Перипетия жизни

— И теперь он будет жить с нами? — Санс недоуменно отрывается от тех самых сборников юмора, подаренных тенгу. — А малой не может, ну не знаю, поселиться у Ториэль? Они вроде бы неплохо общались? — Не может! — надеюсь всклокоченная, рычащая я с грязным ножом в одной руке и мандрагорой в другой была достаточно убедительна, чтобы не поднимать этот вопрос. — Лиса! Да будет известно, детей заводят после свадьбы, а не до! И где он будет спать?! У тебя в доме всего две спальни, позволь напомнить! Я отказываюсь переселяться на этот маленький скрипучий диван! — Вообще-то я считала, что вы переселитесь ко мне в спальню, но так уж и быть, с Фриск мне будет даже удобнее. Занимает не так много места, знаешь ли. — Василис? Василиса! Слушай ты не то подумала! Я полностью согласен, что малой должен жить с нами! Серьезно! Мы же с ним вообще лучшие друзья! Лиса! Да подожди ты!

***

— Так сколько ты еще будешь издеваться над моим братом? — Папайрус медленно перемешивает магией продукты, попутно утыкаясь в сборник рецептов. Молча пожимаю плечами, бурча под нос нецензурщину. Мелкие лесные орехи никак не хотели колоться аккуратно, под силой давления, сжимаясь в неаппетитную массу. Все же мне было легче очистить их вручную, чем контролировать глупое заклинание. — Пока не надоест, — охотно расшифровывает Финист. — Или пока он не извинится за свое поведение. — Ньех? Боже, это было месяц назад! И он все же извинился перед твоей мамой, сразу после… того инцидента. — После скандала, — хмуро цежу сквозь зубы. — Скандала, который начал Санс, перевернув на мою мать, на минуточку — главу всего рода, вазу с цветами. Перед очами двух делегаций. Серьезно. Это не инцидент — это катастрофа! — Ты же знаешь, что он довольно порывист. А твоей матери, со всем моим уважением, явно не стоило представлять тебе какого-то Алешеньку тем более, на глазах у законных женихов! И не нужно ворчать, это была всего лишь ваза! — Действительно, Вась. Твоего экс-жениха ведь вообще найти не могут, — ехидно тянет кот. — Похоже старший брат, в отличие от младшего еще умеет сдерживаться! Ха? Серьезно? На мой вопросительный взгляд скелет недовольно хмурится: — Как впрочем и в отличие от тебя, не так ли? Не те ли ведьмы недавно подходили ко мне и брату на приеме, что теперь при виде нас заикаются? Встретил как-то на магическом рынке. Так резво от меня еще никто не сбегал. Настает моя очередь хмуриться. А нечего было глазками хлопать. Я вроде бы ясно сразу дала понять кому они принадлежат. Так нет же, все равно крутятся рядом! Глупые курицы. Орешек, на этот раз в руке, противно хрустнул, превращаясь в очередную неудачную лепешку. — В любом случае, тебе не кажется, что с его стороны это как-то… мелко? — Пффффф, ньяха-ха! Так тебя не устраивать не то, что он сделал, а то что это всего лишь ваза?! Вауви, Василиса! Ты не перестаешь меня удивлять! — монстр рассмеялся, отвлекаясь от готовки. — Ладно, а если я скажу, что этот ленивый мешок с костями самолично разговаривал с твоим суровым дедом и отстаивал наши права на тебя, простишь его? Я удивленно охнула. Так вот почему этот старикашка так благосклонно принял мою помолвку! Я конечно знала, что ему все равно и на совместимость и на магию, и если кто ему не по нраву, в любом случае взашей погонит, и меня заодно мог. Он такой. Я-то все же на выгоду грешила, да то что я единственная наследница матери, а вона как! Великая, да чтобы с ним не то что спорить, на равных разговаривать — и то стальную выдержку иметь надо! — Не боишься, что в связи открывшихся сведений Санс тебя с пьедестала почета потеснит? — Великого Папайруса? Вот еще! — Это ты зря конечно. Ты погляди на ее лицо, да она же уже в стране грез минут десять пребывает. — Эм? Василиса? — перед моим лицом что-то мелькает, но я попросту игнорирую. — Ну ладно. Может она тогда ему официально разрешит в спальню вернуться. А то эти ночные появления уже раздражают. — Ну, это да. Тут не поспоришь. — Финист? Ты знал? — Что Санс после того как Васька уснет к вам в кровать телепортируется? Ну конечно, это же наш дом. Магический. Да и любопытных болтушек здесь столько, что ничего не утаить, одного домового, к примеру, взять. Он кстати до сих пор на тебя злится, что ты его из кухни выгнал. А, да. Васька тоже вроде как в курсе. Ха-ха, не грузись! Щас ее отпустит окончательно и это уже в принципе не важно будет!

***

— Кстати, как бы между прочим, вы в курсе, что плод в организме ведьмы созревает в течении трех лет и только потом еще полгода формируется в магическом коконе? — Ма-а-а-ам, — я устало утыкаюсь в ладони, пока рядом пытается откашляться Папайрус. — Ты можешь говорить об этом не за общим столом на семейном ужине? — А когда, если ты меня постоянно избегаешь? — Серьезно? Ты не думала, что я тебя избегаю, потому что ты каждый раз намекаешь на внуков! Впрочем, твои изречения даже намеками назвать нельзя! А ведь мы еще даже дату свадьбы не назначили! — Как не назначали? Через неделю же будет, вон мы ужель с твоим отцом недавно и приглашения разослали. Так что пора бы подумать об этом, деточка. На наш ошарашенный с Папсом взгляд Санс лишь усмехнулся: — Упс, забыл сказать. Мы с Кощеем еще после первой встречи дату назначили. Осень, прекрасное время года, вы так не думаете? Хэх? Эм. Бро? Лиса? Вы чего это. Ха-ха, слушайте я серьезно, не надо! Так, приятно было с вами поужинать, я пошел. — А ну стой паразит! — мои руки схватили воздух вместо чьих-то шейных позвонков. — И ты действительно каждый раз спрашиваешь, почему я на него злюсь?! — А знаешь, ты права. Поспит на диване, не переломится, — монстр раздраженно прищурился и так же откланялся. На этот раз пешком. — Не жизнь, а дурдом, — я со стоном плюхнулась обратно. — Мам, какого лешего я вообще с ними связалась? — Ты не поверишь, милая. Всю жизнь задаюсь этим вопросом. Но как ты знаешь, мы с твоим отцом все еще женаты. И живые. Ничего, у вас еще все наладится. Вот детки появятся…. — Ну ма-а-а-ам!

***

— Сколько себя помню, задаюсь вопросом, почему у нас, в отличие от людей на церемонии не спрашивают, согласна ли я вообще на эту кабалу? — Ну это естественно милая, — мама аккуратно поправляет складки церемониально черного платья, чтобы звезды на ткани выглядели наиболее естественно, не сталкиваясь друг с дружкой. — Чтобы ты не могла неожиданно передумать. Поэтому, кстати, еще и выход из храма блокируют. Во избежание. — Ну замечательно! То есть вариант свалить я уже свой проморгала, да? — Ну что ты, моя хорошая. Не расстраивайся так! Тем более, что путь назад ты себе отрезала, еще когда помолвку заключала. Ах, моя детка так прекрасна в этом наряде! Кстати, хочешь еще один факт про брачные обряды? — Если они не включают в себя очередные намеки на внуков. — Ладно, этот я тебе потом расскажу. А вот про платье, например! Знаешь, почему цвет выбирается именно черный, милая? Чтобы сразу проверить насколько ведьме идет траур! — Мам! Это не смешно! — Да я как бы и не смеялась, — женщина задумчиво поправляет на себе макияж, перед тем как вновь обратить на меня внимание. — Это с еще с того времени пошло, когда договорные браки были в обиходе. Кстати, а как тебе мой наряд? Не правда ли это платье прекрасно подчеркивает мою фигуру? — Ага. Но ты уверена? Оно же ну… красное. — А что? — Молодая женщина с ладной фигурой, не скрытой довольно облегающим платьем, гордо встряхнула клубком змей на голове. — Должна же я показать себя во всей красе? Все же я в первый раз становлюсь тещей! А может и не последний. Все таки черное тебе на диво идет! — Мам!

***

Мой глаз нервно дергается, когда небольшой барьер все же отрезает нас от столпотворения под окном. — Знаешь, а у нас довольно интересные традиции, — Санс задумчиво крутит на руке обручальный браслет. — Они точно не взломают защиту в самый ответственный момент? Например, когда мы после этого апокалипсиса в миниатюре наконец уснем? — Милое описание дня свадьбы, — устало протираю глаза я. — Но, надеюсь, нет. Впрочем, похоже мне будет уже полностью все равно. Великая! Так ноги гудят! Может мы просто поспим? — В принципе я не против, — бурчит старший монстр. — Я слишком стар для всего этого. Вообще костей не чувствую. — Эм. Папайрус? — удивленно разглядываю подошедшего слишком близко мужа и непроизвольно пищу, когда меня опрокидывают на подушки. С ног аккуратно стянули успевшие натереть ноги туфли, отбрасывая их куда-то рядом с кроватью. — Ньях, — он прищурившись стаскивает с себя галстук. И мягко, отчего по телу пробегает строй мурашек, отвечает: — Обязательно поспим. Только позже. — Но и это походу не точно. Хех, сорян лиса, кажется тебе не удастся сегодня выспаться. Лады, вы только особо не шумите, я постараюсь отдохнуть за вас двоих. Я возмущенно переглядываюсь с Папсом. Серьезно? И не сговариваясь, бодренько в четыре руки перетаскиваем сопротивляющегося монстра в кровать. Да чтобы я одна отдувалась и за него тоже? Ни-за-что! Дурацкий день! Дурацкие гости! Дурацкие обряды! Дурацкие мужья… хотя нет. Тут я в принципе не против. И вроде бы у нас действительно что-то налаживается.