признание сколопендры

«Мы никогда не будем вместе...»

      Шарпей жадно поедал слёзы, бегая по стенам несуществующего здания. Лапы Сколопендры окрашивали все стены в недоступные для наших глаз цвета, делая этот мир ещё более невозможным для понимания. Визг Сколопендры Алексеевны был в минорной тональности, от чего сердце ужасно больно трепетало. Когда она остановилась, её морда скорбяще вытянулась к полу, из грудной клетки вырвался утробный рёв. Собака проклинала Мармеладную Козу Правосудия, она желала её сгрызть, а затем выплюнуть прямо под кровать, чтобы она осталась там навеки...       А всё из-за чего, а вернее, кого?.. Скоро нам об этом поведуют, а сейчас прыгающие чайники нальют вам немного вишневого компота. Угощайтесь, любимые.

***

      — П̷͚͛̂р̷̻͈̈́о̵̥̣̎̈с̵̰̐̉н̴͎̎и̷͓̫̃͘с̷͕̆ь̷͎̙́,̴̖́̏ ̸̲̟̇и̷̜̝̚̚н̸̦̔а̶̭͛ч̶̺́е̶̥̻͊̌ ̴̱̼̒о̴̪̹͐̾н̴̻̱̈́й̷̺͙́ ̴̧̏д̷̪͠о̵̧̜͛̉с̵̜̹͑͌т̴̱̀͠а̸̝̼̽͑н̸̦͒у̸͓́͝т̷͕͐́ ̵̼͍͋̈́т̶̹̦̌е̶͚̬̅б̵͍͐̆я̶̞̕͝, — Лёша дрожал, его переполняли особые чувства, — М̶̛̹͔̆а̶̖͛р̸͔͖̪͋̅̈͘м̵̥̬̹̺͌̈́̀͘е̸̧̥̒л̷͉͑̊а̶͙͒̇̋д̴͇̟̙͑н̶̯̣̎̊̈́̍а̴̻̘͗я̸̹̠̿̿̈̕ ̸̰̼̻͐̀͝К̶͉̲̯̀о̵͚̼͔̿͗͘з̸͚̄͛а̵̡͓̬̣͛͊ ̵̡̰͉̯̓̈́П̸̧̾̽͝р̵̗͐́̕а̸̛̬̠̇̄͠в̵̨̹̦̦̉͋̔о̷̢̲̀͌͂с̵̞̗͛̔̅̀у̴̻̲͕̫̍̅̆д̴̟̎̐͆̆ͅи̵̟͍̽я̷̟̣͂!̸̲́ ̵̯͊̈́͠ Коза спала чересчур крепко. Свет от солнечной луны проходил сквозь её красную желатиновую кожу, и мальчик засмотрелся. Как же она была восхитительна, о! Даже голубой парик не сравнится с её красотой. Пожилой мальчик еле держался, чтобы не ударить Мармеладную Козу волосами, показывая свою любовь. Всем волосам привет, кстати.       Коза Правосудия не проснулась. Антон, который Лёша, вообще-то, удалил себе лицо, чтобы не показывать то, насколько ему плохо. Мальчик лёг рядом с ней и закинул ресницы на её шею. Он собирался остаться там, пока Коза не вернётся к нормальной жизни. Ах, любовь, любовь... Что же там со Сколопендрой Алексеевной?

Н̷̻̯͖̟̣͖̝̈́̊̄ ̸̛̹̘͇̐̾̍̐̊̀̃͘И̵͇͂͂̎̅̄̄̑̿̀̃̊̓̾͋̚͜ ̵͇͑Ч̶̛̳͚̩͚͍̣̩̎͛͐͑͊̾̔̌̃̒̂ ̴̨̢͙̞̫̪̭̗̲̝̮̦̯̠̭̮̔̂̈́̂̓Е̷̢͓͔͓̻̰̲͇̲̯̟̺͈̊̀̈́͝ͅͅ ̵̛̟̮̜͔͚̖͙̖̇̋̔̇̽͐̄̈̽͊͋͜Г̶̢̛͇͇̙̲̠̲͙̆͊̂ ̴̢̰̘͕̝̫̯̻̬̝̉͆̂̾̊̚͠О̷̠̭̗̤͇̟̤͔̝͙̜̤͓̺̫̊̿̆̓̌͗̓̐̉̋̕̕͘̕͜͠͠

      Ладно.       Прошёл год. Мармеладная Коза Правосудия так и не проснулась. Пожилой мальчик Лёша лежал рядом, благодаря огуречному дому, его кожа была в порядке. Спасибо, что поинтересовались, Лёша нуждается в этом. Весь год никто не беспокоил нашу пару, но однажды...       — Блаб-блаб-блаб! — шарпей потряс своими теплыми складками и с сожалением положил пять (five) лап на спину мальчика, — Мне так жаль...       — Э-эм... — мальчик в очередной раз перекомбинировался, встав на язык, и перебирая ногами волосы. — Мэ-э... Сколопендра Алексеевна крикнула что-то на немецком и упала мордой в пол, вытирая голубую глину сломанным носом. Грустно. Ей так больно видеть своего л ю б и м о г о пожилого мальчика в таком состоянии... Да-да, всё так, как вы думаете! Нещадящая сливовые носки собака безответно влюблена в Лёшу! К А К Ж Е Е Ё Ж А Л Ь!!!       — Бросb своN nonыtkN N3MEнNtb to, чto нe N3MенNwb НNKAK!!! — вопросительно засмеялся Лёша, чернея в оттенках, которые видят лишь пчёлы и художники. — YŃДИ! Шарпей выбросила свои глаза в уши пожилого мальчика и закричала так, что Мармеладная Коза Правосудия проснулась и растянулась во весь дом. Только что каждый из вас услышал крик трехметрового потолка. Это была она.       — Я вообще-то вообще-то вообще-то вообще-то люблю твои уши... Но пожилому Лёше было плевать на признание Сколопендры. Он повторил это вновь.

— YŃДИ.

И она ушла. Навсегда.

***