О лилиях, Марсе и пользе Интернета

Примерно неделю назад Михаил подключила к благофону Интернет. Про это загадочное изобретение смертных, так называемую "Всемирную сеть" она узнала от Азирафаэля. Вообще интересовал ее не принцип работы "сети" в целом, а возможность быть в курсе событий, творящихся на Земле, не покидая белоснежно-сияющего офиса Сил Небесных. И время сэкономлено, и костюмчик стерилен. Но так было неделю назад. А сейчас Михаил с удовольствием изучала творения человечества, именующиеся фильмами. В основном мелодрамы. Можете ли вы представить себе, как грозная архистратиг смотрит в экран благофона, вздыхая, а порой и утирая слезинки, скользящие по щекам?Расстроганная, с размазанными по лицу блестками (и кто вообще придумал эту чушь про "сияние на лицах ангелов небесных"? Служебные тела такого не предусматривали, но приходилось соответствовать), с белым носовым платком в руке... Кому расскажешь - не поверят. Ситуацию осложнял небезызвестный архангел Гавриил, имевший привычку неожиданно появляться перед подчиненной и интересоваться новостями с Земли, полученными посредством загадочного Интернета. Именно поэтому у Михаил наготове всегда была парочка свежих новостей, заблаговременно записанных ею на белых самоклеющихся стикерах. (На стикерах - именно белых - она была помешана, хотя обычно они просто парили в воздухе вокруг нее). Как правило, визиты начальника приходились на тот период суток, когда облака вокруг офиса Верхней Канцелярии окрашивались в розовый закатным сиянием. День, когда началась (а, может, и закончилась) эта история, исключением не был. Заметив розоватый блик на экране, Михаил подняла взгляд и вполне ожидаемо наткнулась на неестественно широкую улыбку Гавриила. - Ну и что там сегодня? - бодро поинтересовался он. Михаил вежливо улыбнулась в ответ и начала рассказывать о том, что ничего особенно существенного не произошло. - Единственное, большой шум вокруг предстоящей экспедиции на Марс. - Как? - шокированно спросил архангел. Его брови сдвинулись у переносицы, сиреневые обычно глаза приняли темно-фиолетовый оттенок. - Марс? Только не это! Да как они посмели?! - выкрикнул он в гневе. Немного шокированная Михаил не нашлась, что ответить. Но вопрос, похоже, был все-таки риторическим, ибо после этого архангел метнул убийственный взгляд на благофон в руках коллеги, прошагал к огромному панорамному окну с прекрасным видом на... гхм... в данный момент на перисто-кучевые облака, резко распахнул его и, волной воздуха разметав по столу Михаил отчеты с Земли за последние сто лет, унесся вдаль на мощных белых крыльях. Михаил, находящаяся в крайней степени шока, чуть не выронила благофон. Простояв у раскрытого окна с ошарашенным видом пару мгновений, она решила, что должна проследить за тем, чтоб разозленный архангел не испепелил парочку смертных, попавших под горячую руку и выпорхнула из офиса. Паря в облаках, она пыталась найти Гавриила, пока все вокруг вдруг не озарил ослепительный свет закрывающегося портала. Недолго думая, Михаил создала новый и нырнула в водоворот света. *** Княгиня Ада, развалившись на троне, выслушивала доклад недавно прибывшего с поверхности Хастура. Присела она впервые за последние три дня и слушала подчиненного вполуха, периодически зевая. -... Так вот, а еще Кроули болтал что-то про Марс и его ко...колбинизацию...ой, нет... канализацию, кажется. Ох, не могу вспомнить. Но это неважно... Я выяснил, что... - Что ты сказззззал? - сонливость Вельзевул мигом куда-то делась. - Колонизация? Никто и никогда не вредил Ззззземле так, как это стадо гуманоидных кретинов, мнящих себя венцом Творения, а теперь они собираются колонизззззировать Марс?! Мухи вокруг нее возмущенно жужжали. - Да! Да, - просиял Хастур, - именно! Ко-ло-ни-зация. А я-то вспомнить не мог. Лорд Вельзевул, а вы откуда знаете? Вельзевул устало потерла виски, пробормотала что-то, похожее на "меня окружают одни идиоты", затем встала с трона и шагнула во внезапно материлизовавшийся возле нее черный вихрь. *** Они появились на Марсе одновременно. Черный вихрь и белое сияние ненадолго разнообразили пейзаж равнины Исиды. - Ну и что ты ззздесь ззззабыл, идиот пернатый? - И тебе привет, Вельз. - Отстраненно произнес архангел с какой-то грустью в голосе. - Ого, дажжжже не "богомерззззкое исчадие тьмы"? - то ли искренне, то ли наигранно удивилась та. - Ну, в таком случае, привет, Гавриил. Чего такой кислый, лимит благодати на небесах исчерпал? Гавриил слегка улыбнулся. Он давно так не улыбался. Немного печально и... по-настоящему. - А ты разве не слышала о том, что люди... - Да! Возззззмутительно! - прервала его Вельзевул. - Добрались и до Марса! - Даа, - меланхолично протянул Гавриил, - экология полетит ко всем чертям... А помнишь, как мы... - Ну конечно! - вновь вскричала Повелительница мух, - Сколько сил было потрачено на эту планету. Сколько мы с тобой переделывали проект! - Не забыла ли ты, какие... - Ну раззззумеется, нет! Неужжжели ты думаешь, что мне после падения память отшибло? Все так считают, но на самом деле... - Во имя всего свя... в твоем случае, нечестивого, Вельз, прекрати перебивать! Я спрашивал про закаты. - Ззакаты? Гавриил смотрел на нее. Угольно-черные пряди искрились алым в лучах заходящего марсианского солнца. В светлых, почти прозрачных голубых глазах красно-розовыми бликами отражался окружающий их пейзаж. Покрытая вулканами, пустынными лавовыми равнинами и безводными морями планета. Ее взгляд был направлен прямо на него, и Гавриил думал о том, что прежними в ней, возможно, остались только глаза. Бездонные и лазурные, как земные небеса. В точности такие же, как в ту пору, когда... *** Когда они оба были ангелами небесными, когда в пушистых каштаново-золотистых локонах Вельз вечно распускались цветы и роились яркие бабочки, когда они вместе зажигали новые звезды и создавали планеты. Вельзевул была серафимом, ангелом-творцом, одной из приближенных к Ней. Вельз подчиняла материю и пространство своей воле и создавала-создавала-создавала. Подобно их Матери и всем серафимам Ее. Но в Вельз было что-то особенное. Архангел восхищался ею. Он был ее компаньоном, ее другом, вечным соратником, готовым в любой момент предстоящей Вечности мчаться на помощь, чтоб воплотить в реальность любые ее идеи, а она... она была для него кем-то большим (но Гавриил не смел признаться в этом даже себе самому вплоть до ее падения). Она постоянно работала, а идеей создания Красной планеты так загорелась, что ни о чем больше и не говорила. Необычно прекрасный пустынный мир с сумасшедше живописными закатами и десятками огненных гор, будто параллельная реальность Голубого шара - это было вполне в стиле Вельз. - Может, добавить растительности? - предложил однажды Гавриил, когда они прогуливались по уже сотворенному Марсу. Вельзевул скептически приподняла бровь. - Но ведь он закончен. Композиция завершена. Мне кажется, прелесть этой планеты в ее пустынности. - А если совсем немного? - Почти умоляюще спросил архангел. - Один вид. Скажем, лилии? - Опять ты со своими лилиями? - Рассмеялась Вельз. - Ну, да, - немного виновато улыбнулся ангел, - но мои лилии нравятся твоим бабочкам. - Это весомый аргумент, - усмехнулась Вельзевул, - если поселить сюда, скажем, лимонниц... - Будет чудесно, - просиял Гавриил. Но лилии с лимонницами на Марсе так и не появились. Не появились, потому что  прогулка двух ангелов по марсианским пустыням состоялась всего за пару дней до того, как Вельз, объятую пламенем, низвергнули в темную бездну вместе с другими Падшими. А без нее и лилии на Марсе утратили смысл. *** - Ты чего зззамолчал? Язззык проглотил? - Вельзевул пощелкала пальцами у его лица. - Нет-нет, я просто задумался. Хотел спросить, помнишь ли ты, какие здесь чудесные закаты. - Прекрасные. Я помню. И она развернулась лицом к полыхающему небу. - Сейчас как раз такой. - Заметил Гавриил и вдруг совершенно неожиданно предложил: - А может, потанцуем? Вельзевул вновь повернулась к нему. На ее лице было написано удивление. - Разззве ангелы танцуют? - Мы с тобой танцевали. Когда-то. - Когда-то, - эхом повторила Вельзевул, - когда я не была - как вы там говорите? - порожжждением ззла. Гавриил вздохнул. - Брось, ты мухи не обидишь. Вельзевул хохотнула. Мушиный рой вокруг нее зажужжал. - Поразззительно точно. У тебя всегда было хорошо с формулировками. Ты бы пригодился в моей канцелярии. - Не дай Богиня. Несколько минут они провели в тишине. - Ну так что, потанцуем? - Ладно ужж, - кивнула Вельзевул. Благодаря небольшому ангельскому чуду в воздухе разлилась какая-то смутно знакомая падшему серафиму мелодия. Гавриил подошел ближе к Вельз и осторожно обнял ее за талию. Она положила руки ему на плечи, и главы Добра и Зла, Света и Тьмы закружились в танце. Щекой Вельзевул прижималась к плечу Гавриила, и потому он не видел, что она улыбается. А Княгиня Ада не сразу заметила кружащих вокруг бабочек-лимонниц и запах лилий, покачивающихся на тонких стеблях, что росли прямо из марсианской почвы. *** - Не хочешь потанцевать? - улыбаясь, предложила Вельз. Они стояли посреди цветочной поляны на одном из материков Земли. Ее белые одежды развевались на ветру, волосы распушились, в них запутались незабудки. - Танцевать? - уточнил Гавриил. - Как это? - Я объясню, - пообещала Вельзевул, и в ее глазах загорелись искорки энтузиазма. - Сначала подойди поближе. Гавриил сделал несколько шагов в сторону подруги. - Теперь положи руку мне на талию. - Зачем? - не понял ангел. Вельз рассмеялась. - Чтобы танцевать, конечно. Ну же, давай. Немного смущаясь, он опустил руку на талию Вельзевул. Она положила правую руку ему на плечо, а левую вложила в его ладонь. - Это и есть танец? - уточнил Гавриил. Вельз вновь залилась смехом, после чего на мгновение отняла руку, чтобы щелкнуть пальцами. Зазвучала нежная, как крылья бабочек Вельз, мелодия. - Теперь нужно только в правильной последовательности переставлять ноги. Смотри. *** Когда последние отзвуки мелодии растворились в марсианском воздухе, Вельз отстранилась, оглянулась вокруг и серьезно спросила: - Почему ты не сделал этого еще тогда? Гавриил не сразу понял, о чем она. - Чего?. - Лилии и лимонницы. Это была твоя идея. Так почему? Гавриил взглянул ей в глаза и произнес: - Я думал, ты понимаешь, Вельз. Без тебя в этом не было смысла. Вельзевул знала, что и лилии, и бабочки - иллюзия, которая обратится в ничто уже к концу земной ночи. А еще она знала, что и соленые дорожки на ее щеках (впервые за шесть тысяч лет), и внезапная забота во взгляде стоящего напротив архангела - не иллюзия. Шутка ли - сдерживаться несколько тысяч лет? Рыдания рвались из груди падшей, сотрясая худощавое тело. Слезы потоком лились из ее глаз. Гавриил стоял в смятении. А потом мягким движением прижал ее к себе. Он чувствовал, как Вельз трясет, как бешено колотится ее сердце. Его рубашка в районе груди насквозь промокла от слез. - Тише-тише, - шептал он ей в макушку, пальцами зарываясь в короткие темные волосы, - все хорошо-хорошо, все хорошо... Потом она отстранилась. Он осторожно провел большим пальцем по ее щеке, стирая слезинки. - Мы ведь можем проследить, чтобы люди не сделали ничего непоправимого здесь, на Марсе. Вельзевул согласно кивнула. - Уж вдвоем-то справимся, правда, Вельз? - Совместная операция на нейтральной территории, коллега? - лукаво уточнила демонесса. В ее глазах еще поблескивали слезы. - Именно так. Смотри-ка, и у тебя с формулировками все отлично. - Ну разззумеется. У кого жжже еще ты мог этому научиться? - усмехнулась она. - Может, выйдет, как у Брэдбери. Люди подстроятся под планету и не станут рушить ее*. - Ты что же, снизошла до литературы смертных? Голдинга** еще не читала? - Она бывает неплоха. А что, стоит? - Определенно. А потом Гавриил наклонился и коснулся ее губ своими. *** Сияние портала Михаил озарило Марс спустя мгновение после того, как Гавриил и Вельзевул отправились в свои канцелярии. Она почувствовала легкий аромат лилий и решила, что Гавриил здесь определенно был. Архангел оглянулась вокруг в поисках начальника, но увидела только пару десятков бабочек, одна из которых легко опустилась ей на плечо. "Это точно Марс?" - неуверенно подумала она. *** На следующий день пришедший к Михаил узнать новости с Земли Гавриил заметил в светящемся экране оставленного на столе благофона запрос "бабочки на Марсе", после чего чертыхнулся и поспешно ретировался, пока любопытная архангел не вернулась.