Красноглазый дьявол

Вторая Армия. Командующая Второй Армии Объединённых Сил Альянса Шиноби взирала во тьму ночную. Луна осветила прекрасный вид на море. Внизу ощущался шум прибоя… И плавали трупы. Вода покраснела от крови. Сражение началось одновременно с Первой Армией, но было немного иным. На вторую армию почти не обрушились Белые Зецу, разумные растения, созданные из клеток Хаширамы Сенджу. На вторую армию обрушились воскрешённые Эдо Тенсей. Причём настолько древние, что способности некоторых из них даже в свитках не сохранились. Они просто не дожили до этого дня. На них напали: Первый Мизукаге, что обладал давно утерянной для их деревни способностью — использовать стихию тумана. Не звучит опасно? А тот факт, что он мог держаться против Учихи Мадары, когда тот ещё был джонином Скрытого Листа, благодаря своей стихии, быстро заткнул скептиков. Люди мгновенно замолчали и прониклись уважением к Бьякурану из давно погибшего клана Ноому, посмертно. Способность Первого Мизукаге позволяла настолько уплотнять туман, что противник буквально задыхался внутри него. И не только, он создавал клинки из тумана, был мастером в использовании стихий воды, ветра, молнии и земли. Он унёс с собой пять тысяч жизней, пока его не запечатали. Следующими к ним пришли ряд нукенинов. Клан Ассасинов, что были известны своей скрытностью, ночью уничтожили порядка трёх тысяч человек и скрылись. Среди раненых были джонины! И в довершении, Ишикава Камизуру, Первый Цучикаге «Великий Король Пчёл», как его прозвали при жизни. Пчёлы впрыскивали яд, что убивал в великих мучениях, плюс мастерство в техниках стихии земли и воды, умение комбинировать их в грязь. Если бы не жена Хокаге и его милашка-сын, их армия прекратила бы существовать, как подразделение. И это явно только начало… — Не спится, Мей-сан? — спросила аловолосая женщина, в которой можно было узнать Кушину Учиху. — Как и вам, похоже, Кушина-сан, — улыбнулась Мей. Кушина встала рядом и тоже начала вглядываться в горизонт. — Эта война уже мне порядком поднадоела, — заявила джинчурики. — Поскорей бы со всем этим разобраться… — Кушина-сан, — повернулась к ней Мей. — Я хотела спросить кое-что о вашем муже. — Чего? — посмотрела на неё Кушина. — Какие планы у Хокаге-доно на окончание войны? — Ах, если бы он мне докладывал, — вздохнула женщина. — Но нет, всё что я от него слышу: не лезь в мужские игры, женщина… Так общаться с джинчурики девятихвостого — надо уметь. Впрочем, не сказать, что Кушину это особо расстраивало, женщина прекрасно понимает другую женщину. И Мей чувствовала, что если бы Кушине что-то не нравилось — пара Кушины и Четвёртого Хокаге долго бы не просуществовала, не с характером Узумаки. — В любом случае, уверена, Сеиджи ничего паршивого не планирует, ни для вас, ни для кого-либо ещё, — уверенно заявила Кушина. — Мне бы вашу уверенность, — улыбнулась Мей, — «и вашего мужчину», — буркнула она, чуть слышно. Хотя, Кушина, кажется, услышала и улыбнулась, посмотрев на Мизукаге взглядом превосходства. Вдруг, джинчурики ушла в себя и начала озираться. Мей тоже ощутила, что что-то не так. Воздух, будто, похолодел. Ощущение неправильности, ощущение, что следующий день станет катастрофой. Случилось нечто непоправимое, но в то же время неуловимое. — Кушина-сан, вы чувствуете? — обеспокоенно спросила Мей. — Да, — кивнула Кушина. Она является превосходным сенсором, даже Ао на этом поприще ей явно проигрывает. Есть две причины, почему сама Кушина не осталась в штабе. Первая — её боевые навыки шиноби ещё более невообразимые, чем навыки сенсора, и вторая — она мастер фуиндзюцу. Если и надо кого-то, или что-то запечатать — лучше чистокровных Узумаки никого не найти. — Невероятно огромная чакра, и… Она такая знакомая. Тёплая и в то же время — холодная… — заявила Кушина, одинокая слеза пробежала по лицу из тёмно-синего глаза джинчурики. — Что-то не так, Кушина-сан? — спросила Мей. — Эта чакра, — процедила Кушина. — Будь ты проклят, Мадара! Бабушка Мито! — Мито? — спросила Мей. — Мито Сенджу, урождённая Узумаки, Химе клана Узумаки поколения Первого Хокаге, жена Сенджу Хаширамы и первый джинчурики девятихвостого? В глубине души Мей, да и подошедших сзади шиноби, что тоже ощутили надвигающуюся битву, тлела надежда, что это не она. Не та самая «Аловолосая Лисица Скрытого Листа». Куноичи, что ставили на один уровень с Сенджу Хаширамой и Учихой Мадарой. В одиночку смогла запечатать девятихвостого Лиса внутрь себя. Женщина, что, по слухам, выжила после того, как передала демона нынешнему джинчурики! — Да, — буркнула Кушина. — Это она, без сомнений. Мей вздрогнула от осознания того, с чем её армии придётся столкнуться. — Там ещё кто-то есть, — воскликнул старый сенсор из Скрытого Облака, — чакра, смахивающая на девятихвостого! — Кинкаку и Гинкаку? — спросила Кушина. — Я слышала слухи, что они пытались захватить Девятихвостого, после того, как бабушка чуть не потеряла контроль, после смерти Первого. Тогда они сразились с ней в форме лиса и он проглотил их, по словам бабушки — она тогда только чудом вернула себе контроль над телом. — Серебряный и Золотой, — подтвердил Даруи, — опасные ребята… Кошмар какой. — Похоже, — сказал Саске, за спиной которого стоял Рэйден Учиха. — Нас ждёт тот ещё денёк. — И это хорошо, что мы их заметили сейчас, — сказал Асума Сарутоби. — Иначе были бы проблемы, а так мы успеем подготовиться. — Асума, — подошёл к нему Хизаши. — Там… — Ну что? — спросил Асума Сарутоби. — Бивако-сенсей, — только и проговорил Хизаши. — МАМА? — прокричал Асума. — Да заткнись ты, отмороженный, — в ответ ему буркнул Райдо. — Ты-ты-ты… Не понимаешь… Там, моя мама, — Асума присел на камень, — мне пипец. Последний раз, когда я её видел, мы поссорились. Из-за того, что я не хотел «найти себе женщину и создать семью» … Взгляд Асумы стал похож на взгляд мертвеца. — Так ты же женился! — воскликнул Райдо. — Ты, что, плохо знаешь мою маму? Она найдёт к чему придраться! — ЗАТКНУЛИСЬ ВСЕ, — прорычала Мей Теруми, ненавязчиво придавив всех Ки. Да, в Скрытом Листе наибольшее количество высокоранговых джонинов, но вот дисциплина у них откровенно хромает. — Мне плевать, кто там, мать, отец, ребёнок! Да хоть… Амуро, — прорычала Мей Теруми. — А это кто? — спросил один из шиноби Камня. — Ублюдок, что переспал со мной и убежал… ТАК! ЗАБЫЛИ! Я сказала — мне плевать кто там! СЕЙЧАС, — она грозно зыркнула на ученика Хокаге, отчего тот чуть не проглотил сигарету, — ОНИ НАШИ ВРАГИ! СОБЕРИТЕСЬ, ТРЯПКИ! НАС ЖДЁТ ТЯЖЁЛЫЙ ДЕНЬ! ВЫ ШИНОБИ, ИЛИ ПОГУЛЯТЬ ВЫШЛИ? Речь подействовала отрезвляюще. Шиноби начали разбегаться по местам. Были отправлены передовые отряды разведки и мастера ловушек для их проверки ловушек. Да, против них шиноби, что являются S-ранговыми, но ловушки должны их замедлить. Даже секунда может стать важной и сохранить сотни жизней. *** Кушину переполняла ярость. Воскресить её бабушку! Это будет тяжёлый день, пожалуй, самый тяжёлый в её жизни. Хотя она искренне считала, что сражение с девятихвостым было тяжелейшим её испытанием. Но это она просто подзабыла о бабушке Мито! Бабушка… Она вспомнила, как бабушка её натаскивала. Это был настоящий ад. Узумаки должны прекрасно знать каллиграфию, ведь начинается освоение фуиндзюцу с записыванием печати на листок. Вручную… До сих пор Кушина с содроганием вспоминает кисточки и тушь для написания символов. Это теперь она может лишь коснуться места и создать там печать, а раньше… А бабушка стояла за её спиной и за каждую кривую букву, неправильный символ — лупцевала по рукам. Но, зато она теперь признанный мастер фуиндзюцу, хотя и завидовала Рэйдену, своему сыну, он смог унаследовать Учиховскую сосредоточенность, когда дело касалось чего-то важного — этот непоседа превращался в миниатюрную копию Сеиджи, что сосредоточена только на результате. Сеиджи... А ей, оказывается, завидуют не только в Скрытом Листе… Ещё бы, сама Мей Теруми, пятый Мизукаге, ей завидует. Ну и пусть завидует! — Они идут, — заявил Хизаши. Из-под воды показались мертвецы. Кинкаку и Гинкаку, Кушина сразу узнала их по воспоминаниям Девятихвостого. А вот за ними идёт молодая Мито Узумаки. Она была одета в белое кимоно, подвязанное широким фиолетовым поясом. И они обнаружили ещё кое-кого, кого не смогли засечь ранее. Рядом с её бабушкой стоял шиноби с чёрными, длинными волосами и бледной кожей, даже в посмертии. Орочимару… — Фу-фу-фу-фу, — рассмеялся Орочимару. — Даже и не предполагал, что меня воскресят, притом этой техникой. — Эта техника? — спросила Мито. — Она была изобретена Тоби-куном. А ведь я говорила — уничтожить ему любые сведения о ней. Тот, кто мёртв — должен навеки быть мёртвым! — Йа-ха-ха-ха! Успокойся, Ми-и-ито, — протянул один из братьев. — Зачем быть мёртвым? Лучше быть живым! Верно, Кинкаку? — Да, Гинкаку! ПОВЕСЕЛИМСЯ! — Сейчас нам лучше разделить противников, — сказал Даруи, спрыгнув к ним. — Шиноби Облака возьмут на себя серебряного и золотого братьев. — Считаешь, что сможешь противостоять нам? — улыбнулся Кинкаку. — Да он псих, Гинкаку! — Постой, Кинкаку! — оборвал его брат. — У него, посмотри на его тату… Он владеет «Чёрной Молнией» Третьего Райкаге… Не такой уж он и безнадёжный. — Хм-м-м… — Я возьму на себя Орочимару, — сказал Джирайя. — Это будет весело, — улыбнулся Орочимару. — Мама, — посмотрел Асума на Бивако. — НАДЕЮСЬ ТЫ ВЫПОЛНИЛ ВСЁ ЧТО Я ТЕБЕ ЗАВЕЩАЛА! ТЕБЕ ЖЕ ЛУЧШЕ ЕСЛИ ЭТО ТАК! — прорычала Бивако. — Жесть, — пробормотал Райдо, — Бивако-сан, даже после смерти всё та же тиранша… — ЧТО? Какие-то проблемы, опарыш? — обернулась она на Райдо. Тот судорожно икнул. Кушина посмотрела на бабушку… — Кушина, — улыбнулась Мито. — Настала пора твоей финальной тренировки. Запечатай меня, как истинная принцесса Клана Узумаки! — Это я и собираюсь сделать, — Кушина кинулась в атаку, вместе с остальными, разобравшими своих противников. Она столкнулась с бабушкой. Кожа холодная… Они мертвецы, поднятые техникой Нечестивого Воскрешения. С ходу Кушина применила запечатывающую технику, но Мито одним движение руки её развеяла, развеяла собирающиеся вокруг её и остальных воскрешённых символы. Кинкаку и Гинкаку начали использовать сокровища, которые по легенде принадлежали Мудрецу Шести Путей. Они смогли запечатать нескольких шиноби Облака в «Багровую тыкву». — Так вот они, легендарные сокровища Мудреца, — остановился Орочимару посреди боя и обвил Джирайю змеями. Джирайя применил волосы и уничтожил змей. Даруи атаковал братьев чёрной пантерой, но они уклонились. Кинкаку банановым веером направил на шиноби огненную технику. — Суитон: Суиджинхеки! — выпрыгнула вперёд Мей Теруми. — Прошу прощения, — из воды вылетела Мито и одним ударом послала Мизукаге в полёт. Мито продолжила преследовать Мей, но вмешалась Кушина. — Конго Фуса! — запечатывающие цепи устремились в сторону Мей и обвили ту с ног до головы. — М-м-моя чакра! Не может быть… — БЕГИ! — прокричала Мито. — Я не могу себя контролировать! Мадара использовал клетки Хаши-куна для усиления техники! Я собираюсь использовать технику… Курои Сора Но Дзюцу! — Мито метнула кунаи в сторону Мей и они размножились. На каждом кунае была поставлена печать, в которой было запечатано пять кунаев. Из каждого куная вылетело пять кунаев, пока не показалась тысяча кунаев, что заполонили небеса. — Футон: Дайтоппа! — порыв ветра увеличил скорость кунаев, и они устремились на Альянс Шиноби, в том числе и на Мей. — Катон: Гоен Но Дзюцу! — Мито усилила огонь. Атака обрушилась на Армию шиноби, и в мгновении ока эмпатия Кушины отметила, что порядка четырёх тысяч человек умерли, либо серьёзно ранены. — Мей-сама! — прокричала часть шиноби Тумана. — Да жива ваша Мизукаге, — сказал появившийся рядом Рэйден, держа её за шкирку. — Оу? — улыбнулась Мито. — Учиха, что смог разорвать мои цепи и использовал Хирайшин… Неплохо, — оценила она силу юного Учихи. Кушина атаковала бабушку, воспользовавшись моментом, но в последнюю секунду на неё набросился Кинкаку — он отлетел от попавшей по нему атаки одного из гигантов из клана Акимичи и по ней попала верёвка ясности. Из неё вылетела душа слова, кажется, так это называется. Второй брат этим воспользовался. — Проклинай, меч семи звёзд! Глаза Мито наполнились отчаянием… — КУШИНА! Ты не должна говорить своё самое употребляемое слово, но в то же время, ты не должна молчать, иначе проклятие на тебя подействует! — Самое Употребляемое слово? — спросила Кушина. — Какое оно у меня? — Гоен Расенган! — послышался голос Джирайи. Орочимару отлетел в воду. — Минато, сейчас! — Понял. Хикен! — огромный кулак из огня ударил Орочимару. После взрыва пламени появились шиноби песка и наложили печать на Орочимару. — Вот мы и оконч… БАБУЛЯ МИТО! — поразился Джирайя. — О, Джиро-чан, — улыбнулась Мито Узумаки, осматривая оставшихся врагов и союзников. — Я смотрю ты вырос, с нашей последней встречи. Всё так же подсматриваешь за женщинами? — Эм. Я женился… — сказал Джирайя. — НЕ МОЖЕТ БЫТЬ! И на ком? — спросила Мито. — На бабуле Цунаде, — ответила за него Кушина. Точно, надо говорить, но избегать самого употребляемого слова, вся проблема в том, что она не знает какое именно самое употребляемое слово у неё. Шиноби Кумо теснили братьев, но победить не могли. Вдруг Даруи смог сблизиться с Кинкаку и отрезать ему руку с верёвкой ясности. — АХ ТЫ! — Ты отвлёкся! — Райдо Намиаши, Асума Сарутоби, Какаши Хатаке и Майто Гай разом атаковали второго брата, нанеся ему повреждения. В результате тот выронил семизвёздочный меч. — Даруи-сан! — Какаши ударом ноги отправил меч в сторону Даруи. Тот схватил его и... — Проклинай, меч семи звёзд! — меч отсёк душу слова Кинкаку. — УБЛЮДКИ! В чём преимущества сражение толпы против толпы? Помощь может прийти со всех сторон. Как и смерть. Кушина чуть не попалась, но теперь она видела, видела, как её слово на мече исчезало. Её словом оказалось «Сеиджи». — АУЧ! БОЛЬНО! — Джирайя выгребал, точнее бегал от бабули Мито. Когда та узнала, что «Этот никчёмный извращенец позарился на её Цуну-чан» — она взбесилась. И не только она. Один из братьев был запечатан в бутыль. — УБЛЮ-Ю-Ю-Ю-ЮДКИ! — прорычал второй и запустил режим биджу. — Ты думаешь, что сможешь победить в своём текущем виде меня? — Кушина окончательно сменила приоритет — атаковав Гинкаку. — Какое НЕУВАЖЕНИЕ! — она полностью трансформировалась в биджу. Гинкаку впал в ступор. — БИДЖУДАМА! — шар хвостатого влетел в Гинкаку и тот отлетел на несколько сот метров. Раздался взрыв. *** — Ты неплохо владеешь запечатывающими техниками, для Учихи, так вообще замечательно, — похвалила Рэйдена женщина. — Спасибо, Мито-сама, — изобразил уважительный полупоклон Рэйден. — И ещё, ты ведь сын того мальчика… Точно! Сейджи-чана… Как твой отец поживает? — спросила Мито. Казалось для легендарной куноичи всё побоку, хотя на самом деле Рэйден видел — она борется за власть над своим телом. Ту атаку её заставили провести. И сейчас — она тянет время, не хочет вступать в бой. Вопреки воле Мадары Учихи. — Он стал Четвёртым Хокаге, — сказал Рэйден. — ОГО! — восхитилась Мито. — Я знала, он далеко пойдёт… Так… И кто твоя мать? — улыбнулась бывшая джинчурики. — Мою маму зовут Кушина Учиха, — ответил Рэйден. — Я догадывалась… Эх, я ведь хотела, чтобы Кушина вышла за безродного шиноби, приняв того в клан и сохранила фамилию Узумаки. Она ведь из линии моего Старшего брата, второго Узукаге, но, похоже, наша фамилия окончательно канула в небытие, — печально произнесла Мито. — У моего брата красные волосы и фамилия Узумаки, насколько я знаю, — попытался утешить её Рэйден. Надо тянуть время, если Мито выиграет сражение с волей Мадары — тогда… Мадаре это явно не понравится. — Вы слишком много болтаете, — появился рядом человек в маске и засунул в Мито кунай с печатью. Зрачок жены Первого Хокаге побелел. — А теперь, схвати мне девятихвостого и восьмихвостого! Мито развернулась в сторону Кушины и побежала. Довольно быстро… Рэйден оказался перед Мито и столкнулся с ней в рукопашную. Каждый удар Мито — был тяжёл. И не скажешь, что такая хрупкая на вид, женщина способна бить с такой невероятной силой. Рэйден не ловил её атаки в жёсткий блок, вместо этого, пытаясь использовать инерцию её атаки против неё же самой. Надо что-то с ней делать. Человек в Маске — попытался его атаковать, но был остановлен Какаши, Райдо и Асумой. Саске попытался пронзить его с помощью Чидори, но прошёл сквозь масочника. Все остальные тоже не смогли по нему попасть. Его мама, наконец, вернулась. Вернулась она в форме человека. — Хватит этих игр! Мини Биджудама! — Кушина появилась перед Мито, оставив у неё шар. — Рэйден! — Хирайшин! Телепортация отправила Мито в сторону. Бомба взорвалась. — Йоу! Ты сильна! Но битва закончена! — прокричал Восьмихвостый. — Жаль что такая прекрасная дама! Получит в рыло биджудаму! УИ-И-И-И-И! — огромная бомба хвостатого опять вылетела в Мито и взорвалась. Мито начала разрушаться. — Какаши-сенсей, — сказал Саске. — Давай! Какаши Хатаке подбежал к Кушине, и его мама начала делиться чакрой с Копирующим Ниндзя. Саске исчез. — Что вы задумали? — спросил шиноби в маске. — Конго Фуса! — Кушина связала не успевшую восстановиться Мито. — Рэйден! — Тотсука Но Цуруги! — меч был активирован, и им Рэйден пронзил Мито Узумаки. — Кушина, — проговорила бабушка, обращаясь к своей родственнице. — Будь счастлива… Киллер Би атаковал шиноби в маске своим хвостом, но тот опять стал неосязаемым. Когда пыль, поднятая атакой биджу, рассеялась — перед ними показался шиноби с пробитой насквозь грудной клеткой. — КХА! — шиноби скинул маску и схаркнул свою кровь в воду. — Всё-таки мои опасения подтвердились, — проговорил Хатаке Какаши, смотря на своего друга. — Учиха Обито, — констатировал Учиха Фугаку, который был весь в крови и изранен. — Эти ублюдки натравили на нас Какузу и Второго Райкаге, — сплюнул отец Саске кровь. — А теперь ещё и ты… Жив. — Обито! — перед ним спрыгнул Минато. — Сен… сей… Давно не виделись, — рана Обито начала затягиваться. — Не время вспоминать про него! — прокричал Саске, начав атаку. — Умри! Аматерасу! Сейчас он не более, чем просто враг! Ну же! Обито пропустил пламя сквозь себя. Пламя чуть не задело Фугаку Учиху. Справа от Обито показался Асума, слева Райдо, а по центру его атаковал Какаши Хатаке. — Что же с тобой стало, Обито? — спросил Какаши. — О, ты хочешь знать? — спросил Обито, его тело уже восстановилось после Чидори. — А ведь причиной всего этого — послужил именно ты, Какаши. Ты не смог защитить Рин… Всё из-за тебя… — И ЧТО ЗА ЕРЕСЬ ТЫ НЕСЁШЬ! — к атаке подключился Рэйден. — Мы шиноби, мы сражаемся, живём и умираем. Кто-то естественной смертью, кто-то на заданиях! Такова жизнь! Но ты… Ты творил всё это, из-за того, что умерла твоя подружка? — Я творил это всё, — Обито заблокировал атаку Рэйдена и попытался нанизать того на деревянную пику. — Из-за того, чтобы прекратить, прервать проклятие шиноби! И оно прервётся, когда мир уснёт в «Муген Цукиёми»! — Иллюзия — останется иллюзией, — сказал Учиха Шисуи. — Какой бы она не была реалистичной, ничто не заменит реальность… — И что нас ждёт в этой реальности? — спросил Обито. — Бесконечные войны, бесконечные страдания… — И поэтому, ты хочешь сбежать? — спросила Кушина. — Сбежать, как последний трус? — Обито, — появился Минато и смог попасть по нему. — Побег от реальности — не выход. Ты просто хочешь закрыться, как маленький ребёнок, в шкафчике, надеясь, что злые монстры тебя не найдут… Никто не знает, что произошло. Но последние слова будто подействовали на Обито и атака огненным Расенганом, что провёл Наруто Намиказе отшвырнула его назад… — ГХА… — Обито попытался встать. — Твоё решение — ошибка, Обито, — подошёл к нему Какаши. — Твоя жизнь — тоже ошибка… — Ошибка, Какаши? Я… Не думайте, что можете запудрить мне мозги… Я!... — Что бы выбрала Рин, а, Обито? — спросил Минато. — Она бы тоже всех погрузила бы в мир иллюзии и обмана? Не скрою, у меня тоже были сомнения, особенно, после смерти товарищей, но кем бы я стал, если бы расклеился? Они умерли, не только у меня, чтобы мы продолжали жить! А ты хочешь эту жизнь изменить и оставить лишь ОБМАН! — ГА-А-А-А-А! — раздался крик в толпе. — ЧТО? — почти все обернулись и увидели Учиху Мадару. Настоящего, стоящего посреди толпы. Ещё один Мадара спрыгнул за спину Обито. — Вы не откажете, если я заберу джинчурики? — спросил Мадара. — Ринбо Хенгоку! Рэйден мгновенно телепортировал свою мать. Она исчезла и очень вовремя. Потому что в следующую секунду все шиноби получили очень мощный удар. Невидимый, не ощущаемый. — Ты подвёл меня, Обито… Но, твоя цель — выполнена. — Мадара занёс катану. Удар и голова Обито упала к его ногам. — Хм, она ушла? Хирайшин? Даже я не могу её отыскать, а ты ведь откажешься говорить, куда ты её переместил, не так ли? Тогда… — Мадара переместился и запечатал в печать сокровища Мудреца. — Вы не против, если я возьму это и... Восьмихвостый... ты и его переместил, до чего же проблемный человек. — Аматерасу! — атаковал его Саске. Техника не подействовала. Мадара закрылся Сусаноо. — Слабо, — сказал Мадара. — Котоамацуками! — Шисуи активировал Мангёке и попытался подчинить Мадару. А вот эта техника сработала, но… — ВАШУ МАТЬ! Как так! — прорычал Шисуи, глядя на распавшегося деревянного клона. — Никто не смог его отличить… Это клон… — И не просто клон, — сказал Джирайя. — Деревянный. Стихия дерева — особая способность Первого Хокаге… — КСО! — чертыхнулась Мей, её лечение было окончено, она всё же попала под атаку Мито и была ранена. — Мы явно недооценили силу Мадары! *** Эй и Ооноки стояли напротив Сусаноо синего цвета. Армия была разбита, редкие выжившие уходили с поля боя. Мадара атаковал одной из рук Сусаноо, в котором держал волнистое лезвие. — Пора с вами заканчивать, Каге, — рука падала, а они без сил. Вдруг синий клинок Сусаноо был заблокирован жёлтым. — Ты ведь не думал, что будет всё так просто, Учиха Мадара? — спросил появившийся Сеиджи Учиха. — Сеиджи Учиха, полагаю, — Мадара прервал Сусаноо. — Это будет интересно, — кивнул он. — Потанцуем? — Надеюсь, ты меня не разочаруешь, — Сеиджи Учиха встал в стойку. Сражение между двумя сильнейшими Учихами… Началось!