Я узнаю тебя по первому прикосновению

Soulmate AU! в которой один человек с рождения знает, как выглядит его соулмейт (однако кроме этого о нем ничего неизвестно), другой – не знает ничего о существовании соулмейтов и своей родственной души, однако и жить без нее спокойно не может. Лишь прикосновение к своему соулмейту приведет к счастливому финалу, а до этого момента родственным душам суждено каждый раз после смерти перерождаться, чтобы вновь получить шанс найти друг друга в этом огромном мире.

Fleur - Память

***

Непредсказуемы пересеченья И разветвления наших дорог. Мы расстаёмся на несколько жизней, Чтобы однажды столкнуться в холодном метро. За окном неожиданно меняется вид – вместо серых бетонных стен теперь со скоростью света мелькают деревья и огни ночного города. В полупустой вагон метро через открытое небольшое окошко врывается свежий ветерок и путается в рыжих волосах юноши, безучастно смотрящего куда-то вдаль. Его, кажется, совсем не интересует пейзаж за окном, как и то, что длинная челка теперь падает на лицо и почти лезет в глаза. Задумчивый взгляд зацепился за пестрый рекламный стикер, сделав его объектом пристального внимания, однако мысли, спутавшись в голове в плотный клубок, были далеки от всего окружающего. Как забавно устроен этот мир, не правда ли? Хах, забавно! Нет, совсем не так. Искать свою родственную душу по всему миру каждую свою гребаную жизнь – это ни черта не забавно. Просыпаться каждый день в надежде, что сегодня удача непременно улыбнется тебе, что сегодня прекратятся твои поиски и твои страдания, а потом получать ровным счетом ничего. Ни шанса, ни намека на то, что ты идешь по правильному пути, что твои поиски не бессмысленны, а надежды не напрасны. Это ни черта не забавно. Накахаре Чуе 22 года и он чертовски устал. Устал от бессмысленно прожитых дней, наполненных лишь призрачными обещаниями и горькими разочарованиями, устал от постоянных скитаний, не приносящих никакого результата, устал от этой жизни, что так несправедлива и так ненадежна. Возможно, Вселенной весело наблюдать за страдающими душами, которые так отчаянно нуждаются друг в друге, кто знает. Странствуя между мирами, Я храню в себе память О каждом твоём воплощении. Чуя запускает руку в волосы, пропуская рыжие локоны между пальцами и убирая мешающую челку под шляпу, а затем устало запрокидывает голову на спинку сиденья, поправляет наушники и закрывает глаза. Он хранит в памяти каждое его воплощение в каждой из жизней, которую он прожил. Чуя уже и не помнит, сколько прошло этих жизней. Даже не считал, откровенно говоря. Но каждый его вид, каждый его образ он запомнил с завидной точностью до мельчайших деталей. Чуя сам не замечает, как уголки губ поднимаются в едва заметной теплой улыбке, когда такой знакомый и уже родной облик вновь и вновь всплывает в сознании. В этой жизни у его соулмейта красивые карие глаза, непослушные спутанные волосы цвета темного шоколада и вечная ухмылка на лице. Лишь одно всегда неизменно в каждом из его воплощений – печальный, наполненный болью и одиночеством взгляд. Казалось, глаза человека не могут передавать такие сильные эмоции настолько живо и ярко, что достаточно лишь взгляда, чтобы почувствовать это на собственной шкуре. Никакая из всех фальшивых улыбок его не способна это скрыть. Чуя знал, что его соулмейт страдает, возможно даже больше, чем он сам, и это лишний раз придавало решимости не терять надежды и продолжать искать. Чуя готов пережить еще сотни, тысячи таких же мучительных дней, лишь бы однажды запустить руки в эти спутанные волосы, заглянуть в его глаза и сказать, что больше он никогда не будет одинок. И в назначенный час Я узнаю тебя По первому прикосновению.

***

Лишь для одной ослепительной вспышки, Лишь ради нескольких звёздных мгновений Мы будем плыть друг другу на встречу Сквозь бесконечность и океаны забвения. Есть люди, несчастные по каким-то весомым причинам, которые «любезно» предоставила им жизнь, а есть те, кто страдают с рождения по причине совершенно непонятной и необъяснимой, оттого еще более пугающей. Дазай Осаму сам не понимает, как смог прожить эти 22 года. В вагоне метро на удивление холодно и молодой человек поспешно кутается в полы своего теплого длинного пальто. Перспектива замерзнуть насмерть ему, конечно, не грозит, хотя Дазай был бы не против такого расклада событий. Вьющиеся каштановые пряди беспорядочно падают на лицо, когда юноша резко прислоняется головой к окну и уставшим взглядом провожает каждый промелькнувший за стеклом огонек. Раз, два, три… Наивно полагая, что глупая забава в виде подсчета мелькающих домов способна отвлечь от едких мыслей… …четыре, пять, шесть…. Кого ты хочешь обмануть? Дазай с раздражением морщит нос и прикладывает тонкие пальцы рук к вискам. Таблетки, призванные снимать спазмы и боль, на деле оказываются лишь пустышками, садящими к чертям собачьим желудок и не имеющими никакого другого эффекта. Хотя глупо винить во всем дерьмовые лекарства. В данном случае уж точно. Головная боль стала постоянным спутником Дазая еще с детства. И если раньше еще можно было все списать на усталость, стресс и прочую белиберду, то сейчас это просто принимается как данное, без поиска всяких объяснений и причин. Его это уже давно не волнует. Ему все равно. Есть люди, несчастные по каким-то весомым причинам, которые «любезно» предоставила им жизнь, а есть те, кто страдают с рождения по причине совершенно непонятной и необъяснимой, оттого еще более пугающей. Дазай без раздумий причислил бы себя ко вторым. У каждого человека есть смысл в жизни. Это может быть совсем пустячковый и совсем малюсенький такой смысличек, а может быть гигантский смыслище, размером с Эмпайр-стейт-билдинг или человеческие амбиции. Не суть. Важно, что он есть. В груди Дазая – зияющая пустота. Черная дыра, покинуть пределы которой не могут даже кванты самого света, куда уж там слабому человеческому сознанию. Она стирает из мира все краски, а из жизни – весь смысл. Каждый новый день не приносит ничего, кроме оглушающего одиночества и чувства абсолютной опустошенности. Будто перелистываешь старый календарь, сухие страницы которого рассыпаются в твоих руках, стоит лишь прикоснуться к ним. Каждый день Дазай ищет. Что ищет? Хороший вопрос. Возможно, это тот самый вопрос, получив ответ на который он избавится от всех мучений, терзающих его на протяжении стольких лет. Но Дазай не знает. Лишь чувство нехватки чего-то важного душит тугой петлей на шее каждое утро, стоит лишь открыть глаза. Какого это – жить с постоянным мучительным чувством потери чего-то, что даже сам понять не можешь? Какого это – чувствовать себя невыносимо одиноким среди сотни окружающих тебя людей? Какого это – жить без цели, без желания? И, кажется, покончить бы с этим раз и навсегда, да только залезть в петлю или выпить таблеток больше, чем прописал врач, не позволяет глупая трепещущая надежда, что однажды найдется то, что заполнит эту пустоту и подарит измученной душе покой, а жизнь наполнит таким нужным и таким желанным смыслом. Дазай тяжело вздыхает и медленно закрывает глаза. Странствуя между мирами, Ты хранишь в себе память О каждом моём воплощении. И в назначенный час Мы узнаем друг друга По первому прикосновению, Где бы ты ни был, Кем бы ты ни был.

***

Хрипловатый голос диктора объявляет название следующей станции, и поезд вновь резко срывается с места. До конечной осталось всего две остановки. Чуя нехотя убирает наушники в карман кожаной куртки и смотрит на правое запястье. Наручные часы показывают 22:34, а это значит, что кто-то сегодня точно останется без ужина, ведь спать осталось чуть меньше шести часов. Время придёт и мы снова откроем Книгу на самой последней странице. И эпилог станет новым прологом, И мы уйдём, чтобы вновь повториться. На другом конце вагона пассажир не спеша поднимается со своего места и подходит к дверям. Чуя бросает взгляд на бежевое пальто только что подошедшего человека и медленно поднимает голову. Только бы не разминуться, не заблудиться В круговороте смертей и рождений. Все тело охватывает мелкая дрожь, а глаза неверяще смотрят вперед. Нет. Нет. Нет. Это не может быть ошибкой. Это не может быть чертовой ошибкой. Образ, который всегда придавал сил и вселял надежду, такой любимый, такой желанный и такой родной, теперь буквально обрел свое физическое воплощение. Стоит совсем рядом, лишь сделать шаг и … Рука потянулась вперед прежде, чем Чуя успел сообразить, что он пытается сделать. Крепкая ладонь с силой сжимает тонкое запястье. Человек поворачивает голову, испуганно уставившись на Чую своими прекрасными карими глазами. И замирает. И в назначенный час вспомнить друг друга По первому прикосновению. Бывает же так, что лишь одно прикосновение может расставить все точки над «i» и неожиданно сделать все вокруг таким невозможно правильным, что от волнения начинают дрожать коленки, а по рукам целым роем бегут мурашки? Бывает же так, что лишь одно прикосновение способно дать ответ на самый главный вопрос, мучавший и терзавший тебя всю твою поганую жизнь? Бывает же так, что прожив десяток разных жизней в поисках своей родственной души, ты встречаешь ее совершенно случайно в старом вагоне метро? В круговороте смертей и рождений... В круговороте смертей и рождений... Чуя смотрит в эти невероятные глаза и все еще не может поверить, что его поиски длинною в несколько жизней наконец подошли к концу. По щеке Дазая скатывается одинокая слеза. В круговороте смертей и рождений... По первому прикосновению... - Я нашел тебя.