Девять жизней

      Трёхдневная качка в купе с расшатывающимися от каждого толчка нервами, добивали окончательно. Трафальгар сидел в кухне, уставившись в дно недопитой чашки кофе, кажется уже одиннадцатой за это день. Они плыли обратно, на пристань острова, где оставили её.       Мотор подлодки затих, и на палубе стало оживленно. Стул неприятно скрипнул по металлическому полу и тяжёлые, шумные шаги заполнили гнетущую тишину на подлодке. Шачи и Гектор молча швартовали корабль у покосившейся пристани. Следы битвы ещё не успели убрать местные власти. Берег усыпан досками, засохшими кровавыми разводами и следами от огня. Ло мрачно ступает по берегу, слева и справа борозды от когтей. Её когтей.       Пенгвин и Бепо раскидывают завалы, пытаясь найти хоть что-то от Ирис. Клион нервно сжимает завязки шапки, оглядываясь. Гектор сновал туда-сюда, ловкий, юркий словно змея, но даже он ничего не находил. Какие-то побрякушки, но всё не то. Следов, которые могли бы помочь выйти на черноволосую сменщицу, не было. — Пусто. — Спрыгивая с завала, констатировал кудрявый. Шачи зло, скорее от досады, пнул камень.       Трафальгар добрался до места, где видел её до взрыва. Пусто. Не было ничего, чтобы он мог найти. Даже в детстве, когда она ушла, были следы. А сейчас, Ирис будто бы… исчезла? Покинула его спустя столько лет… Лишь призрачная надежда и чертова ленточка с бубенчиком, которые были привязаны к нодати, не давали окончательно впасть в отчаяние.

***

      Кожу нещадно пекло, а грудь сдавливало, мешая вдохнуть полностью. Стоило ей открыть глаза, как об этом действии она пожалела. Светло, даже слишком. — В рай мне явно дорога закрыта, тогда, где я мать его… — Прошипела Ирис, прикрывая глаза рукой и сквозь тень оглядывая помещение. За окном шумела вьюга, а судя по стенам, девушка находилась не то в замке, не то в каменном доме. — Можешь считать, что в раю, дорогуша. — Скрипучий, но знакомый голос больно ударил по слуху, а запах алкоголя по обонянию.  — Ооой… — Ирис от безысходности потерла глаза, зашипев от боли. — Сколько лет не виделись, Куреха. — Натягивая нервную улыбку и откидываясь обратно на подушку, жалея, что та не каменная и она не потеряет сознание от соприкосновения. — Намекаешь что я постарела? — В голосе врача просквозили нотки раздражительности. — Не-ет, что ты. Ты всегда молода и красива. Неважно сколько лет пройдёт. — Ирис сморщила нос, да, может попасть к Курехе было бы не так уж плохо, но не сейчас и в не в этой жизни. — Как я вообще тут оказалась? Вроде остров на котором меня пришибло, от твоего далековато… — Тебе чертовски повезло, девочка, хи-хи. — Женщина приложилась к бутылке сливового вина. — Я и мой домашний зверёк мимо пролетали. Гляжу, а там кошка облезлая и знакомая лежит, думаю, дай позабочусь.       Облезлая кошка промычала что-то невнятное, стараясь перевернуться на бок. — Я бы не советовала, Неа. Твоё тело повреждено на шестьдесят процентов ожогами и переломов достаточно, да и ты не молода уже. Какая это у тебя жизнь? — Ирис… Меня зовут Ирис. — Тихо просипела черноволосая, скрипя зубами, привставая на локтях с кровати и зло смотря на давнюю знакомую. — Девятая… — Что же, недолго ты пропрыгала, Ирис. — Доктрина снова рассмеялась, прикладываясь к бутылке, не сводя темных глаз с пиратки. Выглядела она, и в правду, жалко.

***

— Так вот какого это быть человеком… — Ирис уже третью неделю лежала в кровати. Раны затягивались медленно, как и ребра, что были переломаны в бою с Доберманом. — Отстойно, однако.       Рядом на тумбочке догорала свеча, отвоеванная у Курехи, как и книга о медицине, ибо других у старухи не водилось. Наверное, будь здесь Трафальгар, он был бы рад, но увы, его тут нет и не будет. Едва уловимый стук копытцев о каменный пол заставил ухо дернуться, но сама Ирис не подала виду, что заметила ночного наблюдателя. Синеносый олененок, что живёт у Доктрины с каждым днём подходил всё ближе, но стоило Ирис взглянуть на него, как поджав хвост, любопытный зверёк убегал во тьму замка. Вот и сегодня он снова пришёл. Кошка не дергалась, выжидая лучшего момента. Синеносый подкрался близко и краем копытца коснулся сначала черного хвоста, что свисал с кровати, а следом, дотронулся руки и с визгом попытался убежать. Ирис перехватила маленькое брыкающиеся тельце, прижимая того к себе, ребра затрещали от резких движений и рыпающегося комка шерсти. — Ну, привет, маленькая любопытная морда. — Девушка оскалилась, озорно сверкая красными глазами. — Пусти! Пусти! Страшилища! — Ах ты, мелкий крысёнок! — Олень! Я олень! — Тем более! — Рыкнула Ирис, скорее инстинктивно, чем специально, выпуская когти. Маленькое создание затихло, почувствовав угрозу. — Угомонился?       Девушка чуть ослабила хватку, отстраняя от себя комок шерсти и разглядывая его поближе. Розовая шапка с рогами и белым крестом, синий нос и рюкзачок за плечами. Вполне милое создание, но с таким мерзким языком, что аж придушить хотелось.       Оба фруктовика разглядывали друг друга в течении десяти минут в полумраке, пока Ирис не рассмеялась: хрипло и надрывно. — А ты забавный… — Красные глаза нездорово сверкнули, Чоппер напрягся, не отводя взгляда от такой же как он сам. Бледные щеки покрылись румянцем, а алые глаза болезненно сощурились. Девушка закашлялась, кровью, что-то промычав и теряя сознание. — И вовсе я не забавный, дура! — Вскакивая с кровати и выбираясь из ослабленных рук, олененок рванул к столу с медикаментами и травами. Возможно, скорее всего, своими брыканиями он задел ребра и спровоцировал внутреннее кровотечение. Доктрина его убьёт, если он угробит её пациентку.       Стоило Кошке открыть глаза, как ничего и не поменялось, всё та же тьма. В нос ударил резкий запах трав, все тело отдавалась болью, но не такой как в первые дни, стянув с глаз ткань и приподнявшись, Ирис поморщилась. Высокий и недовольный вопль суетливого Чоппера: — Не вставай! — Да-да. — Брюнетка свесила ноги, касаясь холодного каменного пола. — Надоело лежать. Скоро совсем в овощ превращусь. А меня ждут накама. — Глаза Чоппера засверкали любопытством, перед ним был пират, самый настоящий пират, который плавал по Гранд Лайн, имел корабль и накама. — Думаешь, ждут? — Скрипучий голос местной ведьмы раздался откуда-то справа. — Ты уже полтора месяца тут.       Красные глаза сощурились, а руки сжали простынь. — В любом случае, я обещала ему, что вернусь. — Упрямая дура. — Старуха!       Глаз Доктрины дернулся, а вена на лбу вздулась, женщина медленно склонила голову к плечу и резким движением руки бросила нож в надоедливую девчонку. — Ты же врач, Куреха, а врачи должны спасать людей. — Ирис едва успела отклониться, заработав себе лишь одну царапину на щеке. — Вот именно, людей! — Да-да.       Немая борьба двух свирепых взглядов длилась не дольше сорока секунд, за которые Чоппер успел поменять пластыри и всунуть в руки фруктовика отвар.

***

      Через неделю Ирис позволили передвигаться по замку, а Чоппер следовал хвостиком, по началу выглядывал из-за углов, всё ещё опасаясь, а потом и вовсе шёл рядышком, а вечерами подбирался ещё ближе, слушая истории Ирис о море, пиратах и о мире.       Ожоги плавно сходили и уже не кровоточили, практически не приносили дискомфорт. — Как думаешь, скоро всё заживёт, а доктор Чоппер? — Ирис сидела на стуле, беззаботно мотая ногами. В замке нашлись подходящие вещи, так что щеголять в больничном халате нужны больше не было. Темные узкие штаны, полу сапоги, тёмная футболка с белым крестом на груди и белая, массивная куртка, которая весела на стуле; всё в целом было в пору и даже выглядело приличным. — Неделя — две, если не будешь напрягаться. — Олененок пару раз моргнул глазками пуговками и поставил девушке укол в плечо. — Доктрина собирается спуститься с горы в город, останься тут. — Даже и не думала выходить. Может просто прогуляюсь по замку. — Ирис слабо улыбнулась, как же ей уже это всё надоело, сидеть в замке уже больше двух месяцев и не иметь связи с командой.       Когда хозяева покинули свой дом, Ирис прошлась по заснеженному замку в гордом одиночестве. Всё — таки прилипчивый Чоппер по-своему утомлял. Не то своими репликами и скачками настроения, не то расспросами о команде, что так сильно рвало сердце. Кто бы что не говорил, а она тосковала по ночным посиделкам в капитанской рубке с Ло и Бепо, по подкатам кудрявого Гектора, шуткам Шачи и Пенгвина, а вместе с этим по стесняющемуся Клиону, что каждый раз тушевался и смотрел в пол, а не в глаза команде. Примерзшие к стенам двери туго поддавались, от чего приходилось прилагать определенные усилия. Вот и очередная нежилая комната сдалась, открывая Кошке доступ в оружейную. — Неплохо, жаль, что всё в основном не для меня. — Присвистнув, Кошка ступила на лёд, едва удерживая равновесие. Она не знала, что точно искала, в ближайшее время ей не светили трансформации, кости всё ещё трещали по швам, даже с помощью такого талантливого врача как Куреха, противостоять природе и законам фрукта, было сложно. Разгребая завалы топоров и старых мечей, Ирис выискивала хоть что-то, чем она могла бы с лёгкостью орудовать. Казалось бы, в одной из жизней пользовалась катаной, так почему бы не взять меч, только вот Коготь, был без рукояти, облегчённым и по своему удобным, а от того специфичным и не похожим на все остальные. — Ну, и что тут есть хоть полезного?! — Ирис недовольно пнула ближайшую алебарду в основание и едва успела отскочить. — Надеюсь, Куреха не будет орать. — Закатывая глаза и убирая руки в карманы куртки, Кошка выдохнула облачко пара, разглядывая как оно вьётся и растворяется в воздухе. — Оу… Выглядит интересно. — Брюнетка подошла ближе к двери, запрокидывая голову и разглядывая парные кинжалы, соединенные между собой тонкой цепью и припорошенные снегом и льдом. Маленькие, удобные с виду рукояти, тонкие и легкие лезвия так и манили. Подобрав с пола копье, Кошка постаралась зацепить необходимую вещицу, но лишь поскользнулась, приземляясь на спину с копьем в руках. Волосы тёмным ореолом рассыпались по полу, намокая и запутываясь сильнее. — Какая же ты немощная дура, Ирис.