Все изменится

Драко сидел у себя в комнате и составлял список возможных зелий для проекта. В его окно постучалась сова семейства Малфоев и принесла письмо. Здравствуй, Драко! Мне тяжело сообщать тебе это, но вчера твоего отца убил сокамерник в Азкабане. В ближайшее время тебе нужно явиться домой, для того чтобы принять наследство. Больше пока сообщить не могу, обсудим все при встрече. Нарцисса Малфой Драко выронил письмо, он не хотел, чтобы Гермиона знала о его реакции, заклятье «Оглохни» справилось, и его истерику не слышал весь Хогвартс. Он достал бутылку огневиски и пачку сигарет, спустившись в гостиную, парень сел на подоконник и спрятался за штору, отрыв форточку он прикурил сигарету. Не церемонясь, он пил огневиски прямо из бутылки. После того как отец, можно сказать, заставил его присоединиться к Темному Лорду, Драко потерял уважение к нему, Люциус больше не вызывал того детского восторга, чувства гордости за свой род и чистоту крови. Слизеринец осознал, что на самом деле, это все не имеет значения, имеет значение каков человек и что он может и чего НЕ может. Ну вот, Люциус и не смог уберечь свою семью, от Реддла, хотя, по сути, у него не было выбора, но у Малфоя-младшего выбора не было вообще, он пошел на это только ради матери. Мысли вихрем крутились в голове блондина, он уже опустошил полбутылки напитка и скурил 12 сигарет, парень просто сидел и смотрел в окно, на дождь, который только-только начинался. Малфой следил за каплями, что стекали по стеклу, Драко думал, насколько люди похожи на эти капли, во время дождя их много, некоторые теснятся в лужах, а некоторые одинокими ручейками стекают по стеклу, падая и разбиваясь о землю, как и люди. Одни капли обратно испаряются, поднимаясь как люди после своих поражений, а некоторые впитываются в землю, умирая и давая возможность подняться другим… Может это просто пьяная пелена затуманила его разум? Философия не была по части Малфоя, она больше исходила от Забини, который всегда мог дать совет. Блондин очень дорожил их дружбой, ведь Блейз знал его как никто другой, и был наделен честью, иметь полное доверие аристократа. Драко откинул голову назад, растрепанные пряди спадали на лицо, он выглядел, можно сказать «дерьмово», было видно, что что-то случилось. — Юху хууу, ты где там, Малфой? Я же сказала, что мне нужны твои варианты зелий! — милым, но в то же время строгим голосом обратилась Гермиона. — Бля, Грейнджер, хоть ты свали, ради Мерлина. — послышался голос слизеринца за шторой. — Ты чего там спрятался? — подходя к окну, поинтересовалась шатенка. — Не трогай меня! Просто, свали! — выделяя каждое слово, выплюнул блондин. — Ты чего в одиночестве бухаешь? Что случилось? — с пониманием спросила грифиндорка, немного пригнувшись, чтобы их лица были на одном уровне. — Жизнь катится в пизду, Грейнджер… — вяло ответил юноша. — Расскажи мне. — Девушка села на подоконник и отпила из бутылки. — Ты уверена, что хочешь нырнуть во все это дерьмо? — вскинув бровь, задал вопрос слизеринец немного заплетающимся языком. — Уверена. — Ровным тоном сказала кареглазая. * Юноша собирался с мыслями, он просто не знал с чего начать, и думал, можно ли доверить грифиндорке столь личную информацию. За окном уже давно потемнело, а Драко все сидел и смотрел в пустоту ночного мрака. — Понимаешь, Грейнджер, в моей жизни случилось то, к чему я был не готов, — произнес на выдохе парень, грифиндорка ждала, когда он продолжит. — Знаешь, в моей жизни, раньше, я очень гордился своим отцом, считал его примером для себя, но спустя время я заметил, что он просто приходит и уходит. — Это у вас общее, — пробормотала Гермиона. — А и вправду, Грейнджер… — с грустной улыбкой сказал Малфой. — Я его не интерисовал, весь этот пафос дорогой жизни, лучшие вещи, лучше все что может быть, лично меня лучше не сделало — какое лицемерие. Но сейчас не об этом, я говорю о том, что стоило Воландеморту заявиться в мэнор, он стал его сучком, и меня приписал к слугам этого конченого, лысого пидараса! Сколько жизней он разрушил?! Сколько невинных людей убил?! — злостно выплюнул блондин, было видно, что он не сам принял решение присоединиться к Пожирателям. — Я сделал это для того чтобы спасти мать, — его губы сжались в тонкую полосу и он закивал, будто бы доказывал очевидное, — она единственный человек который меня по-настоящему любит… — Драко отпил из бутылки. — А сейчас он умер, — фыркнул слизеринец, — я даже не знаю, как будет «без него», ведь я особо и не знал как это «с ним». — Истерическая улыбка исказила лицо парня, а шатенка сидела в недоумении, пытаясь переварить услышанную информацию. — Как это случилось? — Сокамерник убил его в Азкабане, так мать написала в письме, больше подробностей не знаю. — Снова отпив от бутылки, и подкурив сигарету, сообщил юноша. — Что ты чувствуешь сейчас? — спросила грифиндорка, смотря прямо в глаза собеседнику. — Только твои истинные эмоции отразят твое отношение к нему… — сделала заключение кареглазая. — Сначала, я был очень зол, раскрушил всю комнату, хм, хорошо, что заклинание «Репаро» все-таки существует, — фыркнул парень, — но сидя здесь я все думал, что же я чувствую, не было прежней злости, просто принятие. Мой отец виноват во многих ужасных вещах, но каким бы он не был, последние 2 года, я хочу запомнить его таким, каким он был в моем детстве, без всего того дерьма которое он вылил на свою семью. — Уже более тихо сказал Малфой. Парень поднял глаза и увидел перед собой лицо грифиндорки в слезах: — Ты чего плачешь, Грейнджер? — удивился слизеринец. — Я… я тебе очень сочувствую, жаль, что я не могу помочь… — опустила взгляд шатенка. — Нет, ты очень помогла, Гермиона, — спокойно сказал блондин и нежно обнял девушку. — Обращайся… Драко… — ответила в плече юноше Грейнджер, и сама удивилась тому, с каким трепетом произнесла имя слизеринца…