Ты не тот, за кого себя выдаёшь

Все четверо сидели номере, поглядывая друг на друга. Молчание наконец прервала Алина: — И…что теперь? — Наверное, ничего. — произнёс шатен, медленно опуская голову. — Я поехала за ответами, а вопросов появилось ещё больше. Арсений нахмурился: — Зато нашла себе парня, да? Оля встала, хлопнув ладошкой по столу: — Хватит! Надоели мне ваши разборки. Никто из вас ещё не смог разобраться в себе, это и ослу понятно. Так разберитесь хотя бы с телами! А дальше, бегите каждый своей дорогой! — Да не знаем мы, что делать! Чего непонятного? — Крауч тоже встала, эмоционально вскинув руки. Антон закрыл лицо: — Я знаю только то, что мне сказал Паша. Ты — он показал на Алину — отвергнут, тебя обидели, ты поедаешь себя изнутри из-за несложившихся отношений. Ты — он указал на Арса. — Потерян, ты забыл что такое думать НЕ о работе. Я — просто полнейшая дура, просто дура, и всё. Попов встал и рыкнул: — Какая исчерпывающая информация! Только вот нам нехуй с ней делать! Брюнетка села и опустила голову, понимая, что она бессильна. Шастун обернулся и закричал: — А что ты хотел? Я тебе не почемучка! — Поебучка, блять! — тот уже не мог сдерживаться. — Да пошёл ты! Шастун чувствовал как каждая клеточка тела начинает больно-больно ныть, из-за непонимания, почему его так возненавидел Арс. Он ничего не знает, но делает такие выводы, что крышу сносит. Но что бы ни было, нельзя рассказывать всю правду. Нельзя. Ответов нет, а если рассказать — все и вовсе запутаются. Розоволосая подняла руки вверх: — Да как вы достали! Сколько можно! Антон, ты хоть скажи! Крауч, не поднимая глаз, выдохнула: — А мне нечего сказать. За меня уже всё сказали. Я…я чувствовал что-то, а потом понял что это глупо. Только вот, не нужно было после моего признания, хлопать перед моим лицом дверью… Арс повернулся: — Что? А как я должен был отреагировать?! Я что, гей? — А что ты делаешь последний месяц? Ты сосёшься с МОИМ телом, идиот! — Но это же не ты! Антон встал: — А кто? Я? Алина? Которую ты возненавидел хуй знает почему? — На то есть одна большая, веская причина! Не так ли? Нормально растрачивать чужое тело, мм? Парень дал Попову пощёчину. Секундное молчание. Оля закрыла руками лицо: — Ненормальные… Брюнет «вскипел»: — Сама ненормальная! Пришла, нихуя не знает, а пытается ещё что-то решить! Гений что-ли? Шаст толкнул ногой стул, направившись в холл, но его остановила Крауч: — Алин, ничего не хочешь мне сказать? — Что? — Например, то, как тебе хватило совести использовать моё тело. — Да ничего я не использовала, ты долбаёб? Девушка встала и подошла ближе, почувствовав, как обида за враньё и такой поступок накрывает с головой: — Ты просто невыносима. Я всё видел. Я думал, ты прекрасный человек, а ты оказалась гнилой. — Шипперы — это злые беспощадные псы. Я говорил. — Попов не мог не вставить свою лепту. Розоволосой стало ещё обиднее. Сначала — грубо заставил замолчать, а теперь просто оскорбил обеих подруг. Незаслуженная агрессия — самое обидное. Антон отвернулся от компании и пошёл в гостиную забирать вещи. Оля, схватив свои сумки из холла, накинула на себя куртку и молча вышла из номера, по пути заказывая такси. Алина села на диван, свернувшись комочком и громко выдыхая каждую секунду: — Я всё потерял… Шастун вышел с чемоданом наперевес, грозно глянул на Попова и повернулся к брюнетке: — Прости меня, я не знаю что делать дальше. — сказав это полушёпотом, парень вышел из номера в след за подругой. Арсений встал и ударил кулаком по столу. Было больно, но это не волновало. — Мы бежим от судьбы, или бежим по пятам, я не знаю. Но уверен в одном: мы потеряли свои жизни. А вы ещё и тела. Поздравляю с обновками. Брюнет громкими большими шагами направился в соседний номер. Казалось, весь мир рухнул. И знаете что? Не казалось. Он рухнул. Псевдо-Антон ушёл из «Импровизации», никак это не обосновав. Арсений остался. Стас его уговорил, устроив конкурс на нового члена команды. Псевдо-Алина уехала куда-то далеко, в неизвестном направлении, оставив всех и забрав все свои сбережения, заработанные ещё в своём настоящем теле в ГЛАВКИНО. Оля осталась в Москве, поступив в медицинский универ.

И все, все, решили напрочь забыть о том, что произошло.