжутом из пакетика, принялся есть. На ступеньках за школой было тихо и спокойно. До поры до времени. Из-за того, что находился за углом и не было видно, какие-то парни подумали, что здесь никого нет, а потому принялись за дело. Булочка застряла в горле, тихо давился, чуть не задохнулся. Тише воды ниже травы. И тут, как всегда "во время" зазвонил телефон. Один из парней испугался и свалил, а второй, судя по шагам, подошел и заглянул. - Привет, - Тамура сверлил меня взглядом, пока я сидел с булочкой в одной руке, с телефоном в другой, слезами на глазах, набитыми щеками, как у хомяка. - Ты что здесь делаешь? Ты меня прервал. - Пф... Фофи, - из всего только непонятные слова и летающий кунжут. Пришлось достать бутылку воды и резко все проглотить, запив. Думал помру. - А у тебя ничего так горлышко, - Пенелопа рядом, я спокоен. - Знаешь, я неудовлетворенным остался, может заменишь моего сбежавшего партнера? - Оп, извини, не могу, уроки важнее тебя, - подскочив, побежал, на ходу доедая обед. Просидев еще несколько уроков, по окончанию Яччан, извиняясь, сказал, что обязательно позвонит и скажет на счет инвентаря, а затем убежал на тренировку. Я же не спеша собрался и вышел из класса. Тооно одернул возле выхода и посмотрел. Парень замялся, явно боясь о чем-то спросить, затем немного покраснел и почесал затылок. - Не ломайся, как девчонка, мне их дома хватает, подарить одну? - Шутливо спросил. - Нет, спасибо, - затем Такаши вдохнул и выдохнул. - У тебя же есть телефон Яччана? - Я кивнул. - Можешь дать мне его номер? - Ты уже перешел на сторону клуба? - Он отрицательно закивал. - Ясно, - найдя нужный номер, дал телефон Тооно. - Записывай. - А ты мне не дашь свой номерок? Может даже немного бы покувыркались, - на пояс легла чья-то рука. Щелчок и открылась кобура, а затем резко вынимаю биту с размаху чуть не попав по парню. - Ого какой грозный. Наверное, семе. В прочем, у меня есть знакомый уке, так стонет, что любой семе заведется. - Ты охринел что ли? - С максимально ужасающим лицом спросил я. - Я и тебе, и твоему другу выбью так, что понадобятся тридцать два протеза. Еще раз свои паскудные руки потянешь - вылетишь с третьего этажа так высоко, что самолет собьет и твои кишки на черном рынке продам. Ковыляй по-хорошему. - И свалил. - Вау, ты крут, - погладив Пенелопу, сложил ее обратно в кобуру. - Наверное, занимался в каком-то клубе? Дзюдо? Кендо? - Нет, я вообще-то занимался бейсболом только, но у меня три сестры, которые умудрялись попадать в разные переделки, - Такаши отдал телефон и мы пошли к клубу. - Приходилось их вытаскивать. Под рукой всегда была бита, а потому научился использовать ее в разных вариантах. Хотя и влетало не хило. Не прошли даром уроки уличного боя! В клубе Акеми смотрел на меня, как на врага народа. Похоже, узнал. Ну, и флаг ему в руки и барабан на шею! Сев на свободное место, подальше от всех, в уголок, начал наблюдать. Тамура рассматривал игрушки, Акеми не сводил глаз, Итомэ спокойно держал любовничка на руках, нежно гладя того по голове, Юри как всегда выкрикивал что-то непонятное на инопланетно-орочьем языке, Шикатани краснел непонятно от чего, а Тооно даже не знал куда приткнуться. Чуть позже подошел Юу в хорошем расположении духа и, глядя на Такаши, покраснел. - Не смотри на меня так, Макино! Возьми уже наконец-то! - Параноидальный парень бахнулся. Причем сильно. - Что у Юри под очками? - Решив проигнорировать его слова, спросил я. - Думаю, что глаза, но это не точно, - вот так "уверенность". - Он в очках и спит, и в душе моется. - Это странно выглядит... Хотя, после выгуливания секс-игрушки я уже ничему не удивляюсь, - Акеми прожигал дыру. - Да хватит, а! Горелым воняет! Акеми, чего ты на меня пялишься?! - Почему ты отказался? - Серьезно что ли?! - Ты мог добровольно лишиться с таким парнем. - Эй, привет, я вообще-то по девочкам! Я же не виноват, что ты ненавидишь женщин, у меня их дома целых три, плюс моя мать, - президент вздохнул и наконец-то перестал буравить. - Но не битой же угрожать, - Тамура засмеялся. - А передо мной сегодня был такой маленький, булочкой давился. Он точно семе? Как по мне он какой-то психованный уке! - Я тебе сейчас пробку в задницу вставлю, причем ту, которая предназначена для бочек с вином, скручу в кренделек и продам в рабство на аукционе на черном рынке, - Аято заинтересованно посмотрел. - Еще раз из твоего вокзала услышу что-то подобное в мой адрес и твой зубной состав тронется со скоростью света и влетит в первый столб. - Ого-го-го, как грозно! - Начал дразнить Тамура, сделав издевательское лицо. - Даже не интересно с тобой соперничать, - сказал я. - А то и половины слов не поймешь. - Р-р-р-р, - Юи показал средний палец. - Если я на месячном тесте смогу тебя обойти по баллам, то ты должен будешь отдаться мне полностью, я тебя так отделаю, что живым не уйдешь! - Так, с вами было весело, но я валю из клуба. - Подожди, как на счет сыграть в карты? Если я выиграю, то ты будешь в клубе и на месячном тесте, если наберешь меньшее количество баллов, то у тебя будет личная оргия, которую устроят Юри и Тамура, - предложил Акеми. Знает, собака, что я падок на азартные игры. - А если выиграешь ты - можешь уходить из клуба, тебе ничего не будет и я даже выполню сам лично твое одно желание, даже если ты скажешь, чтобы я женился на твоей сестре. Итомэ сделали судьей. Внимательно слежу за картами и раздачей. Коширо мастерски перетасовал карты, даже подснимает профессионально, затем раздает. Игра начинается. Любовь к покеру проснулась тогда, когда Миса вляпалась в неприятную ситуацию и она влетела на довольно крупную сумму. Мне потребовалось около трех месяцев, чтобы от малого до хорошего игрока дорасти. После просто сыграл несколько раз с ними в покер и отбил весь долг. Даже такое приходится делать. Акеми выглядит довольно уверенным. Остальных участников клуба попросили на время покинуть комнату, чтобы не мешали. С каждой секундой напряжение возрастало. Спасибо Ди-грею, на который подсадили близняшки, что теперь пофигизму научился у Аллена. Вместо денежных ставок мы делали ставки словесно. В итоге под раскрытие, в случае моего проигрыша я должен: вступить безоговорочно в клуб, затем участвовать в пари с Тамурой, выйти на крышу и прокукарекать и прокричать, что я гей и, последнее - поцеловать мужчину. В случае выигрыша: Акеми разрешает мне и Тооно покинуть клуб, не набирать новых участников, расстаться с Итомэ, перевести всех участников на сторону любителей милых тян и заставить Юри стать самым милым пареньком на всем свете и так, чтобы после его понимали. Настало время раскрывать карты. В полной уверенности открываю свой крестовый стрит-флэш. Акеми рассмеялся. Стараюсь не подавать виду, что что-то не так. Парень наблюдает за моей реакцией и не спешит раскрыть карты. Итомэ переживает, как и я. После даже начинает рыдать, мы в растерянности. Неужели проиграл?