Лучше иметь друга, чем друг друга

Жужжание толпы учеников, банка газировки на подносе, и, слишком уж усиленно думающее, лицо друга напротив. Кайл так долго сидел и накручивал свою, и без того, кудрявую прядь на палец, что Стэну захотелось её отрезать. Откидывая прочь навязчивые мысли, он обратился к мальчикам. — Кто первым раскроет карты? Кенни постоянно оглядывающийся по сторонам, наконец перевёл сосредоточенный взгляд на Марша. Секунду они смотрели друг другу в глаза, пока блондин неожиданно не хлопнул ладонью по столу. — Стрит флеш! Марш рефлекторно дёрнулся на месте, а Брофловски переусердствовал со своим локоном, резко потянув себя за волосы. — Кенни, ты чего! — Мне больно до слёз, блин! Справившись с неприятными ощущениями, Кайл тоже ударил по ни в чём не повинному столику. — Если у тебя Стрит флеш, то у меня Флеш рояль. — Вы задрали загадки свои загадывать. — Я, возможно, отрезал пальцы Баттерсу, оставил его наедине с Картманом на карусели, и он проебался. От настолько честной речи Маршу стало даже плоховато. Зато, проходящий мимо, и явно всё отчётливо услышавший, Крэйг оставил мгновенный комментарий. — Круто. Из-за спины Такера показалась взлохмаченная светлая голова, которой тоже захотелось кинуть монетку в копилку комментариев. — Да, я из окна видел! — Увидимся у психолога, МакКормик. Бережно приобняв своего бойфренда за плечи, Крэйг увёл Твика за другой столик, пока тот о чём-то вещал, увлеченно жестикулируя. — Твоя очередь, Кайл, — брюнет подвинул банку с колой ближе к Брофловски. — Газировка не поможет. Кенни начал терять терпение, очевидно для него работала система «секрет за секрет», хотя давайте признаем, про его фейл знало как минимум человек пятнадцать. — Ломаешься, как сам знаешь кто! — Да не помню я ничего, ясно?! — Гонишь! — Клянусь! — Значит, не знаешь, что ты засветился на ютубе в видео «еврейские традиции порушены. разврат в школе. соблазнительно скачет на стуле. смотреть до конца!» — Что?! Да… неважно! Я хотя бы других не калечу, и не участвую в сомнительных играх. Петушиные разборки прервал, плюхнувшийся рядышком Клайд. — Кстати, классные трусы, Кайл. Одобряю. Стэн скользнул взглядом по штанам лучшего друга, одному Иисусу и его супер-друзьям известно, о чём он мог подумать в этот момент. — Не осуждай моё исподнее. Цвет лица парня почти слился с цветом волос на голове. Пылая, как Москва в тысяча восемьсот двенадцатом, Брофловски быстрым шагом удалился прочь. — Так ты же, вроде, и снял его на камеру, — прохлюпал Кенни, всасывая молоко из коробочки. — Переведи, Стэн, я не понял. — Ты скотина, не уважающая личные границы, выложил в открытый доступ на шлюхотуб, нашего кореша. — Парни, это общественное место, так что можно снимать без согласия. А ещё я делал трансляцию с милой маской кролика, зацените. Мальчики склонились над телефоном Клайда. В окошке выскочило изображение шатена в красной спортивной курточке, на его лице слоилось множество спецэффектов, делающих его щёки слегка покрасневшими, вместо привычного носа — маленький и чёрный, а подвижные заячьи уши дополняли картину. И пока это кроликовидное чудо красовалось зрителям стрима на камеру, сзади полномасштабно обозревался кровавый треш с Кенни и Баттерсом в главных ролях. — Охренеть, — присвистнул Стэн, — если Стотч выжил, то его, наверное, предки наказали на месяц. Лицо Донована сменилось на искренне непонимающее. — Ты и ЭТО выложил?! — Ну, вот, вы оба мне кадр запороли. Кажется, парня волновали вещи, вообще оторванные от того, что беспокоило остальных, возмущённые взгляды МакКормика отскакивали от его брони невъезжания в ситуацию. Это могло бы снова кончиться чем-то петушиным, если бы в помещение не заглянул мальчик в бирюзовой кофте. Кенни парализованно следил за перемещениями Баттерса по столовой. Вот он неловко берёт поднос одной рукой, теперь пытается пододвинуть к себе стул, а потом не может одновременно держать вилку и нож, и вынужден их чередовать. — У меня важные дела. Коротко отрапортовав, МакКормик ушёл исправлять вчерашние ошибки молодости. Судя по тому, как Стотч лучезарно улыбнулся Кенни своей привычной улыбкой, то в обиде он не был. — Фига себе, вчера он его почти ушатал, а сегодня с ложечки кормит. Стэн закатил глаза к потолку, у Клайда снова включился режим своей атмосферы. — Донован, а ты чего не с Крэйгом тусишь? — Честно говоря, — шатен ненадолго замнулся, но вскоре продолжил, — жаль это признавать, но наша банда распадается. Крэйг почти всё свободное время проводит с Твиком, а в свободное время от Твика — он думает о Твике. Токен готовится к поступлению в колледж. А я чувствую себя довольно странно, будто в моей душе произошли изменения… Нахрена я вообще тебе всё это рассказываю, ебучий психолог! — Я даже ничего не сделал. Клайд хотел сказать что-то ещё, но миру не суждено было услышать его мудрые мысли, так как в этот миг мимо проходил тот самый, мать вашу, Такер. И как только карие глаза пересеклись с жёлтыми, из носа Донована хлынул молочный коктейль, забрызгав Стэна и его любимую шапочку. — Вот это струя. Как известно, краткость сестра таланта, и Крэйг эту позицию полностью поддерживал. Не добавив больше ни слова, он вышел со сцены молочного апокалипсиса. — Вот о чём я говорил. Теперь ты понимаешь, Стэн, вот они… изменения. Я начал лажать со скоростью три лажовых ситуации в минуту, когда смотрю ему в глаза. Марш несколько раз похлопал глазами. «Полный дурдом», подумал он. ________________________ Сладкий запах цветов щекотал нёбо, крона дерева отбрасывала спасительную тень от слепящего солнца, а рядом сидела его любимая девочка. Нет, не просто любимая, а горячо любимая. Вот она смотрит на него с озорством в глазах, на половину лица спадают тёмные блестящие волосы. Медленным движением руки, она поправляет локон за ухо, и мило смеётся, сморщив нос. На сердце теплеет. Её ладонь касается его плеча. Он усмехается, ясно чего она хочет. Ему уже хотелось придвинуться поближе, но всё его тело будто свело в параличе. Мурашки пронеслись по всему телу, будто в бешеной гонке. Цветы вокруг завяли и поникли, опрокинув головы, опавшие листья горели, поднимая ввысь тёмный дым. — Я тебя так люблю, Стэнли. Всего миг, и его голова отделилась от тела. Это не было больно. Ему не было больно даже, когда он понимал, что всё ещё осознаёт происходящее. Тело лежало прямо перед ним, из шеи хлестала красная кровь. Единственное, что он слышал, это крик. А потом оказалось, что это кричал он сам. __________________________  — Не трогай меня, сука! Заехав ногой по чьей-то голове, Стэн закутался в одеяло, и полетел кубарем вниз. Не существуй силы трения, и запертой двери на его пути, он бы бесконечно колесил по штатам. — Где ты тут суку увидел? — над ним нависло недовольное лицо Кайла. — Дай отдышаться, и я придумаю ответ. — Знаешь, если тебе в следующий раз вместо каратистов будут сниться самураи, то я пойду спать с твоей сестрой. — Ты же сразу сдохнешь, — брюнет слегка посмеялся, выбрасывая из головы образ его лучшего друга в кровати с его собственной сестрой, — ты как? — Минус ухо. Наверное, неделю на нём лежать не смогу. — Не драматизируй, ты же знаешь, что я дёрганый после кошмаров. — Мне вообще-то спать расхотелось. — Погуляем? — Через ваше окно, сэр. Самым беспроигрышным способом выбраться из дома, и избежать лишних вопросов, это сигануть через оконную раму. Накинув поверх пижам куртки, парни вышли поочерёдно на улицу. Выйти со двора тоже не составляло особых проблем, так что буквально через минуту они уже шли посередине пустынной дороги. — Ты так и не рассказал ничего о вечеринке. Марш заметил, как насупил брови Кайл при упоминании той самой ночи, но его лицо тут же поглотили сумерки, как только они ушли из-под тусклого света фонаря. — Нечего рассказывать. На ютубе посмотри. Повисло натянутое молчание, чтобы себя хоть как-то занять, Стэн начал пинать пустую, попавшуюся по дороге, жестяную банку. Ему не хотелось ставить Брофловски в неловкое положение, но всё же надеялся выцепить из него хоть крохи информации, да и разве друзья не должны знать, что происходит в личной жизни кореша на все сто процентов. Бренчащие звуки банки по асфальту резко прекратились, взгляд Стэна упёрся на чьи-то ботинки, бесцеремонно задержавшие его футбольные достижения. — Штанга. Скользнув глазами чуть выше, мальчик понял, кто перед ним, лишь увидев обилие оранжевого цвета, ярко выделяющегося даже в потёмках. — Пацаны, у меня к вам серьёзный вопрос. Голос Кенни, действительно, звучал необычайно убедительно, учитывая тот факт, что его заглушал капюшон. Там вполне можно было построить звукозаписывающую студию или камеру одиночку. — Валяй. Кайл всё ещё хранящий непорочное молчание, лишь кивнул головой. Если перевести на нормальный язык, то это означало «да как бы валяй, но мне пофиг, ведь у меня проблемы на личном фронте, и на ютубе». Светловолосый мальчик выдержал секундную паузу, перекатывая жестянку подошвой, и наконец донёсся вопрос, который они ждали от МакКормика всю жизнь. — Скажите честно… Я долбоёб? Стэн с Кайлом переглянулись, и одновременно кивнули друг другу. — Конечно же, нет. — Ну, вообще-то да. На этот раз, переглянулись все. Стэн смотрел, то на Брофловски, то на МакКормика. Остальные тоже стреляли глазами, пока Кайлу не надоело первым. — А ты почему спрашиваешь? — Да забейте, наверное, просто показалось.  — Какой-то депрессняк накатывает в последнее время. — Мы выросли. — Отец мне и раньше говорил, что я не умею прикалываться. — На меня птица насрала. — Фу, Кенни. — Вытри, бля. — Не об меня, бля! Началась своеобразная игра в догонялки: бегая по ночному городу, ребята передавали друг дружке титул «масти». Когда ты носишься по тёмным улицам в одной пижаме, с развевающейся на ветру курточкой вместе с друзьями, то чувствуешь себя по-настоящему особенно. Забыв о своих проблемах, они просто играли. — Стэн — мастёвка! — Ой, я оторвал твой помпончик. — Моя шапочка! — Вот и пришла ей пизда. — Она была мне дорога… — Пошлите, похороним её. — Идея тупая, но я её поддержу. __________________ Парни стояли посреди двора, ожидая пока Кенни закопает многострадальную шапочку Стэна. Рядом, на камне, возвышался Кайл, проводя обряд упокоения. Марш не знал, то ли ему ржать, то ли плакать. Настолько всё происходящее было неадекватным. — Кенни, что за неуважение к шапочке, не закапывай её по-собачьи. — Эй, так-то я здесь гробовщик, не прикапывайся к моему стилю работы. — Харе каламбурить над могилой моей шапки. — Да пошла она с миром. — Аминь! Минута молчания в честь аксессуара с головы Стэнли Марша была прервана ярким светом, направленным на них сверху. Все сощурились, пытаясь различить светившего на них фонариком.