Доброе утро, Хогвартс!

«Я даже боюсь представить, что ждет меня на следующем уроке Зельеварения!», — думала Лилит. Её терзали страшные предчувствия. И обида Малфоя на фоне надвигающейся катастрофы казалась мелкой и незначительной. Но, трезво рассудив, Аспид решила: « Надо и у него, и у профессора прощения попросить». Итак, через что может лежать путь к прощению? Через демонстрацию раскаяния, приправленную лестью, не будь я слизеринка. Для декана у меня есть сюрприз, пожалуй, это подходящий момент для его презентации». Захватив свою выручай-котомку, сцепив зубы и мысленно пожелав себе удачи, она двинулась к комнатам деканов. И что же представилось её взору? Снегг за что-то яростно отчитывал Драко, тот судя по выражению лица, был уже на последнем издыхании от страха. «Придется спасать!», — Лилит, вежливо кашлянула привлекая к себе внимание. — Добрый день! — Ваше общество уже перестает делать его таковым, — ответил профессор. — Что вам нужно? Надеюсь, вы пришли проститься, перед отправкой на родину. — Кстати о родине, именно эта причина меня сюда и привела. Может, вы отпустите Малфоя, и мы поговорим тет-а-тет. — Свободны мистер Малфой, — и профессор впился в Лилит взглядом вивисектора препарирующего лягушку. — Я слушаю ваши объяснения, мисс Аспид. — Я полагаю, вы, в свободное время, занимаетесь наукой. Так вот, моя бабушка очень давно занимается Зельеварением. В нашей стране она считается ведущим специалистом. И я могла бы, если конечно это вас заинтересует, предоставить вам некоторые образцы минералов, растений и грибов, которые встречаются только у нас. И без того ледяной взгляд профессора остекленел. «Ну, сейчас убьет! Чур меня чур!», — подумала Лилит, сжавшись в комочек. Снегг, попытавшийся применить к нахалке свою фирменную легилеменцию, вновь оказался посрамлен. Было ощущение, что попав в ее разум, он с размаху врезался головой в плохо оструганный, тесовый частокол. Что характерно, он даже почуял запах смолы. «Мерлин побери, что происходит?», — было последней мыслью декана перед тем как потерять сознание. Испуганная девочка наколдовала стакан воды и нашатырь. После их применения, профессор пришел в себя. — Что это было? — прохрипел Снегг. — Эээ, нашатырь. -Да нет, откуда у вас этот забор в голове? — А вы пытались читать мои мысли? — в ответ спросила Аспид. — Если вам интересно, это — родовая защита. — Что вы там говорили про ингредиенты? — перевел тему профессор. Счастливая Лилит открыла сумку. «Один готов», — подумала девочка, выходя из комнаты декана, пока тот, весьма напоминая Кощея, разбирал подарки. « А что делать с Драко? Через что лежит путь к его сердцу, если оно у него есть. Думаю, что через любопытство, эх, была не была». — Подожди! — крикнула девочка, догоняя блондина в коридоре. — Чего тебе? — Мог бы сказать спасибо, за то, что я спасла тебя от выволочки, профессор к моему приходу, кажись, только во вкус вошел. — Спасибо. Всё, отстала? — А еще, я хотела прощение попросить, за то что вспылила, там в библиотеке. Я не должна была себя так вести. Как у нас говорят «Нельзя лезть в чужой монастырь со своим уставом», — после этих слов взгляд Драко смягчился. — Ну ладно. Так и быть, прощаю. Они спустились в коридор и смешались с толпой ребят, идущих с банкета и тут увидели висящую миссис Норрис, глазеющих на нее Гарри, Рона и Гермиону, а так же странную надпись на стене про какого-то Наследника и Тайную комнату. И тут Драко понес обычную для него околесицу: — Трепещите, враги наследника! Сначала кошка — следующими будут те, в чьих жилах нечистая кровь! «Нет, всё-таки он неисправим!», — подумала Лилит. Дальше собрались профессора, и Локонс толкнул прочувствованную речь, что он смог бы защитить кошку, если бы оказался рядом. Прибежал злой как черт Снегг (его же оторвали от «Подарков») и начал нападать на гриффиндорцев. Дамблдор ожидаемо принялся их защищать, и затем Златопуст совершил непоправимую ошибку — он в присутствии Снегга обещал приготовить зелье для кошки. «Чтобы не говорила Гермиона, а Локонс непроходимый тупица», — думала Аспид. Через несколько дней Грейнджер спросила Лилит: — Вы ведь общаетесь с Малфоем? — Да так, с переменным успехом. — Он в разговоре не упоминал, что является наследником Слизерина? — Вроде нет, а почему ты спрашиваешь? — Просто так, не обращай внимания. Очередное задание по ЗОТИ носило отчетливый привкус кретинизма. — Стихи о победе Локонса над оборотнем из Вага-Вага. И ведь Гермиона на полном серьезе будет писать! Я не понимаю, перед реальными упырями мы тоже будем исторгая пафос, слагать оды, и они решат подохнуть с тоски сами, — шепталась Аспид с Ратти Маус. — Я тоже не горю желанием это делать. Смотри-смотри, она у него какую-то бумажку выпросила. Небось сто сорок третий автограф, — сказала анимаг. В пятницу вечером Малфой в общей гостиной клятвенно пообещал утереть нос Поттеру. — Фанфарон, — констатировала Дэв. — Не уловивши бела лебедя, да кушает, — отозвалась Лилит. — Аспид, надеюсь, ты будешь присутствовать при моем триумфе, — откровенно красуясь, спросил блондин. — Ненавижу спорт, — уныло отозвалась Лилит. — Снегг из меня после библиотеки веревки вьет, задал столько, что света белого не вижу. — Жаль. В пересказе победа будет выглядеть не так значительно, — расстроился мальчик. — Ты сначала победи, а потом выпендривайся, — буркнула Маус.  — Не трогай, а то еще заведется. Оно тебе надо? — упреждающе положила подруга ладонь ей на кисть. После разгромного для Слизерина матча, Малфой ушел горевать на Астрономическую Башню, так как почти каждый норовил ткнуть его носом в поражение. Какого же было изумление мальчика, когда он понял что на башне не один. -Ты в правду расстроился из -за этой ерунды? — спросила Аспид. -Это не ерунда! — А по мне, так чушь. Гарри вон после матча в больницу попал. Спрашивается, зачем такой спорт, если после него или руку ломаешь, или, как ты, грустишь. -Поттер то, Поттер сё …. Будто на нем весь свет клином сошелся. — А должен был сойтись на тебе? — продолжила девочка, на что Драко лишь уткнулся лицом в колени. — Если тебе нужно мое мнение, то мне абсолютно не важно, проиграл ты или победил, ты заслуживаешь хорошего к себе отношения, даже если ты не Гарри, — усмехнулась Аспид. — Перестанешь сравнивать себя с ним — найдешь покой, — Лилит положила ему руку на плечо и спросила: — Мне уйти? — но не дождавшись ответа, она покинула башню.