Обними меня

Я запуталась в лесных дорожках, которые вели меня в темноту. Мой план не казался идеальным больше. Я устала. Мне хотелось пить. Веки наливались свинцом. Я присела и облокотилась на ствол дерева и прижала колени к груди, а сверху положила голову. *** Я мерил шагами комнату, ища хоть какую-нибудь зацепку. Рик в ускоренном темпе разгадывал флешку. Но я не мог просто сидеть на одном месте. Я заглянул в гостиную. Дженна и Блонди сидели на диване. Из-за меня они подвержены опасности. Я должен кое-что сделать. Что-нибудь сделать. -Я скоро вернусь,- крикнул я, и выбежал из дома. Мне удалось пересечь пол Атланты за 15 минут. Я быстро добрался до нужной квартиры. Как только я вошёл в квартиру и увидел Кису. Красно-рыжие волосы заплетены в аккуратную косичку. А в глазах плясали искорки грусти. -Эй, Киса. -Деймон,- воскликнула она и, подбежав, крепко обняла. От неё пахло детской присыпкой и ромашкой. -Где ты был? Где Елена? Где все? Почему нам позвонила Кетрин и сказала теперь жить самостоятельно. -Всё будет в порядке. Поедешь со мной? -Куда? -В нормальную жизнь. Она улыбнулась и побежала наверх. Это девочка напоминала мне в кое-каких местах 10-тилетнюю Елену. И не скажешь, что ей 16. Жизнерадостный ребёнок, который пробует быть оптимистом в любом случае. Я тихими шагами пошёл наверх. Эту квартиру я знаю от и до. Знаю, чья и где комната. Я зашёл на третий этаж. Мало кто знал о нём. Только три человека. Я, Кетрин и Дин. Он мне и нужен был. Я зашёл в холодное и серое помещение. Дин колотил грушу. -Где она? Он остановился и повернулся лицом ко мне. -Не строй из себя девственницу, Дин,- расплылся я в ухмылке и облокотился на косяк. Не думаю, что она получилось такой же какой обычно. Наверняка, вялая и усталая. -Не нужно язвить, шут гороховый. -Я повторяю, где она. Кэтрин всегда посвящает тебя, маленькую собачонку. -Не смей… -Не смей, что? Дин, я знаю, что она тебе нравится, но если она не с тобой не значит, что она должна умереть. По её сердцем бьётся новая жизнь. Глаза парня округлились. -Она беременна? -Да, Дин, Елена носит в утробе моего ребёнка. -Я не знаю, где… Честно. -Не ври, сукин сын,- крикнул я и, быстро подлетев к нему, врезал. Всё мое самообладание кончилось. И если я не узнаю, что случилось с Еленой. Где она и в порядке ли. В порядке мой ребёнок. Дин не ожидал удара и упал на пол. -Лицемер и прихвостень,- выплюнул я. Телефон задребезжал в кармане куртки. Аларик. -Да. -Деймон, поезжай в особняк Майколсона. Она должна быть там. *** Холодно. Холод окутывал меня с головы до ног. Я лежала на чём-то твёрдом и скрипучем. В нос ударил запах сырости и плесени. Я открыла глаза. Мир вертелся, как на американских горках, а тело наполняла странная слабость. Я попыталась встать. Голова казалась тяжёлой. Я сделала пару шагов к железной двери. Она оказалась податливой и открылась. Передо мной была лестница с высокими бетонными ступеньками. Сверху в вниз прокрадывались пару шаловливых жёлтых лучика. Стены были серыми и холодными, и даже свет не мог оживить это помещение. Я поднялась по ней. Сердце твердило остаться внизу, но разум. Он твердил, что нужно выбираться отсюда. Меня ослепил свет от люстры. Она была великолепна. -Горный хрусталь,- сказал мягкий и одновременно властный баритон. От него исходил холод, казалось, что миллиарды крохотных, но острых льдинок впивались в кожу. -Клаус,- сказала я осипшим тихим голосом. -Добро пожаловать в мой дом. Извиняюсь за не очень добродушный приём,- гордо сказал он и улыбнулся на первый взгляд доброй улыбкой,- Ты молчишь. Тебе, наверное, интересно знать, почему всё так. Я тебе поведаю. Присаживайся. Чай, кофе? -Отпусти меня,- громко сказала я, собрав всю силу в кулак. -Нет. Пешки очень важны в этой игре. Послушай меня, Елена. Я поняла, что мне по любому придётся слушать это и находиться с ним в одном помещение. В комнате мне показалось, витал запах крови, такой солоноватый с металлическими нотками. -Я тебя слушаю. -Прекрасно, моя дорогая, -он подарил мне улыбку и сделав глоток, указал мне ладонью на диван из коричневого бархата. Я послушно сели и сжала руками коленки. -Тебе интересно, почему всё так. Думаю, мы вернёмся назад. Тогда, когда тебя ещё на свете не было. Я родился в достаточно обеспеченной семье. Маргарет и Филипп Сальваторе. Я был вторым сыном. У меня был, даже чего был, он есть, Джузеппе Сальваторе. Знакомое имя, правда? В этой семье ко мне ни кто не относился с любовью, даже мать. Был только один человек, которого я любил и, который любил меня. Моя бабушка София. Она была невероятно красивой. Бабушка привила мне любовь к рисованию. Когда я родился, Джузеппе было 10. Но не важно. Бабушка умерла, когда мне было 10. После этого моя жизнь превратилась в ад. Как только я окончил школу, то уехал в Нью-Йорк. 10 лет унижений перед братом, отцом и жалостливым взглядом матери. Брат всегда смеялся с того, что я рисую. А отец осуждающе смотрел. Потом отец бил меня. Знаешь этакая история. Я ждал. Бабушка оставила мне средства. Мне было 17, когда я решил мстить. Я убил твою мать, Елена. Отца. Это больно кольнуло братца. Он так любил Миранду, а Грейсон был верным другом. На тот момент он был уже женат на Линде, а она в свою очередь мертва. Это девушка всегда была добра со мной и помогала с алгеброй, которую я ни когда не понимал. Она погибла, и это было очередной потерей. В тот момент мне не было жалко тебя и Кетрин. После смерти близких друзей у него не оставалось ничего. Но он процветает дальше. Живёт. Он воспитывал меня. Как я уехал, кроме поступлений денег на банковский счёт, о родителях не было ни чего не известно. Поджог их дома было идеальной местью. Я стоял и смотрел, как они горели и как орали, но мой брат жил и воспитывал своих детей. Я не мог лишить детей Линды жизни. Я решил отомстить ему по-другому. Через тебя и Кетрин. Что может быть хуже, чем, когда дети женщины, которую ты любил. Тебя он взял на воспитание и мой план сложился в идеальный пазл. Я нашёл Кетрин. Испуганная девочка. Я изменил её. Внушил, то, что мне нужно. Яркая, девочка с не простым характером и язвительным языком. Я заставил её быть с Деймоном. А потом ворваться в твою жизнь. Кое-что я конечно просчитал, то, что ты и Деймон можете быть вместе. Но это было в прошлом. А сейчас. Прости, Елена. Я отомщу своему брату. От этого монолога тело оцепенело. Мне было страшно. Кетрин обманула меня. Дядя Джузеппе ни в чём не виноват. Я обвинила человека, который любил и заботился обо мне. Боже мой. Какой ужас. Я почувствовала, как солёная слеза проскочила между губ. -Не плачь. Я постараюсь не делать тебе больно. Начнём завтра. А сейчас ты пойдёшь наверх и отдохнёшь. Кетрин! Она тихо вошла. На ней было обычное домашнее платье. А на щеке красовался синяк. От ужаса мои глаза распахнулись сильнее. -Пошли,- тихо, спокойно сказала она. Я встала. Ноги были ватными и еле передвигались. Всё тело пробивала дрожь. Я обхватила себя руками и медленно пошла в перёд за Кетрин. Она шла слишком прямо, слишком тихо. Она завела меня в комнату. Она была похожа на ту, но без окон. Я за собой захлопнула дверь и с ненавистью взглянула на сестру. -Как ты могла? Ты всё знала! Знала и была с ним в одной упряжке,- шипела я, сдерживая ком слёз. - Я их не помню. Только отрывки. Запах черничного пирога и строки песенки. Кроха Битси паучок Полз вверх по водосточной трубе. Пошел дождь И смыл паучка. Вышло солнце И высушило весь дождь. И Кроха Битси паучок Пополз вверх по трубе снова,- тихо напела она. -Ну, и что? Я их тоже не помню, но я знаю, что не могу предать их. Что должна всё сделать правильно в этой жизни. -Поэтому занимаешься сексом со сводным братом, который изрядно старше тебя? У тебя была семья, друзья, а у меня этого не было. Может меня, и любили, но не я их. Паршивая свинья из идеальной семьи. Ни друзей, ни кого. Вечно одна. И когда в моей жизни появился Клаус - я изменилась. Пару недель я ещё жила в родном доме, но, ни соседи, ни родители не могли узнать меня. Яркая, дерзкая. Вечером ухожу, утром возвращаюсь утром. День сплю и всё заново. Мне нравилось. Он рассказал мне всё от и до. И я согласилась. Знаешь почему? Я влюбилась! Но Деймон. С ним я чувствовала себя нужной. -И спала с ним тоже. -Не отрицаю. Он хорош, не правда ли? -Шлюха!- выкрикнула я,- Ты, Кетрин, долбанутая чёкнутая потаскуха и шлюха. В серых глазах не было ничего кроме тёмных серых искр, которые показывали, что она злится. -Называй меня, как хочешь. Джузеппе, в какой-то степени виноват. Его руки в крови. -Как и твои, как и твои. -Мне всё равно, Елена. Я и Клаус сделаем, что хотим и просто уедем. Будем жить долго и счастливо. -С побоями? Это он тебя ударил. Я знаю. И те синяки на бёдрах. -Допустим, но если бы я не хотела этого, то не делала. Он всё, что у меня есть, и я этого не упущу. А тебя по советую отдохнуть. Тебя ждёт долгий день. -Что он со мной сделает?- тихо спросила я, удерживая дрожь. Мозг рисовал разные картины, которые просто вгоняли в ступор. -Тебе будет практически не больно. -И ты позволишь? -Да. Ты мне сестра, но по крови. При других обстоятельствах мы бы и не встретились. Я была рада, познакомится с тобой. -И тебе не жалко не повинного ребёнка?- спросила тихо. Это был единственный шанс на спасение. -Какой?- серьёзно спросила она. Улыбка спала с её губ. -Мой. Я беременна Кетрин. Я скоро стану мамой. Её глаза округлились, и показалось, что зрачки вытеснят красивый стальной цвет её глаз. -Д..Деймон отец?- её голос предательский дрогнул и глаза заблестели от слёз. -Да. Она сделала шумный вдох, и кривая злорадная улыбка появилась на её губах. -Тогда там ему и место. Она развернулась и пошла. Меня охватил шок. Как? Как можно говорить это о невинном ребёнке, который даже не видел этого мира. В нём есть столько прекрасного. Ключ в замке звякнул, и злость накрыла меня. Я подбежала к двери и начала колотить по ней кулачками. -Мразь! Ты Кетрин Пирс-тварь. Самая настоящая! Ненавижу! Ненавижу тебя!!! Ненавижу за то, что ты родилась, что ты вообще моя сестра и у нас общие родители!!!! Ненавижу,- выкрикивала я сквозь слёзы обиды, разочарования и безысходности. Веки становились тяжёлыми и слипались. Я добрела до кровати и улеглась поудобнее. Глаза сами по себе закрылись и я провалилась в беспокойный сон. *** Рука нервно дёрнулась и ключ повернулся. Слёзы вырвались из глаз. Рука накрыла плоский живот и стянула в кулак хлопковую ткань. Она беременна от любимого мужчины. Она обошла меня снова. Противная Елена. Ненавижу её и ненавижу себя. Её оскорбления долетали до ушей словно через вату. «Ненавижу, что ты родилась, что ты моя сестра…». Это заставило меня ухмыльнуться. С губ сорвался лёгкий шепот: « Я сама ненавижу себя». Я брела по знакомым холодным коридорам. А в голове лишь крутилось воспоминание. «-Мисс Пирс, для вас письмо из клиники. -Спасибо, Ричард. Сердце забилось быстрее. Я взяла с рук мужчины большой пакет из жёлтой бумаги и, не обращая не на кого внимание, поспешила в гостиную, стягивая по дороге кожаные перчатки. Руки побивала дрожь. И не из-за холодной погоды. На это Рождество пошёл снег. Правда, он не успевал долетать до земли, а таял в пару сантиметров до. Я резко оторвал тонкую полоску конверта, и достала плотную белую бумагу. Не верилось, что на этом прямоугольнике бумаге написана моя судьба. Я резко вдохнула и резко развернула бумагу. Глаза быстро бегали с строки на строку и дрожь пробивала всё сильнее.. Да. Да. Положительно. Я беременна. Я скоро стану мамой. Ком слёз радости встал в горле. Тепло наполнило тело, которое продрогло. -Что там, моя милая королева?- пропел сладкий голос, от которого бросало в дрожь и, который заставлял мышцы внизу живота сжаться в тугой узел. -Ничего, Ник,- сказала я и спрятала бумаги в сумку,- Мне нужно идти. -Ты только пришла. Что случилось? -Кое-что забыла. Я встала с дивана и, поцеловав Клауса, пошла обратно в стального цвета вольво. Его губы тёплые, а запах. Он будоражил кровь внутри. Что он скажет на это? Думаю, он обрадуется. Может это будет точка не возврата? Мы кинем всё и переберёмся куда-нибудь в Европу. В Англию или в Италию. Нет, лучше в Испанию. Мне понравилось в Мадриде. Город полон красок. И солнце. Оно такое тёплое и нежно ласкает кожу. Клаус организует бизнес. Мы поженимся, и у нас будет ребёнок. Настоящая семья. У меня будет свой магазинчик. Например, цветов. Нет лучше винтажных вещиц. Антиквариатные дедушкины часы и парчовые бабушкины платья. Милые шкатулочки ручной работы. Через пару месяцев я не смогу надеть мини-платья и шпильки. Это и к лучшему. Вечер того же дня. Я медленно спускалась вниз. Мне, казалось, что лестница слишком крутая, и я полечу кубарем вниз. На мне было чёрное платье немного ниже середины бедра, а туфли на толстом устойчивом каблуке. Я делала глубокие вздохи, пытаясь совладать с собой. -Кетрин, ты где?- раздался приглушённый голос Клауса. -Практически тут,- сказала я и стала на деревянный пол. -Ты выглядишь сногсшибательно. -Спасибо. -И так, нам нужно выезжать, но это Рождество. И как же Рождество без подарков. Иди ко мне, Катерина. Я тихо шла к нему. Каблуки звонко стучали вместе с сердцем. Часто и как-то странно. -У меня тоже есть для тебя подарок, Клаус. -Я первый,- с хитрецой произнёс он и растянул губы в улыбке. -Хорошо. -Закрой глаза и развернись. -Что это. -Будь терпелива, моя дорогая Катерина,- спокойно с нежность сказал он. Тело подалось. Я развернулась и закрыла глаза. Что-то зашуршало, и сердце начало стучать быстрее. Холодный метал, коснулся кожи и я выпалила: -Я беременна. Метал резко сорвался и упал в декольте. -Что?- холодный и резкий, вот таким стал его голос. -Я беременна. Я перевернулась к нему лицом и посмотрела сквозь ресницы. -Это не возможно. Ты должна избавиться от него. -Но… -Ни каких «но», Кетрин. Эти воспоминания резали так больно. Я помню, как лежала в больнице и как длинные холодные пальцы убирали волосы с моего лица. В голове вспыхивают смутные, туманные воспоминания месяца после. Я оплакивала своего ребёнка, оплакивала старую себя. Не знаю как ноги завели меня в свою комнату. Я села на небольшой табурет. Слёзы катились по щекам. Чувства захватывали, и тупая боль в груди резала грудную клетку. Я спрятала лицо в ладонях. -Катерина,- мягкий, более тёплый голос раздался. -Уйди, Элайджа, уйди, пожалуйста,- прохрипела я, глотая солёные слёзы. -Что случилось? -Уйди. Просто уйди. -Катерина, моя милая Катерина. Расскажи мне, что с тобой? Ты так изменилась. Что с тобой? -Я убила его, понимаешь, убила. Позволила причинить боль . Боль столько людям. Я предала маму, папу. -Всё можно исправить. -Нельзя. Я предам Ника. Он был так добр ко мне. -И то, что на твоей щеке следствие его безрассудной любви? -Элайджа, он не умеет любить. Я научу его… -Он убил своего ребёнка, Катерина. В нём нет ничего хорошего. Он был моим другом. И когда нам было по 17 это всё, казалось, таким весёлым. Но сейчас в этом нет, ни грамма веселья. Мы играем с чужими жизнями. -Это всё… -Ни когда не поздно сказать стоп и начать всё заново. -Тогда почему ты ещё здесь? -Потому что ты тут, Кетрин. Я подняла на него взгляд. Привлекательный мужчина стоял передо мной. Русые волосы и невероятные болотного цвета глаза. -Ты мне поможешь? -В чём? -Спасти мою сестру. -Если ты этого хочешь. -Я хочу выбраться из этого дерьма. А это первый шаг к этому. -Тогда я с тобой.-Наши губы встретились. Элайджа целовал меня так, что сердце замирало. Это не было похожа ни Никлауса, ни на Деймона. Я чувствовала невероятное тепло, которое затекало внутрь и заставляло не что маленькое расти внутри. Именно сейчас вдалеке, среди тёмных туч виднелся маленький просвет Наши губы оторвались. Сердце слегка колотилось, а дыхание сбилось. Мы столкнулись лбами. Его руки запутались в волосах. -Боже, Катерина. Ты сводишь меня с ума. Каждым взглядом, каждым движением. -Не преувеличивай. Я этого всего лишь я. -Именно. Ты это ты. Давай позвони, Деймону и скажи, чтобы подобрался через задний вход со стороны леса. Я встречу. Мы с можем достать вас о сюда. Клаус заигрался. Пора его остановить. -Хорошо. Мне нужно пару мину, чтобы привести себя в порядок. -Договорились. Жду тебя через 30 минут возле комнаты Елены. -Да. Он чмокнул меня в щеку и вышел. Я повернулась на стуле к зеркалу. Я не узнала себя. Тушь размазана по щекам. Багровый синяк на скуле. Волосы растрёпаны, но глаза. В них плясало не что живое, ярко пылающие. На губах расплылась улыбка. И казалось, что мне не 24, а 20. Эти кудри. Они были такими тяжёлыми и совсем мне не нравились. Я взяла ножницы и резким движением отрезала волосы по по плечи. Длинные пряди в свободном падении упали на пол. Я быстро привела себя в порядок: волосы теперь прямыми прядями падали вниз, на лице ни капли косметики. Мне кажется, что джинсы и толстовка намного удобнее юбок и блузок. Пальцы скользили по экрану, набирая сообщение Деймону по дороге к Елене. Всё должно получиться. *** Мама, мама, мама,- кричал маленький мальчик. Его пухленькие ручки тянулись ко мне. Я бежала к нему на встречу, но он удалялся, удалялся от меня всё дальше и дальше. С горла вырвался крик. -Елена, Елена,- бархатный голос звал меня из неоткуда. Темнота вокруг рассевалась и скудные точечки света начали сливаться воедино. Надо мной нависал Деймон. Голубые глаза потемнели. Сердце забилось, дыхание прервалось. Чувство облегчения и радости охватило меня. Боже. Тонкие струйки слёз катились по щекам. -Деймон,- прошептала я и обняла его за шею. До боли знакомый парфюм окутал спасительным облаком. -Тшш, детка. Давай вставай. Нам нужно идти. -Куда? -Домой, милая, домой. Я подняла на его лицо взгляд и тело затрясло от вот-вот нахлынувших рыданий. Каждая черта его лица, его прекрасного лица хранилась в моей голове, линии губ, этих сладких губ. Он подхватил меня на руки. -Спасибо, Кетрин. -Пожалуйста,- тихо сказала она,- береги её. -Хорошо. Удачи. Глухие удары ботинок чёткими ударами свистели в ушах. Конец. Не уже ли это конец. Что ждёт меня там? Ждёт впереди? -Дорогие гости и постояльцы моего особняка. Я вам дал шанс, но вы его не использовали. Теперь начинается настоящая игра. У вас есть, конечно, шанс, но не думаю, что велик. Вперёд,- холодный голос с насмешливыми нотками говорил из громкоговорителей. Тяжёлые шаги. -Сможешь идти? -Да,- прохрипела я. Страх. Он снова накрыл меня. Всё не могло же быть так просто. Не могло быть так счастливо. Деймон поставил меня на ноги. -Пошли. Будь осторожна. Наши пальцы переплелись, и Деймон повёл меня по не знакомому маршруту. Хлопок. Резкий, рваный звук оглушил меня. Второй. Я пригнулась и закрыла уши ладонями. Глаза захлопнулись. Сердце тряслось. Мысли стали кашей. Чьи-то руки стали поднимать меня. Я открыла глаза. Деймон. Он жив. Мой взгляд упал на пол. Дин. Он судорожно хватал ртом воздух. Краска уходила с его лица. Взгляд переместился ниже. На животе была рана. Белая майка заливалась кровь. -Нет. Нет. Нет,- шептала я. Я подбежала к нему и начала закрывать ладонями рану, сильно сжимая руки. -Дин. Слышишь меня. Оставайся со мной. Пожалуйста. Не уходи. Кровь фонтаном хлыстала из ран и заливала ноги, руки, одежду. -Елена,- прошептал тихий голос. -Нет. Не уходи. Дин. Пожалуйста. Слышишь. Дыши. Не закрывай глаза. На его губах расползлась улыбка. -Беги отсюда. Беги. -Побегу. Вместе с тобой. Дин. Дин!!! Его глаза закатились и стали словно стеклянные. На губах застыла вечная улыбка. -Нет, нет, нет! Дин, чёрт подери,- я передвинула руки на сердце,- раз, два, три,- реакции нет,- раз , два, три,- Реакции всё ещё нет,- Давай, Дин. Раз… -Хватит. Он мёртв. -Нет. Он будет жить. -Елена, хватит,- рыкнул он и оттащил к высокому окну. Я рухнула на пол и зарыдала. Не далеко лежал труп охранника. Он умиротворённо закрыл глаза. В его руках всё ещё был пистолет. Пистолет! Я резко схватила его и понеслась вниз. -Елена!- кричал Деймон. Я слышала его тяжёлые шаги и всё быстрее бежала. Холодный метал жёг руку, а слёзы обжигали щёки. Ноги меня несли по коридорам, пока я не наткнулась на двухстворчатую дверь. Это оно. Я ворвалась в кабинет и наставила пистолет вперёд. Клаус сидел на кресле и ухмылялся. -Елена, реванш? Мне жаль Дина. Он сослужил мне хорошую службу. -Не смей даже произносить его имя, ты, чёртов ублюдок. -Наша Елена окрепла? -Я не позволю тебе сделать ещё больше. Никто больше не должен пострадать. -Тогда опусти пистолет, детка. -Никто кроме тебя,- прошипела я и нажала на курок. Пуля с шумом вылетела и врезалась в плоть. Серая ткань майки окрасилась в грязный цвет. Пистолет выпал из рук и со стуком упал на пол. Серые глаза Клауса округлились и он упал. Я вскликнула. Тело обмякло и казалось ещё чуть-чуть и я упаду, но нет. Деймон подхватил меня на руки. -Что ты натворила, моя маленькая смелая девочка? -Я окончила эту битву, Лёд. Это конец. -Конец. Давай уберёмся от сюда. -Давай. Я уткнулась носов в чёрный пуловер Деймона и в голове всплыли строчки колыбельной. Она, казалась, далёкой и знакомой. Кроха Битси паучок Полз вверх по водосточной трубе. Пошел дождь И смыл паучка. Вышло солнце И высушило весь дождь. И Кроха Битси паучок Пополз вверх по трубе снова. *** 1 месяц спустя. -Боже, Елена, ты так красива,- сказала Кэролайн, поправляя моё платье. Сегодня день моей свадьбы. Так странно. Прошёл всего месяц с тех ужасных событий. Мне до сих пор снится обмякшее тело Дина, его стеклянные глаза.Но нужно жить дальше. Тяжело всё начать сначала, но возможно. То когда-нибудь сбылось и вот я стою в небольшой комнатке наверху красивой, старинной церкви Мистик Фолс. Лёгкое кружево закрывает красивой паутинкой шею и руки. Шёлк струился вниз, и небольшой животик был слегка виден. Простую причёску скрывала украшенная кружевами фата. -Не хватает совсем не много,- бодро сказала Кер. Она выглядела прекрасно. Золотистые волосы легко струятся вниз и изумрудное платье идеально на ней сидело. -Чего же? -Чего-то синего, чего-то старого и чего- то одолженного. -И что же это? -Сейчас узнаешь. Подожди минутку. Она вышла. А я ещё раз посмотрелась в зеркало. Белая дверь скрипнула. Сквозь зеркало я заметила знакомые черты и стальные глаза. Вот только на этот раз не было длинных волос. -Кетрин. -Привет, Елена. Её губы дрогнули. А пальцы теребили верёвочку от бумажного пакета. -Я знаю, что нежеланный гость, но я хочу тебя поздравить и подарить вот это. Она протянула мне пакет, и я приняла его. Кетрин убрала короткую прядь за ухо. В пакете оказалась чёрная бархатная коробочка. Она с трудом открылась. Мои глаза расширились, когда я увидела это. На подушечке лежало калье. Тонкая цепочка с россыпью сапфиров. -Оно прекрасно. -Я знаю. Это калье подарила наша бабушка, мама папы, маме в день бракосочетание. Оно очень старое. И оно подходит под определение очень старое и синие. -Спасибо. -И там лежит браслет. Он Кер. Она хорошая. Это что-то одолженное. Я улыбнулась. -Спасибо, Кетрин. -Пожалуйста. Ну, я пойду. Пока. -Пока. Она развернулась и практически исчезла за дверью в своём милом жёлтом платье. -Кетрин,- позвала я. Она обернулась. -Удачи тебе, сестра. -И тебе удачи, сестра. Она ушла, оставив меня в одиночестве. Я надела её подарок и браслет Кер, когда дверь открылась. Вошёл дядя, а за ним Кэролайн. -И так. Мистер Джузеппе, вы помните? -Да, Кэролайн. -Ровно 30 секунд. -Помню. Свой взор на меня обратила Кер. -Елена, ты прекрасно выглядишь. -Спасибо. -Так держи,- она протянула мне мой букет из пионов и взяла свой из лилий. Внизу послышались первые аккорды свадебного марша и всё тело затрясло. -Всё я пошла,- весело сказала Кер,- ровно 30 секунд! Она пошла вниз. В комнате повисло не ловкое молчанье. Я слышала каждый удар своего сердце и шумное дыхание мистера Сальваторе. -Дядя, прости меня,- выпалила я. -Давно простил. Давай всё это забудем. Ровно 30 секунд. Нам пора. Он накинул на моё лицо фату. Я крепче сжала букет и вложила руку под локоть дяде, и мы пошли вниз. Так начиналась моя новая жизнь. В ней меня ждут и радости и разочарования, но никогда я не жалела о том, что в 18 выскочила замуж и родила ребёнка. Я жалела только об одном, что не могу вернуть своих родителей. Только вот маленькая Елена не знала, что в день, когда она шагала к алтарю в красивом платье под руку с дядей, то отец шёл рядом, а мать стояла возле самого первого ряда и смотрела на свою взрослую дочь и любовалась ей. Миранда и Грейсон всегда были рядом с маленькой Еленой и чуть старшей Кетрин. Их души болели, когда девочкам грозила опасность или они делали ужасные ошибки, но сейчас они видели свет. Они могли уходить. Их девочки в безопасности. Они буду счастливы и в момент, когда дрожащим голосом Елена сказала "да", то Грейсон приобнял за плечи Миранду и глубоким голосом сказал: -Нам пора. Мы слишком долго задержались тут. -Но как же они, наши девочки? - Кетрин и Елена взрослые. Они справятся. А мы будем помогать им, но только не здесь. Две призрачные фигуры подошли к невесте и дотронулись своими руками руки девушки. Она, казалось, что-то почувствовала. Лёгкий холодок. Но не предала этому значение. Миранда и Грейсон пошли на свет. Им нужно правильно закончить свой путь. Это они запустили на 19 лет.