Ребенок, в чьих руках горело пламя

      Драко был рад приезду Гарри. Прошедший месяц был тягучим, словно патока.       Малфой ходил за Поттером хвостиком и без умолку рассказывал о событиях, которые когда-либо происходили в поместье. Иногда они повторялись и часто заканчивались историей о павлине, который горделиво зашел в беседку посреди завтрака.       Несколько раз Люциус одергивал сына, но по большому счету ради приличия.       Пусть вечные разговоры немного приелись, но Гарри не чувствовал раздражения. Этот наивный ребенок был очарователен в своей привязанности к нему.       В один из дней, когда они вдвоем сидели в библиотеке — Драко переписывал испорченное эссе под присмотром Гарри — внутрь вошел лорд Малфой. Не останавливаясь у стеллажей, мужчина подошел к их рабочему месту и на автомате осмотрел сына с головы до ног.        Даже у политиков есть слабости вроде наследников.       После этого бросив быстрый взгляд на Гарри, Люциус произнес спокойным, столь подходящим ему голосом:       — Через пятнадцать минут жду вас в приемной. Отправляемся за покупками.       Мужчина сузил глаза и вышел из библиотеки.       Драко недоумевающе посмотрел ему в спину и перевел взгляд на Гарри:       — Не нравится мне этот внезапный дух авантюризма в отце.       Гарри легко улыбнулся, поднимаясь с удобного кресла:       — Позволь великим лордам такие вольности, как внеплановые походы по магазинам.

***

      Косая Аллея как всегда была шумна, полна спешащих волшебников. Перед Люциусом Малфоем расступались, сбивчиво здоровались и даже пытались пожать руку. Мужчина лишь изредка кивал, не останавливаясь и не сбавляя скорость.       О, Люциус Малфой источал холодную уверенность и тот самый аристократический лоск, которым так славятся представители древних родов.       Посмей к нему в ноги кинуться нищий с просьбой милости, в ожидании решения замер бы весь переулок.       Отдай он бедняку горсть галеонов, нашлись бы те, кто начал обсуждать его благородство. Возможно, назвали бы это высокомерием.       Переступи он через бедняка, люди зашептали бы о правильности решения. Возможно, отвратительном лицемерии.       Но никто бы не посмел осудить Люциуса Малфоя за его решения. Люди за спиной могли говорить все, что угодно, но они оставались там. За спиной человека, который шел уверенно, с прямой осанкой и высоко поднятой головой.       Люциус Малфой знал о своем положении в обществе. Впрочем, он не старался демонстрировать это — окружающие люди сами говорили о нем.       Это заставляло восхищаться.       Десятки взглядов провожали Люциуса, но он совсем не обращал на них внимания. Свернув в Лютный переулок, мужчина повернул голову в сторону детей и остановился.       — Я собираюсь зайти в некоторые лавки. Вы ждете меня снаружи и ни в коем случае не отходите от витрины.       Голос лорда был тих, но тверд. Почему мужчина не взял ребят в магазин, осталось загадкой. Скорее всего, за мутными стеклами скрывалось то, что второкурсникам видеть было не обязательно.       Шумная улица скрылась за поворотом, и теперь в месте, скрытом тенями, было оглушающе тихо. Тишину нарушала только время от времени поскрипывающая дверь.       Драко, словно боясь нарушить узаконенную атмосферу, дышал глубоко и тихо. Маленькими шагами он аккуратно подходил ближе к другу.       Гарри тоже замер. Внезапно в тишине послышались хриплые голоса и звук шагов. Люди приближались к ним.       В поле зрения попала группа молодых ребят, возраст которых, возможно, немного превышал восемнадцать лет. Под потрепанными мантиями одежды не было видно, но вида всколоченных волос и серых лиц вполне хватило для первого впечатления.       На счастливых гриффиндорцев они однозначно не походили.       Единственная девушка, остановившись взглядом на Гарри и Драко, сначала удивленно подняла брови, а после театрально оповестила своих друзей:       — Посмотрите-ка, на нашу гулянку стали водить экскурсии для дошкольников!       Ее спутники обратили внимание на детей и радостно заулюлюкали.       — Посмотри, Анджел! Они ведь совсем цыплята!       — О, а посмотри на их шмотки. Кажется, курочки из элитного курятника!       — И чего вы тут забыли, детки? — обратилась та самая девушка, подойдя немного ближе. Костлявыми руками она уперлась в колени и наклонилась.       Драко не почувствовал угрозу, поэтому был готов рвануть вперед, но Гарри приподнял руку и потянул его на себя.       — Не стоит волноваться, — очаровательно улыбнулся Поттер, — мы просто ждем нашего сопровождающего.       Эти люди не казались опасными, но провоцировать бойню без надобности не хотелось.       — Да? А не хотите погулять, а, детишки? Мы вам много интересного покажем, — парни сзади засмеялись над очень удачной, по их мнению, шуткой. Глаза девушки лихорадочно блестели, зрачки были расширены, а ладошки, что, казалось, сильно потели, она вытирала о боковые части мантии.       Не нужно быть гением, чтобы понять, что девушка сейчас явно не под впечатлением от хорошей квиддичной игры. Поттер поджал губы.       В приюте вещества появлялись редко и всегда знаменовались чем-то особенно увлекательным. Гарри не признается, что вид детей под наркотиками вызывал не только отвращение и непонимание, но и иррациональный страх.       Человек под действием чего-либо всегда непредсказуем, логических действий от него ожидать не стоит.       Гарри шагнул немного в сторону, закрывая собой Драко, и примирительно сказал, стараясь держать руки на видном месте:       — Спасибо за предложение, но мы не можем уйти.       Девушка изменилась в лице и выхватила палочку. За ней последовали ее друзья.       — Лучше бы закрыли рты и слушали старших. Импедимента! Конъюнктивитус!       Замедляющее и ослепляющее заклинания не долетели до Гарри и Драко. Они просто разбились о невидимое препятствие.       Один из парней крикнул:       — У него палочка! — и ткнул пальцем в руку Поттера.       Гарри прикусил щеку с внутренней стороны. Невербальное защитное остановило нападение. Выбрать палочку вместо личной тьмы было эгоистично.       Ему захотелось попробовать свои умения в применении заклинаний. Гарри понимал, что, не получись создать щит, пришлось бы немедля снести с ног стоящих перед ним людей ударной волной силы, но ему повезло, что, несомненно, радовало.       За спиной скрипнула дверь. Лорд Малфой выглядел угрожающе.

***

      В гостиной Нотт-холла вспыхнул камин, из которого вышел молодой мужчина. Хозяин поместья тут же вскочил с дивана и поприветствовал господина. Нотт-старший был верен ровно настолько, сколько требовал от него Волдеморт.       Абсолютно.       За дверью приемной комнаты, прислонившись ухом к двери, стоял юный наследник.       Удивление росло невероятно быстро. Слышать своего отца, зовущего кого-то «господин», было так же странно, как и поверить в то, что Дамблдор не чокнутый старик, а Гриндевальд, который спокойно принял обличие друга, а теперь наслаждается жизнью.       Послышался голос гостя:       — Териан, твой сын, кажется, излишне любопытен.