reach the truth

Нужно иметь что-то общее, чтобы понимать друг друга, и чем-то отличаться, чтобы любить друг друга. Поль Жеральди

Глава 18. Не сойти с ума

      ХеЧжу вошла в дом и без сил рухнула на заправленную кровать. Она тяжело выдохнула и накрыла лицо руками. Перед ней встал очередной выбор… Довериться Тэхену и продолжить с ним работу, узнавая больше о нем или… Или закончить общение и распрощаться… Какой из этих двух вариантов — правильный и что с этим делать?       Ведь довериться — это значит полностью и на слово. Значит до конца… Значит открыть потаенные страшные углы своей души… Но их ведь не обязательно открывать? Можно чуть-чуть приоткрыть — бросить свет на ощетинившиеся комочки боли и сразу же закрыть, чтобы их не беспокоить, потому что будет в разы больнее, если они до конца проснутся…       С другой стороны, за все время, что они с Тэхеном знакомы — он не сделал ничего, чтобы ему не доверять, ведь он защитил ее… Даже несколько раз защитил, не смотря на то, что они практически друг друга не знают и он спокойно мог пройти мимо, но… он этого не сделал…       Не сделал…       Даже неприятности из-за нее поимел, но не отступился и продолжил хорошо к ней относиться… Он поведал ей о своей грустной истории жизни и, кажется, лишился большего, чем ХеЧжу, но не сломался… Продолжил путь дальше… Улыбается, шутит, пытается поднять настроение других, но никто не догадывается сколько всего он пережил.       Хан убрала вечно-холодные ладони с лица и посмотрела на идеально ровный потолок. Ее пряди расплескались по подушке и крученными баранками уложились рядом. Несколько коротких выбились из причёски и чуть коснулись длинных ресниц. ХеЧжу взяла в руку одну из длинных прядей, покрутила вокруг пальца и оттянула, посмотрев на нее.       — Они так выросли с того момента… — произнесла губами и опустив руку — поднялась с кровати. Живот неприятно тянуло, потому что она как всегда забыла поесть днем. Заглянув в шкаф и вызволив оттуда плюшевую пижаму — она переоделись и вернулась обратно к кровати. За прекрасным дополнением. Тапочками.       Прошлепав ими по полу — она вышла на кухню. Гора грязных кружек, такая же гора тарелок, только чистых, бумажки от шоколадных конфет. Весь прошлый вечер ХеЧжу просидела за столом, записывая в свой дневник разнообразные идеи, наброски и просто чиркала на краю страницы.       Она присела за стол, где остался лежать дневник и открыла его на первой попавшейся странице. Это было что-то знакомое, что-то такое, что она помнит, но все-таки кое-что отличалось…       Появились чужие надписи.       «В моей жизни так много различий. Я так сильно отличаюсь от своих ровесников, что кажется я ненормальная. Все хотят кому-то нравится, быть как все и строят из себя другого человека. Только я не понимаю для чего. Мои одноклассники, с которыми я проучилась много лет — сейчас напиваются, курят и просто отрываются. Но я ведь даже не осуждаю, наоборот, мне нравится наблюдать как люди развиваются, каким образом добывают свое счастье и какие именно вещи приносят им радость. Но… Это настолько разнится со мной, что… Это странно. Мне кажется я реально депрессивный человек, но что я сделаю если мне комфортно в таком настроении.»       Это нормально. Ты не должна сравнивать себя с ними. Ты намного лучше.       «Одежда. почему же я должна следовать за девушками у которых все достоинства очерчены? Чтобы всем понравиться? Почему я должна краситься и отращивать длинные волосы, если мне это не нравится? Почему? Почему постоянно надо придираться к широким вещам и безформенной одежде? Почему нельзя просто принять то, что мне нравится, а не напоминать мне о том, что я должна? Кому и что я должна в этой жизни? Я родилась с долгом женщины? Тогда где эта женщина? Я хочу вернуть ей этот долг, чтобы от меня отстали. Почему я не могу носить большие вещи, если это приносит мне истинное счастье? Я кайфую от того, что я вижу в зеркале. Я считаю это милым и красивым. Я считаю милым свои большие толстовки и футболки. Я люблю их.»       Это очень мило, что ты так предана себе. А большие вещи… Они действительно хорошо смотрятся на тебе. Я бы весь свой гардероб тебе отдал.       «Приталенные платья? Юбки карандаш? Каблуки? Я ХОЧУ НОСИТЬ КРУЖЕВНЫЕ ВИНТАЖНЫЕ ПЛАТЬЯ С ДУТЫМИ РУКАВАМИ, ПОТОМУ ЧТО СЧИТАЮ ЭТО ПРИВЛЕКАТЕЛЬНЫМ И ИСКРЕННЕ НАСЛАЖДАЮСЬ ИМИ. Я хочу быть женщиной в своём понимании. В своём понимании женственности. Я не хочу носить длинные волосы и страдать от узлов и боли от любого попадания волос в какую-то щель. Я считаю свои волосы привлекательными и улыбаюсь себе в зеркало, когда вижу как растрепанно выглядят мои кудри. Я считаю себя забавной. Если захочу подлиннее — отращу, покороче — обрежу. Ведь это мои волосы. Никому их больше не носить. Кроме меня.»       Хочу увидеть твои кудри и то, как ты улыбаешься в зеркало, потому что мне ты не улыбаешься. А я готов смотреть на твою улыбку, потому что она привлекательна. И да, я знаю, что в чужое лезть нельзя, но я хотел бы узнать тебя поближе, поэтому прости. Кружевные платья с дутыми рукавами :) Ты невероятна.       «Мне нравится чувство комфорта, когда моя грудь не сдавлена тугим бюстгальтером.»       На этой фразе у ХеЧжу загорелись щеки и она спряталась за своими ладонями от смущения. В один день на нее напало невероятно сильное недовольство, после услышанных слов в свой адрес от женщины в доме престарелых. Она разозлилась и написала все, что она думает по этому поводу. А Тэхен просто взял и прочитал всю эту чепуху. Еще и прокомментировал.       ХеЧжу тяжело выдохнула и опустила руки. Продолжила читать и узнавать его мысли.       «Я не хочу ходить с чувством дискомфорта и ловить каждый взгляд, только чтобы самоутвердиться и показать, что я девушка. Я не хочу, чтобы люди принимали меня как гребанную обёртку от конфеты. А я конфета. Не обернутая пресловутыми и кричащими фантиками, а настоящая… Вкусная и домашняя. Я дарю людям свое творчество, поддержу и чувство комфорта. "       Маленькая милая конфетка :)       Сердце сделало кульбит. Чертыхнулось от наплывших на него непонятных и нечитаемых чувств. Фраза, написанная на листочке — сама по себе произнеслась его низким хриплым голосом и стало очень жарко. Даже холодные руки не смогли остудить огненные щеки и тающее сердце. Что это такое происходит? Может температура поднялась?       «Возможно я действительно слабый человек и очень часто не могу постоять за себя и за свои чувства, но я стараюсь. Сейчас, в большинстве, я забочусь лишь о чувствах других и не знаю, как обратить свое внимание на себя. Я так… я так переживаю, когда кто-то из-за меня чувствует себя идиотом, потому что я высказала свои мысли… И их не приняли…»       Поверь мне… Твое мнение самое важное, что есть в этой жизни. Не падай духом.       «Кому нужны мои мысли? Кому они будут полезны? Почему я такая слабая…»       Я могу тебе помочь?       Один вопрос.       Всего один вопрос.       ХеЧжу задумалась. Действительно ли ей нужна помощь от… от Тэхена? Что вообще ей требуется от него? Как же для этого важно знать его настоящего, чтобы ответить на вопросы о доверии и помощи… Стоит рискнуть и узнать? Стоит проигнорировать его просьбу и пойти дальше?       Хватит.       ХеЧжу положила ладони на стол. Потом очертила дневник, осматривая аккуратно выведенные на страницах предложения и вновь глубоко задумалась. Чтобы сильно не падать в раздумья — она поднялась и подошла к холодильнику. Открыла его — взглянула. Не густо. Вчерашний недоеденный кембпаб, газировка, несколько овощей и, кажется, что-то стухшее, потому что несло так, что Хан зажала нос рукой и скривилась.       — Что могло так испортиться? — разговаривая в нос, пробормотала и сунулась головой в холодильник, осматривая на наличие чего-то недееспособного. Открыла крышку первой попавшейся под руку кастрюли и взвыла, отворачиваясь.       Каша, которую она приготовила четыре дня назад и притронулась лишь раз и то, во время готовки. Четырехдневная бедняжка покрылась слоем белой плесени и буквально таки плакалась о том, чтобы ее выкинули в мусорное ведро.       Что ХеЧжу и сделала. Достала кастрюлю, в два шага добралась до мусорного мешка, которого не оказалось в ведре и перевернула кастрюлю. Каша, несмотря на то, что ей очень плохо — сопротивлялась. Накрепко приклеилась к стенкам и держалась изо всех сил. Хан хлопнула ладонью по дну и из посудины свалилась только часть испорченной, сопротивляющейся каши.       — Ну же, давай! — ХеЧжу трясла кастрюлю как ненормальная, но каша не сдавалась. Не на ту напала. Трясла трясла и через некоторое время каша все-таки сдалась и… улетела… на пол. Хан застыла с разочарованным лицом и посмотрела в кастрюлю. Ничего. Абсолютно ничего не осталось. Зато ее прошлая хозяйка отлично устроилась на кухонном гарнитуре, на плитке, на столешнице. — Отлично…       ХеЧжу вздохнула и развернувшись — направилась в ванную за тряпками и ведром. Ударила себя по лбу, потому что вспомнила что не покупала ничего из этого. Придётся идти в магазин. Что за невероятное невезение?       Она, как есть, в плюшевой пижаме быстро прошла к входной двери, скинула тапки и поправив носки — пропихнула ноги в сапоги. Сняла куртку с вешалки и надела на себя. Напялила шапку так, что выбившиеся пряди забавно извивались волнами в стороны, застегнула куртку и, проверив сбережения в кармане — вышла в подъезд. Закрыла дверь и несколько раз подергала ручку — на всякий случай, и побежала вниз по лестнице.       Выйдя из подъезда, ХеЧжу оглянулась по сторонам. На улице уже достаточно стемнело и дул прохладный ветер, развивая своими потоками опавшую листву. Хан поежилась, пряча нос глубже в ворот куртки. Она сунула руки в карманы и пошагала по выученному маршруту мимо горящих вывесок и небольшие скопления людей.       Что-то было не так. Хан всем нутром чуяла неладное, словно… словно… Словно кто-то цепким взглядом следит за каждым шагом и от этой мысли мурашки бесконтрольно проносились по спине, заставляя волосы на затылке становиться дыбом. Она побоялась оглядываться назад, поэтому приподняла плечи и зашагала быстрее. Почти сорвалась на бег, но врезалась в стоящую впереди девушку, которая говорила по телефону. Та пошатнулась немного и охнула от удивления. Она будто выросла из неоткуда.       — Извините! — пробормотала быстро и собралась было обходить странную незнакомку, но вдруг ее собака тявкнула довольно и ринулась к ногам. ХеЧжу на секунду испугалась и сделала шаг в сторону, но собачка, не добежав до нее — села и склонила удивлённо голову в бок, вываливая розовенький язычок наружу. Хан поморгала несколько раз и улыбнулась, вспоминая несносного пёселя, который «напал» на нее несколько недель назад, даря свои слюнявые поцелуи. — Привет, дружок! — она произнесла улыбаясь и потянулась рукой к пушистому комочку.       — Не трогай собаку! — холодным тоном произнесла незнакомка и посмотрела на ХеЧжу недовольно. — Тебя не учили смотреть куда идёшь? — медленно и надменно вздернув вверх свой аккуратный носик, она потянула на себя собаку, а Хан застыла с рукой в воздухе. Слабая улыбка сразу же упала с ее лица и она сжала пальцы в кулак.       — Я ведь извинилась… — произнесла и спрятала руку в карман.       — А к собаке зачем руки потянула? — брезгливо осматривая странную девушку, произнесла незнакомка. — Если укусит, то ты будешь сама нести за это ответственность.       — Я… Я вроде знаю эту собаку… — ХеЧжу шмыгнула носом и нахмурилась, вспоминая детали того вечера. Она почувствовала себя глупо, потому что это могла быть и не та собака, а она приняла ее за ту… — Простите!       — Знаешь? — удивленно вскинула брови брюнетка и с усиленным интересом оглядела врезавшуюся в нее девушку. Ничего необычного, девушка как девушка. Простушка. В пижамных штанах и дутой куртке. Со странной лавандовой шапкой и белых ботинках. Полная безвкусица…       — Ну я…       — Лиа, что случилось? Что с Ентан? — сердце ХеЧжу застыло. Его голос. Его собака. Его… девушка? Она поджала губы, поклонилась быстро и без слов отошла в сторону, противоположную идущему позади… Тэхену. Зачем жизнь из так часто сталкивает именно в неловкие моменты? — Подожди! — а это он кажется сказал Хан, но она решила проигнорировать оклик и быстрее перебирала ногами. Не хотела, чтобы он видел ее в таком виде, еще и при такой красотке… девушке, с которой она столкнулась.       Ентан, гавкая и извиваясь — выбралась из слабого ошейника и побежала вслед ХеЧжу. Хан обернулась на мгновение и, увидев бегущую позади собаку — побежала еще быстрее. Собачий лай прекратился. Магазин уже виднелся впереди, но она вдруг остановилась и решила посмотреть куда подевался пушистый комочек. Ахнула и ринулась в противоположную сторону от той, в которую до этого бежала. Ентан почти добежала до проезжей части и спрыгнула с бордюра, но ХеЧжу успела вовремя. Сгребла в охапку любопытную и прижала к себе.       Не заметила как сама оказалась на дороге, где в глаза светили яркие фары и сигналили громкие машины. Звуки смешались, но одно она слышала точно.       Как медленно приближается конец истории Хан ХеЧжу.

***

      К высоким кованым воротам подъехал черный дорогой автомобиль. Сквозь темные тонированные окна практически ничего было не разглядеть. Мужчина в классическом костюме коснулся наушника в ухе и кивнул. Он достал из кармана небольшой пульт и нажал на нужную кнопку, открывая прибывшему ворота. Окно в машине опустилось и из него выглянул надменно оскалившийся Джексон.       — Здорова салаги! Как служба служится? — он улыбнулся во все тридцать два зуба и пережевал несколько раз жвачку. После чего просигналил громко, засмеялся как сумасшедший и рванул с места, оставляя патрулирующих в клубах пыли. Мужчины закашлялись и пробормотали что-то в рацию, после чего удалились обратно на охранный пост.       Подъехав к кольцу с фонтаном — автомобиль резко завернул и задрифтовал. Мелкие камешки, что попали под колеса — отлетели в разные стороны и издали неприятный звук, ударившись о стеклянное ограждение. Садовник, что спокойно стриг кусты — испугался и случайно срезал нужную ветку. Он схватился за шляпу и опустил ножницы вниз. Теперь он точно может попрощаться с работой…       Джексон вылез из машины, хлопнул дверью и направился в сторону отцовского дома. Огромный двухэтажный особняк расположился на шикарном участке с высокими деревьями и каменными статуями. Каменные дорожки простилались по периметру искусственного леса, огибая дом со всех сторон. Всегда зелёная трава на газонах, всегда прозрачная вода в фонтанах и всегда квадратные стриженные кусты. Идеально… Как всегда идеально…       Как же достала эта идеальность.       Сквозь листву просачивалось утреннее солнце, касаясь яркими кончиками лица парня. Он недовольно щурился, идя по вымощенной камнями широкой дорожке, что вела ко входу в дом.       Сегодня его определённо ждет взбучка, потому что отец никогда не зовёт домой просто так. Где он опять успел провиниться? Где был очередной провал? Он шмыгнул носом и сунул руки в карманы куртки. Ну разве что он чутка перебрал вчера и пьяным сел за руль… Ну или вмазал одному уроду по лицу… Ну или позавчерашняя сумасшедшая вечеринка в квартире до шести часов утра…       Или отец вновь даст «важное» дело по охомутанию кого-то там? Джексон пнул камень перед входом и достал запакованную пачку сигарет. Отцу не нравилась его привычка, но Вану это только на руку. Ему нравилось выводить старика на эмоции. Так он чувствовал, что ему не все равно на него и на его чувства. Достал тонкую трубочку и вставил меж зубов, приподнимая брови и смотря прямо в камеру. Достав из куртки зажигалку — он поджёг конец сигареты и втянулся, набирая в лёгкие побольше дыма.       Ему нравилось ощущение полноты внутри. Не важно какой та была. От сигаретного дыма или от закинутых внутрь препаратов — главное, чтобы не пустовало. Он заполнял душу плохими привычками и сломанными душами, чтобы нащупать возможность починить свою. Сломанную. Разбитую. Истерзаную.       Ему было весело видеть как кто-то страдает, чтобы понимать, что это действительно больше, чем его собственные боли и стезания. Это не Джексон пытался жить… Это жизнь поклонялась ему.       Выдыхая пары табачного дыма он раздумывал о том, как же именно подступиться к ХеЧжу, чтобы она ему точно не отказала. У этой боязливой скромницы секретов больше, чем у обычной бардельной шлюхи. Каждая тайна находится под тысячами замков, а ключи сплавлены в лужу металла или красуются на дне глубокого океана. Нужно найти один универсальный ключ или в конце концов купить отмычки и узнать о ее боли, чтобы надавить. Зачем? Чтобы удовлетворить все заветные желания. Чтобы кинуть в копилочку «Выполнено». Чтобы ощутить невероятный восторг от внутренней полноты.       Докурив сигарету и выдохнув последнюю затяжку — он кинул окурок на крыльцо и растоптал носком ботинка. Ухмыльнулся в камеру. Знал, что охранник сейчас недовольно смотрит на него и уже посылает персонал убрать затоптанный остаток сигареты. Плевать! Это их работа. За это им платят деньги.       Высунув руки из карманов кожаной куртки — он дёрнул дверь на себя и вошёл в дом.       — Здравствуйте, господин Ван, — проговорил дворецкий и протянул руки вперёд, ожидая куртку молодого господина. Джексон деловито медленно стянул одеяние с плеч и ухмыльнувшись — кинул ее на пол, нарошно мимо предложенной руки. Дворецкий собрал руку в кулак и наклонился за упавшей курткой. — Прошу прощения, господин! — в полусогнутом состоянии он отошёл от парня.       Джексон осмотрелся. Дом отца как всегда великолепен и идеально вылизан. Дорогие вазы ослепительно сверкают, ведь за ними ухаживают лучше, чем за новорождёнными детьми. Бережно и аккуратно. Полы начищены до скольжения и головокружения. Если не знаешь как нужно ходить — голову реально потеряешь.       По коридорам туда сюда шныряли привлекательные горничные, с большинством из которых он успел переспать. Он ухмыльнулся, когда увидел стройную блондинку, с которой недавно потр… Потрясающе провёл время! Прямо в прачечной… Он сверкнул фирменной улыбкой и шлепнул по сочной ягодице прошедшую мимо гладильщицу.       — Ах какой звук. Именно то, что мне нужно с утра, — еще шире улыбнувшись — он сплюнул жвачку в ближайший горшок с цветами. Все равно убирают, так чего терять драгоценное время. Отец не любит ждать.       Взобравшись по лестнице вверх — он «задел» листья монстеры ладонью и недовольно цикнул.       — Сколько людям не плати, все равно сделают дерьмо, — произнес Джексон брезгливо осматривая свою пыльную руку. Смотрел смотрел и задумался. — А грудь простушки я бы нащупал. Ну или на крайняк у неё наверное есть шикарная попа. Надо будет обязательно очень досконально все проверить. Приличия? Пфф… Они ему не писаны.       Стряхнув с руки пыль, он подошёл к широкой дубовой двери и без предупреждения распахнул ее практически нараспашку. Вошёл в приемную как принц и прошёл по богато обставленному коридору. Отец не приемлет дешевизну и «колхоз». Только дорого и богато. Собственно как и сам Джексон. Такого его воспитание.       Чуть ли не с ноги открыл дверь в кабинет отца и застыл, уставившись на то, как секретарша с объёмными формами сидит на коленях у его родителя и бесстыдно целует того пухлыми губами. На пару секунд что-то в сердце парня кольнуло, но он, не подавая вида — надел маску весельчака с похмелья.       — Здрасте! — бесцеремонно вмешавшись в «работу» между отцом и секретаршей, произнес небрежно Ван. Как же сильно ему насточертели его гребанные «женщины», с которыми он встречается за спиной у мамы. А мать закрывает глаза на его измены и терпит… А все из-за чего? Из-за денег и титула. Этот чертов мир во всем ищет выгоду.       Собственно как и Джексон ищет выгоду в других, наплевав на их чувства. А почему ему не должны быть безразличны чьи то чувства, если на его чувства всем глубоко плевать.       Отец, седовласый мужчина с крупной фигурой и неприятным оскалом — нахмурил густые брови и недобро посмотрел на сына.       — Тебя стучать не учили? — поинтересовался недовольно и посмотрел расслабленно в лицо своей «секретарши». — Юна, принеси мне пожалуйста кофе, — проворковал и прилепился губами к пышной груди.       — Фу, вы бы постеснялись, господин Ван, — скривился Джексон и подавился горечью. Ему чертовски хочется свалить отсюда куда подальше. — Зачем ты меня вызывал?       — Мне нужно, чтобы ты проследил за одним человеком! — дождавшись пока за блондинкой закроется дверь, произнёс мужчина сердито. — И прекрати врываться в мой кабинет без разрешения.       — Что за человек? — проигнорировав последнюю просьбу, Джексон схватился за возможность поскорее сбежать от отца.       — Вот ее личное дело! — кинув тоненькую папочку на стол, Ван старший устало откинулся на спину кресла. — Изучи его.       — Её? — недоуменно уставился на папку Джексон и подхватил ее со стола. Открыл на первой странице и неверяще усмехнулся. Имя, аккуратно выведенное крупным почерком и фотография. А вот это интересно… — Хан ХеЧжу. И кто она такая?       — Из последних справок и моих проверенных источников — дочь председателя Хан ТэВона, моего главного конкурента, — мужчина грузно выдохнул и облокотился о стол. — Если мы узнаем что-то большее от его дочери — будет просто отлично, особенно в преддверии выборов…       — И что я должен узнать? — отреченно поинтересовался младший Ван и пролистал несколько страниц, удивляясь тому, что эта скромняшка — далеко не та, за кого себя выдаёт. Дочь одного из самых влиятельных людей в Сеуле — живет на съёмной квартире и ходит в лахмотьях? А может это часть конспирации?       — Что-нибудь, что поможет закопать этого плешивого ублюдка! — зло выплюнул Донвон и в миг изменился в лице, когда в дверь легонько постучали и из-за нее вышла улыбчивая блондинка с подносом в руках.       — Ваш кофе, господин Ван, — произнесла тихо, но так заигрывающе, словно она прям здесь и сейчас съест председателя одной из крупнейших компаний Кореи. Как же противно звучит ее приторно сладкий голос.       Девушка прошла с широкому столу и водрузила все на стопку бумаг. Взяла в руки чашку с горячим напитком и положила напротив ожидающего, пошло улыбающегося мужчины. Подмигнула ему и поправила короткую юбку, которая обтягивала все округлые места и казалось, что еще одно движение и ткань лопнет по швам, являя всем нижнее белье и кружевные чулки на подтяжках. Юна взяла вторую чашку и поставила на край стола.       — Ваш…       — Обойдусь! — резко перебил ее Ван и посмотрел на отца. — Я уже ухожу, — ухмыльнулся, прикусил губу и закрыл папку.       — Деньги я тебе скину вечером на карту, а если хорошо постараешься — должность зама твоя! — отец еще раз стрельнул в секретаршу игривым взглядом и облокотившись о подлокотники, скрепил руки в замок. — Если нужно будет — используй девчонку, чтобы узнать больше. Втерись ей в доверие, сделай так, чтобы она раскололась, — он тяжело вздохнул и посмотрел куда-то вбок, на шкафы с книгами. — Слишком долго о названной дочери было неизвестно, а потом она вдруг появилась.       — Я понял! — Ван склонил голову и развернувшись на пятках — удалился из кабинета. Как можно дальше от всего этого. Как можно дальше от лжи и жестокости отца.

***

      Тэхен вышел из кинотеатра сразу же после ХеЧжу и был жутко уставшим по непонятной причине. Ему показалось, что ему на плечи накинули несколько мешков с картофелем.       Что-то в груди царапало сильно, когда он видел ее слёзы в зале кинотеатра. До этого его сильно затронул ее испуг, когда ее окружила толпа школьниц. Она словно чувствовала сильную боль из-за того, что оказалась в такой ситуации и именно тогда в его голове что-то щёлкнуло и спустились все курки.       Он понял, что больше никогда не отпустит Хан ХеЧжу и именно тогда понял, что она начинает прорастать в его сердце и становится частью жизни, без которой он не сможет спокойно существовать. И он готов ждать её, готов добиваться её доверия и готов защищать от всех бед этого мира.       Его чертовски сильно тянуло к ней и это казалось чем-то невероятным и в тоже время невыносимым находиться далеко от нее, а потерять даже общение было равно смерти.       Нет, больше он не отрицал приятные чувства, которые были с ним, когда он думал о ХеЧжу или трепечущее тепло в груди, когда она была рядом. Ему так хотелось успокаивать ее в минуты грусти и поддерживать все начинания.       Ему казалось, что он не выдержит эту ночь и примчится к подъезду Хан, чтобы ждать пока она выйдет и ответит ему на все вопросы. Как ему переждать, чтобы не напугать её и самому не сойти с ума?..       Тэхен зашёл в дом, скинул на пол продукты и устало выдохнул. После стянул с себя пальто и ботинки, надел тапки. Услышал цокот ногтей по паркету, а в следующую секунду увидел довольную Ентан. Она выбежала из зала и ринулась к хозяину, прыгая ему по ногам. Всегда так радуется его приходу.       Что-то было не так. Что-то явно отличалось в его доме и он никак не мог понять, что конкретно изменилось. Потом перевел взгляд на женскую обувь в коридоре и тоненькое пальто на вешалке. Лишь потом, уловив тусклый свет, ведущий в его спальню — понял, что отличалось.       В его постели лежала разряженная в красивое платье Лиа. Тэхен вздохнул тяжело и скривился горестно. Снова придётся ее отрывать от себя, оправдываться, а потом чувствовать себя полным мудаком. Он смотрел на нее через щель проёма и никак не мог решиться войти в спальню. Просто невыносимо объясняться с ней и называть причины, по которым они не могут быть вместе. Все же до этого было хорошо, почему она вдруг решила начать с ним что-то?       Все же взяв себя в руки и отворив дверь, он встал в проёме и облакотился о косяк. Посмотрел на девушку хмурым взглядом и его почему-то посетила мысль о том, что она совершенно не подходит этому дому, этой спальне и этой постели. Даже если бы она лежала полуобнаженной — все равно бы не подошла. Он видел на её месте ХеЧжу и представлял как устало и нежно она потягивается после того, как приходит домой и заваливается на кровать. Чертово наваждение, но отрицать он этого не желал. Лиа сюда не подходит и к нему она не подходит. Не тот человек.       Только сейчас он понял почему так легко отказался от Лии и так спокойно ее отпустил. Он ничего к ней не чувствовал. Вот совершенно ничего. Он опустил Ентан и та, тяфкая, побежала к игрушкам, испугав девушку и заставив подняться.       — О, ты пришёл, — произнесла насмешливо, уставившись Тэхену в глаза. — А я тебя ждала. Хотела пригласить на прощальный ужин.       — Зачем? — твёрдо произнёс и скрестил руки на широкой груди. Действительно не понимал для чего им устраивать прощальный ужин. Хотя одна идея ему все-таки в голову стукнула. — Хотя ты права, только заскочим сначала в магазин, мне нужно купить воды.       — Без проблем, — девушка поднялась с кровати и подошла к Тэхену. Очертила пальцами напряжённые мышцы на предплечье Тэхена и потянулась за поцелуем, но не смогла коснуться губами губ. Тэхен отшатнулся от нее и не позволил себя поцеловать. Не будь сейчас его мысли заняты другим человеком, он бы скорее всего не пошёл бы ни на какой прощальный ужин, а завалил бы Лию на кровать, что стояла позади ее спины, снял бы с нее платье и… Это уже не важно. Больше не будет других, случайных женщин в его доме и тем более в его кровати, кроме… Да пока кроме никого.       А на ужин он согласился для того, чтобы скинуть внимание Лии с себя на одного очень хорошего и очень одинокого друга. Эта мысль была гениальной, потому что он знал девушку и знал своего друга, и именно тогда понял, что они идеально друг другу подходят. Осталось только их познакомить.       — Не нужно дарить мне прощальных поцелуев, — отрезал жёстко и вышел обратно в коридор. Девушка сердито поджала губы, но подходить и спорить не стала. Пошла вслед за Тэхеном и недоуменно посмотрела на него, когда он снял с петельки собачий поводок и стал цеплять на ошейник Ентан.       — Зачем? — спросила хмуро и медленно приблизилась к Киму, ожидая пока тот поднимется и посмотрит на нее.       — Что зачем? — безучастно поинтересовался Тэхен и взглянул девушке в глаза, но… Напустив прежде пелену из хладности и отрешенности.       — Собака! — Лиа указала на сидящую Ентан пальцем и нахмурила аккуратные брови. Они стояли в полумраке и видели только силуэты друг друга из-за тоненькой полоски света, исходящей из спальни Тэхена.       — Я так хочу, а если ты против, то я пойду один, — вздернул плечами Ким и сняв с себя тапки — стал обуваться. Лиа продолжала стоять, но после оттаяла и принялась одеваться. Надела свое пальто, повеяв приторно сладким ароматом духов, затем придвинула к себе свои сапожки на небольшом каблуке и обулась. Схватила сумку с тумбы и посмотрела на себя в зеркало. Она действительно была красива, но не для него.       — Пошли, — произнёс Тэхен, взял поводок и вышел за порог. Дождался пока девушка выйдет и закрыл дверь. Затем молча направился к лифту. Также молча в него вошёл и нажал на кнопку первого этажа.       На улице было прохладно, но от того погода была не менее прекрасной. Тэхен с Лией вышли из подъезда и направились в сторону парка, который находился неподалёку.       — Как сегодня день прошёл? — поинтересовалась девушка и прикусила пухлую губу.       — Отлично! — сообщил ей Тэхен. — Ходил с друзьями в кино. Твой как?       — Мой… Хорошо, — улыбаясь произнесла и задала очередной вопрос. — А на что ходили?       — Боевая мелодрама, — сухо произнес и добавил: — Хрень полнейшая, я не смог досмотреть и вышел из зала не посмотрев и половины фильма.       — Почему?       — Одному важному человеку стало плохо, — произнёс и повернулся лицом к Лие. — У меня есть просьба!       — Да, конечно, какая? — закивала девушка и посмотрела на обветренные губы Тэхена.       — Постой тут с Ентан, мне нужно в магазин, — он протянул ей поводок и дождавшись пока она его примет — быстрым шагом пошёл в зоомагазин.       На телефон Лие позвонили и она подняла трубку. Снова звонил парень с очередного свидания вслепую. Практически все были высокомерны и многое себе позволяли, но девушке нравилось мужское внимание. К ней постоянно подсаживались брутальные красавцы и покупали ей напитки, когда она приходила в клуб, чтобы оторваться с подругами. Задаривали дорогими подарками и возили на отдых, но девушке все равно чего-то не хватало.       Парень в трубке говорил о том, что хотел бы встретиться ещё раз, но Лиа отвечала, что скорее всего не получится. Но вдруг что-то выбило её из колеи диалога, потому что кто-то нелепый и неосторожный врезался в неё.       Лиа охнула и убрала телефон от уха, чтобы увидеть кто это сделал. Когда обернулась — разозлилась. Девушка в какой-то застиранной куртке и убогих штанах. Позорище… Лиа бы никогда в жизни не вышла бы в таком из дома.       — Извините, — прозвучало виноватое из уст незнакомки. Девушка попыталась удрать, но Ентан вдруг подбежала к ней и остановилась в шаге. Села на попу и высунула язык наружу. Та отшатнулась сначала испуганно, но потом улыбнулась и потянулась рукой к собаке. — Привет, дружок! — приблизилась, но Лиа не захотела, чтобы та ее касалась. Мало ли.       — Не трогай собаку! — произнесла жёстко и потянула поводок на себя. — Тебя не учили смотреть куда идёшь? — посмотрела на девушку грозно, вздернула вверх голову и посмотрела на нее с высока.       — Но я ведь извинилась… — произнесла незнакомка, а внутри Лии взбушевался настоящий ураган гнева. Ах извинилась?! Да как она…       — А к собаке зачем руки потянула? — брезгливо, словно разговаривает не с человеком, а с грязной дворовой кошкой, произнесла Лиа, а затем решила добить. — Если укусит, то ты сама будешь нести за это ответственность!       — Я… Я вроде знаю эту собаку, — неожиданно для Лии произнесла девушка и заставила заподозрить неладное. Но после минутного молчания девушка ответила:       — Простите…       — Знаешь? — Кан поперхнулась воздухом и вновь осмотрела возможную соперницу с ног до головы. Не поверила в её слова и нацепила на лицо ухмылку.       — Ну я… — та вроде собиралась оправдаться, но замолчала и переменилась в лице, когда услышала за спиной:       — Лиа, что случилось? Что с Ентан? — к их парочке спешил Тэхен, весь взъерошенный и хмурый. Незнакомая девушка как-то странно поклонилась и ретировалась быстро. Так значит знакомы… — Подожди! — прикрикнул Тэхен когда подошёл к Лие и посмотрел в спину уходящей девушке.       Что-то в этой странной собеседнице Лии показалось смутно знакомым и раз вторая ничего не объяснила, то он решил разобраться с первой, поэтому попытался остановить словами, но… Девушка начала уходить еще быстрее и тогда он понял, что было знакомо…       Каждый раз, когда он догонял ХеЧжу — она ускорялась и ускорялась, не обращая внимания на то, что ее зовут и просят остановиться.       В этот момент Ентан решила, что скучно ей стоять на месте, а знакомая девушка не стоит - бежит, поэтому вырвалась из ошейника и побежала вслед за убегающей. Тэхен кинулся догонять уже другую убегающую от него девочку.       Девушка обернулась и увидела только то, что за ней гонится маленький комочек и побежала быстрее, но через несколько шагов вдруг резко остановилась и снова обернулась. Тогда и Тэхен взглянул на направление куда решила сбежать Ентан и сильно испугался. Его девочка неслась к проезжей части, потому что там, под припаркованной машиной - спряталась уличная кошка.       Сердце Тэхена улетел в пятки, когда он увидел, что Ентан спрыгнула с бордюра и вышла на проезжую часть, но испугалась и заскулила. В этот же самый момент знакомая незнакомка добралась до нее и схватив - прижала к груди, но сама от испуга застыла посреди дороги. Уткнулась носом в мягкую шёрстку и дрожала, не в силах сдвинуться с места.       Тэхен добрался до них через пару мгновений и перехватил незнакомку с собакой под руку, сгребая тех в крепкие объятия. Как же сильно он испугался, что может потерять что-то очень дорогое. Мимо пронеслась сигналящая машина, обдув их попутным ветром.       — Господи, как же сильно я испугался! — выдохнул он в макушку девушке. — Почему вы не ушли с проезжей части? — на эмоциях он говорил громко и сам до конца не понимал, что произошло.       Он почувствовал сильную дрожь под своими ладонями и только тогда до него стало доходить, что девушка тоже испугалась и чуть не пострадала, когда спасала его девочку.       — Простите… Простите… — начал извиняться и поглаживать успокаивающе по спине. — Я не хотел вас напугать… — он услышал всхлип и наконец посмотрел в лицо незнакомки и застыл.       ХеЧжу никогда так сильно не пугалась с того момента, как увидела падающего в реку человека и надеялась, что больше не испытает подобного, но у судьбы на это были свои планы. Она сжимала в руках собаку и стиснув с силой зубы — рыдала, не в силах сдержать рвущиеся наружу эмоции. До того, как Тэхен схватил ее и спас от проезжающей мимо машины — она еще держалась и не плакала. Но после того, как Тэхен повысил голос — сдалась на волю переполнявшим ее эмоциям и страху, который она испытала второй раз в жизни.       Она не могла контролировать дрожь, что начала колотить ее по всему телу, поэтому стояла в объятиях Тэхена и тряслась как ненормальная. Ноги были ватными, словно кто-то вколол ей снотворного и еще пара мгновений и ХеЧжу рухнет на землю без сил. Старые раны саднили, болью отдавали в виски.       Последний раз она так плакала, когда узнала о том, что родители решили отказаться от неё и стояла в объятиях бабушки. А сейчас, не в силах успокоиться — она стояла рядом с Тэхеном и слушала его извинения словно через толстую пелену. Ей казалось, что еще чуть-чуть и она потеряется. Нельзя теряться.       Тэхен смотрел на неё и не мог поверить, что если бы несколько мгновений назад помедлил бы — мог потерять двух, очень дорогих его сердцу девочку и девушку. Он чувствовал себя придурком, что не оседлал свои эмоции и повысил голос. Когда он увидел её слезы и почувствовал, как сильно ее бьёт озноб — испугался.       Тонкие дорожки из слез лились из ее прикрытых глаз и Тэхену стало очень больно где-то в груди. Он чувствовал себя виноватым и ему было невыносимо тяжело смотреть на нее. Он не знал как лучше ее успокоить, поэтому сделал то, что первым пришло в голову.       Он коснулся холодной ладонью ее разгоряченной кожи на щеке и приблизился. Вытер пальцем дорожку солёной жидкости и поцеловал в впадинку между глазом и носом ХеЧжу. Затем также сделал с другой стороны и последним невесомо поцеловал лоб. Прислонился лбом ко лбу и сдвинув брови произнёс:       — Прости маленькая…