Девять жизней

      Стоило купить последний по списку предмет для предстоящей экспедиции, как у капитана снесло остатки крыши от нетерпения. Ло и вправду был так воодушевлен, что собирался идти в ночь. Видимо, острых ощущений не хватило за все его двадцать лет жизни. Масло в огонь подлила тётушка Мо рассказав всё в подробностях, да еще дав дурацкую карту острова Рахнер. — Выходить в ночь — это глупо и опасно! — Ирис закатывает глаза на очередное предложение отправиться в путь сейчас. — Я понимаю, что в тебе кипит азарт и хочется увидеть арахн во всей их красе, но Ло! Где твоё хладнокровие и рассудок? Совсем голову потерял? — С каких пор ты стала такой занудой, Ирис? — Я мыслю рационально, потому что хоть кто-то должен это делать! — Кошка смотрела в окно, тусклое освещение с улицы только подчёркивало, что девушка не спала эти два дня: небольшие тени под глазами, бледность и просто усталый вид. — Спи уже Трафальгар, надоел со своими глупостями.       Впервые за день она обернулась на собеседника с неподдельной злостью, в алых глазах. А тот только и рад, что наконец-то добился внимания. Ло лежал на кровати закинув руки за голову и коварно улыбался. Улыбался так, что Ирис бесилась еще больше. — Только если ты сама наконец ляжешь и поспишь, а не будешь нести вахту третьи сутки, ожидая нападения. Она зашипела, распушив хвост и дёрнув ушами, сдерживая нелестные слова. — А что не так Ирис? Раньше тебя из кровати не выгнать было, а теперь не загонишь. — Знал бы мальчишка как двояко звучала эта фраза для Ирис, он бы может и следил за своим языком. — Ах, ты дрянной ребёнок, где только набрался такого?! — Ну-у, у меня прекрасный преподаватель по язво- и сквернословию. — Достал. — Кошка фыркнула, зашуршала одежда, падая на пол. С едва различимым в тишине звуком, животное запрыгнуло на кровать, мягко ступая по ногам Ло и добравшись до грудной клетки, свернулось там клубочком. Ирис едва уловимо заурчала, стоило татуированным пальцам почесывать за ушами. — Спокойно ночи, Ирис.

***

      Солнце заливало комнату, не щадя ничто и никого. Ло заворочался, стараясь уйти из-под палящих лучиков, но тихий, а от того не менее ехидный, смешок отогнал остатки сна. На лицо упала знакомая женская тень. Пират лениво приоткрыл глаза, но от лучей, в которых стояла Ирис, разглядеть мог только силуэт, не более. — С утречком, малыш засоня. — Голос Ирис хриплый, что указывает на то, что и она только проснулась. Кошка оборачивается, а от её вида у Ло пересыхает в горле больше обычного. Во снах он и не такое видел, видел даже странную смерть накама, но прекрасно знал, что это сон. Как и прекрасно знал, что все эротические сны с участием черноволосой девушки — всего лишь плод фантазии. Но почему-то именно сейчас было ощущение этого сна. Преломлённые лучи солнца пробивались сквозь тёмные пряди волос и добирались до глаз, которые переливались всеми оттенками красного и смотрят на него как-то по-особенному, заглядывают в душу и не дербанят остатки этой самой души, а наоборот греют и ласкают. И сейчас Ло понимает, что за каждый такой её взгляд он готов погибать, и готов это сделать хоть сейчас. — Вставай давай, нас ждёт увлекательное путешествие. — Ирис улыбается, улыбается также, как и много лет назад, когда они были с Россинантом, будто и не было этих месяцев сплошных ссор и недоверия.       Команда собирается у выхода из трактира знакомой арахны и Шачи почему-то выглядит бледнее обычного. — Ну, что же, надеюсь все выспались. — Ло улыбается, чуть щуря глаза от яркого солнца и осматривая команду. Бепо был в своем рыжем комбезе, парни были в шортах и футболках с эмблемой команды, а Ирис в отличии от парней была в майке, что свободно висела на стройном теле и прикрывала линию голубых шорт. — Да-а. — Нескладным хором отвечают пираты Сердца и делают шаг в сторону неизведанных джунглей, где в середине возвышается скала — шахта и гнездо арахн.       Тропический лес встречает пиратов пением птиц, жужжанием насекомых и другой живности, которой тут полным-полно. Ирис лениво, как и Бепо плетется позади, потому что, будучи представителями шерстяных — помирали от жары, минк в особенности. Шачи и Пенгвин тоже обливались седьмым потом и ныли. Только капитан шёл бодро и собирал какие-то растения и образцы яда насекомых, иногда интересуясь у Ирис что ядовито и какой антидот подойдёт. А Кошка лениво отвечала, потому что соображать в такую жару и тем более вспоминать флору и фауну острова, где ты был лет пятнадцать назад, не самое благоприятное занятие.       Где-то через пять часов блужданий пираты выходят на небольшую поляну и устраивают привал. Бепо радостно уваливается мордой в прохладную речушку, что пробегала в тени деревьев, а парни разваливаются на траве. Только Ирис как-то странно принюхивается и прикрывает нос рукой, стараясь держаться подальше от травы и поляны, усеянной маленькими лиловыми цветочками с запахом лимона. И нет чтобы оставить её спокойно в тени, Трафальгар решается впервые за многие года на какой-то романтический поступок. По его мнению, эти красивые лиловые цветочки неплохо смотрелись бы в темным волосах Ирис, поэтому собрав пару тройку колосков, он подходит к Кошке, что устало смотрит перед собой и дышит через раз. Ло не сразу замечает странный блеск в потемневших глазах, но отчетливо ощущает, насколько горячее лицо Ирис. Он аккуратно вплетает в темные пряди косы цветы и чуть удивленно моргает, когда Кошка начинает ластиться к его руке. И как-то в голове не щелкает, что поведение для Ирис не обычное, странная мысль появляется только когда он слышит нервный смешок Шачи и комментарий Пенгвина, что их неручная кошка не отгрызла руки капитану, да ещё и наоборот ластится. — А ничего удивительного в этом нет. — Говорит Бепо, который наконец-то выбрался из воды и принюхался к запахам. — Это Котовник, вот Ирис и ластится. — Чего? — Пенгвин удивленно хлопает глазами, смотря на медведя. — Кошачья мята. — Если бы у Бепо не были чисто черные глаза, то накама увидели бы как медведь закатил глаза.       Ло только хмыкает, отмечая, что было бы неплохо собрать этого котовника на будущее.       Они возобновляют свой поход через полчаса, только Ирис, которая под воздействием кошачьей мяты теперь была недееспособна и посапывала на плече у Бепо, который и нёс её, тихо урчала, иногда ворочаясь и конечностями пихала идущих рядом пиратов.       Визг как от толпы девчонок, что увидели свои самые потаённые страхи, нарушил звуки тропиков, а заодно пробудил кошку от сна. — Какого… — Ирис открывает глаза, держась за голову одной рукой, а второй вцепилась намертво в белую шерсть навигатора.       Перед ней открылась умилительная картина пойманных косатика и пингвинчика в огромную паутину, из угла которой полз вполне себе милый и огромный паук, чуть меньше самих парней. Просто домашний питомец арахн. Трафальгар смотрел на всё это с усмешкой, Пенгвин закатил глаза, а вот Шачи рыдал и кричал.       Ирис наконец-то спустилась со спины накама и подошла чуть ближе к пауку.       Шачи кричал и молил Кошку спасти их бренные тушки, а сама звероморф неотрывно смотрела в восемь светлых глаз и распахнутые, сочащееся ядом челюсти членистоногого создания. Через пару секунд шипения от хищника, Ирис зашипела в ответ, от чего паук стушевался, видимо, не рискнув полакомиться свежей, вопящей человечинкой. Парни видели, как пылают недобро алые глаза, как распушились опасно уши и хвост, а губы нервно дергались, оголяя острые клыки, которые готовы были рвать всё что им попадётся. Было ли им интересно что происходит на зверином уровне языка? Конечно, да, но Ирис бы им не ответила, а судя по дёргающемуся глазу Бепо и тот тоже промолчит. Кошка разрывает паутину чёрной лапой, издав снова звук, находящийся за пределами людского сознания, подняла перепуганного рыжего накама и его дружка, наорала и пнула их вперёд. Капитан же, тихо посмеиваясь пошёл следом. Бепо остановился, поклонился пауку и промямлил уже привычное: — Простите, извините, Мистер Паук. Нам правда очень жаль. Простите, извините.