Толчок

Прошла неделя. Пенни вполне оправилась, а её рана начала затягиваться. Теперь она могла ходить и даже прыгать без помощи стены. Два раза в день, по пол часа, она тренировалась и постепенно возвращалась в свою изначальную форму. Талон за это время не объявлялся и девочка уже начала по нему скучать. С тех пор как он спас её тогда, когда она была на волосок от смерти, на стене в её комнате она повесила его портрет. Это произошло как-то неосознанно. Но Пенни призналась сама себе что ей нравиться хотя бы его нахождение на портрете. «Он наверное и думать обо мне забыл...» - с грустью думала она. Но всё было с точностью наоборот. Талон не мог и минуты прожить без того, чтобы не вспомнить о ней. И вот сегодня, он наконец-то решил действовать. Он совершенно забыл что он наказан и отправился к своей Милашке. Его терзали сомнения. Простит ли она его? Ответить ли взаимностью? А если да, то что делать дальше? Пенни сидела на балконе, в любимом кресле и пересматривала фотки с миссий. На этой Талон такой Милашка... А на этой он так классно улыбается... Боже, какая крутая причёска... Талон заметил её издалека и притормозил. «Ещё не поздно, разворачивайся» - кричало подсознание. Но Талон не мог. Он решился. Тихо приземлившись на её балкон, он занервничал. Но надо было действовать. — Приват, Милашка. Пенни обернулась и увидела его. Он улыбался ей, но не надменно и холодно, как обычно, а нежно. Но Пенни была гордой. Не может же она его так быстро простить за все её мучения. Она отвернулась. — Оставь меня, пожалуйста. В голосе её прозвучала мольба, но Талон не собирался отступать. — Пенни, послушай, я... — Нет, хватит! Пенни вскочила и быстро направилась к двери. — Пенни, постой. Талон решил действовать напрямик. — Пенни, помнишь тот момент когда ты была на волосок от смерти? Это подействовало. Пенни остановилась. Талон не видел, но по её лицу текли слёзы. Она должна была уйти! Должна! Но она не могла. — Ты слышала мой голос, Милашка? Пенни всхлипнула и кивнула. Но она всё ещё стояла к нему спиной. Их разделяло шесть шагов. — Я сбежал тогда. Я чувствовал, что должен быть рядом. Он шагнул. Осталось пять шагов. Плечи Пенни дрожали - она плакала. — Я увидел тебя в реанимации и чуть не умер от горя. Поверь, я бы не простил себе если бы ты умерла. Ты... слишком дорога мне. Слёзы текли по его лицу по одном только воспоминании об окровавленной подушке. — Я позвал тебя тогда. Два раза. И ты услышала. Пенни вспомнила белое место. Так вот кто спас её. Ещё шаг. Четыре шага. Всего четыре шага между злом и добром. — А неделю назад я поймал тебя когда ты падала в обморок. Я бы не смог смотреть как ты упала. Ещё шаг. — Пенни. Ещё шаг. Два шага, всего два. — Я люблю тебя. Один шаг. Он обнял её сзади. Пенни повернулась к нему лицом. Она улыбалась. — Спасибо, Талон. Я тоже люблю тебя. Они слились в долгом поцелуе. Как долго они ждали этого. Талон приобнял её за талию. Она обняла его за шею. Мир вокруг перестал существовать. Были только они. Не он и она, а они. Они теперь одно целое. Наконец воздух закончился и они с трудом оторвались друг от друга. Пенни покраснела. — Ты такая милая когда смущаешься, Милашка. Моя Милашка, только моя. Но, как обычно не вовремя, дядя Кло начал искать всего племянника. — Я должен идти. Талон взлетел. Но обернувшись увидел что она всё ещё стоит на балконе. Он подлетел и поцеловал её в щёку. — Я вернусь. Обещаю, моя Милашка.