Доброе утро, Хогвартс!

Всеслав — огромный, как скала, угрюмый воин берсерк. С недавнего времени Страж Аркаима. Отец матери Лилит, Верховный Правитель Чернобог Кощеевич Бессмертный, хотел бы видеть в нем своего преемника. Лилит было страшно, она боялась, что они составят Тёмную пару из Пророчества. В этот раз до Хогвартс-Экспресса её провожал именно наречённый. Без доспехов он выглядел необычно, но не менее внушительно. — Вот что, Пигалица, кольцо тебе дам заветное, ты ж теперь невеста мне, — он посмотрел на Лилит так, будто она была мышонком, попавшимся за кражей сыра. — Учти! Ратиться за тебя не буду! Потому — Договор, но на помощь приду, не сумлевайся. Повернёшь кольцо на пальце — тут я и буду, — в его глазах плескалось мрачное пламя. «И как Мора его не боится?», — подумала Аспид. — Не кисни, Пигалица! — это были его последние слова перед тем, как он буквально закинул девушку в вагон поезда. Проходя по коридору, Аспид столкнулась с Гермионой, та стала настоящей красавицей. — Привет, Эль! Как дела? Кто это был там на платформе? Твой отец? Аспид печально покачала головой: — Нет, это Всеслав. — А, это тот, кого твоя сестра любит? — догадалась гриффиндорка.  — Да, — Лилит посчитала нужным ответить коротко, делиться с подругой наболевшим в толчее вагона не хотелось. И надо ли? — Слушай, какой колоритный мужчина. Настоящий воин! — восхищалась Грейнджер. — Ты права, он лучший воин Тридевятого… — ответила слизеринка. Гарри где-то потерялся, а Рон, увидев Аспид, цокнул языком: — Ого! Какая ты стала! — Какая? — Гермиона как-то нехорошо сощурилась. — Ну, выросла за лето, в смысле… — пошёл на попятную Рон. — Я пойду, — вежливо сказала Лилит, увидев в глазах подруги незнакомое выражение. Проходя через вагон слизеринцев, она столкнулась с Забини: — Оу! Аспид, да ты просто… — Не стоит, Блейз, твоё красноречие меня не трогает, — шутливо улыбнулась Лилит. — Я же знаю, что Златогрив тебе всё равно понравился больше. — Это звучит двусмысленно, — заржал Блейз. — Но, тем не менее, повторюсь, выглядишь великолепно! — Спасибо, — улыбнулась девушка. — Кстати, тебя ждут в вагоне Слизнорта. — А кто это? — удивилась Лилит. — Новый профессор, «коллекционер» необычных учеников. Поттера он уже загрёб, очередь за тобой. — Хорошо, я пойду. POV Драко После лечения я проснулся и весь прошлый год, точнее, всё то, что касалось чувств, показалось мне неправильным. Было ощущение, что после очень громкой музыки я очутился в абсолютной тишине. Но потом, это даже понравилось мне! Если бы не арест отца, даже был бы счастлив. Мама радовалась, её факт моей болезни угнетал. Наконец, мной заинтересовался Тёмный Лорд! Я теперь взрослый, значимый и от меня зависит общее дело! Необходимо отомстить за отца всем этим… В поезде я встретился с Пэнси. Она показалась мне не такой уж неприятной, забавно, как она вешается на меня. Ну что ж, позволю ей обожать меня не только издалека. Чувствовать её руки на своих волосах было даже волнующе. — Смотри. Вон зазнайка Аспид, — в вагон вошла Лилит, она улыбнулась, как-то неуверенно, и, пройдя мимо, ушла в вагон, где собиралась «коллекция» Слизнорта. — Ну конечно, такого экспоната там ещё нет, — на мои слова Пэнси зло прошипела: — Снеггова подстилка. «Что?», — мысль пронеслась в голове подобно молнии. — Эта Аспид весь прошлый год крутила со Снеггом. Знаем мы, как она своё «превосходно» по Зельям заработала. Каждый месяц по вечерам уходила и возвращалась заполночь. Только не говори, что не знал! После этих слов где-то внутри всё оборвалось. Конец POV Драко Проходя по вагону, Лилит увидела идиллическую картину. Драко, собственной персоной, возлежащий своей светлой головой на коленях Паркинсон. «А чего ты ждала? Всё так, как должно быть. Это даже хорошо. Он точно здоров!», — но привкус обманутой надежды горчил как полынь. Слизнорт оказался толстым старичком, отчаянно напоминавшим моржа.  — Юная леди? Вы и есть та иностранка? — спросил он. — По-видимому, да, — возвращаться в вагон слизеринцев не хотелось. — Ну-с, ваше «превосходно» по Зельям делает вам честь, особенно при вашей внешности. «Далась им моя внешность. Сговорились что ли? Нужно посмотреться в зеркало, не иначе измазалась где?»