Красноглазый дьявол

Как много Кушина реализовала за свою жизнь? Что она вообще успела сделать? Первое, самое значимое её событие — путешествие в Лист, где в неё перезапечатали Девятихвостого Лиса. Именно её клан поставлял джинчурики для Конохи. Деревня Листа никогда не была ей родной, поначалу. Потом она прониклась селением Листа. Красивые, широкие улочки… А самое главное — парки, лесопарки… Деревня оправдывала своё название — Деревня Скрытого Листа. По прибытии в Лист Кушина встретилась с легендарной Химе Клана Узумаки и женой первого Хокаге Хаширамы Сенджу — Узумаки Мито. Бабуля Мито приняла Кушину, как внучку, хотя нет, скорее как родную дочь. Постепенно Кушина оттаяла. Она знала про монстра, знала, что будет оружием. Но погружаться в себя? Кушина не знала как себя вести с учётом новых жизненных обстоятельств. А ещё она была вынуждена ходить в Академию… И именно там она встретила своих первых друзей. Инузука Цуме, Минато Намикадзе и Сеиджи Учиха. В процессе она ещё познакомилась и с сестрой Сеиджи — Микото. Поначалу всё было довольно… Весело и по-детски наивно. Они вместе гуляли, тренировались. Они помогали друг другу, учились. Минато был гением, даже среди клановых. Цуме всегда умела поддержать разговор, либо найти новую тему, а её резковатость смешила всех в компании. Ну, а Сеиджи — всегда был самым серьёзным в их компании и всегда знал, казалось больше всех. Затем случилась разбивка на команды и война… Её друзья ушли, а она осталась охранять деревню, выполняя простенькие задания, но главное — на территории Страны Огня. Она с нетерпением ждала возвращения друзей и с каждым разом с замиранием сердца смотрела на список погибших. У неё уже умерла бабушка Мито, она не хотела потерять ещё и единственных трёх друзей! И слава всем Ками, её друзья вернулись! Они пережили ад войны и пришли в деревню, изменившиеся, как физически, так и морально, но всё же живые… Больше всего изменился именно Сеиджи, переживший потерю команды. Её бабушка лично знала Мадару Учиху и рассказывала Кушине, как меняются Учихи во время потерь дорогих им людей. Сеиджи… Ему было пятнадцать, по возвращению того в деревню, Кушина сама себе призналась, что вырос он настоящим красавцем. Ей, как оружию деревни, постоянно пытались подсунуть парней. Даже те же близнецы, её товарищи, были подсадными. Но она всех слала далеко и надолго. Но, в конце концов, она увидела Сеиджи… И именно в тот момент она поняла — она пропала… Но не только она смотрела на Сеиджи в таком свете. Микото, Цуме, да даже та же Кара Учиха! И не только они основные соперницы, но ещё целая куча других девушек и женщин, которые хотели забрать Сеиджи себе! Истинная Учиховская красота — вот что это… С каждым утром она просыпалась в ужасе, боясь, что Сеиджи объявит, что он выбрал свою пару… и что это не она. Затем последовало уничтожение Страны Неба, где её спас Сеиджи… Затем миссия в Стране Горячих Источников. И именно после миссии Кушина задала вопрос, самый лучший вопрос, самый правильный… В самый счастливый день в своей жизни. Но Кушина не смогла насладиться любовью и вниманием Сеиджи. Деревня не могла допустить усиления и без того сильного клана. Затем Сеиджи опять ушёл на фронт… Он дал обещание, что через три года вернётся, и заставит селение посмотреть на него, как на единственную пару для Кушины… Третья Мировая Война Шиноби. Кушина наблюдала за фронтом и считала дни. Она прочитала все известия и вот… Под самый конец войны — битва на Красном Поле, где Сеиджи Учиха вышел один на один против Райкаге и… победил его! Новость была подобна пяти взрывным печатям, взорвавшимся одновременно! Сеиджи сразу скакнул на третью позицию в книге Бинго. Но не это главное! Главное то, что после войны на Третьего Хокаге поднялась буча. Многие недолюбливали его, а всё из-за того, что многие сильные шиноби многих кланов просто исчезли во время войны и, порой, они исчезали не на самых сложных миссиях. Иногда, командование, если верить возвращавшимся с фронта шиноби, отдавало такие бредовые приказы, что даже генины понимали, что их попросту хотят слить в угоду кому-либо. Стало очевидно — Третий попытался остаться у власти, но потерпел фиаско. Кланы, джонины, да даже простые шиноби, недовольны. В итоге единственное что ему оставалось — протащить того, кого он хотел, на пост Хокаге. И он попытался, если верить слухам, но опять потерпел фиаско… Четвёртым Хокаге стал… Сеиджи Учиха! Теперь, Кушина не сомневалась, она станет тем, кем мечтала. И стала… Хотя некоторые её подруги заверяли, что мужчинам свойственны разрывы с одной девушкой, а в последствии женщиной, и переход к другой. Но Сеиджи не такой! И он это доказал, взяв её в жёны. Свадьба прошла на ура, затем была брачная ночь, где Кушина познала удовольствие плоти и в конце концов рождение Рэйдена. Рождение её сына не прошло без проблем, но мальчик родился здоровым… Природа вновь поиздевалась над ними. Внешность, он перенял её от отца. Но вот от матери у него будет, бесспорно — талант… Она обучит его фуиндзюцу, именно так она и хотела… Хотела… Но всё изменилось пятого января. Девятихвостый, или как называл его по имени её муж — Курама оказался невероятно сильным. Может, сам Сеиджи и сильнее его, или хотя бы на одном уровне с ним, но внутри её сознания, он не мог полностью использовать свои силы. В итоге девятихвостый загнал их в угол и продолжал это делать. Вернуть печать на место они не могли, у Кьюби было много времени, чтобы проанализировать её и он мешал, и мешал довольно эффективно попытке восстановить структуру. Они готовились… Снаружи присутствует Джирайя, Цунаде — двое из легендарных санинов. Мальчик Ямато, который научился технике подавления биджу. Снаружи было настоящее тело Сеиджи, самого сильного человека, которого она знала. Но она не хотела… Не хотела, чтобы девятихвостый им как-то мешал… И тут Кушина приняла волевое решение — она запечатает внутри себя половину Кьюби, а вторую отдаст Сеиджи. Да… Он точно сможет… Змея… Свинья… Коза… Кролик… Собака… Крыса… — Нет! Ты что творишь? — спросил девятихвостый. — Я… Кха! Провалилась! КХА! — Кушина сплюнула кровь. — Поэтому я применю ту технику! — Я заберу тебя с собой в желудок Бога Смерти! — прокричала Кушина. — НЕ СМЕЙ!!! — одновременно прокричали Сеиджи и Девятихвостый. *** Она совсем? Что она творит? Почему? Я наблюдал как Кушина сложила предпоследнюю печать. Я попытался прервать технику, метнув в неё что угодно. Время для меня будто замедлилось… Я видел, как она почти сложила последнюю печать. Сюрикены, кунаи… Техники! Она выживет, тем более это всего лишь подсознание. Но если она применит печать Бога Смерти! Тогда всё! Она навсегда останется там! Нет! Я смогу вернуть её, но только при помощи Эдо Тенсей! И риннегана у меня, пока нет! Но… Она… Мать моего сына, моя жена и женщина, она жертвует собой… Меня обуял гнев… Я сам не заметил, как применил Мангёке Шаринган, вода под Кушиной ожила и её отбросило… Я прервал её на самой последней печати! — Не смей! Нет! Пожалуйста! — рычал Кьюби. — Только не он! — он атаковал Кушину. Его хвост остановился прямо перед её прекрасным лицом. Остановился? Почему? Кьюби обернулся в мою сторону… — Как ты смеешь! Прекрати! Немедленно прекрати! — Смею что? — не понял я. Я взглянул на Кушину, она смотрела на меня со страхом, как и Кьюби. Не на меня, на мою левую руку… Да что такое? Я глянул на левую руку и… Чуть не вырубился от потрясения. На ней скомкался рыжий клубок… — ПРЕКРАТИ-И-И-И-И-И-И! — вскрикнул Кьюби… Но тут же был связан цепями Кушины. Я понял! Танец души! Девятихвостый, как истинный биджу, перерождается при смерти, но! Если он попадёт в желудок Бога Смерти, или же Шинигами, то на его перерождении можно ставить крест! Для него это хуже запечатывания, по сути и есть смерть! Он боится смерти, точнее он думает о смерти, как именно о встрече и запечатывании в животе Шинигами! Вот что происходит… Но что мне делать? Завершать технику? Что будет, если я вырву душу девятихвостого из него? Заберу себе? Что станет с Кушиной? Девятихвостый начал рвать цепи Кушины. — Сеиджи, решай быстрее что с ним делать! Я долго не выдержу! А будь что будет! Я потянул на себя и вырвал душу девятихвостого… Тут же подскочил к Кушине… — С-с-сеиджи? — спросила она у меня. Я молча направил силу девятихвостого в Кушину… Мир затопило белизной… *** — Где я? — задала вопрос Кушина. — Девятихвостый? — спросила она, глядя на огромную тушку. — То, что сделал твой муж, зовётся поглощением души, — сказал скрипучий голос позади неё. — Ты? — Кушина обернулась. На неё смотрел безжизненными глазами сам Шинигами. — Как? — А разве не ты меня чуть не призвала? Если бы не твой муж, то сейчас бы он стал новым носителем демона, а ты бы терпела бы вечные муки у меня в животе! — Я… — сказала Кушина ошарашенно. Узумаки поклонялись Богу Смерти, или же Шинигами. Он был тем, кто даровал им способность запечатывать, если верить клановым легендам. И теперь уже второй раз за всю свою жизнь она видит его. — Ч-ч-ч-что мне делать, покровитель? — задрожала Кушина. — А что ещё остаётся? Душу его я забрал, осталась сила и демоническая природа, поглоти её… — Н-н-н-но, п-п-п-покровитель… А что со мной будет? — спросила Кушина. — Станешь буквально новым биджу… Биджу почти что всесильны. Я вижу тебя волнует сможешь ли ты продолжать человеческую жизнь… Да, в определённой степени. Ты меньше будешь нуждаться в еде, тепле. Станешь выносливее, — хихикнул Шинигами. — Хотя куда уж больше… И самое главное — ты не сможешь иметь детей от обычных людей… — Я? А можно… — перебила его Кушина. Она хотела ещё детей… Она хотела их от своего любимого человека — Сеиджи, но цена за силу, что она получит… — Но я не договорил. Твой муж явно необычный человек, он невероятно силён. И вскоре, он станет сильнее. У вас, наверное, получится. Ну ладно, что-то я заболтался, — проскрипел Шинигами. — Поглощай его уже! — Но… — Я не могу вернуться в свои чертоги, пока ты не сделаешь это! — прокричал Шинигами, — я не хочу здесь терять с вами время! — А… Как? — вопросительно глянула Кушина на девятихвостого. Съесть его? Нет! Она столько никогда не съест! Это невозможно… Вдобавок она станет настолько жирной, что Сеиджи никогда больше на неё не посмотрит! — Дурында! Не есть его надо, а подойти и поглотить! Протяни свою руку и поглоти его! Кушина покраснела… И подошла к девятихвостому. Рука коснулась его… Мягкая шерсть лиса создавала прекрасные ощущения. Трудно поверить, что это шерсть демона, что убил десятки тысяч людей! Она решила поглотить и девятихвостый начал уменьшаться. Кушину кольнула боль по всему телу… Знания хлынули в её голову, будто непрерываемый поток горной реки. Наконец, туша девятихвостого исчезла… — Наслаждайтесь вы оба! — прокричал неожиданно Шинигами. — Наслаждайтесь тем, что получили, людишки! С противным звуком покровитель клана Узумаки исчез, оставив Кушину одну. Внезапно пространство сменилось. Она осмотрелась и нашла Сеиджи без сознания… *** Я не знаю сколько времени прошло. Белизна рассеялась… Я обнаружил себя лежачим. Мир… Где я? Всё вокруг было представлено полянкой. Зелёная трава. Солнце сияло на небе, обогревая мир… Недалеко находилось голубое озеро… Лежал я на чём-то пушистом и мягком… Я посмотрел на обладателя… Хвоста… Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять… Стоп, что? Девятихвостый! Я отпрыгнул и оторопел… — Что-то не так, дорогой? — спросила… Кушина? Или Кицуне? Женщина передо мной обладала лицом и телом Кушины, за исключением того, что на макушке были лисьи ушки, а из спины выходило девять хвостов. — Биджу! — я закрыл глаза и открыл, ущипнул себя, даже применил технику воды. — А вот сейчас обидно было, — картинно нахмурилась Кушина. — Это ведь ты со мной сделал! — Ты Кушина? — спросил я. — Что сказал, даттебане! Да я тебя сейчас! Точно Кушина… Простейшая идентификация пройдена. — Но что с тобой стало? — спросил я, оглядывая свою жену. Девять хвостов. Как японские Кицунэ… — Ах да, ты ведь не знаешь! Ложись, мне понравилось, как ты лежишь на моих хво-сти-ках, — улыбнулась Кушина. То что на меня вылили в следующие полчаса было похоже на слезливую историю. Кушина буквально слезами обливалась, когда вспоминала о сражении с лисом. Стоит отметить, что она умудрялась вплести в свой рассказ — переживания… Вот и выплакалась моя… Лисичка. — Хм, — кивнул я. — Теперь мне ясно… — Вот так, теперь я Девятихвостая, Кушина! И я… — И ты! — сказал я гневно. — Всё ещё не ответила за свой проступок! — П-п-п-проступок, С-с-сеиджи? Какой? — Ты применила киндзюцу! Почти применила! Ты понимала, что хотела заставить меня пережить? Думаешь мне нужна была смерть моей жены? Нет! Не такая, да вообще никакая! Тебя ждёт наказание, Кушина Учиха! В реальном мире, решу потом какое! — Да как ты… — Молчать! Я не договорил! — вот что должность Хокаге со мной сделала, ору на девятихвостую в её же внутреннем мире. Кушина выпрямилась по струнке. — Договорю во внешнем мире! — я исчез и тут же очнулся на холодном полу. — Воды, — прохрипел я, и тут мне в лицо ударила струя элемента воды. — С дуба рухнул? — спросил я у Джирайи. — А ты нет? — изогнул он бровь, — посмотри на свою жену! Чем вы там занимались, что она стала такой? Я посмотрел на очнувшуюся Кушину. Ушки на макушке и девять хвостов. У Кабуто, Цунаде и Ямато глаза по пять копеек… — С девятихвостым было всё слишком трудно и мне пришлось его убить, — сказал я грустным голосом, — но Кушина смогла поглотить его суть и силу, став кицунэ! — То есть… — закрыл глаза Джирайя. — Кушина ты не могла бы… — кивнул я на неё… — Ты не игнорируй меня! — вспылил Джирайя. — Отвали от моего мужа, извращенец! — один удар, но у меня чувство, что он стал в сотни раз сильнее. Джирайю впечатало в барьер. — Гха! Что за сила! — он схаркнул кровь. — Даже Цунаде и то слабее. Кушина перевела взгляд на меня, затем на всех остальных и убрала хвосты. *** Поглощение Курамы сказалось на Кушине положительно в плане силы… Она стала настолько сильной, что способна поднять огромный вес… А ещё она использовала техники без печатей, на чистой воле и чакре… В основном ветер и огонь. Способности шиноби и талант в фуиндзюцу у неё тоже никуда не делся. Ну и бомба Хвостатого, она без проблем может использовать её… — Но это не отменяет того факта, что тебя надо наказать! — кивнул я вечером в спальне. — Наказать? Меня? Да ты хоть понимаешь, кто я такая? — гневно прошипела Кушина. — О, да! Ты моя жена! — под моим тяжёлым взглядом новоявленная девятихвостая стушевалась. — И я сам решаю, что мне с тобой сделать! — я заткнул её губы поцелуем.