А у нас будет счастливый конец?

      С того похода в парк, Чанбин стал приветливее и мягче. Иногда Феликс приходил к Бину в гости, его, конечно, никто не звал, но и не выгонял. Постепенно Ликс стал всё чаще и чаще находиться у Со в гостях, а потом и вовсе стал оставаться с ночевой.       Чанбин и сам не заметил, в какой момент в его жизни стало так много Феликса Ли, этого озорного, лучезарного мальчишки. Именно мальчишки, потому что Феликс вёл себя как ребёнок, обижаясь, дул свои маленькие губки, прыгал от счастья, если случалось что-то хорошее, даже если на первый взгляд это была какая-то мелочь, но Феликс умел сделать из любой мелочи событие.       Как он хлопал в ладоши, когда искренне смеялся над шутками Со, хотя Чанбин и не старался рассмешить его, или когда Феликс занимался каким-то делом, увлеченный процессом, он мило пыхтел и иногда высовывал язык, показывая тем самым свою сосредоточенность на деле. В такие моменты Со просто наблюдал за ним и не мешал.       Чанбину хотелось бы быть вот таким же ярким и беззаботным, как Феликс. Казалось, будто все проблемы мира обходят его стороной, как будто у Ли есть иммунитет от всего плохого, в его жизни существует только счастье. И этого счастья так много, что Ликс делится им с каждым, кого хоть раз встречает в своей жизни.       Чанбин хочет быть таким же, но прошлое его слишком тёмное, оно вцепилось мёртвой хваткой и не отпускает, утягивая на дно, туда, где темно, сыро и пахнет обидой, злостью и виной за совершённые поступки. Прошлое никогда не отпустит его, он сам и есть это прошлое — они одно целое. Чанбин так глубоко утонул в нём, что ни один лучик света не проникнет туда, ни один, кроме, кажется, одного солнечного парнишки, способного хотя бы на время осветить мрачную жизнь Со.       Чанбин думает об этом каждый день, каждый день, когда видит улыбку Ли, когда видит, как младший спит на соседней подушке, мило посапывая и морща носик во сне, каждый день, когда Феликс дарит своё тепло и свет, а когда уходит — на душе становится привычно холодно и снова жить не хочется. «Мы с ним не пара, я утяну его на дно» — говорит себе Чанбин и решает, что надо прекращать всё это общение, пока не стало поздно»       Сказать, что Феликс привязался к Чанбину — ничего не сказать. Они проводили так много времени вместе, что Феликс даже представить не может, а как это «без Чанбина». Чанбин — часть его жизни, ощущение, что они знают друг друга с рождения. Между ними появилось, настолько сильное взаимопонимание, что будь они в мире, где у каждого есть свой соулмейт, то они определённо были бы родными душами друг друга.       Однажды Феликс звонил Чанбину, но тот не брал трубку, это заставило младшего заволноваться, раньше такого не случалось. Поэтому недолго думая, Ли отправился до квартиры Со и какого было его удивление, когда дверь встретила его мёртвой тишиной. «Может он вышел прогуляться и у него сел телефон?» — успокаивал себя Феликс, но предчувствие неприятно скреблось на душе, а оно Феликса никогда не подводит.       В школе Чанбин тоже не появлялся, Феликс, честно, готов был идти в полицию и подавать в розыск. Ли буквально приклеился к телефону, ожидая одного единственного звонка. Что такое сон Феликс забыл, от слова совсем. Теперь, чтобы уснуть, ему необходимо стало выпить минимум две таблетки снотворного. На радость сил не оставалось совсем.       Через неделю классный руководитель сказала, что Чанбин перевёлся в другую школу в Канаде.       Последний огонёк надежды потух в сердце Феликса вместе с его собственным смыслом жизни.       Больше никто не видел того жизнерадостного парня, что мог осветить как минимум всю планету. Феликс обрёл мир и внезапно потерял его. Чувство ужасное, никому не пожелаешь. В голове было тысяча вопросов и ни одного ответа. «Я что-то сделал не так?», «Я что-то сказал не так?», « Я был слишком импульсивен? Или, может, настойчив?», «Я переступил где-то за рамки дозволенного?», «Почему он ушел и ничего не сказал?», «Он меня бросил…», «Наверно, я не заслуживаю его доверия…», «Наверно, я был плохим другом, я не имею права заводить друзей…».       Феликс загонял себя, его сердце покрывалось рубцами с каждым новым возникшим вопросом в голове, в итоге там не осталось ни одного живого места. У Ли случались нервные срывы и даже прямо на уроках, пару раз его клали в больницу.       Казалось бы, отпусти и забудь, как страшный сон, но оказалось это просто невозможно. Феликс влюбился. Впервые. И ему сразу же разбили сердце, которое уже не собрать, просто не из чего собирать.       Чанбину тоже было нелегко, он еле сдерживался, чтобы не ответить на очередной звонок Феликса, в итоге сменил телефон. Ему было больно слышать как Феликс на протяжении недели, каждый день приходил к нему и стучался в дверь, он слышал, как Феликс плачет, но так ведь будет лучше. Лучше для Феликса, а Чанбин, он как-нибудь переживёт.       Со решил уехать подальше, чтобы просто однажды не сорваться и не приехать к Ликсу, к его маленькому, драгоценному мальчику.       Так каждый из них пытался справиться с неугасаемой болью.       Со временем боль Ликса сменилась на ненависть. Теперь он не подпускал к себе людей, он боялся обжечься снова. «Забавно, раньше я помогал людям открываться, а теперь сам закрылся, — усмехался своим мыслям Ли»       Всё лето Феликс провел взаперти дома, новый учебный год немного отвлекал его от ненужных воспоминаний, Ликс с головой ушёл в учебу, хоть какой-то плюс.       Так и пролетел этот год, остались только экзамены и выпускной.       Новая жизнь, никаких напоминаний о прошлом.