Потерянная

— Ищите её! Переройте всю чёртову планету! Но найдите её! — ревела Вельзевул, мечась по кабинету. — Она не могла просто взять и испариться! — черноволосая демоница скинула все бумаги с рабочего стола, впав в ярость. — Найдём, от демонов ни одна грешная душа не скроется, — Хастур спокойно наблюдал за метаниями босса, прикуривая уже третью сигарету. — Так чего стоишь?! Бегом! — Вельзевул схватила грязную чашку с напитком, который простоял настолько долго, что никто уже и не понял бы, что было в кружке. Это что-то успело даже покрыться корочкой плесени. Естественно, не попала. Стекло разлетелось на мелкие осколки, ударившись о стену рядом с демоном. Хастур даже не пошевелился, докуривая сигарету. — Да-да, — он отлепился от стены, бросив окурок прямо на пол, не удосужившись затушить тлеющий огонёк. — Во-о-он! — Вельзевул аж покраснела, выгоняя подчинённого из своего кабинета. Когда Хастур покинул помещение, демоница провела ладонью по лицу, желая скинуть с себя такое раздражающее напряжение. Этот бедлам уже ей категорически осточертел. После Апокалипсиса невероятно сложно снова угомонить всех демонов и настроить на прилежную работу. Совсем от рук отбились. Ведь повоевать не дали, загнав обратно под землю, а тут ещё и с грешниками разбирайся, бумажная волокита, все дела. А бывало, что некоторые ещё и сомневались в её способности удержать трон под своей задницей. То святую воду кто-то в кофе подольёт, то стрелку в закоулках ада устроят, как какие-то школьники, которые элементарно за неделю семь грехов не выполняют. О, она действительно устала. Так ещё и Кроули оказался на удивление живучей сволочью. Одна ванна со святой водой чего стоила: плескался, как на лечебных процедурах! После такой действительно необычной ситуации в аду этого демона по-настоящему боялись. Мало ли что ещё этот хитрый змей может! Может быть, он вообще неубиваем и одним щелчком пальцев всех тут сожжёт к чёртовой бабушке! Проверять никто не хотел, поэтому в аду даже закрыли глаза на его «сотрудничество» с херувимом. Этот ангел ещё какой странный тип. Чтобы вы знали, для поддержания порядка с небесами ведётся переписка, иначе та или иная сторона может влезть не в своё дело, а этого никак нельзя допустить. Так вот, со слов Гавриила, Азирафаэль смог выдержать адское пламя и улыбался, как чёрт. А все ангелы посчитали, что Азирафаэлю уже давно пора подрезать крылья. Но влезать никто не осмелился. Скорее сам Господь Бог защищает своё дитя, а все мы знаем, что бывает, если пойти против воли Божьей. Ангела оставили в покое и просто открестились. Пускай сидит в магазинчике и читает эти свои книжки. Собственно, ангелу и демону только это и было нужно: чтобы их оставили в покое и дали возможность жить своей размеренной жизнью. Магазин остался в целости и сохранности, ни одна книга не пострадала. А Кроули… Кроули занимался всем подряд: грешил, пропивал печень, которую пропить демон не способен, отрывался в клубах, занимался растениями. Ну, и как-то раз устроил из конкурса мисс Бирмингем целое боевое шоу с валянием в грязи и выдранными волосами. Прелесть. Всё было обыденно. До определённого момента.

***

В дверь тихонько постучали, так робко, словно кошка царапнула мягкой лапкой. В Лондоне уже зажглись фонари, время было позднее. И покупатели, которые предпочли в такой час приобрести книгу в магазинчике в Сохо, вряд ли бы сыскались. Да и не рад был Азирафаэль таким поздним гостям. Он вообще мало кому радовался, если речь заходила о продаже книг. Но вечерним гостям – особенно, тем более, магазин уже закрылся. Азирафаэль собирался выпить чашечку какао с зефирками и, накрыв ноги пушистым пледом, почитать что-нибудь из старых изданий. Открывать определённо не хотелось, но стук стал более настойчивым и уже в течение пяти минут не давал покоя. Вот что за люди пошли?! Вроде читать должны уметь и табличку с надписью «Закрыто» могли бы заметить. Но стук и не думал прекращаться. Азирафаэль фыркнул себе под нос и пошёл открывать, чтобы сообщить наглецу, насколько его манеры неподобающие и что чужой отдых стоит ценить. Ангел рассерженно распахнул двери, впуская в помещение прохладный вечерний воздух с улицы. Он готов был вежливо, но строго обругать стоявшего за дверью, однако вдруг встал статуей, неспособной сказать и слова. В такой ситуации никто бы не смог сразу найти хоть какие-то слова. Ошеломление — вот, что испытываешь, когда видишь на пороге своего магазина абсолютно обнажённую девушку, стыдливо прикрывающую тело пожелтевшей сегодняшней газетой, на которой красовалась новость о новых тенденциях в моде. Однако иронично получилось. Вот только уличных безумных и бездомных ангелу на вечер не хватало. Но его сущность не позволяла ему сейчас же послать несчастную куда подальше. Поэтому он натянуто улыбнулся. — Девушка, магазин закрыт. А что он ещё мог ей сказать? «Найдите себе наряд поприличнее»? Оставалось только стараться не обращать внимания на наготу. С сумасшедшими стоило разговаривать предельно осторожно, мало ли что у них на уме. — Прошу, помогите мне, — голос молодой женщины дрожал, как и она сама. Точный возраст этой особы определить было сложно из-за того, что она вся измазалась непонятно в чём. Приблизительно между восемнадцатью и двадцатью семью. Цвет волос тоже не просматривался из-за слоя грязи и, кажется, копоти. Нормальное телосложение, не стройная, но и не полная. Маленький животик проглядывался из-за угла газеты, на котором была опубликована колонка с занимательным гороскопом. «Весы может ожидать новое знакомство, которого лучше избежать». Округлые формы, небольшая грудь, которая для такой комплекции могла бы быть и больше. Под слоем грязи ангел заметил чётко очерченный контур губ, который называли обычно «заострённым» из-за ярко выраженных очертаний. Нос был тонким, с узкими ноздрями. Но самыми интересными во внешности девушки были глаза. Точнее, то, что она была, похоже, на один глаз слепа. Одна радужка глубокого синего цвета, напоминающая Чёрное море во время шторма, а вот второй глаз — полностью белёсый. Его радужка практически не видна, только её очертания, которые лишь напоминали, что когда-то там тоже был цвет. Завораживающее, но слегка пугающее зрелище. В такие моменты многие бы стыдливо отвернулись, а взрослые сказали детям «Не пяльтесь!». Азирафаэль старался не задерживать взгляд на глазу, но тогда на что смотреть? Пришлось сфокусировать взор где-то на уровне лба девушки. Снова вежливо улыбнулся. — И чем я могу вам помочь? У вас что-то случилось? — Азирафаэль думал, стоит ли звонить в скорую или в полицию. Кому вообще звонить, когда у тебя на пороге голая девица? Наверное, всё же полицейским. — Я позвоню в полицию, подождите немного. Они вам точно помогут. Вы пока пройдите, — Азирафаэль отошёл в сторону, пропуская девушку внутрь. Метнулся к дивану, чтобы взять плед и накинуть на плечи незнакомки. Ну, в самом деле, газета никак не подходила на роль приличного наряда! Незваная гостья стояла босыми ногами, наслаждаясь тёплым деревянным полом и кутаясь в плед. Девушка рассматривала помещение одним видящим глазом как-то затуманено, отстранённо, не фокусируясь на чём-то одном. Книги, сплошные книги, море, океаны книг! Бесчисленное количество полок и стеллажей в помещении, поделённом на некоторые зоны. Была тут и рабочая, и для отдыха, и стойка продавца, правда, давно покрывшаяся толстым слоем пыли. А кассовый аппарат, похоже, даже заржавел за ненадобностью. Азирафаэль поднял трубку и хотел уже набрать номер, но незнакомка бросилась к нему, схватив за рукав пиджака. Ангел брезгливо поморщился, понимая, что дорогая ткань испачкалась от прикосновений незнакомки. — Нет! Прошу, не звоните никому! Они найдут меня! — со страхом прошептала девушка, словно их подслушивали. Так, а это уже проблема. Не хватало, чтобы она ещё тут устроила истерику. — Всё хорошо, мисс, там вам точно помогут. Я уверен в этом, полиция Лондона достаточно квалифицированная, — Азирафаэль пытался отцепить от себя грязные руки, максимально стараясь сдерживать своё отвращение. — Нет, вы не понимаете. Эти чудовища меня схватят и утащат снова! Я не хочу, прошу. Не звоните! — вместо того, чтобы отпустить Азирафаэля, цепкие пальцы только сильнее сжали рукав. Эх, ткань точно испорчена. Ангел глубоко выдохнул, поняв, что нажил себе проблему. Стоило просто дать этой несчастной денег, как обычным бездомным на улице, и отправить безумствовать дальше. Ну, разве дитя Господа отвернулось бы от нуждающегося в помощи человека? Не твори добра — не получишь зла. Вот и расплачивайся теперь за своё мягкосердечие. Азирафаэль, пересилив свою брезгливость, взял грязные руки девушки в ладони и ласково улыбнулся. — Хорошо, я не буду звонить. Но тогда скажите мне, пожалуйста, кого вы боитесь? Что за чудовища? — ангел старался придать голосу мягкость и участие. — Я не знаю. Но они за мной гнались, такие жуткие… Мне было так страшно, очень страшно… — девушка обняла себя руками, сдерживая дрожь. Это делу не поможет, девушка оказалась совсем на грани. Если сейчас сделать неверный ход, то всё — ангелу придётся столкнуться действительно с неуправляемыми эмоциями. — Давайте для начала Вы успокоитесь. Меня зовут Азирафаэль, я… Эм… Хозяин этого магазина. Как ваше имя? Девушка замерла, прикусив нижнюю губу и сморщив нос. Похоже, в этот момент активно заработали извилины головного мозга. Казалось бы, простой вопрос, но столько проблем. Пауза затягивалась. Минута прошла, пока Азирафаэль самостоятельно не сделал вывод. — Вы не знаете своего имени? — прозвучало словно приговор. Девушка не покраснела, она побледнела, осознавая, что не может ответить на такой простой вопрос. — Мисс, вы вообще что-нибудь помните? — ангел действительно начал уже беспокоиться. Встретившись взглядом с синим глазом, в котором отражался страх, ответ сам пришёл в голову. «Амнезия». — Так, вы упомянули каких-то чудовищ. Быть может, расскажете подробнее? — ситуацию всё же стоило как-то решать. Девушка схватилась за эту мысль, как за единственную ниточку. Она подтянула покрывало на плечах, скрывая дрожь, то ли от холода, то ли от страха. —Да! Чудовища! Я помню урывками, как бежала от них через коридор. Там было так сыро и грязно… У каждого на лице или волдыри, или насекомые, или ещё что-то, — незнакомка ещё крепче обхватила себя руками, хлюпнув носом. — Помню, как сидела в камере. Так холодно… Они говорили, что слышат через телефоны, что они в правительстве, в медицине, везде! Я сначала боялась и к Вам стучать. Но больше находиться на улице в таком виде не могла, мне нужна хоть чья-то помощь, — девушка опустилась на корточки, так как ноги уже не способны были держать её тело в равновесии. — Я не помню, кто я. Не помню, откуда. Не помню, есть ли у меня родные. Просто мне удалось как-то убежать через какую-то странную лестницу. Оказалась на улице и всё. Куда дальше, не знала, — по щекам девушки побежали слезы, размывая грязь ещё сильнее. Азирафаэль был рад, что эта несчастная, по крайней мере, не сумасшедшая. Она осознавала, что просто попала в беду и, возможно, была кем-то похищена, а ещё её держали в каком-то подвале. Мало ли, как над ней могли издеваться, раз мозг автоматически поставил барьер и запер её воспоминания в голове. Девушку сильно напугали. Возможно, — мафия, раз те люди говорили о хороших связях. Неудивительно, что она так дрожит. Но в полицию обратиться всё же стоит. Не при ней. И не сейчас. Азирафаэль присел рядом, положив тёплую ладонь на вздрагивающую спину. — Мисс, Вам действительно следует для начала успокоиться. Вы очень напуганы, я понимаю, а ещё, по-видимому, устали. Давайте мы приведём Вас в порядок, и я дам что-нибудь из своих вещей? — ангел постарался натянуть на лицо самую добрую и понимающую улыбку, на которую был способен. Незваная гостья шмыгнула носом, забавно вытерла слёзы тыльной стороной руки и легко кивнула. — Спасибо, — тихо прошептала девушка. Азирафаэль одобрительно кивнул и помог особе подняться на ноги, чтобы довести до ванной. Плед безвозвратно был испорчен. Когда девушка скрылась за дверью, ангел просто выбросил покрывало в мусорный пакет. Он ей поможет, без сомнения, но грязной по его дому она ходить точно не будет. Для правдоподобности пришлось материализовать рубашку своего размера и штаны на резинке. Не может же он дать женскую одежду, верно? Слишком много и долго объяснять. Ангел облокотился о дверь в ванную, слушая шум воды. Взгляд сам собой метнулся в сторону манящего дивана, рядом с которым на столике так и осталась чашка с тёплым какао и зефирками. Азирафаэль тяжело выдохнул, разочарованный сегодняшним вечером. И что ему делать с этой дамочкой? Оставить у себя? Ну не может он после её душещипательного разговора просто выставить за дверь, это зверство тогда получится. Определённо, стоит её уложить отдохнуть до завтрашнего утра. Утро вечера мудренее. Так, кажется, говорится в пословице. А завтра он сходит в полицию и всё разузнает. Должна же быть заявка на пропажу человека. Однако жаль бедняжку, ещё и слепа на один глаз, хотя её внешность это не особо портит. Было б там что портить. Она же просто комок грязи и пыли. Какой ужас! Теперь ещё и полы мыть. Очень нелёгкий вечер… Вода перестала шуметь, и девушка за дверью уже начала одеваться. Молодой особе было очень стыдно за себя и за ситуацию, в которую она попала. Но что тут поделать? Перспектива шляться по улицам абсолютно голой не прельщала, а свет в окне привлёк её внимание, как маячок. Сейчас, глядя в зеркало, она обводила свой внешний вид пытливым взглядом. Когда взор с отражением в зеркале встретился, девушка смущённо отвернулась. Что же с её глазом? Она совершенно не помнила, что с ним произошло. Как она могла ослепнуть? Выглядело неприятно. Желая хоть как-то скрыть его, она расчесала волосы и длинную чёлку светлых прядей зачесала на правую сторону. Эмо каких-то там годов, не иначе, но это выход. Теперь, когда слои грязи и пыли ушли в водосток, можно было с лёгкостью понять, что в зеркале отражается не какой-то монстр, а нормальный человек. Оказывается, у неё светлые волосы с золотистым отблеском, хотя и непонятно, крашенные или нет. Особа рассмотрела корни волос, пытаясь выяснить сей факт. Скорее всего, да, потому что корни оказались на пару тонов темнее. Длина короче плеч. Кажется, такую стрижку можно было назвать удлинённым каре. Светлая, немного персикового оттенка, кожа. Ничего необычного. Девушка повернулась боком, рассматривая своё тело настолько, насколько позволял размер зеркальной поверхности. Втянула живот. Это плохо вышло. Очевидно, она не спортсменка. Пожурила саму себя, заметив, что ягодицы достаточно мягкие, а не словно «два спелых ореха», как приписывают эталону красоты. Это смешно! Думать о своей заднице, когда ты даже имени вспомнить не можешь. В дверь тихонько постучали. Девушка открыла дверь, и в щель просунули комплект одежды таким же способом, как она передавала покрывало перед началом ванных процедур. Одевшись, она вышла к Азирафаэлю. — Простите, что так получилось… Я… Я отблагодарю Вас, как только появится возможность. Мне лишь нужно вспомнить… — девушка захлопнула рот. Азирафаэль покачал головой и легко улыбнулся, передавая чашку горячего чая. А вы подумали он отдаст своё какао с зефирками?! Ни за какие коврижки! Эта дама хоть и попала в беду, и он, как праведник Господень, обязан был проявить милосердие, но этот напиток он сделал для себя. Хотя, даже если бы эти мысли Азирафаэль высказал вслух, незнакомка бы не обиделась. Подойдёт и чай, причём, очень даже вкусный, а, главное, согревает хорошо. — Мисс, простите, я всё понимаю. Но я не могу обращаться к Вам всё время просто на Вы или мисс. Нет, безусловно, так и стоит поступить, но может на время, пока вы не вспомните, стоит взять себе что-то вроде псевдонима? — Азирафаэль уже сидел на диване, наслаждаясь какао. — Думаю, вы правы, это было бы правильно… Но я не знаю, какой, — девушка понуро опустила голову, разглядывая пару чаинок, плавающих в чашке. — Может быть, Вы дадите мне его? Моя фантазия скудна. Это даже волнительно. Ангелу ещё не приходилось давать кому-то имя. Азирафаэль заёрзал на месте. — Вы, правда, не против? — он сузил глаза. Мисс в ответ лишь пожала плечами. Азирафаэль, вдохновлённый хорошей идеей, вскочил с места и начал рыскать по полкам, ища среди книг ту, где был огромный сборник имён со всего мира. — Вот она! — в руках ангела оказался довольно увесистый том в зелёной обложке. — Та-ак… — указательным пальцем он уже водил по строчкам. — Как насчёт Дженни? — он улыбнулся, а вот незнакомка наоборот скривила губы. — Нет, не то. Вера? Сморщенный нос. — Не то… Мери? — тут уже сам ангел сморщился. Так пара перебрала ещё имён десять-пятнадцать, ничего не выбрав. Девушка особо не расстроилась, хоть не знать, как тебя зовут, действительно накладно. Вся эта суматоха с именем немного её успокоила. Однако сердце всё ещё учащённо колотилось, но нужно было приспособиться. Хотя бы до утра. Там она уже подумает, что делать дальше. Азирафаэль расстроено пробежался взглядом по строчкам, пока не остановился на одном имени, которое замечательно подходило этой занимательной незнакомке. Но вот как она на него отреагирует? Не оскорбится ли. Девушка проследила за его взглядом и просто кивнула. — Шейла* подойдёт, — гостья улыбнулась лишь на мгновение. — Но… — Многоговорящее имя. Меньше вопросов. — Шейла…