Слияние душ

Поскольку и князь, и архангел не имели возможности видеться часто, а тем более жить вместе, Лафи жила с каждым из них по неделе. Следующие выходные она должна была провести с мамой. Поскольку путь между Небесным царством и Преисподней не был коротким и лёгким (тем более, если тебе нужно скрываться), родители считали своим долгом проводить дочь. Гавриил и Лафи устремились вниз, а затем, ударившись о землю, провалились в самый укромный угол Ада, где демоны уже давно не появлялись. В том самом углу их ждала Вельзевул, нервно топая ножкой о пол. «Ну где же они?», — думала княгиня, как услышала сзади шуршание крыльев и обернувшись, увидела и дочь, и архангела. — О, приветствую. — Приветик, — буркнул архангел. — Слушай, я тут подумал, может хоть это неделю проведём вместе? — Посмотрим, по обстоятельствам посмотрим, — с таким же тоном ответила она, взяв дочь за ручку. — Уверена, у нас всё будет отлично. — С лёгкой улыбкой промурлыкала княгиня. — Привет, мамочка! — прокричала девчонка при их встрече и обняла Вельзевула за ноги, так как была ещё мала. — Мы с папой весело проводили время, он меня учил играть в прятки! Вот, глянь… Девчушка немного поднапрягла воображение, и стана маленькой пушистой гусеничкой, которая зацепилась за штаны мамы. — Ну как, я молодец?! От увиденной милоты, на лице повелителя мух появился румянец, она, прикрыв рот кулаком, выдавила: — Да, ты моя умничка! Гавриил довольно улыбнулся. — А ещё папочка говорил, что его люди, возможно, ещё смогут принять меня такой грязнокровкой, а твои нет, это правда? — искренне спросил ребёнок, ещё не подозревая, чем этот вопрос обернётся в будущем для их «семьи». Архангел побледнел. — Доченька моя, право же, я совсем не так говорил! — Не так? А точно это говорил Михаэль, — сказала радостно девочка, ведь когда ты младшего возраста, ты не таишь обиды на людей, ведь не всегда можешь понять их слова. — А ты подтвердил. А сейчас я хочу узнать мнение мамы, — гусеница обратилась назад в ребёнка и обняла её за шею. На лицо натянулась фальшивая улыбка, только для дочурки, а вот на архангела Вельзевул посмотрела злобно, даже слишком. — Ах, так вот, что тебе папочка в Раю рассказывает, — фыркнула княгиня. — Пошли, Лафи, у меня ещё есть дела, — на самом деле, княгиня была взбешена тем, что Гавриил говорит их дочери за её спиной, поэтому она хотела свалить от него подальше именно сейчас. Муха посадила на плечи всё ещё фиолетовую гусеничку Лафи и пошла в сторону Ада, что-то недовольно фыркая про Гавриила. — Ой, мама, а мы папочку не позовём с собой в этот раз? Маам, — протянула девочка. — Ты не ответила на вопрос… — Увы, нет, — более мягко отозвалась она. — А почему? — Спросила у Вельзевул Лафи, уже став снова ребенком, сидевшим на руках мамы. — Я позже тебе отвечу, солнышко моё, — нежно, но всё же сквозь зубы процедила девушка, оглянувшись на архангела. Княгиня продолжала идти по длинному коридору, как вдруг остановилась и повернулась в сторону Гавриила. «А знаете, я не буду отмалчиваться», — подумала она. — Милая, прикрой свои ушки, пожалуйста. Девочка покорно зажала голову в ладошках. — Дорогой, — съязвила она. — Ты мне пиздишь, как дышишь! Что ты ещё говорил нашей дочери за моей спиной, А?! — тут она сорвалась на крик, а глаза заблестели. Маленькой девочке стало страшно и обидно, она так же ощущала эмоции родителей. «Мам… Пап… Что происходит?», — думала Лаф про себя, сидя с закрытыми ушками. Гавриил хмыкнул и вздёрнул нос, но на его глазах можно было разглядеть слёзы. Вельзевул развернулась на своих небольших каблуках и хотела поспешно уйти оттуда. — Вернись, и мы поговорим нормально! Лафи в этот момент тоже заплакала, но она не понимала, почему она плачет. — Неужели, этот вопрос расстроил папочку с мамой? Я виновата в их ссоре? — она задавала слишком много вопросов, но хотела просто знать на все ответы. — О нет, ты совсем не виновата, — с раздражением процедил архангел, приближаясь к ним. — Тогда почему мамочке так обидно и грустно, как и тебе? — она смотрела на него, сидя на ручках мамы. Гавриил же развёл руками: — Наверное, у мамочки сегодня плохое настроение? Это пройдёт, — архангел улыбнулся, но эта гримаса больше напоминала оскал. — Д-да пошёл ты! — выдавила из себя княгиня, из уже её глаз текли слёзы, она вытирала их рукавом. Они долго между собой стояли и выясняли отношения, пока маленькая Лафи тихонько дрожала и начала молча хныкать, распустив свои маленькие чёрно-белые крылья. Возможно, она боялась криков, но сейчас она больше переживала за родителей. — Надеюсь, ещё увидимся, — отрезал архангел. Расправив крылья, он взмыл в воздух. — Надеюсь, не увидимся, — шёпотом огрызнулась в ответ князь Ада. Вытерев слёзы, она обняла дочурку, и всем, чем могла, пыталась её успокоить, пока сама шла по направлению в Ад. И вот, где-то в секретной ложбинке, в Аду, Вельзевул уже успокоила дочь и готовила ту ко сну. — Ложись спать, моя милая, — певуче произнесла княгиня и погладила её по голове. Лафи пожелала маме спокойной ночи, но с помощью обманки которой научил её папа… Она спряталась в кармашек пиджака матери. Да, эта девчонка из любопытства уже начала лгать и применять свои способности, но что поделать, когда душонке неспокойно? Щёлкнув пальцами, княгиня оказалась в мире людей, рядом с одним из пабов. — Агрх, какое противное место, аж тошнит, — злилась девушка, но всё же зашла туда и заказала виски, как только она подошла к барной стойке. Лафи слышала из кармашка, как к её маме пытались клеиться какие-то бескрылые создания, но она дальше продолжала сидеть тихо. — Не многовато-ли бутылка для такой красотки? — Кто-то задал ей вопрос. — Вы даже для Ада выглядите противно, сэр-р-р, — прорычала Вельзевул и злобно посмотрела на мужчину исподлобья. — Вот оно как, а у шлюшки-то голосочек есть. Может, это, поедем до меня, докажешь это самостоятельно? — говорил монотонно человек. Пару секунд она молча смотрела на него. Потом улыбнувшись во все свои клыки, встала, подошла вплотную к тому пацану и… Дала ему по животу с ноги. — От шлюхи слышу, тварь! — выкрикнула она, отряхиваясь от крови, которая хлынула изо рта парня, ведь ударила она не слабо. Маленькая гусеничка всего лишь слышала, как её мама кого-то сильно ударила, но она попыталась сохранить хладнокровие, чтоб не выдать себя. У людей же началась паника: кто-то судорожно набирал номер скорой, а кто-то попытался задержать Вельз, но та спокойно допив бутылочку виски, не разбавив её колой, просто слегонца оттолкнула людишек и вышла на улицу, ведь голова неплохо так кружилась, а вспомнив сегодняшние обиды, решила пустить слезу, но после наполнилась злобой и переместилась в «людской дом» к Гавриилу. Князь застала архангела не в лучшем расположении духа. Как несложно догадаться — он лежал, без эмоций смотря в потолок, обставленный пустыми бутылками водки, и держа одну почти допитую в руке, рыдал. — Гавриил! — грозно произнесла она. — С каких пор-р-р… наша дочь может жить с тобой, а со мной не может?! — возмущённо восклицает она, подходя к архангелу. Гавриил с трудом повернул тяжелённую голову в сторону князя — Когда это я запрещал ей жить с тобой? — Когда ты согласился с Михуилом в том, что в Аду её не примут! — Злилась княгиня. — Мне так жаль, — простонал архангел, прижимаясь к горлу бутылки. Казалось, он вот-вот снова заплачет. — Да ты врёшь мне! Почему она, не может спокойно жить не принадлежа ни Раю, ни Аду?! — Потому что, только я могу показать ей единственный верный путь! — Да ты просто ебанный архангел Гавриил! Вот кто ты! — тот в ответ только застонал и хлюпнул носом. — НО ВЕДЬ ЭТО НЕ МОЯ ВИНААА! Я ХОЧУ ТОЛЬКО ЛУУУЧШЕЕ. — Если ты хотел только лучше, Лафи бы сегодня не была расстроена нашим с тобой разговором! Я забираю её себе, в Ад. — Она не была расстроена, пока ты не начала психовать! — Гавриил сорвался на крик. — Я не позволю тебе забрать её, я скорее сгорю в адском пламени! — Вот и сгоришь, когда она узнаёт, с кем ты таскаешься! — А с кем я таскаюсь, милая? В отличие от тебя, я… Лаф в теле гусенички вылезла наружу и уже не пряча своих слёз, произнесла: — Папочка! Мамочка! Не ссорьтесь! — она пыталась кричать своим детским голоском, задыхаясь от слёз… — Лаафи? Что ты здесь делаешь? Ты же должна быть в кровати, милая! — Мама, прости, мне было не спокойно, вот я и… — она продолжала хныкать. — Дьявол тебя дери, Лафи… — архангел допил содержимое ещё одной бутылки. Вельзевул покосилась на архангела, а потом она подошла к дочери и обняла её. — Лафи, пошли домой, твой отец немного… — Лафи, милая, останься со мной! — Гавриил предпринял попытку подняться с дивана, но тут же плюхнулся обратно. — Я не пущу тебя с этой пришибленной дурой! Лафи смотрела на них со слезами, и думала, что нужно было сдерживаться от вопросов… — Пап, я хочу как прежде… Хочу чтобы мы были семьёй! — девчонку трясло, она явно в этот день получила детскую травму. — Да ты, да ты… — от возмущения у Вельзевул сбивалось дыхание. Она подошла к архангелу и… Тот получил по щеке смачного леща. — Ангх, мне же больно! — Гавриил потёр краснеющую щеку, трезвея. — Могу я попросить держать себя в руках? … — Мамочка! — Лафи закричала, прикрывая собой отца. — Мама, ему же больно… — Лафи! Ты понимаешь, что это он разрушает нашу семью! Не мешайся, — с угрозой объявила княгиня. — Это все потому что я задавала вопросы? — спросила она сломанным голоском. Очередная попытка архангела встать, наконец, увенчалась успехом. — Бога ради, давайте просто забудем этот день, хорошо? — Лафи, дорогая, выбирай, с кем ты будешь жить, — вдруг спросила Вельзевул. — Мама, — она схватила её за рукава её костюма. — Папочка, прав, давай забудем этот день, пожалуйста… Княгиня одёрнула рукав от ребёнка, из-за чего та свалилась на пол. — Конечно же, как жизнь портить, так он первый, а как отвечать за это, так ты «Забудем этот день»! — злилась девушка. Архангел нагнулся и поставил дочь на ноги. — Прошу, успокойся в конце концов! Дочурка обняла отца за шею. — Папа, прости меня… — Лафи, зачем ты обнимаешь этого предателя?! — выкрикнула Вельзевул. — Идём домой, — княгиня схватила девочку за руку и потянула на себя. Девочка закричала, мама её сильно потянула на себя. — Мамочка, ты делаешь мне больно! Она вновь посмотрела на отца, что был уже явно в злости. — Не смей её трогать, нечисть! — Гавриил чуть ли не до боли стиснул дочь в объятиях, укрывая её всеми распустившимися крыльями. — Да вы. Да вы сговорились! — воскликнула княгиня и вскинула руки вверх. — Оба подчиняетесь Ей, это всё твое влияние, драный архангел, — здесь она указала на Гавриила и со злобой смотрела прямо в его красивые фиолетовые глаза. Ваза с розами моментально оказалась в руках архангела. Он выкинул прочь её цветущее содержимое. — Ещё одно слово, и ты растворишься навсегда! — заорал Гавриил, выливая немного воды на пол прямо перед князем. — Ты блефуешь, — но она всё-таки отступила на пару шагов. — Хочешь проверить? В этот момент Лафи уже была на стороне мамы она пыталась остановить отца… — Папа стой не делай этого! — Она кричала, но ничего не могла поделать, а кто послушает маленького ребёнка, которого, собственно, и не могут поделить родители. Надо было что-то предпринимать быстро, иначе всё бы обернулось плохо. «Ну и как же их отвлечь?», — подумала маленькая девчушка… Она, собрав всю волю в кулак собрала всю энергию, что могла накопить в себе и ослепила двух родителей ярким светом, а у отца выхватила ту самую вазу и разбила, пару капелек попала на её ручки и вызвали ожоги, но не более, она терпела. — Лафи! — зашипела мать после того, как «эффект» вспышки отпустил обоих родителей. Она припала к своей дочери и прижала её к себе. — Вот из-за твоего «героизма» пострадала наша дочь! — всхлипнула Вельзевул. Архангел взял ручонки дочери и подул на них. Ожоги начали моментально затягиваться, не оставляя и следа, однако, осталась боль. — Отойти подальше, здесь вода на полу, — буркнул он князю. Святая вода не могла погубить такую душу, но вызывало острые ощущения боли… — Зато никто не пострадал, — Лафи улыбнулась и потеряла сознание. Подхватив дочь, архангел уложил её на кровать. — Всё нормально. Зато теперь у нас, наконец, есть время всё обговорить, — Гавриил развернул к князю стул. — Итак, почему ты не можешь понять, что если её найдут в аду, её сразу прикончат? — Почему ты не можешь понять, что я даже не спрашивала? — огрызнулась девушка, и встав около стула, она устало глянула на архангела. — Я уже говорил, что не отпущу её в Ад. У неё ещё будет достаточно времени, чтобы пасть. В ней ангельское начало, и большой потенциал. Тем более, что в Раю гораздо безопаснее, — Гавриил сотворил нашатырный спирт, и смачивая им ватку, поднёс к носу Лафи. — Да ладно, вы по-моему, опаснее, чем демон Кроули. — Между прочим, ваш хвалёный Кроули за всю свою жизнь не совершил ни одного нормального злодеяния. Уж не Богу ли он служит, часом? — съязвил он. — А ваш Зефирный часом на Сатану не работает? С демонами таскается, того гляди и падёт скоро. — Падёт, ещё как. Казнить, увы, не получилось, так просто за ворота выставим. Княгиня издала смешок. Святая вода на полу уже высохла. — Слушай, а какого ангела ты согласился со словами этого… Михуила… При ребёнке? — Да ладно тебе, я просто поддакнул, мы можем закрыть эту тему? — Но ты даже мне об этом не сказал. Ты не сказал. Это сказала Лафи. Девчонка проснулась и начала откашливаться, она слышала слова родителей, и всё не могла понять, зачем они ругаются. Она села на кроватке и молча слушала. Отец возмущался, он кричал на маму и говорил некоторые слова, которые не должен знать ребёнок в её возрасте. — Ну, а что я должен был делать, сказать своим, мол, ой смотрите это моя дочурка, и она порождение князя демонов и архангела, как весело-то!.. О Лафи знал только Михаил, «Маленькая любопытная девочка» сказал он тогда Гавриилу, и после этого произнёс те слова о её крови. Лафи не понимала, что сделала не так и почему её назвали грязнокровкой, и почему мама после этого так зла на папу… — Я лишь хочу уберечь её, — твёрдо сказал он ей, и погладил Лафи по голове. — Я уверен, она сама понимает это, в отличие от тебя, стерва. Вельзевул опешила от такого, она пыталась что-то сказать, но у неё из горла смог выскочить только возмущённый тихий рык. Она встала со стула, утёрла вышедшие слёзы и осевшим голосом произнесла: — Не хочу видеть ни Лафи, ни, тем более, тебя, сволочь, — всхлипнув, она щёлкнула пальцами и опустилась сквозь пол в Ад. Архангел проводил князя взглядом, затем обернулся к дочери. Увидев, что она пребывает в сознании, он вздрогнул. — С тобой всё хорошо, радость моя? — Гавриил потянулся к ней, чтобы обнять.

☆☆☆

Вельзевул тем временем просто сидела на своём троне и пыталась скрывать свои красные от слёз глаза.

☆☆☆

Девочка посмотрела на отца своими заплаканными глазками. — Я… я всё испортила… Мама теперь, возможно, ненавидит меня… — она обняла отца. — Я всё равно люблю и мамочку, и тебя, пап. — О, нет, она тебя точно любит. Но здесь, со мной ты будешь в безопасности. Навсегда, — его глаза загорелись безумным блеском.