Слепой...

(Естественно 18+. Но я думаю, вас это не остановит, мои извращенцы:)       Течка на самом деле ужасная вещь. Самое главное это больно. Тем более, когда у тебя есть альфа, а он просто уходит на неделю. Чимину осточертело. Они встречаются гребанный год, а он до сих пор ходит в девственниках! Так дело не пойдёт.       Чимин, чуть согнувшись, заходит в комнату к альфе и упивается его запахом. Он повсюду. У омеги ноги подкашиваются, но он всё же берет себя в руки и подходит к удивлённому альфе. — Чонгук-а, мне больно, — скулит парень, садясь на колени к Чону. Он чуть жмурится от неприятных ощущений внизу живота, но всё же старается чуть улыбнулся и прижаться к сильному телу, что было не так напряженно. — Хватит уходить, помоги мне, пожалуйста. — Чимин, подожди, — Чонгук пытается отодвинуть от себя младшего, так ещё и стараясь не вдыхать пьянящий запах дождя, от которого повеситься хочется. Рано ещё, думает он. И даже не то, что рано, просто внутри у него всё ещё живёт надежда на то, что Чимин сможет увидеть всё своими глазами. Они стоят в очереди уже год, да, это много, однако вдруг в какой-то момент их терпение окупится? — Но почему? Ты меня не хочешь? — шепчет омега ему куда-то в висок, запуская пальцы в волосы на затылке. Он немного отстраняется, закрывает глаза, а после устремляет пустой взгляд на парня. Пак чуть прикусывает губу. — Ты не считаешь меня привлекательным? У меня чувствительная кожа, — Чимин нащупал его руку и сам положил её на ключицы, ведя её пальцами себе по шее и груди, спускаясь всё ниже и ниже. — У меня узкая талия, — наконец он опустил его руку к себе на пояс, а потом на ягодицы. Чонгук рефлекторно напрягается, подхватывая, чтобы омега не упал. — Просто скажи, чего тебе во мне не хватает? Я обязательно исправлюсь, — шепот омеги совсем сходит на нет. Пак чуть скривил лицо от нарастающей боли, но всё же поддался вперёд, целуя шрамик на скуле альфы. Чонгук чувствует, как внизу живота скапливается напряжение. Чимин прав, он идеальный омега, таких ещё поискать, но Чонгук не мог ведь воспользоваться его состоянием? Да и своим тоже. Это всё течка, возможно он потом ещё и пожалеет. Сам Чонгук точно пожалеет.       Но все сомнения сразу же ушли, когда он увидел блестящие капельки на глазах у омеги. Тот поджал губы, стараясь не разреветься, не поддастся эмоциям. — Мне больно, Чонгук-а. Ты хоть знаешь, как тяжело мне было сюда прийти с такой просьбой?! — Чимин громко всхлипнул, часто моргая. Пак положил свои руки на грудь альфе и сжал их в кулаки, будто желая его вновь ударить, но сил не осталось ни на что. — Мне больно от того, что ты меня бросаешь в такие моменты. Тебе противно, да?! Тебе не нужен течный СЛЕПОЙ омега?!       Чимин всё же расплакался, его горячие слёзы обжигали сердце. Чонгук чувствовал себя виноватым. И он виноват. А вот почему? Да потому что он — еблан, и альфа это признает.       Возбуждение у обоих ушло на второй план, сейчас было совсем не до этого. Чонгук аккуратно взял заплаканное личико в руки и большими пальцами стал вытирать солёные капли, что стекали по красным щекам. — Не говори так. Ты мне нужен. Да, у тебя есть одна особенность, но она не делает тебя хуже, ни в коем случае, — прошептал парень в губы напротив, отчего те чуть дрогнули. — Сколько раз я говорил, что люблю тебя, м? Прости, это я полный идиот, заставил тебя так думать.       Краешки губ напротив чуть приподнялись, а сам омега обнял альфу за шею, прижимаясь немного ближе. Тот также поддался вперёд, сливаясь с истинным в сладком поцелуе.       Чонгук неуверенно прижимает его ближе, приглаживает по спине, а после снимает с него домашнюю футболку, оставляя в одном белье и приникая губами к чужой шее. По бедрам течёт смазка омеги, и не терпится уже.       Чимин, прикрыв глаза, отдается ощущениям, зная, что Чонгук в этом опытнее будет. Если признаться честно, то он вообще ничего об этом не знает. Да что уж там, Чонгук то и первый поцелуй его забрал.       Младший, всё ещё прижимаясь к сильному телу, немного выгибает спину и оттопыривает пятую точку, пока Чонгук чувствует, как он влажными бедрами елозит по его собственным. Одурманивающий запах дождя расползается по комнате и по его черепной коробке, заставляя инстинкты просыпаться. Отросшие клыки чешутся, так и хочется вцепиться омеге в шею, прямо в запаховые железы, чтобы от него пахло альфой.       Легко подхватывая его за бедра, Чонгук встаёт и несёт разгоряченное тело к кровати. Далее он немного грубо кидает парня на кровать, отчего тот только сильнее выгнулся и сексуально прикусил губу. Чимин-и такое любит? Неожиданно. Чонгук лишь усмехнулся.       Цепкие пальцы по всему телу, тяжёлое и горячее дыхание рядом: они дышат в унисон. Горячие поцелуи клеймят золотую кожу. Нежные прикосновения будоражат сознание, заставляя с каждым разом всё больше погружаться в эти внеземные ощущения.       Жар один на двоих.       Дыхание одно на двоих.       Любовь одна на двоих.       Они одно целое. — Чимин-и, ты готов? — шёпотом спросил Чонгук, заглядывая в бездонные глаза любимого. В них можно утонуть.       В них необходимо утонуть.       Чимин, сил которого не хватило на то, чтобы связать пару слов, лишь кивнул, обхватывая широкую спину альфы, оставляя за собой красные полосы.       Член прижимается к сжимающейся дырочке и медленно входит, выбивая из Чимина болезненный стон.       Чонгук стоит перед сложным выбором. Взять полностью, или же наплевать на свои интересы и не делать омежке больно. К счастью он понял, что и так наломал дров, поэтому, пусть и с трудом, но сдерживает своего внутреннего зверя.       Альфа сцеловывает хрустальные капельки с висков парня и оставляет нежный поцелуй между нахмуренных бровей, будто стараясь отвлечь от очень неприятных ощущений. — Б-больно, Гукки, — омежка чувствует, как внизу будто что-то разрывает. — Прости, потерпи немного.       Чимину больно и очень. Спасает лишь то, что Чонгукки целует его, обнимает, трепетно шепчет на ухо слова любви. И только это помогает ему забыться.       Забыть о боли, и наконец предаться наслаждению.       Фрикции медленные, неспешные. Дыхание сбитое, звуки шлепков тел друг о друга раздаются по квартире вперемешку со сладостными стонами.       Хорошо, что они недавно купили себе квартиру.       Чимина потряхивает. Неизвестное доселе чувство тягучей патокой разливается по телу, заставляя сильнее выгибаться и прижиматься к нависающему над ним парню.       Омега обильно кончает с именем любимого на устах.       Чонгук чувствует, как и без того плотные стенки сжимают его внутри младшего, отчего сам изливается в Пака.       Омежка прикрывает глаза, что-то теплое наполнило его. От приятных ощущений внизу пальчики ног поджимаются, а сам он пытается ухватиться за что-нибудь, дабы не выпасть из реальности.       Слишком хорошо.       Чонгук чуть наклоняется к тонкой шее, по которой катится капелька пота, и, не удержавшись от такого соблазна, вонзает клыки в нежную кожу.       Чимин шокировано приоткрывает рот, чувствуя, как парень уже слизывает выступившую кровь, а после просто целует помеченное место. — Не бойся, я просто хочу нас повязать, — шепчет Чонгук всё ещё удивлённому любимому, пока тем временем у них завязывается узел.       Спустя некоторое время альфа покидает любимое тело и смотрит на Чимина, который уже засыпает. Устал, бедный. — Ч-чонгук? — тихий шёпот омеги отвлекает парня. Чонгук аккуратно кладёт Пака в наполненную тёплой водой ванную, после садится сзади него и укладывает на себя, чтобы лишний раз не тревожить Чимина. Омега хотел улыбнуться, отчаянно борясь со сном, однако хватает его лишь на то, чтобы задать волнующий сейчас вопрос. — А я не забеременею…? — Нет, мы просто связались, — Чонгук аккуратно убрал мокрые пряди волос со лба парня. Он оставил лёгкий поцелуй на гладкой коже, удивляясь силе притяжения. — Не волнуйся.       Чимин сладко засыпает на чужой груди. Альфа обнимает его, чтобы тот не скатился в воду, а сам тем временем нежно обмывает его тело от следов их грязного удовольствия.