Личный колдомедик Поттера или неудачная судьба Темного Лорда.

В единственное узкое окно его камеры хлестал дождь. Так отчаянно и безудержно, будто хотел потоком воды передать ту бурю эмоций, залегшую в его душе от вопиющей несправедливости. Ведь он всего лишь спасал… Да, нетрадиционно. Но ведь спас же!.. Пусть и с помощью темного ритуала. Жаль, что все так… Но он не мог закрыть глаза на страдания ребенка. Драко с силой провел рукой по лицу. Завтра его слушание. А после… что ж. Видимо, от судьбы не сбежать. Да, в прошлый раз его шпионское прошлое помогло избежать Азкабана. Сейчас же его могло вызволить лишь чудо. Драко закрыл глаза, выдыхая с сиплым свистом. В камере было невыносимо, волглая постель, десятки надзирателей, пусть, не дементоров, но от этого лучше не становилось ни на кнат. А в чудеса Драко Малфой не верил. В коридоре ходили, переговаривались, ради развлечения провоцируя заключенных, первое время пытались и Малфоя, но какой смысл, если узник не смотрит даже в сторону тех, кто пытается издеваться. Да и смысл ему? Что изменится от того, что Драко сорвется? Да ничерта не изменится, просто он пойдет на поводу у недолюдей, теша их самооценку, позволив самоутвердиться за свой счет. А еще возможно, к нему ночью зайдут, поливая водой в качестве отмщения за особо колкую фразу. Малфой никогда не лез за словом в карман, но сейчас предпочел молчать. Скрип засова отвлек его от созерцания серой гнуси за единственным грязным, покрытым вековыми разводами стеклом. — Малфой. На выход, — гаркнул толстый охранник, покручивая в воздухе палочкой. Неужели уже утро? Так быстро… — Есть, — покорно убрал руки за спину, выходя, стараясь не смотреть на лоснящееся одутловатое лицо. Пока Малфой шел вдоль узкого прохода, минуя такие же, как и у него самого, темные, мрачные и холодные камеры с заключенными, которые сейчас, будто дикие собаки, бросались к решеткам, стремясь зацепить, он думал только о том, как несправедлива к нему все же жизнь. Одна ошибка юности… Всего одна, чернеющая гадким пятном на предплечье. Сделанная под влиянием психа и сломанного его волей отца… Казалось бы, дальнейшее шпионское прошлое да годы успешной медицинской практики должны бы и перекрыть ее, но… Не в его случае. Лишь одна оплошность, допущенная только с одной единственной целью — спасти! — и все тут же вспомнили и про метку, и про психа, сгубившего множество душ, как и души его родителей, и все то, что приписывали поголовно всем меченым, независимо от справедливости подобных вердиктов… Сейчас же он просто не знал, чего ожидать, наконец-то казни, потому что на милость ему надеяться не стоит или же что-то страшнее смерти? Камера смертника на весь оставшийся период жизни? Камерами смертников называли камеры на цокольных этажах, где надзирателями были дементоры. Там держали самых опасных преступников, рецидивистов, тех кто открыто поддерживал политику мертвого лорда. «Неважно», — усталый вздох эхом прокатился по пустынному коридору, в котором, спустя час, стоял Драко. Молодой человек размял затекшие от неудобной узкой камерной койки плечи, осматривая тяжелые цепи, обвивающие его кисти. «Интересно, будут ли только судья и присяжные, или же в мою честь соберут весь Визенгамот полным составом?» — лениво думал Малфой, скользнув взглядом по подоспевшей охране, которая вот-вот должна была ввести его в зал заседаний. «Вот сейчас и узнаем» — пронеслось в его голове, прежде чем один из охранников не без труда толкнул дверь в судебную залу. Однако узнать, кто же пожаловал на это представление, Драко так и не удалось… — Одну минуту, молодой человек, — раздался позади знакомый голос, услышав который Драко невольно вздрогнул, а охранник, державший дверную ручку, остановился и развернулся на сто восемьдесят. — Мистер Малфой будет сию же секунду сопровожден в мой кабинет. Его дело уже было рассмотрено. Драко медленно развернулся, неверяще уставившись в карие глаза гриффиндорской заучки. — Ну? — Грейнджер сложила руки на груди, деловито окидывая его взглядом умных глаз. — Что уставился, Малфой? Следуй за мной. Или все же хочешь на суд? Он должен был, наверное, обрадоваться тому, что избегает унизительного восседания на стуле под взглядами десятков ненавидящих его семью людей, но почему-то легче не становилось, скорее… Опасение, что же от него нужно той, что на груди мантии гордо носит орден мерлина первой степени, узнаваема по всей Британии и за ее пределами. Особенно било по самообладанию абсолютное незнание Гермионы, как человека. Ей ведь простят все, в том числе кровавое убийство. Нет, ну с одной стороны, смерть все еще предпочтительнее суда, а с другой. Он не заслужил, он свою кровь использовал для спасения этой первокурсницы, не убил никого, не мучил, не накладывал империо. Добровольно, сам… Но никто не смотрел на цель проведения обряда, никто не стал задумываться о том, что девчонка могла остаться сквибом, а в итоге не потеряла ни магии, ни человеческого облика. Малфой стоял в дверном проеме, не решаясь сделать шаг в помещение, залитое искусственным, но приятным светом, заставленное стеллажами с книгами, свитками и, неожиданно, керамическими куклами с глупыми, даже пугающими глазами. — Итак? — голос его не дрогнул только лишь благодаря фирменной выдержке. Пересилив себя, Драко прошел все же вглубь кабинета, игнорируя раздражающую его обстановку. Смотреть на Грейнджер он пытался свысока, задирая подбородок, будто специально стимулируя негатив в свою сторону. Да. Таков он был всегда в отношении «святой троицы». Именно эта высокомерная маска — единственное, что он демонстрировал героям красно-золотых на протяжении всей истории их непростых взаимоотношений. Даже во время сложнейшей операции во время первых родов Грейнджер — ныне точно Уизли. Даже во время ранения Рональда после облавы на его опергруппу. Даже… нет. «Главаря» троицы эта маска не удостоила уже много лет. С тех самых пор, как тот исчез со всех радаров магомира — читай, с самого дня победы. Тем не менее, Грейнджер спокойно уселась в свое кресло, складывая узкие ладони на массивной столешнице, заваленной аккуратно сложенными стопками разного рода бумаг, и смотрела теперь на Драко ничего не выражающим взглядом. Взглядом, который вводил Малфоя в ступор еще больше. — Итак, — повторила за ним Гермиона, откидываясь в кресле. — Что же ваше золотое гриффиндорство желает от моей скромной персоны? — Драко усмехнулся, пересиливая боль в ногах, которую приносили кандалы, зачарованные так, чтобы узники большую часть времени сидели и у них не было ни одного шанса сбежать. Эти чертовы куклы, казалось, следили за каждым его вздохом, за тем, как он моргает или как трепещут крылья носа. Грейнджер только покачала головой, опуская глаза на скованные ноги. Взмах волшебной палочки — и Драко, не сдержав вздоха облегчения, переступил с ноги на ногу. — Даже так? — аккуратная светлая бровь взлетела вверх. Драко ухмыльнулся, с вызовом всматриваясь в бледное лицо девушки. — Может, и эту прелесть уберешь? — Драко медленно протянул руки вперед, потряхивая браслетами. — Это я пока что, — она сделала паузу, чуть опустив ресницы, — Пока что не буду убирать, не в моей компетенции полностью освобождать тебя… Почти не в моей, — загадки Гермионы начинали раздражать и это чувство было написано у него на лице. Грейнджер лишь улыбнулась вновь. — Я предлагаю тебе сделку, возможно, она тебя заинтересует, — Малфой уважительно скривил губы, с точки зрения психологии дать иллюзию выбора очень и очень верно, больше шансов, что «подопытный» выберет нужный тебе вариант. — Как тебе идея, хм, вернуться к практике, так, что с тебя будут сняты все обвинения, люди просто забудут обо всем, даже о метке на руке, в обмен на… Помощь с одним человеком. — Забавно, — Драко склонил голову набок, рассматривая задумчиво девушку. — Ты предлагаешь выбор без выбора, заранее зная, что я буду вынужден выбрать нужный ТЕБЕ вариант. Гермиона выдержала взгляд, слегка поджав губы, тем самым подтверждая сказанное. — Из чего я делаю вывод, что предлагаемое мне вряд ли понравится, — продолжил тем временем Малфой. — Вряд ли. Это уж точно, — утвердительно кивнула Грейнджер. — И тем не менее, — Малфой, заведомо зная, что ничего хорошего дальнейший разговор ему не сулит, вздохнул и, потерев переносицу, тяжело проговорил: — Что ж, я… Как ты и рассчитывала, я согласен на любые условия. Только… сними это. Кисти мне еще пригодятся, раз я ныне подписываюсь на мне неизвестное, но заведомо малоприятное. — Непреложный, — коротко бросила в ответ Гермиона, вставая и протягивая ладонь. Малфой, закатывая глаза, обхватил тонкие девичьи пальцы, и, спустя пару минут и две произнесенные клятвы, тяжелые браслеты слетели с его запястий с громким стуком падая на пол. — Превосходно, — Драко смерил девушку холодным взглядом. — Надеюсь, теперь ты все же станешь поразговорчивее и назовешь, наконец, имя пациента, которого решила повесить на мою несчастную шею. — О, ничего нового ты не услышишь, Малфой, — девушка вернулась на свое место, складывая на этот раз руки на подлокотники. — А может все же ближе к сути, — Драко возвел глаза к потолку. — Не торопись, — фыркнула Грейнджер. — Как я и говорила, человек, которому нужна твоя помощь, тебе хорошо известен. И так уж сложилось, — девушка обежала глазами кабинет, будто ища подсказку, слегка побарабанив пальцами по подлокотнику кресла, — что помочь ему можешь только ты. — Надо полагать, все действенные методы были испробованы, а лучшие лекари привлечены, — простая констатация факта сухим малфоевским тоном, и легкий кивок кудрявой головы в ответ. — Именно, — Гермиона вздохнула, будто сожалея о неудачах, которые они потерпели. — И мы не знаем истинную причину, хм, «недуга» — назовем это так, — как и возможного пути спасения. — И я должен буду… — Некоторое время наблюдать пациента. — А для этого?.. — Драко это уже не нравилось. — Жить с ним под одной крышей, пока не поймешь, что к чему, и как лечить. — Отлично, Грейнджер, — ухмылка у него все же вышла, пусть и с трудом. — Единственный вопрос — почему я? — Потому что ты имеешь медицинскую практику в нескольких сферах. Потому что сведущ в темных материях, а, поскольку пациент опасен, без темной магии не обошлось. Потому что ты под следствием и… Ну…- казалось, девушка замялась. — Потому что из-за этого… — Малфой резко рванул рукав тюремной робы, в которой находился уже трое суток, являя уродливое клеймо на запястье, — Меня не жалко? — Девушка опустила взгляд. Малфой хмыкнул. — Ясно все, — выдохнул он. — Раз Пожиратель — всегда Пожиратель. Черно-белый мир героев иного не сулит… — На минуту повисла тишина. Драко прикрыл глаза, досчитав до десяти. А когда открыл их — наткнулся на пытливый взгляд Грейнджер в ответ. — Ну и кто это? — пора было ставить точку во всем этом, затянувшемся и порядком подбешивающем уже, спектакле правосудия. — Гарри Поттер. Точка была поставлена. — Сам герой? — Малфой нахмурился, понимая, что его где-то наебали, очень серьезно, но вот где… — Ты сказала, что Поттер опасен, как этот олух может быть хоть кому-то опасен? — Драко усмехнулся, фривольно рассаживаясь в кресле, наслаждаясь иллюзией свободы. Он точно знал, не долго осталось, было чувство, что жизнь в тюрьме ему еще сказкой покажется. Драко не мог представить себе, что случилось с Гарри, раз уж понадобились его услуги, к тому же недомолвки Грейнджер его откровенно раздражали, почему она не могла сказать прямым текстом, чем Поттер болен, чтобы Малфой спокойно сделал свою работу и вернулся к практике в Мунго? А эти чертовы куклы явно смотрели на него, словно живые, хотя, может, он просто сходит с ума, потому что именно такие глаза у мертвых, кого убили авадой. — Грейнджер, позволь вопрос? — Задавай, — Гермиона чуть вздернула подбородок, ожидая что-то в высшей степени низкое и детское. — Что это за куклы? — Малфой поежился, как от холода. — Просто куклы… Что ж, Малфой, — она протянула ему иголку, чуть кривясь. — Это порт-ключ, он настроен на Гриммо, 12… Но… Гарри ничего не знает о тебе, придется самому все объяснять, я никак не успеваю, работа, сам знаешь… К слову, если все удастся, тебе вернут менор со всем, что изъяли до последнего цветочного горшка… — ну не признаваться же, что она боится лучшего друга. — Понял… Спасибо… — Что же такое с Героем, раз ради него Грейнджер согласна на все, неужели действительно опасен. Если так, то Гермионе можно будет даже не заморачиваться, он просто не выживет. О их обоюдной, слабо сказать, неприязни наслышан весь Лондон, и Драко просто не выживет. Малфой закрыл глаза в неуверенности, сжал иглу, ощущая, как его внутренности дернуло крюком, что ж назад пути просто нет, теперь он должен помочь золотому трио обрести свою третью грань. Только черт знает, что не так с этой самой третьей гранью, которая сейчас направила на него палочку и смотрит с ненавистью. — Если ЭТО — очередная попытка Гермионы что-то сделать с ситуацией, — даже не желаю знать подробностей, — Поттер говорил спокойным размеренным голосом, зная, что накинутый капюшон мантии, которую он не снимал даже дома, надежно скрывает его теперешний облик. — Мне также не интересны причины, побудившие твою хоречью морду рискнуть своей жалкой шкурой, переступив порог моего дома. Но, раз ты здесь, без Герм явно не обошлось. И, по всей видимости, она довольно крепко держит твои яйца. Но, как бы ни было, мне плевать! На этих словах позади Малфоя послышался треск — и тут же на полке в пыль разлетелась ваза. Поттер сглотнул и на миг прикрыл глаза, делая восстанавливающий вдох. Палочка, на прицеле которой все еще прибывал нежданный гость, даже не дрогнула в руке, обернутой в черную перчатку. Как и весь Поттер, облаченный, будто в черное облако, в тяжелую мантию. Малфой узнавал его разве что по голосу. — Поэтому, пока ты еще способен передвигаться самостоятельно, убирайся, откуда пришел, к чертовой матери!!! — голос, говоривший все это время относительно спокойно, в конце все же сорвался на крик. Малфой вздрогнул. — Поверь, Поттер, я тоже не в восторге, — он поморщился, иголка больше не светилась, вообще ничего не выдавало, что недавно она перенесла одного мага на верную смерть. — Но… Выбора у меня нет, может, хоть выпьем за встречу, герой? — ничего умнее в голову не шло, а после огневиски думать всегда проще. — И, Мерлина ради, опусти палочку, я безоружен, — Драко крутанулся на месте демонстрируя тюремный костюм, в котором спрятать палочку было невозможно. Об умениях невербальной магии он решил промолчать, на всякий случай у него должна быть хоть какая-то защита. — Поттер, с каких это пор ты не светишь своим геройским шрамом? — Драко приподнял бровь, пытаясь вспомнить когда он стал настолько безумен, чтобы подначивать потенциально опасного, теперь он это видел, человека. Поттер громко фыркнул. — Как был скользким гадом, так и остался, — приветливости в его голосе не прибавилось, но палочку Гарри все же опустил. — Вроде ты, Малфой, ни глухостью, ни тупостью не страдал. Что-то изменилось? — пусть Драко не видел, но точно был убежден, что темная бровь была вздернута. — Нет? Так я повторю: выметайся! Сейчас же!!! — Поттер, я не могу выйти из твоего дома, — он вспомнил слова Гермионы, что в случае выхода с Гриммо будет захват на поражение. — Ты спасал мою «скользкую шкуру» явно не для того, чтобы твои дружки меня прихлопнули, — говорил спокойным, менторским тоном, который мог успокоить даже психа из отделения душевнобольных, потому что в интонацию была вплетена магия. — Можешь не отвечать ничего о том, почему похож на маггловского Ассасина, просто… Давай поговорим, как взрослые люди. — Да пошел ты к черту, Хорек! Срать мне с астрономической, что там у тебя за беда очередная! — а Поттер был явно «крепким орешком», сколь бы сил Малфой ни вкладывал — была причина того, почему все затраты энергии были лишь пшиком. Вот только Малфой этого не знал. — Не можешь убраться портключом — выкину так! — в два шага Поттер оказался рядом — и вот уже сильная рука, больно сжимая предплечье, тащит Драко в прихожую. Малфой закрыл глаза, терпя боль. — Да успокойся ты, Герой, — дернулся. — Проблемы не у меня, со мной все давно понятно, придурок гриффиндорский! — резко повернулся, выкручиваясь из захвата, незапланированно сдернув мантию Поттера, попросту наступив на нее. — Идиот, как в школе эмоции дальше мозгов, так и сейчас, такой же… — Малфой замер, молчаливо закрывая рот, в панике рассматривая шрам, что покрывал всю скулу, тянулся через глаз и бровь. Ожог явно от заклинания, тот глаз, что был поражен потерял колдовскую зелень, он был алый, жуткий, словно наполненный кровью. Драко оторопело смотрел, давя в себе желание прикоснуться, пропуская магию, чтобы узнать, возможно ли от этого избавиться. Под злым, наполненным ненавистью взглядом он опустил глаза, сдерживаясь, чтобы по старой, вбитой в голову, впитавшейся в кожу с круциатусом привычке не опуститься на колено. Все еще свежи были в памяти бесчинства лорда, все еще растекался ледяной ужас от позвоночника ко всем конечностям, лишая возможности двигаться, даже говорить. Сейчас он лишь стоял, неосознанно дрожа всем телом, смотря куда-то в пол, молясь, чтобы ему это просто привиделось, но не решаясь посмотреть, чтобы убедиться, что оба глаза все так же цвета авады, которую он так часто видел, которая до сих пор снилась ему в кошмарах, от которых Малфой просыпался на мокрой от пота простыни, захлебываясь в крике. Он не знал теперь, что лучше, алый или травяной. Так или иначе было почти физически больно. Магическое ядро, казалось, вот-вот перегорит. Поттер, казалось, так же в шоке замер, на миг широко распахнув глаза. Но вот, этот миг прошел — и ярость тут же переполнила все его существо. — Ну? — в полном ярости голосе все же проскользнула горечь. — Нравится тебе мой очаровательный вид?! Вздрогнувший Малфой лишь распалил ярость еще больше. Гарри, резко дернув его за руку, с силой приложил об стену так, что даже крошка посыпалась. Из груди Малфоя вырвался хрип. — Именно такова расплата за геройство, о котором ты так рьяно твердишь! — сквозь стиснутые зубы прорычал Гарри ему в лицо. — Посмотри на меня! — Во вскинутых серых глазах Поттер с легкостью прочитал испуг. — Теперь дошло?! — даже магия вокруг, казалось, потрескивала, выдавая настроение хозяина. — Ты найдешь здесь ни избавления от проблем, ни прежней панацеи в моем некогда геройском облике. Ты найдешь здесь только боль, отчаяние и смерть. — На последних словах Гарри гулко сглотнул, резко разжимая пальцы и выпуская парня из захвата. — Я… Колдомедик… На проклятиях… Могу посмотреть? — вновь опустил глаза, признаваясь, что ему страшно, очень страшно. Он ждал того, что на него вновь набросятся, но не мог не спросить, может, именно в этом проблема? — Ты… Дорого заплатил… Очень дорого, но, но… — Драко сам не знал, что именно «но». Но это того стоило? Но ты все еще золотой мальчик? Но ты еще найдешь свою любовь? Все это было слишком глупо. Малфой стоял у стены, не шевелясь, так, как стоял когда-то на собраниях ПСов, только сейчас это было еще ужасней, он ощущал чужую, жестокую, кровожадную магию, которая точно чуяла страх, как акулы ощущают кровь. Поттер вновь замер, но не обернулся. — Ты недостаточно насмотрелся? — в этот раз голос звучал устало. — Хочешь рассмотреть получше? Чтоб было, чем покичиться на приемах? — Н-нет, нет, — робкий, жалкий голос. — Я помочь… Правда, не для себя, просто… — Драко сам не верил, что так говорит, он звучал, как звучит щенок, которого задрал большой пес. Назвать Поттера по имени он не мог, словно назвать Лорда Томом. Малфой не знал, почему у него именно такие ассоциации. — Зачем это тебе?.. — прозвучало глухо, почти шепотом. — Просто… Не знаю, Мой… Поттер, это, вроде как, мое предназначение… Мне нравится помогать… Хоть мне и не верят, никогда не верили, ты тоже не веришь, — Драко молился, чтобы Гарри не заметил оговорки, которую Малфой просто не контролировал. Он чувствовал знакомую, страшную магию и все никак не мог отойти от леденящего ужаса, который сконцентрировался в желудке и не отпускал. Гарри хмыкнул. — И что ты собираешься делать? — Поттер все же развернулся. От него не ускользнули ни восковая бледность, ни в ужасе распахнутые зрачки, ни дрожащий голос. Как ни ускользнула и оговорка. «Умен» — прошелестела змеей насмешка в его голове. — Многие пытались… за эти годы. Бесполезно. И… ты не понимаешь, — Гарри снова не удержал вздоха. — Это ведь не только лицо. Это… так выгляжу теперь я весь. Магический откат обжег все мое тело. И это — меньшее из зол, оставшихся мне на память от Тома. — Я… Не знаю, могу коснуться? — услышав спокойную интонацию, страх поглотил всю душу, клешнями раздирая магическое ядро и поэтому Малфой слегка светился теплым золотистым цветом, магия просто хлестала через край, не сдерживаемая ничем, но подпитывающаяся всем. — И… что будет? — по накренившейся ткани капюшона стало понятно, что Поттер в недоверии склонил голову набок. — Посмотрю… Постараюсь ощутить, могу ли я что-то сделать? — слегка расслабился, даже отходя от стены. — Не думаю, что из этого что-либо выйдет, — Гарри не шелохнулся, пристально наблюдая за крадущимся, будто заяц перед волком, Драко. — Как я уже говорил, многие пытались, и… — Позволите… Шь, — старался всеми сила скрыть то, что сердце билось, как птичка в клетке. Избегал взгляда в глаза. Вздохнув, Поттер резко отпрянул от протянутой, замершей в нерешительности, ладони, и сам резко сбросил капюшон, снова являя Малфою свое обезображенное лицо. Драко прикрыл глаза, касаясь ожога, мягко оглаживая его, пытаясь понять, в какой-то момент он вдруг часто, шумно задышал, заходясь в панике, отскакивая, все-таки падая на колено, склоняя голову. — Это… Темный Лорд, это… Часть его… Часть… Часть, — зажмурился, сглатывая, мысленно извиняясь перед Поттером за свое поведение, но не в силах изменить ничего в нем. «А я тебе говорил, что он почувствует! Спорим, его метка сейчас жжет?» — игнорируя голос в голове, Гарри в шоке и отвращении отпрянул от коленопреклонного юноши. — «Вопрос только в том, когда ты скажешь ему обо мне, малыш Гарри!» «Пошел к черту, Том!» — Убирайся! — вскрикнул вслух Гарри, пятясь от Малфоя. Ему было и так противно — как от своего внешнего облика, так и от паразита, засевшего где-то в его голове. Малфой же этой своей выходкой почти доконал его выдержку окончательно, вновь вызывая магическую бурю. Драко же, не поднимая лица, лишь потряс головой. Яростный вопль оглушил коридор, и тут же волна магии отбросила парня от Поттера на добрые пару метров. — Прости… Я не знаю… Меня, на уровне инстинктов, — сидит, сжимая в кулаках свои отросшие, серые, давно немытые в тюрьме волосы, качаясь из стороны в сторону. — Я не желал тебе вреда, ни тогда, ни сейчас, но, я не могу, не могу, П-поттер, — смотрит глазами, в которых стоят слезы, отчего олово радужки светится. — Ты не он… Но он — ты, я… Постараюсь, постараюсь помочь… — с явной тяжестью встает, со стороны выглядит так, словно на шее у него неподъемный груз. — Моя метка, как огнем, Поттер, — смотрит куда угодно, но не в глаза, в которых плещется ярость. «А я говорил!» — глумился тем временем Лорд в голове Поттера. — «Вот бы его сейчас Круцио огреть. А, Поттер? Вот что тебе стоит?» Гарри изо всех сил стиснул челюсти. Он снова вышел из себя. Судя по тонкой струйке крови, сбегающей сейчас по высокому лбу, досталось Малфою неслабо. Выгнать его в таком состоянии он уже не сможет… Гарри вздохнул. — Аптечка в ванной. Твоя спальня вторая справа. Ты останешься, но только сегодня. Завтра же я передам тебя обратно Гермионе со всеми твоими… — Гарри умолк. — Мне ничто не поможет. И ничего от тебя не нужно. Моя «проблема» сидит слишком глубоко. С этими словами Поттер развернулся, оставляя дрожащего Малфоя на полу коридора. Драко сидел в ванной, без наслаждения, но качественно промывая волосы. Аптечка ему не понадобилась, все-таки он смог добиться хорошей беспалочковой магии и пользовался ей, получая удовлетворение от того, что он не сквиб, как начал думать за четыре дня в азкабане. Он слышал, как в глубине дома бьется посуда, полыхает огонь, шумя и завывая. Выйдя из ванной он, прокляв Гермиону, Поттера и лорда, направился к спальне Поттера, не понимая, совсем ли он идиот или это из-за страха оказаться в камере смертников. — Поттер… Поттер, Поттер! — Драко замер в дверях, наблюдая, как Гарри сжигает просто все, как его магия в пыль стирает то немногое, что было в комнате. Резко развернувшись на зов, Гарри пальнул по нему взглядом. — Какого хера, Малфой?! — контроль, слетевший к чертям еще в коридоре, не удерживал теперь совместную магию. — Жить совсем надоело?! — Поттер, — отскочил, почти сливаясь со стеной. — Я могу усыпить тебя, пока тебе еще есть, где жить? — действительно спросил разрешения, на самом деле не уверенный даже, что ему хватит сил, его магия же Поттеру с Лордом, как Гиппогрифу жалящее. Запрокинув голову, Поттер рассмеялся диким смехом. — Усыпить? Серьезно, блять?! Малфой скривился на ругательство. — Вы, гриффиндорцы, конечно, пришибленные на голову, но не думаю, что тебе нравится жить в руинах… И нет, я не серьезно, моих сил не хватит, — обреченно сполз по стене, смотря вновь куда угодно, лишь бы не в безумные глаза «Ну Поттер, ну давай его Круцио приложим, а?» — почти «мурлыкнул» Лорд в вихрастой голове. — ВОН!!! — возопил Гарри, отталкивая магией вновь. Драко бросился прочь из комнаты, на ходу унимая сердце, поминая Мерлина. Захлопнув за собой дверь своей спальни, он сполз по двери, шумно, загнанно дыша. Он боялся не Поттера, а Лорда в его голове и с этим надо было что-то делать — Какого хера, Том?! — воскликнул Гарри, тяжело опускаясь на кровать аккурат после бегства Малфоя. Он провел рукой по лицу, стараясь угомонить взбесившуюся магию и выровнять загнанное дыхание. — Я ведь и правда его чуть Круцио не приложил!.. — буркнул Гарри. «Нннууу… у меня и так сомнительное счастье от обитания в голове недалекого тебя. Должен же я хоть как-то веселиться», — фыркнул голос Лорда. — Между прочим, Малфой заметил, — медленно произнес Поттер. — А это значит, что ты — не плод моей съехавшей крыши. Ты реален! «Как самый настоящий Санта!» — веселился Лорд. — Да пошел ты!.. — вновь буркнул Гарри. — Может, не так и плоха идея присутствия здесь целителя. Тем более маг-хилера. И да, я заметил его свечение. Так же, как он заметил тебя. «Хочешь развлечься, малыш Гарри?» — мурлыкнул Том. — «Наш мальчик повзрослел? Ну-ну». Гарри загадочно хмыкнул. — Вот только тебе такое веселье будет не по душе, Том, — Гарри быстро навел порядок потоком магии. — Решено. Малфой, так Малфой. Может, с этого что и выгорит. «Утром же поговорю с ним», — подумал про себя Поттер. «Ну-ну», — фыркнул Лорд. Драко лежал на кровати, беспалочковой играя с люмосом, чуть улыбаясь. Он не мог спать без света после войны, так было намного спокойнее, он провалился в душный тяжелый сон. Вновь видел пытки, вновь содрогался в рвоте после собраний с показательной казнью какой-нибудь маглы, магла. И кричал-кричал-кричал, сбивая ногами простынь, мечась, кривя губы, вытягивая шею до дрожи в сухожилиях, бил кулаками постель, прогнувшись дугой опять заходясь в крике. Он все не мог вырваться из кошмара, щеки, шея были мокрыми, слезы затекали в рот, от чего он начинал кашлять, не прерывая душераздирающего крика. Во сне на его глазах пытали Грейнджер, он вновь переживал это, переживал свои мысли, что, да, она ему не нравится, но она не заслуживает пытки. «Пооооттер…» — переполненный страданием голос проскрипел на всю голову. — «Поооооооттер!» — Заткнись, Том, дай поспать!.. — пробурчал сквозь сон Гарри. «Поттер! Твой новый питомец орет, как под пыточным! Пошли его Авадой угостим, а?..» — Гарри на это мысленно закатил глаза, натягивая подушку на голову, однако чертово исчадие в его голове оказалось право — крики не смолкали. — «О, Мерлин!.. Да что ж он никак не заткнется?..» — Как ж вы достали! ОБА! — возопил Гарри, резко подрываясь с кровати. В пару шагов достигнув соседней спальни и кинув в нее Силенцио — «Лучше б Аваду, так надежней, поверь дядьке Лорду» — «Иди в жопу, Том!» — Гарри спустился на кухню. Спать, конечно, все еще хотелось. Но уже не судьба. Что ж. Значит, будет кофе. Много кофе. «А может чааай» — робко мяукнул Лорд. — В жопу! — отрезал Гарри, доставая турку. Драко молчаливо сел на кровати, так же молчаливо спустился вниз попить водички и замер в нерешительности, тут же разворачиваясь, чтобы сбежать. Поттер был зол и попадаться под горячую руку не хотелось, в принципе, в ванной есть кран, один раз попить — не умрет. — Малфой? — поприветствовал его Поттер. Парень робко замер в дверях. «Авада Кедавра, бич!» — возопил грозно Лорд в вихрастой голове. Поттер дернул головой. — Ты че орал, как потерпевший, все утро, а?! — взбеленился Гарри, на которого еще не успел оказать поистине волшебное, присущее только ему, воздействие кофе. «Поддерживаю! Запытать!» «Заткнись, Том!» — Ну?! — снова полетело Малфою. — Че заткнулся-то теперь? Ответом послужила вздернутая светлая бровь. — А, бля, точно! ФИНИТЕ. Драко хоть был теперь без заклинания, но говорить решительно боялся, а потому мялся в дверях. Он не знал, что кричал во сне. — Прости… — Ему хотелось сказать, что в следующий раз он поставит заглушающее, но будет ли этот второй раз? Вряд ли. — Я попью? — голова раскалывалась от фантомной боли, тело еще помнило множественные выбросы с впечатыванием в стену. — Да, конечно… — от такой нерешительности вперемешку с покорностью Гарри даже как-то растерялся. — Эм, слушай, Малфой. Насчет вчерашнего… Неуверенно сжимал в руках чашку, смотря в пол. Малфой еще не отошел от сна, поэтому смотреть в глаза не мог. — Что такое? — интонация, словно ничего страшного не случилось. — В общем, — Гарри провел рукой по волосам, — я думал над твоим предложением. Оно еще в силе? — Помощь? Да, конечно, — рискнул улыбнуться и даже посмотрел в глаза, чуть сощурившись, потому что улыбка была искренней. — Кстати… Тебе… Идиотский вопрос… тебе кошмары не снятся? — Малфоя понесло на искренность. — Мне каждую ночь пытки… — Помню… На самом деле всегда тебе завидовали, у тебя друзья, которые на все согласны ради тебя… У меня такого не было, глупо, конечно сейчас тебе это говорить… Прости, пойду в комнату, в человеческое время, — темпус показывал четыре тридцать пять, — Посмотрю, что буду с тобой делать, чтобы выгнать… Паразита. — А с чего такая уверенность в том, что это именно паразит, а не моя поехавшая крыша? — буркнул Поттер, успешно игнорируя остальную часть сказанного. «Паразит? ПАРРРАЗЗИТ?! Да я его!..» «Угомонись, Том», — устало вздохнул Гарри. — У меня метка и я чувствую его присутствие, — мрачно, подавил желание показать фак, не уверенный, что Поттер поймет, что это не ему. — Знаешь… Ну… Я с ним жил, я его магию знаю… Ты не поехавший, просто… Тебе не повезло. «Ты посмотри, какой чувствительный! КРУЦ…» «Том, ты достал, ей-Мерлин!..» — Знаешь, а ведь мы — в смысле, я и Рон с Гермионой, — так и думали, — медленно проговорил Гарри. А, заметив легкое недоумение на лице парня, уточнил: — Ну… про крышу… — Ты его слышишь? Малфоя чуть передернуло, он приложился к кружке с водой, будто там огневиски, по позвоночнику потек холодный пот, Драко явно ощущал ярость Лорда. «Чувствительный… Наблюдательный… Ну прям подарок, а не Малфой! И куда я смотрел в свое время?!» — Еще как слышу… не умолкает ни на секунду, что б его… — не выдержав бубнежа в голове, закатил глаза Гарри. — Думал, что головой повредился, как первый раз услышал. Друзья лучших медиков таскали — все списывали на посттравматику. Но Лорду в голове ведь это не докажешь, — Поттер призвал турку и налил себе очередную порцию кофе. «Да я тебе сам что хочешь докажу… Фу, Поттер, прекращай пить эту мочу гоблина — у нее отвратный вкус!» «У тебя забыл спросить!» — Впрочем, знаешь… за эти годы я даже как-то свыкся, что ли. Да и забавно даже временами. Если только не думать о том, что двинулся… Поттер отхлебнул кофе. Лорд в голове зашипел и фыркнул. — Да и всплески магии эти. — Звучит так, что вы… Не подружились… Потоварищились? Такое слово вообще есть? — Малфой задумчиво посмотрел в стакан, он ощущал себя пьяным, хотя это точно была вода. — Я бы переживал о вспышках ярости, а магия… Ну, ты, если верить Дамблдору и не слушать крестного «одаренный мальчик», — старается максимально разрядить обстановку, а голова кажется тяжелой. — Потоварищились ли, смирился ли я — какая разница? Если все так, как ты говоришь, что ЧУВСТВУЕШЬ часть его во мне, то… меня интересует только два вопроса: что ЭТО, и как это убрать, — Гарри поставил кружку на стол, звякнув ложечкой. «Тц… комизм ситуации чувствуешь, Поттер?» «Да когда ж ты заткнешься-то, хосспаде…» — взвыл про себя Гарри. — Думаю, должно же быть что-то… ну, не знаю, объясняющее все это. — Поттер вновь провел рукой по волосам, как делал каждый раз, когда нервничал. — Да хоть бы вон в твоей библиотеке. Ну или среди твоей мед.практики — случаи одержимости может… не знаю… Не глядя на Малфоя, Поттер допил кофе, встал и пошел к раковине. Сегодня на нем не было черного балдахина, скрывающего лицо, да и перчатки он не надел, поэтому вид обожженных магией ладоней то и дело резал собственный, единственный здоровый глаз. — Подумай об этом. Может, что и придумаешь, хотя вряд ли. Как я говорил, многие пытались. Но — как видишь, — и Поттер потряс рукой со зарубцевавшейся кожей перед лицом Драко, — даже с внешним лоском не помогли… «Лоском… ахах, держите меня семеро», — ржал вголос Том. «Пошел. В. Жопу», — выплюнул Гарри, разворачиваясь к мойке. — Ты все равно красивый, — Драко точно был пьян, иначе бы не сказал этого и под страхом смертной казни. — Я не гей, но я бы дал, — хихикнул, допивая водичку, чистейшую водичку. Драко весело пьяно рассмеялся, делая пару шагов в сторону Поттера, когда его ноги подкосились и он начал заваливаться вперед, рискуя расквасить аристократический нос. — Э-э-э! — вскричал Поттер, подхватывая легкую хоречью тушку. — Малфой, ты это чего?.. Серые глаза смотрели абсолютно без концентрации, как ему показалось. — Упс, кажется, опять истощение после кошмара, — пьяно улыбнулся, теряя сознание на геройских руках, перед этим все-таки невнятно буркнув, — Дракклов Лорд. — Зашибись… — стоя посреди кухни с Малфоем на руках, протянул Гарри. — Такой себе хилер, хочу я сказать. И что прикажешь с тобой делать? «Аваду могу посоветовать…» — шепнул заговорчески Лорд. — Том, а другие слова в твоем арсенале есть? — вскинул очи горе Поттер. «Ну нет, так нет. Скучный ты, Поттер, эх…» — Зато вон Малфой ишь какой веселый, — подкинув тушку на руках, буркнул Гарри. — Целитель, блин… С этими словами Поттер потащил бессознательного Малфоя обратно в спальню. В коридоре Малфой начал распространять теплый свет, все еще без сознания. Этот свет грел, словно бы облегчал состояние и даже Том в голове Гарри замолк. Он даже словно бы стал легче, не намного, но вполне ощутимо. «Однако же…» — подумал Поттер, щурясь от света, льющего, казалось, прямо из кожи парня на его руках. «Обязательно расспрошу его, что это за хрень», — решил Поттер. — «А пока пусть спит». Лорд в его голове все еще молчал. Драко очнулся только к вечеру, не в силах пошевелить ни руками, ни ногами, ни нормально, ни сдавленно дышать. В голове не было клишированных мыслей, что он тут делает, конечно же, его благородие Поттер допер. Но было интересно, что тут же, более того в ногах — свалился, когда заснул, все-таки ночь бессонная — делает Гарри, его спальня в трех шагах, почему тут-то. Драко лежал, опустив глаза, рассматривая вихрастую голову, жмурясь от боли во всем теле. Драко чувствовал, что Том в голове Поттера чем-то недоволен и от этого было не легче, потому что, чтобы защищаться нужны силы, а он даже сесть не может. Чем он, черт возьми, может помочь Поттеру, если сам не слишком-то дееспособен. — Поттер… Поттер… Гарри. — А? Что?.. — встрепенулся Гарри, по-совиному моргая. Малфой неосознанно улыбнулся, наблюдая за ним, почему-то это было слишком мило для него, чтобы не улыбаться, даже страх чуть притупился, но надолго ли? Драко с трудом согнул ноги в коленях, пытаясь встать, чтобы лучше рассмотреть сонное сознание — опасного Поттера, который сейчас был максимально безопасным. Гарри, проморгавшись, внимательно всмотрелся во все еще бледное лицо Малфоя. — Как ты? — легкое беспокойство мелькнуло в его голосе. — Ты вдруг вырубился, знаешь? Ни с того ни с сего прямо посреди кухни завалился, я еле поймать успел… Целый день не просыпался и… Что это было, Малфой?! — Ну, как тебе объяснить, если я сам не уверен, истощение на фоне стресса, травм и присутствия Лорда… Спасибо, что поймал, — измученно улыбнулся, приподнимаясь на подушках, трет глаза кулаками. — Сам как? — та же легкая тревога. — Ты не прячешь лицо, — улыбнулся, искренне, как ребенок, потому что лгать сейчас было трудновато, да и Малфою что-то подсказывало, что Гарри ложь отличит. — А есть смысл?.. — потерев все еще сонное лицо, устало произнес Гарри. — Знаешь… парадоксально, но с неумолкающим Томом в голове я смирился быстрее, чем с… — Поттер сделал неопределенный жест рукой у своего лица, намекая на шрамы, щедро располосовавшие его всего. И тут же, почему-то побоявшись увидеть насмешку или осуждение в серых глазах, добавил: — И нет, Малфой. Я никогда не был зациклен на внешности, как некоторые… — не удержал шпильку Гарри. — Просто… На секунду прикрыв глаза и вздохнув, Поттер тихо закончил: — Просто, я не могу смотреть на себя в зеркало и не вспоминать о том, благодаря кому таким стал. Да и… Том, чтоб его черти драли, не дает об этом забыть, болтая без умолку… Гарри неуклюже усмехнулся, проведя рукой по волосам, взъерошив их еще больше. — Правда, сейчас, вот, что-то он подозрительно притих, — открыв наконец глаза, Гарри увидел, что Малфой все это время смотрел на него. — Ну… То есть он молчит? Это же лишь осколок, неполное существо, то есть любое, почти любое влияние извне может ему подпортить «жизнь», — улыбнулся, наконец ровно садясь в позу лотоса, без омерзения или чего-то подобного смотря на Поттера, смотря на него целиком, а не на шрамы или чистые части. — Никогда бы не подумал… После того, что мне говорили о тебе, ну, что ты опасный и все дела, что у тебя пижамные штаны с маггловскими феями, — Драко прыснул, убирая растрепанные, легкие, как пух чистые волосы с глаз. — Возможно, именно мое существование рядом заставило его заткнуться… — Ладно, Малфой. Заткнись и давай займемся жарким сексом… — ровно проговорил Гарри. — То есть… ЭТО НЕ Я, ЭТО ВСЕ ТОМ!!! — Ага, раздевайся, ложись, я обещал массаж, — Драко сделал вид, что пропустил предложение мимо ушей, в конце концов, где стопроцентная уверенность, что это сказал именно Гарри, а не Том, на мгновение получивший бразды правления речевым центром. — И все? Даже как-то неинтересно с тобой… — пробурчал Гарри, зардевшись. — Да и вообще! Чтоб ты знал, я брякнул первое, что пришло на ум, только чтоб заставить тебя заткнуться и перестать корчить из себя задницу. А, отведя глаза в сторону, тихо добавил: — Штаны ему мои не понравились, видите ли… — Классные штаны, чего ты? У меня с пони, — пытается сделать что-то с волосами, чтобы они не мешали, но при этом скрывали легкий румянец на скулах. «Восхитительно…» — раздалось тихое шипение в голове Поттера. — Бляаааа… — страдальчески протянул Гарри, пряча лицо в ладонях. Так, сквозь пальцы, он и продолжил: — Слушай, Малфой, а что, собственно, природные хилеры делают? То есть… я видел твое свечение, присущее всем хилерам, но как именно ты действуешь? То есть… ты тут про массаж мне заряжаешь, а смысл в этом всем есть? Да и… — резко опустив ладони, Поттер воззрился прямо в серые глаза, — мне сейчас более важно, чтоб ты вновь заставил Тома заткнуться… — Я так понимаю, что он заткнулся, — выразительный взгляд в красный глаз, — когда ты нес меня в спальню, значит… — Драко смутился. — Тесный контакт даже с бессознательным хилером на время помогает, а если с адекватным, более того, прошивающим тебя своей магией? — Значит, предложение жаркого секса обретает смысл? — выгнув темную бровь, насмешливо спросил Гарри. «О, Мерлин, лучше сразу убейте!..» — взмолился Лорд. Гарри рассмеялся. — Знаешь, а Тому идея понравилась! «Подайте мне яду!..» — Не в этой жизни, сладенький, — жеманно качнул рукой, пряча искренний смех, — Почему твой красный глаз слезится? — Том рыдает от твоего отказа, — прыснул Гарри. «Да пустите уже в меня Авадой, я все осознаааал…» — закатывался тем временем бедный Лорд. — Он явно что-то говорит, а тебе весело, — задумался Драко. — Раздевайся, не тяни за яйца книззла, — скрывает смущение. — Какой, однако, шустрый! А как же прелюдия? — уже во всю заливался Гарри. «Прошу, убейтеееее» — Может, хоть поцелуйчик? Ну, Малфусичка!.. — Массаж, Поттер, массаж! — возопил Драко в унисон с Лордом. — Не секс, массаж, — завалился на подушки, пряча личико. — Жаль, — стаскивая рубашку через голову, лыбился Гарри. — Искренне жаль… А может все-таки?.. «Да как ж тебя выключить, магглов извращенец?!» — Да Волан-де-Морта тебе под хвост, Поттер, ты какого такой извращенец-то? В школе не наблюдалось что-то, — у самого первый секс был через пару лет после победы, несмотря на то, что все факультеты делали ставки, всех ли девушек он оприходует до выпуска. «Да Мерлин упаси!..» — возопил Лорд. — Да я че? Я ниче… — а Поттер все заливался, укладываясь на живот и устраиваясь поудобнее. — Может, мне просто твоя хоречья жопка покоя не дает ни днем, ни ночью! Страдаю вот. А ты… — Ваша львиная жопка меня не интересует вот совсем, штаны, Поттер, — взмолился всем богам, чтобы Гарри не начал по-новой. — А че так? — притворно насупился Гарри, приспуская штаны. — Глянь, какие булочки. Может, присмотришься внимательнее? Глядишь, и передумаешь. А, Малфой? «Да чтоб тебя дементоры сожрали, чертов Поттер!» — вопил на весь этот концерт Том. — Святой Салазар великомученик, спасибо, что этот пиздец, — сам скривился от ругательства, — учился не на твоем факультете, — садится рядом, рассматривает спину, хмыкнув на два длинных шрама вдоль лопаток, словно крылья обрезали. — Кто сказал, что спасибо именно ему? — фыркнул Гарри. — Это только благодаря твоей хоречьей жопке я решил не идти на Слизерин, хоть шляпа активно и зазывала. «Поттер. Гей. И на Слизерине?.. КАК ОТСЮДА ВЫБРАТЬСЯ?!!!» — Мне становится жаль Лорда в твоей голове, Поттер, ты так легко… Кхм, орешь о сексе, не стесняясь, какие ж фантазии в твоей голове, — мягко ведет светящимися руками по лопаткам. — А херли мне терять? — вдруг без всякого веселья в голосе буркнул Гарри. Касания теплых ладоней напрягали. «Фу, Поттер!» — шикнул Лорд. «Пошел в жопу!» — привычно отмахнулся Гарри. — Очень просто, знаешь ли, шутить о том, чего не было, и не… Поттер замялся, пряча лицо в изгибе локтя. — То есть… посмотри на меня, — едва слышно и глухо. — Если и раньше со мной… то сейчас уж… — Расслабься, я тоже не слишком далеко от невинного ушел, — продолжает поглаживать, под руками бледнеют, но не исчезают шрамы. Легко провел самыми кончиками пальцев по хребту, скользнул по бедрам, ягодицам, пропуская магию, словно окутывая теплым, мягким одеялом. — И ты все равно красивый… — так же глухо — Угум, — угрюмо буркнул Поттер куда-то в подушку. — Какие еще сказки расскажешь?.. «Еще слезу пусти…» — закатил глаза Лорд. — Я серьезно… Я спал только с одной девушкой, и то из Лютного, — а вместо заверений о красоте особо ласково гладил шрамы «от крыльев». — Неужели ты серьезно считаешь, что шрамы — это то, что так сильно портит? Даже если они занимают половину тела… Я знаком, жил с одним существом, которое было уродливее нага, ну, кожа трупного цвета, отсутствие волос, носа… А у тебя просто не было времени, а потом, ну, это, — гладит бедра, ягодицы, без пошлости, просто врачуя. — Не было времени, шрамы не портят, ага, — невесело ответил Гарри, поерзав от столь откровенных прикосновений. А потом вдруг резко развернулся, вцепившись во все еще светящиеся тонкие запястья, и выкрикнул. — Пустые слова! Взгляни мне в лицо и скажи, что тебя не воротит от его вида! Посмотри глазами не целителя, привыкшего видеть разные увечья, но просто мужчины! Всмотрись, и задайся вопросом: смог бы ты переступить через себя, чтобы прикоснуться ко мне не как у пациенту, а совсем с другой целью!.. Ну?! Молчишь?.. Зажмурившись, прижался губами, прильнув всем телом, начиная светиться просто всем телом. — Смог бы и не раз, и не два, даже не пять, а теперь… Ты дашь мне работать, а… Гарри? — гладит по лицу, спускаясь подушечками пальцев на шею и плечи, сидя лицом к лицу. Стоило поцелую — всего лишь мгновению — прекратиться, стоило Гарри увидеть, что Малфой делал это, отчаянно — как он думал — жмурясь, стоило только подумать о жалости, как… — Пошел. Прочь! Малфой тут же был скинут с коленей. Гарри, вспомнив, что находится в чужой комнате, вскочил, не заботясь об одежде, но просто набросив плед на окаменевшие плечи, выскочил из комнаты. «Так его, Поттер!» — поддержал идею Лорд, ликующе улыбаясь — Идиот, в начале терапии… — рванул следом, пока Поттер не решил уничтожить все с легкой руки Тома. — Гарри, схватил за плед, без задумки, но сдирая его, без отвращения рассматривая поджарое, покрытое рубцами тело, чуть улыбнулся, тепло и ласково. И, не позволяя Поттеру ничего сказать, положил ладони на грудь еще раз целуя, уже не жмурясь, рассматривая разные глаза, щурясь. Про себя думая, что он точно не лгал Гарри, но сначала надо помочь… «Да, боги, хватииит…» — едва слышно прозвучал в голове Гарри Том, но Поттер даже не слушал. Все его внимание заняли серые глаза, рассматривающие его всего не с жалостью, но с… жаждой?.. Бред!.. — Зачем?.. — разрывая поцелуй, хрипло шепчет Гарри, снова — на этот раз мягко — сцепливая пальцы на бледных запястьях, медленно отводя руки Драко от своей груди. — Кому и что ты пытаешься этим доказать, Малфой?! Мы не друзья с тобой. Ты всегда меня презирал. Сейчас же ты оказался здесь даже против своего на то желания. Не отрицай! Так ЗАЧЕМ?!.. Встрепенувшаяся магия заискрила вокруг. — Презирал я Уизли, пренебрегал Грейнджер, а тебя не понимал и завидовал… — на вопрос ответить не может, потому что сам не знает, чуть вывернул руки, чтобы обхватить запястья Гарри, смотрит в глаза с легким прищуром, с интересом, но не медицинским. — Возможно, по той же причине, что тогда у Мадам Малкин, не зная тебя, протянул тебе руку, ты показался мне стоящим человеком… Им и оказался, но без моего участия, я лишь бесил и бесился… Да, я здесь против своего желания, но уже не уверен… Кто еще, в конце концов, знает про твою пижаму? — улыбнулся. — Вторые темные лорды такого точно не носят. Проигнорировав шутку про лордов и пижаму, Гарри высвободил руки, отступая на шаг. — Кажется, понял, — усмешка вышла кривой, болезненной. — Что, научный интерес, да? Силы свои хилерские решил на мне проверить? Так значит? Поэтому ты поцеловал меня? Чтоб заткнуть и продолжить?! Магия вокруг загудела, заставляя стены древнего дома трещать. Лорд в голове молчал, с удовольствием наблюдая за накалом. — Тупой! Тупой! Тупой идиот! — горит, аки рождественская свечка, без страха подходя. — Ты из-за этой херни в твоей голове стал настолько недоверчивым и закомплексованным? Где, мордредова мать, тот человек, который готов был въебать мне за шутку со значками, но ходил с гордо вздернутой головой, когда даже друзья отвернулись? Что это за подобие Лорда, который ненавидел всех за то, что у него было дерьмовое детство и не повезло ему с кровью? Прекрати думать, Поттер, тебе вредно думать, блять, — смотрит с раздражением, схватив за плечи, встречаясь взглядами — А это я тоже только чтобы силы проверить делаю? — с силой укусил за шею, лизнув моментально появившиеся следы. — И это? — явно смущенный, покрасневший так, что алеют даже шея и уши стягивает футболку, оставаясь топлесс, прижимаясь грудью. — Вот это тоже? — подпрыгнул, умело, как прожженная шлюха, цепляясь ногами за талию, обвивая руками шею. — А ну, конечно, я же Малфой, я не могу просто так желать голого мужика передо мной, у меня всегда мордредов зловещий план, да? — Ты ведь понимаешь, что я сейчас просто сорвусь, да?.. — хрипло бормочет Гарри, утыкаясь носом в розовое ухо, накрепко вцепившись в обвивающие его бедра. — Понимаешь, как сильно сейчас провоцируешь?.. Что я едва сдерживаюсь?.. — укус в бледную шею. — Что пути назад не будет?.. «А может, все же, не надо?..» — робко простонал Лорд. — Просто сделай так, чтобы я потом и в процессе не выл от боли, понял, Поттер? — все еще светится и очень сильно злится. — И этот свой паразитирующий кусок лорда не слушай, — бурчит, ткнувшись лбом в плечо, крепче прижавшись. Он просто хочет Поттера, что тут такого? — Поттер, теперь, раз уж ты таки сорвался и все такое… — красный почти шепчет в шею, — Неси меня в спальню, ладно? Потом когда-нибудь в коридоре тоже или еще, где приспичит, но щас тащи… — Ум… — Гарри, покрепче подхватил под бедра одной рукой, другой придерживая за талию. — Ты… Не эксперимент? — Волан-де-морт в его голове закатил глаза, он точно не хотел быть свидетелем постельной сцены, но выбора не было. Том уже пожалел, что когда-то так сильно ошибся, оставив кусочек своей души мальчишке, как сувенир. «Поттер, может, передумаешь, а?» — но Гарри игнорировал его, неуверенно плюхаясь на кровать, роняя Драко. — Никогда не роняй партнеров… Это малоприятно, — тянет руки, чтобы поцеловать, чуть приподнимая бедра. Краска с лица не уходила, но теперь смущение смешалось с ощутимым возбуждением. Поттер посмотрел на Драко, чуть закусив губу, касаясь грубоватыми пальцами тазовых костей. Опустив глаза, чтобы просто не заливаться краской от вида Малфоя под собой. Аккуратно подцепил пижамные штаны, стаскивая. Было что-то странное в том, чтобы касаться такого же мужчину, мастурбировать ему, слушать учащенное дыхание и через какое-то время ощущать прохладные пальцы на животе, на лобке… Хрипло выдыхать от того, как чужая, мужская ладонь гладит по головке, размазывая прозрачную каплю предэякулята. — Я не знаю, как объяснить тебе, что со мной надо… Ну… Сам знаешь, мужское тело гипотетически не приспособлено… — Малфой почти без стыда развел ноги, прогнувшись в спине, когда Гарри возможно чуть сильнее, чем стоило сжал его член. — Не то, чтобы я знал, но… Очистительное надо… — Малфой смотрел, широко распахнув глаза. — Чшшш, — легко вздрогнул от укуса за грудь, не уверенный, что ему больно, потому что в паху стало лишь горячее, ощущалось, словно на живот положили теплого кота. — Целуй меня, мордред тебя дери, чего замер, — прижал его к себе, рассматривая разные глаза без страха, сам невербально накладывая заклинание, аккуратно запустил руку между ног, неуверенно касается сжатого кольца мышц, шипя в поцелуй. — Смазка… Нужна, — тут уже Поттер краснеет, стараясь не особо-то рассматривать бледное, красивое, чистое тело. Он отнял руку Драко, смачивая палец, стараясь не причинить боли медленно вводит. — Угу, — жмурится, чуть приоткрыв рот, расслабляясь — Мне… Достаточно… Растянул, — Малфой поскуливал, пока Гарри искренне не желая сделать больно растягивал его четырьмя пальцами, все время целуя то губы, то плечи, но шею. Том рыкнул, хоть его и не заметили: «Да ну вас, грязные, отвратительные, предатели крови, лучше бесплотным духом, чем так!». Никто не увидел, как серый дымок вылетел, растворяясь в воздухе. — И… — Просто вставь, не будь идиотом, вот, как женщине, только мне, — извивается в крепких руках, говоря хрипло, сбивчиво, прерываясь на влажные вздохи. Драко замер, ощущая, что в него входят, на мгновение напрягаясь, пытаясь понять, что ощущает. Это точно не было неприятным, странным, да, но не неприятным. — Ты как? — слегка задушенно спросил Гарри, вместо ответа Малфой подмахнул ему, звонко вздохнув. — Ну… Мы нашли простату, а сейчас заткнись и просто трахай, — Это звучало пошло, неправильно, совсем не по-малфоевски, как и стоны с хлюпами и шлепками. — Где ты падла раньше был, — в забытие зло шепчет Драко, с силой, наслаждаясь шипением проводя ногтями по спине, оставляя вздувшиеся, розоватые борозды. Поттер не ответил, шумно выдыхая ему в шею, крепко прижимая к себе, так что член Малфоя зажат между животами. Запрокинув голову, с неконтролируемой силой сжимая талию Гарри бедрами, Драко вдруг затихает, мило приподняв брови, которые почти не видно под налипшими влажными волосами. Он чувствует лишь, как живот подрагивает, расслабляясь. Размазанную сперму по животам обоих игнорируют, увлекшись очередным поцелуем. Поттер кончил минуты через две, обхватив все еще подрагивающее тело, глухо рыкнув в шею, тут же кусая за мочку уха. — Еще раз кончишь в меня — убью… Наверное, — на лице Малфоя выражение умиротворения и совсем чуть-чуть усталости, а еще хитрые искорки в глазах. — Его глаза хоть видят слабо, но зеленей, чем чародея жаба… А волосы его черней тоски, чернее классной грифельной доски… О, Божество, хочу, чтоб сердце мне отдал… Герой, что с Темным Лордом совладал! — З…заткнись, Малфой, — задушено, сквозь улыбку, бурчит Гарри, после чего скатывается с теплого тела, ощущая негу и… пустоту в голове. — Эм… кажется, это. Ну, Лорд ушел, — неуверенно вякнул Гарри, потягиваясь. — Понял теперь? Зеленей, чем чародея жаба, оба, — весело смеется на остатках сил. — Целитель херов, — засмеялся Гарри. — Ну, так получилось быстрее… — покраснел опять, прячась на груди. — Изгнал таки. Жаль, со шрамами не прокатило, — Поттер слегка помрачнел, не сдержавшись, коснулся идеальной, мраморной кожи Драко, думая о том, что он все-таки уродлив. — А с этим, — Малфой ласково провел кончиками пальцев по остаткам шрамов на груди, — за один сеанс терапии не справишься.» — А за сколько? — целуя в плечо, улыбнулся Гарри. — Ммм… не знаю даже. Годы? — фыркнул Драко. — Вся жизнь подойдет? — ухмыльнулся Гарри, притягивая его к себе. — Видно будет, — потянулся за поцелуем Драко. БОНУС — Поттер, — позвал засыпающий на ходу после второго раунда Малфой. — Ммм? — сонно мурлыкнул Гарри, приоткрывая лениво один глаз. — На кой-черт у Грейнджер столько кукол в кабинете? — его на самом деле интересовал этот вопрос. — Выглядит довольно крипово, знаешь?.. — Ммм… это не куклы, — еле слышно выдохнул засыпающий Поттер. — Это бывшие Пожиратели. Герм так злобушку тренирует. — Не пизди!.. — совсем неаристократично встрепенулся Драко. — Да хобби у нее такое просто, — рассмеялся Гарри, схлопотав тычок под бок от надувшегося Малфоя. — Всегда говорил, что все гриффы чокнутые на голову, — буркнул Драко, укладываясь. — Для этого им и нужны личные хилеры, — примирительно пробормотал Гарри, притянув того в объятия. БОНУС 2.0 Бесплотный дух влетел в задумавшегося рыжеволосого мага. «Ну этот, хотя бы, чистокровный. Да и с девушками был, судя по памяти Поттера…» Рон Уизли нахмурил брови и почесал затылок. — Блейзи, притащи зельица от головной боли, — прокричал рыжик на всю квартиру. — Хорошо, любовь моя! — донесся ответ. И, спустя минуту, в комнату плавной походкой вошел Забини, подходя к парню, сунув пузырек с зельем тому в ладонь и ласково, но глубоко, целуя. «ДА БЛЕАААААААААТЬ!!! 111!!! 11!!!» — раздалось в рыжей голове.