Адамас

      «— Валтор! Валтор!..»       Ч-что? Кто это? Чей это голос?!       Он мне… знаком. Слишком знаком. Сколь бы ни была не лаконична данная фраза, я ощущаю этот женский тембр чересчур знакомым моему сердцу, не памяти вовсе. Она зовёт меня. Тревога чувствуется в её голосе. Словно просит, чтобы я поскорее пришёл ей на помощь.       «— Валтор!..»       Где? Но где она? Почему вокруг столь темно? Столь мрачно? Словно тогда, в коридоре замка Алфеи, где, пытаясь спасти остальных, я сопротивлялся минотавру в одиночку. И получил серьёзное ранение.       Я… умер?       Кровотечение было сильным. Брендон ронял слова тревожно. Девочки, когда специалист принёс меня в парадный зал, были глубоко напуганы, остальные юноши-рыцари — взволнованы не менее. Я, кажется, смог лишь несколько слов обронить. На вопрос о своём самочувствии. А после темнота окутала моё сознание.       Я не пробудился? Сколько времени прошло? Где я? Как выйти на свет?       «— Валтор!»       И кто… зовёт меня?!       — Кто ты?! Где ты?! — встревоженно ронял я. Сиплый голос срывался на крик, дерущий горло. И я закашлялся. Проклятье! Как больно! Я словно не пил и не говорил более недели!       «— Валтор! Приди! Приди ко мне! Валтор!»       К… ней? Но куда? Но где она? Кто она?       Я озирался. Пытался отыскать её, пока голос то затихал, то вновь набирал силу. Она близко, я чувствую это. Рядом, но не показывается. Или это я… не способен её увидеть?       Это… сон?       Нет. Я осознавал, что это сон, управляю собственным телом и способен мыслить чистым разумом. Такого не бывает в обычных сновидениях. Кажется, это видение. Магический контакт с неким существом, обладающим значительной силой, чтобы внедриться в разум другого человека. И эта женщина…       Вновь послышался голос:       «— Валтор! Валтор, приди! Приди ко мне! Валтор!..»       Что же она хочет?!       Свет! Я резко обернулся и зажмурился. Как ярко! Я ощущаю, как теряю контроль. Связь между моим сознанием и этим маленьким миром грёз рушится. В последнее мгновение перед пробуждением в своей реальности я заставил себя разжать веки. И узрел силуэт — протянув ко мне руки, леди, шепча своими губами просьбу явиться перед ней, сияла в этой пугающей мгле. Её утончённая фигура взрослой дамы приковывала внимание изящностью и безупречной красотой. Длинные волосы развевались на волнах мощной энергии её магической силы…       Знакомой мне…       Нет… Что же это? Кто ты?..       Кто ты, что пытаешься связаться со мной?..

***

      Когда я пробудился, перед собой узрел белый потолок, а самого себя обнаружил лежащим на койке школьного лазарета. Ощущал я себя ни меньше ни больше, а глубоко утомлённым, хотя чувствовал определённо, спал очень долго. На руке увидел иглу капельницы, а плечо, ключица и грудь были крепко перемотаны бинтами, от них исходил запах некой целебной мази.       А рядом…       — Текна? — голос свой я не узнал и тут же закашлялся в попытках вернуть себя настоящего хотя бы в тембре своего голоса. Кошмар! Что же произошло? А главное — как долго я здесь? Что со мной случилось? Лишь рана, оставленная минотавром в ту ночь, когда я пытался защитить Брендона?..       То место болит. Болит, но не столь невыносимо, как в те минуты. Вероятно, то, что сейчас по капле вливается в мою вену, либо является обезболивающим, либо содержит его.       — Ты очнулся, — по виду девушки и не скажешь, но она была рада видеть меня в сознании. Но… я бы сам себя видеть в таком вялом состоянии не хотел. Вот кошмар… — Три дня прошло. Как твоё самочувствие?       Я оторопел и выпучил на подругу глаза, словно подросток эмоциональный. Но здесь было почему пугаться! Три дня! Три дня я пролежал здесь, в стенах лекарских кабинетов Алфеи, вместо учёбы, практик, тренировок своей силы и особенно контроля её!       Вопросов навалилось уйма.       Что стало с минотавром? В порядке ли остальные? Феи? Специалисты? Что со школой, которую разворотил изрядно этот монстр, предположительно призванный ведьмами Трикс? А если это действительно дело рук этих проклятых ведьм, вечно нам досаждающих, то… нашли ли они, что искали? Встретились ли с ними ребята? Была ли битва? Когда вернулись профессора и остальные студенты?       — Видимо, тебе всё ещё плохо. Я позову медсестру Офелию, — опустила серьёзно Текна и поднялась. Но я тут же схватил её за руку и потянул обратно на стул.       — Нет, нет, я в порядке. Мне намного лучше. Я просто… — я замотал головой, пытаясь пробудиться. Но голова отказывалась думать, мысли текли медленно, и я ощущал себя не в своём собственном теле. Тяжело…       — В капельнице установлен раствор, содержащий не только обезболивающее, но и антигистаминный препарат, а также усиливающий регенерацию клеток, чтобы ты мог выспаться, и организм быстрее восстановился. Вероятно, противоаллергический препарат воздействовал на твой мозг угнетающим образом.       Антигистаминный? Неудивительно. После одной таблетки любого подобного лекарства я немедля впадал в спячку на сутки. Либо физическую, либо ходил, будто при смерти.       — У меня просто слишком много вопросов, — я сел, кривясь от боли в плече и груди, и обратил всё внимание на Текну.       — Я могу ответить на них. Но только на те вопросы, ответ на которые я знаю в полноценном объёме информации.       — Хорошо. Тогда скажи для начала — почему ты здесь? — спросил я прямо.       Подруга, вероятно, самая далёкая от моей души фея, с которой мне не удалось сблизиться в отличие от остальных из нашей команды Винкс, несколько опустила взгляд. Посмотрела на книгу, которую отложила на прикроватную тумбу, едва я проснулся, и вновь взглянула на меня.       — Мы с девочками заключили: поочерёдно меняться, следить за твоим самочувствием, бдительно наблюдать и вовремя сообщать госпоже Офелии, если состояние внезапно ухудшится, — отрапортовала фея, как и прежде. Казалось бы, количество эмоций, которые девушка испытывает, крайне ограничено. Может, это особый менталитет всех уроженцев государства Зенит? Текна рассказывала на многострадальном дежурстве по кухне, что многим на их планете заведуют роботы.       — Что?.. — я несколько растерялся. — Но… разве я столь серьёзно ранен? Чтобы отнимать ваше время…       — Нет. Хоть и ранение могло стать угрозой твоей жизни, Брендон вовремя оказал тебе первую помощь. Он перевязал плечо, остановив кровь. Но тебе всё равно сделали переливание, чтобы выздоровление ускорилось и проходило успешно.       Переливание? А разве им известна моя группа крови? И что у меня отрицательный резус-фактор? Что было бы, если бы они напутали? А может, в полусознании я смог сообщить что-то о своём здоровье и какие препараты мне противопоказаны? Хотя с детства непереносимостей у меня не наблюдалось.       — Текна… расскажи, что случилось, когда мы с Брендоном вернулись, — попросил я с тревогой на сердце подругу. И услышал ровный и полноценный рассказ:       — Вы долго отсутствовали, и мы, ожидая вас в парадном зале, как и попросил нас Брендон, собирались отправиться на поиски. Когда Муза чутким слухом смогла уловить рёв монстра и предположить о его гибели. Спустя пять минут к нам возвращается Брендон, на его руках, испачканных обильно в крови, лежал ты, и твоё сознание уже покидало тебя. Но в тот момент ты всё ещё мог двигаться и говорить. Сообщил несколько слов о том, что, вероятно, ты просто очень устал. После ты потерял сознание на груди специалиста.       — Вскоре вернулась госпожа Фарагонда, а также остальной преподавательский состав Алфеи и студенты. Тебе немедля оказали помощь. Мы обо всём подробно рассказали директрисе и мадам Гризельде. А Брендон сообщил то, что видели только вы, сражаясь один на один с минотавром. После профессора отыскали труп монстра в одном из коридоров школы. А тебя положили в лазарет и, наложив бинты, сделали переливание, определив группу крови.       О. Так значит, в магическом мире своя усовершенствованная система медицины. Не стоило и сомневаться, что здесь всё куда более профессионально, чем на Земле.       — И… — уронил я невольно, пытаясь отыскать то, что хочу спросить в первую очередь, когда картина событий наконец сложилась. Но было ещё одно пустое место, заполненное лишь догадками и предположениями. — Виновника появления монстра в Алфее нашли?       Текна задумалась.       — Предположительно, это некто вне ученического и преподавательского состава школы. Госпожа Фарагонда сообщила о некоторой концентрации Тёмной энергии в парадном зале Алфеи, но определить преступника так и не удалось. Хотя, возможно, нам просто этого не сообщили.       — А вы? Вы не ранены? Всё в порядке? Что с Брендоном? — задал с трепетом на сердце вопросы я.       — Мы в полном порядке, Валтор. Специалисты и мы, Винкс, целы и невредимы, — на губах феи технологий наконец появилась улыбка. Она сделала девушку восхитительно красивой. — Но Брендон… Он определённо был переполнен страхом. Когда ты утратил сознание, он впал в панику. Многократно он вторил о том, что виноват в твоём ранении. Когда прибыли профессора, отнёс тебя в лазарет собственноручно, отказавшись от помощи магии преподавателей и госпожи Офелии. И после долго не покидал твоей кровати, крепко держа тебя за руку. Порой, ты просыпался и что-то бормотал, на что Брендон реагировал крайне эмоционально — он подскакивал со стула и молил тебя проснуться и ответить ему.       Сердце застучало в десятки раз быстрее. Брендон… винит себя в том, что случилось. Я должен связаться с ним. У него такой характер… наверняка этот милый юноша всё так и терзает себя. Мой мобильный… так и остался в комнате, на зарядке. Хах…       — Спасибо, Текна.       Подруга улыбалась мне, отводя взгляд в некоторой неловкости. Я был рад видеть её чуточку более эмоциональной, более чем железо компьютера, которыми она всегда окружена.       Ненадолго Текна покинула лазарет, выходя за белые плотные шторки, окружающие мою койку. На замену ей на пороге моей палаты возникла взрослая полная леди в белом длинном халате. На носу её были тонкие очки. Взгляд, пронзивший меня, был полон глубокой сосредоточенности, серьёзности, я бы сказал, она была даже чуточку суровой женщиной, но когда она начала говорить со мной, расспрашивать о самочувствии, я отвечал и понимал, что до всем известной своей жесткостью камня мадам Гризельды ей так же далеко, как Магиксу до Земли. И это хорошо.       Мадам Офелия, как представилась мне женщина, заведующая этим местом, пахнущим лекарственными настойками и мазями, заботящаяся о здоровье студентов Алфеи, поменяла капельницу, установив новый полупрозрачный пакет с лекарством, и проверив надёжность иглы, взялась за смену бинтов и нанесение мазей.       Было… больно. И просто сказать, что было очень больно — ничего, проклятые черти, не сказать! Потому что мне было очень и очень больно! Буквально невыносимо! Чтобы снять бинты, пришлось в дезинфицирующем средстве размачивать их, потому что к ране, к подсохшим корочкам крови, они изрядно прилипли. После, сколь бы я ни был стойким мужчиной, пришлось отвернуться и стараться не думать, терпеть боль и заткнуть своё воображение полностью пробудившегося разума. Я помню, какую рану нанёс мне минотавр своим рогом, он прорубил мне плечо. Рана определённо сквозная — кровь текла по груди и по спине. И по рукам Брендона, который пытался из последних сил сжать мои разорванные вены.       Я надеюсь, что девочки связались с Брендоном, с юношами-специалистами и всё рассказали. Что я в порядке и иду на поправку, что моей жизни ничто не угрожает. Или мой златовласый ангел извёл себя тревогами до потери сознания…       Я жмурился и предполагал, что даже кости, прорубленные минотавром, ещё не начали срастаться — прошло всего три дня. Я не мог даже предположить, насколько ужасно сейчас выглядит моя рука, и как тяжело мне двигать ею. Я боялся смотреть на самого себя, и, кажется, мою дрожь омерзения и бледность лица, которая вот-вот могла превратиться в скорую рвоту, заметила госпожа Офелия.       — Не стоит так беспокоиться, — с лёгкой улыбкой сказала медсестра, выбрасывая использованный бинт и принимаясь за лекарства. — Повреждены мышцы и сухожилия поверх плеча. Кости тронуты не были, всё в порядке.       — Но боль такая, словно меня по руке каждую секунду бьют током, — прорычал я с оскалом и всё-таки обернулся. Меня передёрнуло от изобилия выступившей на ране крови. Медсестра умело убирает подтёки, нанося целебные мази вокруг.       — Потому что я потревожила её. К тому же рана получена близко к шее, повреждена артерия и может часто изменяться давление и болеть голова. Сейчас наложу бинты, и боль снова снимет обезболивающее в капельнице. Подождите немного, потерпите.       Ох… кажется, заживать такая рана будет небыстро… Артерия… вот почему я едва не утратил жизнь вслед за кровью. На руках испуганного Брендона… Мне повезло, он вовремя оказал мне первую помощь, когда я уже терял сознание.       Я ведь только хотел узнать, что это за волшебство, и пожелал в своих руках удержать пламя несколько дольше, чем случайно выброшенный поток огня с ладони на ретивого огра и его упырей. И уже слёг на больничную койку с раной, которая едва не поставила под угрозу мою жизнь.       Фантастика просто. Я не успеваю удивляться и касаться ладонью лба. Не мир, а безумие какое-то.       Вскоре пришли девочки. Неизвестно, сколько было сейчас времени, но не сомневаюсь, что будь даже час занятий, девочки гурьбой сорвались с урока, чтобы навестить пробудившегося меня. Ведь ворвались в лазарет они все взмыленные, а лица их все сияли улыбками и безграничной радостью. Набросились подруги на меня, едва не позабыв о ране, и что не стоит меня в крепких объятьях сжимать.       Благо к тому времени на моём плече вместо окровавленной кожи были крепкие плотные бинты, правда уже несколько пропитавшиеся кровью. А медсестра оставила нас, чтобы мы могли вдоволь наговориться.       С рассказов рассевшихся вокруг на кровати и на стульях девочек, и Стеллы, которая повиснув на мне, на моей здоровой руке, на груди устроившись да на колени взобравшись, носом всё тычась в мою шею, я вспомнил, что пропустил два дня выходных. Что, впрочем, не сильно меня расстроило, я всё равно собирался отдыхать в заслуженные выходные. Особенно после такой долгой и утомительной уборки половины школы.       Кстати об уборке. Оказалось, что в этом безумном переполохе мадам Гризельда не решилась или вовсе забыла о проверке исполненного нами наказания. Даже как-то обидно стало, как мы спины надрывали! И ради чего? Особенно я. Зато… не трудись мы целый день без обеда, не получи я сильнейшую боль в пояснице… не заметил бы этого Брендон и не предложил сделать массаж… Мы бы не провели почти целый час беседуя в моей комнате в полумраке волшебных сумерек Магикса…       — Мы связывались со специалистами, — говорила нежно улыбаясь Флора, взора с меня не сводя. Все девочки были рады, что я иду на поправку и теперь, наконец, очнулся бодрый и здоровый. Правда… в бодрости своей я сомневаюсь, ибо антигистаминный препарат хоть и необходимо принимать в случае аллергической реакции на ту же мазь, которая сейчас исполняет свою работу по заживлению моей раны на плече, но сонливость вызывает он сильную даже в небольшой дозе, которая прямо сейчас вливается в мою вену.       — Скай весь был измотан, — отчего-то весело хихикнула Стелла, теперь ютясь рядом на кровати, всё руку мою не отпуская, голову на плечо — здоровое плечо, положила.       — Но… почему? — не уверен, что принц Скай станет так сильно переживать за здоровье некоего простого знакомого волшебника.       — Брендон его донимал! — широко осклабилась Муза, забравшись на стул с ногами и скрестив их. — Его рыцарь всё не мог успокоиться, а из номеров мобильных у него был только твой. Конечно же, он не мог дозвониться до человека, лежащего без сознания! Вот он и выпрашивал своего господина чуть ли не каждый час названивать Стелле с просьбой узнать самочувствие Валтора!       Я в чувствах голову в плечи вжал и девочек с явной неловкостью в глазах обвёл взором. Я был прав! Брендон по-прежнему очень за меня волновался! Ох…       — И… — начал я растерянно.       — Кажется, Брендон винит за случившееся себя, — встревоженно проговорила Флора, касаясь пальчиками тонкими губ. — Он был очень сильно напуган всё это время. Очень переживал за тебя.       — Вы связались с ним? — я оглядел девочек вновь и устремил вопросительный взор на Стеллу. Подруга, что довольно обнимала меня и так и сяк, кивнула, но дополнила:        — Я написала Скаю сообщение. Думаю, он уже передал Брендону новость о твоём пробуждении.       — Нужно… — я вздохнул, стискивая одеяло в руках. — Поговорить с ним.       — Так что случилось в тот вечер на самом деле? — задала вопрос серьёзно Текна.       Я удивлённо изогнул бровь. Меня поняли без слов.       — Дело в том, — заговорила Муза, покачиваясь на стуле: ну вот-вот упадёт! Что за беспечная девчонка! — Что твой любимый специалист так ни слова нам и не сказал, через какой Обсидиан вы тогда прошли.       Так.       Были вопросы.       Куча, чёрт подери, вопросов!       Я запаниковал и едва успел скрыть своё исказившееся лицо в тревоге о том, что случилось тем роковым вечером.       Во-первых, что за Обсидиан? Судя по контексту, в котором назвала это место Муза, это нечто подобие Ада нашего Земного, всем известного, где черти водятся, которых я всё чаще и чаще вспоминаю и проклинаю.       Во-вторых… что означает это «твой любимый специалист»? Паника нахлынула, разум предчувствовал порог явления истины о моей ориентации. Но… девочки не хихикали, не отводили смущённые или ошарашенные и разочарованные взгляды. Они отнеслись к словам Музы спокойно и даже, казалось бы, не обратили на это никакого внимания. Значит…       С тревогой на сердце я украсил своё лицо удивлением, словно бы опомнился и на подругу свою задорную с хвостиками покосился.       — И что означает это виртуозное «мой любимый специалист»?       Тогда-то с моей интонации подруги захихикали. Все, кроме Текны, конечно же.       — Это значит то, как вы тесно сдружились, что куда-то пропали на целый час нашей уборки перед вечеринкой в пятницу, — объяснила, весело улыбаясь, Стелла, пальчик указательный вздёрнув вместе со своим маленьким напудренным носиком.       — Тогда Брендон поделился со мной целебной мазью, чтобы боль в спине прошла, и я мог веселиться на вечеринке, — пытался оправдаться я, начиная нервничать.       — Да, вы слишком много времени вместе проводите. Как на болотах постоянно наблюдала вас разговаривающими ото всех в стороне, так и на балу в честь начала учебного года вы беседовали на необъяснимые темы, которые заставили вас обоих смутиться… и…       Я вздохнул, громко и перебивая Текну на последнем роковом слове, из-за чего я хотел себя по губам ударить за вырвавшийся вопрос о любимом специалисте… что ложью не является, и он действительно… очень любимый для моего сердца… Сделал вид, что боль вновь резко пронзила моё плечо и с рыком согнулся к коленям.       — Валтор!       — Валтор, как ты?       — Тебе плохо?..       Девочки встревожились и внимание от слов о наших с Брендоном отношений они отвели. Удостоверившись в этом, я откашлялся, держась за руку, и выровнялся, вымученно улыбаясь. Оглянув напуганных подруг, я помотал головой.       — Со мной… — я содрогнулся в приступе настоящего кашля. — Со мной всё хорошо. Не переживайте.       — Рана болит? — взволнованно вопросила Флора, нежно касаясь моей руки.       Я кивнул, отводя взгляд.       — Почти постоянно. Нет. Постоянно. Но благодаря обезболивающим боль притупилась, — я взбодрился и постарался выровняться, но аккуратно. Потому что рана, как бы я ни играл, болит всё равно.       — Так что же случилось тогда?.. Когда ты увёл от нас минотавра? — с тревогой Стелла обхватила мою здоровую руку и прижалась всем телом, жалобный взгляд на меня подняла, словно боялась потерять… так крепко-крепко удерживала.       Я вздохнул вновь, ласково касаясь её руки. И руки девочек, которые повскакивали со своих мест в момент моего приступа боли, успокаивая их светлой улыбкой. И когда они расселись, в этот раз поближе — Текна и Муза держали меня за руки, а Флора приобняла с другой стороны кровати, стараясь не касаться бинтов, я вёл рассказ, несколько смущаясь такой близости и пусть… мы друзья. Девочки будто бы уже чувствуют, что я не стану касаться и мыслью их чести и считают меня братом, защитником.       — Я хотел спасти юношей-специалистов и увести от вас всех прочь это чудище. Поэтому отвлёк его внимание на себя и убежал, уводя минотавра вглубь школы, петляя по этим нескончаемым лабиринтам коридоров. Но монстр загнал меня в тупик — я почти не видел в темноте. Мне удалось уклоняться от его выпадов.       — Но что ты собирался делать после? — оскалилась в недовольстве Текна. — Ты спас всех нас и в итоге загнал в ловушку самого себя. Ты был без магии! Что случилось бы, не приди на помощь Брендон?       Да, Текна в какой-то степени права — в то мгновение я думал лишь о том, как спасти всех. И особенно специалистов, которые попали под бесконечные атаки тяжёлых кулаков минотавра. Но слова её были…       — Текна! Что ты себе позволяешь?! — вспылила Муза внезапно, подавшись вперёд так, что едва на меня не упала, да носом в лоб серьёзной подруги не врезалась. — Валтор нас спас! Если бы не он, мы могли не увидеть следующий рассвет!       — А сам он? А о себе он подумал, Муза? — вставила аргумент Текна.       На неё набросились остальные:       — Думай, что говоришь! Ты со своими компьютерами совсем с ума сошла и не видишь реальности! — вспылила Стелла, перехватив мою руку вновь покрепче и на Текну выдвинулась вся вперёд. А за ней Флора, даже этот нежный цветочек!       — Валтор ради нас так поступил! Ему было важно нас уберечь!       — Говоришь, Брендон! Думаешь, без этого специалиста, которые, по сути, и ничего не умеют… как мы видели, — последнее Стелла добавила шёпотом и с некоторым разочарованием, определённо вспомнив, как минотавр перед нашими глазами делал из юношей тесто. — Валтор бы погиб?! Не говори ерунды! Наоборот — у Валтора наверняка был план! А если нет — придумал бы что-то! Я его знаю! Она на все руки мастер! Всё может!       Текна не растерялась. И говорила вещи дельные:       — А о своих возможностях ваш герой подумал? — показала зубки подруга, сложив руки на груди. — Он самого себя какой опасности подвергнул таким рискованным поступком? Остался один на один с разъярённым минотавром без капли магических сил. Как долго бы его держали ноги бежать от монстра со столь длинными конечностями? Боюсь, не приди хоть кто-то на помощь, пусть не Брендон, как вы полагаете, из команды бесполезных специалистов, наш Валтор из-за своего геройства мог лишится не только возможности двигать рукой, но и жизни.       — Геройства?! — разъярилась не на шутку Муза, да и остальные её поддержали. — Да как ты… Текна! Ты перешла все границы!       — А вы обезумели и света за своим любимым Валтором не видите! — вставила новый ясный и чистый аргумент Текна. — Да он себя на верную смерть едва не обрёк, если бы следом за ним Брендон не рванулся! Он поступил опрометчиво и глупо! Мы должны были действовать вместе!       — Говоришь так, будто Валтор ни на что не способен! Следи за языком! — рыкнула Стелла, едва ли не сверкая солнечным светом.       — В тот момент — да! Без магических сил и оружия! Он был беззащитен и слаб после долгой уборки замка школы! При нём не было его могущественной магии пламени! Он не должен был брать минотавра на себя, даже если ценой его ранения стали жизни всех нас!..       А вот я растерялся. Меня защищают девушки, молодые девушки, девушки, младше меня на десять лет. И к тому же поругались из-за меня, из-за правдивых слов, произнесённых Текной. Да и… Стелла то как захвалила!.. Ох!..       — Девочки! Не шумите в лазарете! — на пороге моей палаты появилась госпожа Офелия и стала зрителем драматической сценки первых попыток битвы за возлюбленного волшебника между сразу четырьмя феями. Ох…       Ох! Вот именно, что «ох»! Мне нужно их успокоить.       Хоть и появление в меру строгой дамы-врача немного умерило пыл моих подруг, выступивших за меня и… моё геройство, как назвала это Текна, но всё равно ещё полыхали и взгляды яростные друг в друга метали, подобно магическим фаерболлам.       Я вздохнул в момент тишины, чем взволновал своих волшебниц. Флора и Стелла тут же прижались ко мне, будто защиты ища, но на самом деле стремились эту защиту мне подарить. Мол, посчитали, что я глубоко расстроен словами Текны.       И я…       Не спорю. Расстроен. Но на истину, как говорится на великой и благодатной Земле нашей, не обижаются. Её принимают во внимание, обдумывают, выуживают урок и заучивают его, дабы впредь не совершать ошибок, которые описаны в словах несколько резкого человека.       — Девочки… успокойтесь, — утомлённо проговорил я, не в силах сдерживать своё разочарование и печаль.       Да, я хотел защитить подруг и юношей-специалистов. Да, я пытался сделать хоть что-то ради спасения последней косточки рыцарей, рванувшихся на нашу защиту. Но у меня не было плана, лишь были догадки и надежды, что вот-вот возвратятся профессора и другие ученики, и они помогут мне отвязаться от разъярённого всаженным клинком под рёбра минотавра. Но этого не произошло, хотя, полагаю, исходя из слов подруг, не появись Брендон, петляя по коридорам школы ещё некоторое время, скрываясь от алых глаз чудовища, то спустя минут пятнадцать или полчаса всё-таки дождался подмоги от преподавателей, вернувшихся в школу. Ведь за одним ловким человеком громадному монстру угнаться и поймать жертву труднее, чем за группой людей. И прятаться было бы от него мне одного гораздо легче.       Вновь обменявшись местами с минотавром, я бы рванул обратно по коридорам, скрылся в одной из аудиторий или выбежал на улицу. А лучше всего было бы увести его в лес и сбежать в школу, за ворота, окружённые магическим барьером. Которые определённо не откроются перед незваным гостем трёхметрового роста.       Я вновь вздохнул.       — Валтор?.. — обронила нежный цветок Флора под моим ухом.       — Да. Текна абсолютно права, хоть и выразилась, возможно, несколько чересчур прямо и грубо — я тогда не смог бы справиться с минотавром в одиночку. Я это осознавал, но всё равно попытался взять его на себя ради спасения всех вас. Я надеялся на долгий побег по коридорам школы от него, попытку скрыться, ведь я один, а за одним человеком угнаться ему — неповоротливой твари, было бы труднее. Но ранение я получил при иных обстоятельствах.       — Что же случилось на самом деле?! — встрепенулась Муза, определённо сидящая на иголках после такого огненного разговора.       — Брендон попытался сразить минотавра, чем защитил меня. Но он также не обладал достаточной силой и мог получить смертельное ранение. В момент, когда он выронил щит, минотавр мог пронзить его рогами, и тогда я попытался призвать огонь для защиты. И вырвался между минотавром и Брендоном. Но моей силы не хватило, и барьер разрушился. Я принял на себя удар рогов монстра, — я коснулся плеча и вздрогнул от резкой вспышки боли. И вздохнул — я устал. — Так оно и случилось.       — Но… как же минотавр был побеждён?..       — Вероятно, Брендон всё-таки застал его врасплох после того, как он нанёс мне удар рогом.       — Профессора так и не показали нам труп монстра. Но у них не было сомнений, что именно Брендон одолел его. Наверное, на нём была нанесена рана мечом.       Девочки переговаривались, в разговор вновь включилась Текна, сдерживая свою ясную и чистую рациональность, чтобы не разрушить налаженные мною и мадам Офелией прежние спокойные отношения в компании друзей. А я углубился в размышления.       Я видел голубое сияние. Яркий свет охватил коридор, который едва не стал последним пристанищем — моим и Брендона, — и жалобный рёв монстра пронёсся по школе. Определённо, специалист одолел минотавра. Но как сделал это он, куда направил свой меч, как застал чудище врасплох — я вспомнить не могу. Как бы ни пытался — в глазах воспоминаний лишь туман, вода, картины размыты. Даже слова Брендона в ту минуту едва запомнились мне.       Удивительное начало учебного года. Как-никак это волшебная академия, а я не раз слышал и видывал картины кинематографа, описанные со страниц прочитанных ранее мною книг ещё на родной Земле о волшебниках, учащихся в подобных заведениях. Но там всё располагало для приближающейся опасности и глубоких трудностях на пути главных героев — мрачная обстановка, дворец в готическом стиле, тревожная музыкальная тема. Но здесь, в мире, в котором оказался я: феи, светлая магия, школа Алфея, подобная большому кукольному домику и с головокружительной архитектурой средних веков внутри здания, добродушные люди в столице — соседнем городе, вкусная и вполне обыкновенная пища в столовой и кафе и минимум троллей и каких-то мерзких созданий на улицах и даже в стенах нашего учебного заведения. Кто мог полагать, что мои первые месяцы обучения магии будут проходить столь трудно и опасно для жизни?!       Трикс, жаждущие заполучить кольцо Стеллы — реликвию её родного мира — планеты и королевства Солярия, освещённого по историям двумя солнцами и одной луной — спутником, имеющим лишь подобное нашему серебряному на ночных небесах название, но здесь это звезда, просто обладающая бело-голубоватым свечением и почти не излучающая тепло. Они достигли своей цели, они раз за разом изводили нас с девочками и всё-таки шантажом забрали магический артефакт. После чего мы возвратили его и вновь едва не распрощались с жизнями, будучи запертыми в Архиве, разрубленными стальными когтями армии пауков и пойманными магическим огнём пожара в ловушку. За то время, пока мы собирались на вылазку в Облачную Башню, ведьмы уже должны были совершить всё, что задумали, с магическим украшением Стеллы. И раз нашли мы его в куче мусора, полагаю, они завершили начатое. Но магию наша принцесса Солнца, Луны и Звёзд не утратила — кольцо по-прежнему мерцает силой небесных светил. Как мы и предположили тогда, Трикс, похоже, не отыскали в кольце Стеллы необходимой силы и просто выбросили его.       А после они наведались в Алфею, пока ни единого преподавателя в стенах школы не было. Чтобы что-то найти, что-то забрать. Какую-то необычную значительную силу? Но они не предусмотрели, что в школе будем присутствовать мы — наказанные за проникновение в их Тёмную академию колдунов и жнецов. Они отвлекали нас этой погоней от минотавра? Или же решили просто уничтожить, насадив нас всех по одному на его рога? Но не могли ли они со своей немалой силой Тьмы вызвать нас на бой лицом к лицу и собственноручно раздавить как насекомых? Возможно, они не знали, что мы были лишены магии. Но с большей вероятностью специалисты не были бы для них значительной преградой. Зная нравы Трикс, с уверенностью я предположу, что им было бы в удовольствие убить нас собственноручно. Или направить на нас на сотню минотавров больше — вряд ли им любо было бы наблюдать за тщетным побегом к спасению четырёх феечек и одного неумёхи волшебника, а после и за избиением пяти бравых рыцарей. Даже если так — понимая, что минотавра загнали в угол, а после одолели, они, наблюдая за этим, должны были совершить ход и напасть на Винкс и специалистов, ожидающих нас с Брендоном в парадном зале школы. Но…       Этого не произошло. Значит, остаётся одно: это была попытка отвлечь нас от чего-то более важного. От их задумки, по которой они прибыли в нашу Алфею. А раз они ищут некую силу и ошиблись, предполагая, что необходимая и желанная ими магия находится в кольце Стеллы, они пришли обыскивать школу Светлой магии, пока никого в стенах её не было. Но…       Если мои выводы и предположения верны, остаётся один вопрос: почему именно Алфея?       Что за силу они ищут?       И достигли ли они своей цели, пока минотавр успешно отводил наше внимание?