Обособленность Харухи Судзумии : Тайна воителей

***

Молчаливая, полностью погруженная в чтение Нагато Юки — десятиклассница из литературного кружка, которую Харухи считала чем-то вроде «трофея». Ее присутствие было незаметным, как наличие азота в атмосфере, но из всех она самая странная. Можно сказать, еще страннее Харухи, сведения о Нагато только больше все запутываются. Если верить ее же словам, то эта безмолвная, безэмоциональная, безучастная и бесстрастная хрупкая девочка с короткой стрижкой– не человек, а созданный пришельцами механизм для коммуникации с людьми. Как это так, я и сам не знаю. Она сама сказала мне об этом, я мало что понял, но, похоже, что это правда. Причем Харухи ничего не подозревает и до сих пор считает Нагато «слегка странноватой книгочейкой». Вообще-то, «слегка» — это очень мягко сказано. Но несмотря на все это, моя Нагато, а я с уверенностью могу сказать, что моя и ничья больше, очень нежная и очень хрупкая. Покинули душевую мы порознь. Я вернулся, вопреки начальному плану, к группе. Нагато еще не появилась. Обыкновенно педантичный, Коидзуми отмалчивался. Казалось, он хотел было что-то сказать… но вскоре на его лицо вернулась улыбка. — Вероятно, я чересчур нервничаю. С самой весны на нас волнами идут неприятности, вот я слегка и тронулся. А! Они выходят. Я взглянул туда, куда указывал Коидзуми. Харухи приближалась к нам, шагая, как императорский пингвин, спешащий накормить птенцов;  Асахина-сан и Нагато-тян спешили за ней, будто бы гонясь за непослушной принцессой. — Самое время поесть. В меню сегодня самодельные бутерброды Асахины-сан. По рыночной цене их можно сбыть не меньше, чем за пять тысяч йен. Благодарите меня как следует за возможность отведать такого великолепного блюда! Вышло, что я был до того тронут возможностью наслаждаться самодельными двойными бутербродами Асахины-сан, что не смог разобрать, были ли они вкусными, или нет. Неважно: всё, что она делает, великолепно. Если на то пошло, даже тёплый японский чай, который она разливала из своего термоса, хоть и не сравнился бы с бутербродами, но был божественен. Харухи умяла свою долю в одно мгновение. — Пойду немного поплаваю. Приходите плавать, как доедите. Отдав такой указ, она прыгнула назад в бассейн. Потом, оставив в одиночестве медленно и степенно поглощавшую свой обед Нагато, двое из нашей команды ушли купаться. Я придвинулся к ней, через мгновение почувствовав как почти невесомая ладошка легла поверх моей руки. В это время Харухи и несколько младшеклассниц играли в вышибалы. — Микуру-тян! Скорее к нам! Асахина-сан кивнула, и через секунду получила по лбу мячом от Харухи, тут же пойдя ко дну. Время шло. Асахина-сан положила подбородок на поверхность воды и закрыла глаза, наверное, утомившись игрой с гиперактивными детишками. Довольная до невозможности Харухи казалась ещё более беззаботной, чем эти детишки.  Мы покинули общественный бассейн, лишь обессилев от игр. И даже на обратном пути мне всё равно пришлось повторять этот трюк с тремя на велосипеде, а Коидзуми опять досталась богиня молодости… После «просьбы» Нагато-тян, у меня не осталось сил. Ну хоть с одним делом разобрался.Я последними усилиями крутил педали, переживая жуткую несправедливость. Асахина-сан сидела на заднем сиденье, являя собой воплощённую женственность. Когда одной из рук она обвила велосипедиста за пояс, моё беспомощное сердце затрепетало ещё сильнее. Если бы вы прислушались к нему, вы бы услышали, как воют средь безжизненных скал и рвутся в небеса холодные ветра. Следуя указаниям Харухи, я поворачивал налево и направо и в конце концов мы приехали на ту же станцию, где встретились утром. А, ну да. Заплатить за всех. Если кого-нибудь интересует мое мнение — я готов заплатить за себя, Нагато-тян и Асахину-сан, если она позволит. Тем временем… — У меня готов план наших следующих мероприятий. Харухи осторожно положила перед собой лист бумаги и ткнула в него указательным пальцем. — Это ещё что? — План, как провести оставшиеся дни лета, — с некоторой гордостью ответила Харухи. — Чей план? — Наш; специальное издание, летние мероприятия «Бригады SOS»! — Я была потрясена, когда сообразила, что лета осталось всего две недели. Какой кошмар! Придётся нам сейчас же приниматься за работу. Харухин рукописный документ выглядел так: 》Непременные дела на каникулы ▪ Поездка на природу. ▪ Бассейн. ▪ О-бон. ▪ Смотреть фейерверки. ▪ Подработка. ▪ Звёздное небо. ▪ Тир. ▪ Ловить жуков. ▪ Испытание храбрости. ▪ Иное. «Поездка на природу» и «Бассейн» уже были вычеркнуты — видимо, поскольку с ними мы теперь покончили. Был ещё пункт «Иное». Выходит, Харухи ещё не всё распланировала? — Больше мне ничего в голову не приходит. Если что надумаю, допишу. Микуру-тян, тебе чего-нибудь хочется предложить? — Ммм…. Я взглянул на глубоко задумавшуюся Асахину-сан, пытаясь намекнуть ей: «Отказывайся!» — Я хочу ловить золотых рыбок. — Отлично! Харухи достала свой фломастер и дописала рыбок в список. Нагато легонько покачала головой, с улыбкой отказался и Коидзуми. Оба поступили совершенно правильно. Некоторое время Нагато потягивала колу через соломинку. — Спасибо. — Приступим завтра. Встречаемся около станции! Никто не знает поблизости места, где проводился бы фестиваль О-бон? Праздник фейерверков тоже пойдёт. — Я присмотрю что-нибудь. Ну разумеется, Коидзуми вызвался устранять её недоработки. — Я сообщу Судзумии-сан, как только получу всю требуемую информацию. Нам нужны места проведения О-бон и праздника фейерверков, так? — И не забудь про рыбок, Коидзуми-кун. Не забудь про единственное желание Микуру-тян. — Тогда я сделаю всё, что смогу, чтобы найти место, где О-бон и фестиваль лета отмечают одновременно.

***

Пока я расплачивался, Харухи вылетела из магазинчика как спортсмен-марафонец накануне соревнований. Я надеялся, что она сожгёт её одним махом, а не будет растягивать надолго — это избавит нас от необходимости разбираться с последствиями. Я обратился к незаметной участнице: — Нагато. Разумная органическая девочка-андроид, одетая в летнюю школьную форму-матроску, обернулась на мой голос: -… — Если у тебя появится еще «просьба», обращайся. -Да. Еще одна просьба. -Какая? -Подтверди. Тогда мы были в душевой, интересно что она попросит в этот раз? Эх была ни была! -Подтверждаю. Нагато стояла рядом со мной, не шевелясь, чуть дыша, смотря мне в глаза. Я тяжело вздохнул, опустил голову, чтобы избежать ее сверлящего взгляда. Но все же мой взгляд встретился с ее взглядом. Правой рукой она слегка коснулся моей щеки. От нежной бархатистой кожи исходил слабо уловимый запах старой бумаги. Я закрыл глаза, она продолжала… Холодные пальцы скользили по моей коже. Я не открывал глаз. Дыхание стало прерывистым. Взяв ее лицо в ладони, притянул очень близко к своему. Наши губы слегка соприкоснулись. Нагато не отстранилась и даже не пыталась этого сделать. Несколько минут мы стояли, замерев друг перед другом. Понимание реальности, в которой мы стоим в центре улицы, не приходило.Я чувствовал на себе ее дыхание, которое обжигало жаром. Резко убрав руки с ее лица, я продолжал стоять неподвижно. Нет! Так нельзя, еще чуть-чуть и я потеряю контроль. Меня трясло словно в лихорадке. Лицо Нагато выражало невозмутимое спокойствие. Я стоял неподвижно. Вдруг она впилась губами в мои губы. Я страстно ответил на поцелуй. Мой язык скользнул между ее губ, ища ее язычок. Продолжая целовать, мои руки сомкнулись за ее спиной. Она запустила руки мне в волосы. Напор поцелуя усилился. Жар распалялся по всему телу, желание охватило меня, несмотря на усталость, испарина покрыла лоб, дыхание стало прерывистым, мне не хватало воздуха. В одно мгновение меня как будто что-то ударило, я резко отстранился. — Нет! — выпалил я дрожащим голосом. — Я не могу так!.. — схватившись за голову, отвернулся от нее. Я был с ней. Был. Но одно дело быть с кем-то из благодарности за что-то, просто благодарность, как в душевой. Другое ломать комедию, аки два влюбленных голубка, в центре города. Но в манге, обычно, влюбленная девушка обнимала запаниковавшего главного героя со спины и шептала что-то вроде: я люблю тебя… Однако в моем поставленном с ног на голову случае такого не предвиделось. Хотя для приличия я постоял еще немного и лишь потом повернулся, чтобы лицезреть пустую улицу…