Обособленность Харухи Судзумии : Тайна воителей

Ноздри защекотал запах её кожи, а под пальцами нежно и податливо скользили то грудь, то живот, то ноги. Пальцы уже скользили по внутренней стороне бедра, поднимаясь все выше и выше… Зарычав от нетерпения и удовольствия, попытаюсь сорвать с неё юката, уже спавшее с одного плеча. Традиционная одежда, прикрывавшая её тело, падает вниз, обнажив прекрасные, идеальной формы груди с маленькими, возбуждающими желание сосками. Губы слились в жарком глубоком поцелуе, а прижавшиеся тела заговорили на языке желания. Ладони нежно мяли и стискивали её тело, отзывающеёся на каждое мое прикосновение, мечась повсюду в каком-то безумном вихре страсти. Губы коснулись её груди и заставили её раскрыть рот в безмолвном стоне. Я утонул. Но как прекрасно было тонуть в этом море, посреди этого аромата! Харухи замирает — Кен… Юки… — ее глаза расширяются, на лице изображается шок. С лица Коидзуми сползает вездесущая улыбка — тайные планы рухнули — он зол. Асахина молчит, в ее глазах стоят слезы… -Кен! … КЕН! Видение исчезает заменяясь реальностью- Нагато и Асахина-сан уже подошли к прилавку. Перед собой я вижу Харухи, крайне недовольную, отсутствием моей реакции. Еще раз кинув на меня недовольный взгляд она отошла к кассе, тихо бурча что-то себе под нос.

Желание сжигало их. Он впивался в её губы и Нагато отвечала взаимностью. В этот раз им было не до нежности. Этот порыв рожден их эмоциями.Хотелось выпустить те дикие животные чувства которые сидят в каждом. Он раздевал её с несвойственной для него грубостью, а она была не свойственно ей эмоциональна.  — Возьми меня. Я хочу быть твоей. — сказала она. И сейчас эти слова были сладки как мед для его слуха.  Она опустилась на колени, и поливала поцелуями низ его живота, а руки не как обычно нежно гуляли по его телу, а впивались короткими ногтями в спину и ягодицы. Сейчас ему было не до боли, он прекрасно понимал, что перед ним уже не скромная девочка, а распутная, страстная львица, которая жаждет любви. Он изнемогал от нетерпения погрузиться в её сладкий рот своим горячим и возбужденным членом, а она видя это не торопилась идти на уступки.  — Я больше не могу, возьми его! — неровным трясущимся голосом промолвил он, практически умоляя.  Сейчас она была главной, и ему доставляло удовольствие передать главенствующую роль ей. Наконец она решила сжалиться над ним. И в момент когда он собрал её короткие шелковистые волосы в руку, он почувствовал себя внутри её. Она ласкала языком головку, и губы быстрыми и глубокими движениями скользили по члену. Она помогала себе рукой, и временами её пальцы сжимали его, сильно, но не так чтобы доставить ему боль.  Боже, сейчас он был словно в раю.  — Я хочу тебя! — сказал он, намекая, что теперь его черед доставить удовольствие своей инопланетянке. Нагато-тян поднялась с грацией присущей только ей и перешла на постель. Легла раздвинув свои стройные красивые ноги и призывала его взглядом, с гордостью женщины, которая знает, насколько она прекрасна. Как завороженный он смотрел на нее и понимал. что ему хочется любоваться её красотой вечно, просто вот так стоять и смотреть на её тело. Но сейчас у него другая задача.  Он целовал её ноги, начав со ступней, постепенно, сантиметр за сантиметром продвигаясь к коленям, а оттуда выше к бедрам. Перевернув её на живот, уделил внимание ягодицам и наконец прикоснулся языком к горячему и влажному лону. Она вернулась на спину. Он ласкал Нагато, с каждым движением языка проникая все глубже и глубже.  — Войди в меня, Кен, войди. — Это не призыв и не команда, это просьба … Привстав над девушкой и немного поводив членом по её киске, он вошел в неё на всю глубину. Ногти Нагато впились в спину с такой силой, что казалось кожа останется в ее руках, а ведь она сдерживается! Он двигался жестко и быстро, но в его движениях не было и намека на какую-либо агрессию, нет, это была страсть, рожденная их любовью друг к другу. Они меняли позы, он ставил её на колени, клал на живот, входил сзади, и каждый раз они старались поймать взгляд, чтобы глаза в глаза чувствовать наслаждение. Их абсолютно не волновало, что кто-то может услышать, так как сейчас были они и больше никого. Он понимал, что скоро кончит, и Нагато уловив это в его взгляде сказала:  — В меня!  Он кончил как она и просила, и их тела в одном такте содрогались в сладостных конвульсиях… 

Да к тебе. Ты моя — я это знаю. Так же как и то, что ты — мой ангел хранитель, защитница, как ни скорбно признавать сильнее и умнее меня. За саму жизнь я обязан тебе. Ты моя. Моя хозяйка. Подхожу ближе, провожу ладонью по щеке, пальцами касаюсь губ. Они такие влажные и сочные. Я вижу, как поднимается и опускается твоя грудь. Я слышу твое незаметно спокойное, но сладкое для меня дыхание. Рукой глажу шейку, она нежная и гладкая. Ты молчишь, будто понимая, что я — просто смертный, все равно не пойму твоих слов. Но нам они и не нужны, наши тела понимают друг друга, они говорят на одном языке.  Мои руки опускаются на грудь, обнимают тебя за талию. Ты дышишь глубже, тяжелее. Внутри меня все кипит! Волнение, страх, наслаждение, возбуждение, страсть. Все перемешалось и исчезло, осталось только желание. Желание овладеть тобой, желание быть с тобой, желание ласкать тебя. Я нежно шепчу тебе на ухо: «ты прекрасна, Нагато». Ты смотришь на меня своими спокойными глазами. Ты меняешься. Ласково покусываю мочку ушка и кончиком языка провожу по нему, опускаясь к шее. В тоже время правая моя рука лежит у тебя на груди. И я нежно ее массирую. Сердца наши бьются сильнее и сильнее.  Я охватываю руками твою талию, вдыхаю твой аромат, пьянящий и дразнящий меня, нахожу губами твои губы, казалось я никогда не испытывал такого удовольствия от поцелуя. Ты подымаешь руки, и я чувствую, как они обнимают меня за шею. Останавливаюсь, мое лицо прямо возле твоего лица. Твои руки подняты и согнуты в локотках. Ты не можешь ими пошевелить, я прижал их своими к твоему телу. Держа тебя за талию, я приседаю. Видно как возбудилась кожа на груди, ногах, животике. Хочется поднять твою школьную матроску и я делаю это, целую твой живот. От удовольствия видно как он содрогается. Какая интересная конструкция, всего одна пуговичка держит на тебе юбку, секунда и ее нет… Языком я подымаюсь выше к груди, провожу кончиком языка между грудью, зубами цепляясь за бюстгальтер. Как хорошо, что бюстгальтер расстегивается спереди.  Я легко срываю его зубами и ласкаю губами маленькие твердые сосочки и грудки. Они наслаждаются каждым касанием, кожа на них гладкая и так чудесно пахнет, я очень хочу тебя, ничего не видя и не чувствуя кроме этого. Ты сладко целуешь мои губы. Наши языки касаются друг друга и это, возбуждает еще больше. Мы целуемся, а левой рукой я провожу у тебя между ног, поглаживая тебя. Но не так быстро. Я нежно ласкаю тебя рукой, целую тебя в шею, ты так закинула голову назад и чуть-чуть в сторону.  Опускаясь ниже, я правой рукой сжимаю твою грудь и кусаю сосок. Он уже твердый и так возбужденно стоит. Я снова приседаю. Медленно снимаю трусики, руками я глажу твой животик, а губами целую твою киску. Твои руки гладят меня по голове. Ты, то до боли сжимаешь, то отпускаешь мои волосы. Теперь ты отвечаешь на мои ласки, не так как в бассейне. Расстегиваешь мне ширинку, ты руками достаешь мой член и нежно его сжимаешь, играешь с ним. Резко приседаешь, и берешь его своими губами, сначала легонько, а потом все сильнее, язык подключается, какой же он горячий и умелый. Да чему вас, интерфейсов, там обучают! Да так приятно и нежно, что я сам еле сдерживаюсь, чтоб не кончить. Я поднимаю тебя с пола, поворачиваю к себе спиной и наклоняю. Руками ты сильно схватилась за перила лифта, везущего нас к твоей квартире. Я медленно вхожу в тебя. Киска теплая и влажная. Я начинаю двигаться все сильнее и сильнее. Я двигаюсь сильнее и вхожу глубже. Вот оно, вот скоро кончу. Теплая сперма потоками потекла по тебе. Как же нам было чудесно! Пока я прихожу в себя, ты шепчешь свое «заклинание» , все становится как было до случившегося.Торопливо пытаюсь успокоить себя: сердце стучит, выпрыгивает, хочется улыбаться и поцеловать ее еще раз, она столько удовольствия подарила мне, но Нагато нажимает кнопку, и мы продолжаем подъем. Лифт останавливается, мы выходим, ну да, я выхожу и вспоминаю о том, что Харухи сказала поторопиться. Все как-то срастается, само по себе, все хорошо и удачно, выхожу, начинаю оправдываться перед Харухи и тут…. Эти глаза…. Ее глаза…  Они смотрят на меня… Я говорю и не очень понимаю что….  Нагато смотрит на меня…