Люблю тебя в три тысячи раз сильнее

Пеппер Старк, в девичестве Поттс, очаровательная женщина. И как Тони успешно вспомнил, она любит пионы. Их взаимоотношения были настолько крепки, что не требовалось проводить часы вместе, чтобы любить друг друга. Любовь кроется не во времени, она скрывается в глубине намерений, чувств и заботе. Вирджиния всегда заботилась о своём иногда непутёвом муже, забывавшем порою поспать или поесть на несколько дней. Они понимали друг друга без слов, но в последнее время было так много работы, что не вздохнуть, и они редко виделись, ещё реже оставаясь наедине, но не теряли связь. Безоговорочно, Тони и Пеппер любили друг друга. Но это была не головокружительная бурная любовь, она была спокойной, размеренной и стабильной. И Старку непременно хотелось чего-то особенного. Сто одной розой её было не покорить. Она не гналась за драгоценностями или деньгами. Тони знал, что он хочет сделать. Простую, банальную романтику. Совсем как подростковая, невинная и нежная. Сам по себе натурой романтичной он не был, скорее язвительной и эксцентричной фигурой, вечно привлекающей внимание прессы на смелые и иногда безрассудные выходки. А сейчас мужчина снова вернулся в мастерскую. Он мог купить тысячи разных украшений, но знал, какое хочет подарить жене. И сделать его именно самому. Пришлось поднапрячь Пятницу, чтобы та помогла найти тонкую серебряную цепочку в завалах комнаты. Мелкие звенья, отнюдь не массивные, подходили идеально для подвески. Небольшая пластинка металла была разогрета и подкорректирована под форму для медальона — круг с бортиками и углублением в середине. Следующим делом нужно было соединить микроскопически мелкие части цветного серебра, чтобы они обрели форму цветка. Было довольно трудно, ведь Тони привык к большим, масштабным изобретениям, а не к ювелирно тонкой работе. Его руки с грубыми мозолями трепетно держали в руке хрупкое изделие. Розоватый металл уже начал приобретать форму цветка, для Старка очень даже аккуратно сконструированного. Внутрь заготовки кулона он залил немного эпоксидной смолы и поместил цветок туда. Оставив её застывать, Тони решил сделать ещё кое-что. Ведь Старк не был бы Старком, если бы не встроил что-то необычное, ведь так? Одна часть подарка была готова. Следующим делом нужно было купить букет цветов, Тони не поручил Пятнице купить его, а пошёл в магазин сам. Естественно, не забыв надеть свои очки. Большой букет пионов обошёлся не очень дорого по меркам Старка, но выглядел умопомрачительно. Осталось доделать ещё некоторые приготовления и написать смс Пеп. И Клинту, чтобы к вечеру не ждал.

***

Как только Бартон получил сообщение, то понял все без лишних фраз. Тони и Пеппер на свидании, а значит, дети на их ответственности. Это было нетрудно, но вот как их развлечь было вопросом. Мда, всё-таки Клинт был бы никудышным отцом. Однако, детишки сами нашли себе занятие. Морган заплетала Нат волосы, а та была даже не против, несмотря на всю свою извечную суровость, присущую типичным русским девушкам, как думал Бартон. Питер занимался не менее увлекательным делом — пялился в стенку. С очень осмысленным видом. С косичкой и розовой резиночкой на голове. — Хей, пацан, с тобой все в порядке? Прошло секунд двадцать, прежде чем он поднял голову. — Да, мистер Бартон, всё в порядке. Я просто устал, наверное пойду. Первая фраза была абсолютной ложью, но Клинт решил не затеивать признания с явно задолбавшимся Человеком-в-прошлом-пауком. Последний же встал и направился в коридор, опираясь на костыли. — Пятница, в Башне есть музыкальные инструменты? — В Западном крыле есть концертный зал с роялем. Провести туда маршрут? — Да, пожалуйста. Питер шёл из зала в зал, а двери, очень кстати, открывались сами собой благодаря искину. Последняя дверь распахнулась и Питер невольно ахнул. Огромный по размерам зал с высокими мраморными колоннами выглядел, словно Средневековый и совсем не вписывался в облик современной башни Старк Индастриз. Пройдя пару шагов по блестящему паркету, можно было заметить роскошный инструмент. — Вау. — только и смог прошептать Паркер. Он сел на стульчик и коснулся пальцами холодных белых клавиш. Второй, механической рукой он коснулся ноты соль второй октавы и вздрогнул от того, насколько удивительною была акустика зала. Вздохнув, Питер заиграл столь знакомую мелодию. Ощущение, будто он не играл месяцами, что собственно и было правдой. В последний раз за синтезатор он садился в школьном актовом зале. Но то фортепиано не могло дать таких поразительных эмоций. Музыка была для него отдушиной от всех переживаний, хоть он это скрывал так же тщательно, как и свою тайную личность. Чарующая мягкость мелодий завораживала, заставляя сердце биться в унисон со звучащими звуками. У пианистов даже вдохи совпадают с вступлениями и паузами. Минута тянулась то ли невероятно долго и тягуче, то ли летела напролом со скоростью света. И оттого Питер засиделся, совсем потеряв счёт времени, а если бы в зал не зашла Морган, то бы и не остановился вовсе. Она кралась на цыпочках и дверь даже не скрипнула при открытии, чтобы не потревожить, как она считала, братика. Питер закончил играть очередное произведение, как почувствовал объятие Морган, которая подошла сзади и крепко-крепко заключила в кольцо своих крохотных рук подростка. — Пити, тётя Нат попросила передать, чтобы ты шёл спать. Детский лепет прервался как только Паркер подхватил на руки малышку, совсем позабыв о том, что он не может ходить. Он шагнул, но ничего не случилось. Ноги не подкосились, тремора не было. Он просто шагнул, будто так и должно быть. Немного больно, будто ноги затекли. Но он шёл. Медленно осознание ситуации доползло до мозга, заставив те имеющиеся полтора извилины пошевелиться и двигать шестеренки в космическом темпе. Он попробовал шагнуть ещё раз, чтобы уж наверняка. Ущипнул себя. Он может ходить? Медленно спустившись к Морган в комнату, он уложил её спать. И после направился к Беннеру. Была парочка вопросов.