Часть 1
9 августа 2019 г., 13:00
Новость о том, что Чимин — гибрид, распространилась со скоростью света, и, как и ожидалось, студенты начали относится к нему по-другому. Студенты делились на два вида. Первые были агрессивные. Это те, которые предвзято относились к его виду и поэтому не считали его равным себе. Они ему даже в глаза не смотрели, потому что Чимин для них был второсортен. Равен домашнему питомцу просто потому, что у него были хвост и кошачьи уши. Чимин надеялся, что у таких людей нет домашних животных. Такие люди не заслуживают котов и кошек.
Но второй тип был еще хуже. Они пялились, как на диковинку, и почти пожирали его глазами. Конечно, приятно когда тобой восхищаются, но если на тебя смотрят как на предмет, которым надо завладеть, то становится просто тошно. Чимин как огня боится этих студентов, потому что именно они обычно лапали его и преследовали.
Едва все узнали, что он кошачий гибрид, то он будто перестал быть студентом. Все знали его как гибрида. Как будто Чимин не учился и не сдавал вступительные, как и все остальные. Чимина разочаровывало то, что он опять стал изгоем. Будто снова очутился в старшей школе. А он-то думал, что студенты университета будут более толерантны.
Даже его так называемые «друзья» мигом отказались от Чимина, едва узнали правду. Эх, вот если бы он был в том же универе, что и Хосок с Тэхеном, то ему хотя бы было бы с кем поболтать.
А еще если бы его лучшие друзья были с ним, то они бы помогли переубедить его однокурсников, которые полностью его игнорировали.
Как оказалось, Хенсок был первого типа. Он даже не пытался скрыть тот факт, что все время пока Чимин пытался обсудить их совместный проект, он просто переписывался с кем-то.
— Так, кхм, Хенсок, что думаешь? Разделим работу по организмам или по сообществам? — мягко спрашивает он, чтобы убедиться, что Хенсок услышал хоть что-то. Чимин даст ему второй шанс. Может быть он все-таки слушал и просто очень хорош в многозадачности.
Но однокурсник лишь на секунду поднял взгляд, чтобы раздраженно посмотреть на Чимина за то, что он прерывает его драгоценное время в снэпчате.
— Что? Когда нам это сдавать? Почему ты уже капаешь мне на мозг? — недовольно спрашивает он.
Чимин раздосадованно машет хвостом, спрятанным под свитером, который он всегда завязывает на талии. Оказывается, в многозадачности Хенсок плох.
— Сдать надо в следующий четверг, Хенсок. Думаю, нам лучше обсудить это сейчас, потому что у нас только эти лекции общие. А потом мы можем общаться с помощью почты, — повторяет Чимин, сам не зная почему он оправдывается, — не волнуйся. Я составлю проект, просто отправь мне свою часть, — добавляет он. Обычно однокурсники начинают его слушать, когда он предлагает самостоятельно соединить все части.
Хенсоку же либо все равно, либо его в принципе не волнует проект, потому что он уже поднимается со своего места.
— Пофиг. Ты меня уже достал, а проект сдавать только на следующей неделе? Вот, просто возьми мой номер и напомни за три дня до дедлайна, ага? Да блин, я могу даже в ночь перед сдачей сделать, — протягивает Хенсок и передает Чимину листок бумаги с накарябанным номером.
Чимин только взял листок, а однокурсник уже исчез из кабинета. Он тяжело вздохнул. Ему надо было еще кое-что сказать, но парень очевидно перестал слушать его как только Чимин открыл рот. Он оглядывает кабинет и видит, что большинство студентов тоже обсуждают то, как поделить работу. Он бросает взгляд на профессора. Размышляет, не стоит ли попросить сделать проект индивидуальным, но тут же откидывает мысль.
Он сильный независимый гибрид, ну или так говорят Тэхен и Хосок.
Так что все будет нормально, — сам себе говорит Чимин. Он справится.
=||=||=||=||=
Уставший от целого дня лекций Чимин отправился в свой любимый магазин. Он знал, что дома еды нет, так что проверять не было смысла. К тому же, магазин был по пути, так что он сохранит время и силы. — Доброго вечера, хен! — улыбается Чонгук, как только тот оказался у кассы. — Чонгуки! Мой любимый работник! — отвечает Чимин все еще улыбающемуся донсену, который как обычно выглядел как милый кролик. Чонгук краснеет. — Да ладно тебе, хен. Ты же знаешь, что я тут один работаю, — и это правда. Магазином владела семья Чонгука, и тот взял годовой перерыв в учебе, поэтому решил помочь с магазином. Чонгук был таким милым, и Чимин мгновенно подружился с ним, поэтому частенько заходил в магазин. Ну и чтобы проведать Чонгука. Тот ему стал как младший братик. — И я все равно могу выбрать любимчика, — дразнится Чимин. Было приятно так болтать с кем-то. У Чимина в груди болит от знакомого чувства, которое появлялось при разговорах с его лучшими друзьями. Он оглядывает полки в поисках своей любимой закуски. Он был голоден, но у него было куча заданий. Однако полка с его любимой едой пустовала. Там были все другие вкусы, кроме его любимого. Впрочем, Чимин догадывался кто был виновником. Это происходило не впервые. — Чонгуки. Те что, с тунцом и майонезом, снова кончились? — спрашивает он, как будто не знает ответа младшего. Чонгук виновато поднимает взгляд. — Юнги-хен снова все скупил, — робко отвечает мальчик. — Снова? Да как он может? Это… Это уже патологическое накопительство, так ему и передай! — восклицает Чимин и хватает обычные кимбапы. — Да, но, хен, разве Юнги не делает это, чтобы… — начинает Чонгук. — Гуки, я уверен, что он пассивно-агрессивно издевается надо мной. Зачем бы еще он скупал все мои любимые кимбапы? — раздраженно перебивает Чимин. Он долго пытался понять, зачем Юнги это делает, но пришел лишь к выводу, что так студент эпидемиологии просто издевается над ним. Чонгук запинается. — Чимин-хен, да нет же. Ты ему нрав… — снова начинает он. — Пробей мне эти, ага, Чонгуки? — просит Чимин, опуская на кассу свою покупку. Чонгук выглядит возмущенным почему-то, но все же подчиняется, пока Чимин ищет свой кошелек. Иногда Чонгук смотрит на Чимина так, будто тот ничего не понимает. Чимин хочет успокоить младшего, потому что он, конечно, не хотел хвастаться, но считал себя довольно умным. Он всегда умел читать людей. — Он снаружи? — спрашивает Чимин младшего, имея ввиду вора кимбапов. Мальчик кивает. — Да. Ваше обычное место, — отвечает Чонгук так, будто он устал уже от таких разговоров. Чимин хмурится. — Это не «наше» обычное место. Это место Юнги, но не наше. Чонгук снова кивает так, будто Чимин ребенок. — Конечно, хен. Топай, — говорит он, передавая ему пакет, — Юнги тебя ждет. Да уж, чтобы поиздеваться надо мной, — сам себе говорит Чимин. Он прощается с Чонгуком и выходит. Около магазина были столики для покупателей, и Чимин увидел Юнги за его обычным столиком. Не сразу правда, потому что фонарь их место не освещает. Чимину пришлось дать зрению настроится, и лишь затем он его увидел. Юнги был одет во все черное, словно пытался слиться с ночью. Чимин заметил его только потому что у старшего кожа была бледная как фарфор. Чимин заметил, что из-за этого Юнги всегда светится как бы темно не было. Он подходит к столику и видит, что Юнги читает что-то в тетради. Как Юнги мог читать в такой темноте, Чимину никогда не понять. Чимин перекатывается с носка на пятку и в нерешительности закусывает губу. Конечно, это происходит не впервые, но Чимин всегда теряется, когда подходит к Юнги. Чимину постоянно кажется, что рано или поздно Юнги его тоже прогонит, как и все остальные. Чимин составляет в голове речь, когда Юнги внезапно поднимает голову. — О, Чимин. Ты здесь, — приветствует его Юнги своим обычным хрипловатым голосом. Чимин смотрит ему в глаза и ничего не понимает. У Юнги всегда такой взгляд. Смесь скуки и… чего-то еще. Пусть он и считает, что прекрасно читает людей, на деле Чимин ужасен в этом. — Ты опять стащил мои любимые кимбапы! — выпалил он укоряюще, не выдерживая тяжесть взгляда Юнги. Тот лишь пожимает плечами. — А я тебе уже говорил, это не накопительство, если в конце концов их ешь ты, — медленно протягивает Юнги и указывает на стул напротив. Чимин в нерешительности теребит воротник рубашки. — Я могу присесть? — Я бы не предложил, если бы не хотел этого, не так ли? — фыркает Юнги. Чимин тихо бормочет «спасибо» и садится. Неважно сколько раз они уже так сидели, Чимин все еще каждый раз сомневается разрешит ли Юнги ему сидеть за одним столом. — Хен, — он прочищает горло. Юнги лениво поднимает взгляд и немного улыбается, — н-ну… я хотел сказать. Ты не можешь забирать себе все кимбапы с тунцом и майонезом, потому что… — Да, ты уже говорил, — перебивает его Юнги, — потому что они твои любимые, — и на его лице точно расплывается ухмылка. Чимин опускает взгляд и ослабляет привязанный к талии свитер, чтобы махать хвостом из стороны в сторону. Он разрешает себе это только потому что знает, что Юнги не увидит это. — Я принес обычные… М-может, поменяемся? — выпаливает он и поднимает взгляд. Юнги все еще выглядит так, будто удивлен его нерешительностью. Чимину не понять этого. — Что ж. Я бы обиделся, если бы ты не попросил, — самодовольно отвечает он. Он меняет пакеты с кимбапами, и в мире Чимина все снова хорошо. — Давай есть. Я проголодался, — говорит Юнги и открывает первый ролл. Чимин хотел сказать, что Юнги мог поесть и раньше, но передумал. Это было одной из тех деталей, в которых Чимин никак не мог разобраться. По непонятным Чимину причинам Юнги всегда настаивал на том, чтобы они ели вместе. Так что он выбрал ничего не говорить, откусывая еду, которая, по его мнению, по праву принадлежала ему. Да здравствуют кимбапы с тунцом! Его настроение мгновенно улучшается, пока он смакует ужин, и его животик наполняется. Он даже не замечает, что чешет голову через шапку, пока Юнги об этом не говорит. — Знаешь, ты можешь ее снять. Я не против, — сказал старший. Это было о шапке на голове Чимина. Она уже стала необходимостью. Шапка, чтобы спрятать уши, свитер или огромная рубашка, чтобы спрятать хвост. И это уже не говоря о линзах, которые он всегда носил, чтобы скрыть то, что его глаза были разных цветов. Самым грустным был день, когда Чимин понял, что все это необходимо для выхода на улицу. Он слишком скучает по своим друзьям, рядом с которыми не надо было ничего прятать из-за страха осуждения или домогательств. — Я… эм, — Чимин колеблется, но в итоге приказывает себе быть храбрым, — х-хорошо, — бубнит он. Он медленно стягивает шапку. И громко выдыхает, когда его ушки освобождаются после долгих часов под шапкой. Чимин не может не улыбаться, почувствовав ушками прохладу вечера. Он с опозданием замечает, что Юнги пялится на его кошачьи ушки, однако тот сразу же отводит взгляд. Чимин не уверен, потому что вокруг темно, но на мгновение ему кажется, что Юнги покраснел. — Итак, — протягивает Юнги, прокашливается и чешет затылок, — как день прошел, Чимин? — взгляд и тон Юнги снова стали ленивыми и скучающими. Чимин замирает, не веря ушам. Как только все узнали, что он гибрид, то тут же перестали спрашивать, как у него дела. Ну если не считать Тэхена и Хосока, с которыми он иногда болтает по телефону. Он моргает и все еще молчит, думая, что два комплекта ушей его все же подвели. Однако Юнги выжидающе смотрит на него. — Ну, — начинает он, — весь день были лекции по основным предметам. Юнги содрогается. — Хреново наверно. Чимин не может поверить. Кто-то правда слушает. Юнги слушает его. И он продолжает говорить. Он не осознает как долго болтает, описывая все несущественные детали дня. Юнги кивает и иногда вставляет свои комментарии. Еще одно напоминание о том, как Чимину одиноко, раз он вывалил все подробности своей жизни тому, кто даже возможно ему и не друг. Но Чимин должен признаться, это было приятно. — … и после этого Хенсок выбежал из кабинета, — наконец завершает он. Юнги нахмурился при упоминании Хенсока. Чимин внезапно осознал, что заболтался. Он ужасно смутился и попытался успокоиться, обняв свой вороной хвост. — Эм, извини. Я такой болтливый. Как ты, хен? Как прошел твой день? — запоздало добавляет он. Он поверить не может, что стал таким эгоистичным. Постыдился бы. Но даже если Юнги не понравилась его болтливость, он этого не показал. Старший лишь пожал плечами, как бы намекая, что о его дне нечего рассказать. — Все как обычно. Две лекции, крайне отвратительные. Консультация с научруком, ужасно скучная, — констатирует Юнги, будто вычеркивая дела в списке, — О, а еще мой сосед сломал дверь. Снова. И мне пришлось ее чинить. Снова, — раздраженно добавил он. Чимин подавил улыбку. — Звучит так, будто это происходит постоянно. Юнги собирает мусор со стола. — Мда, ты и не представляешь. Хорошо, что он мой лучший друг, потому что иначе я бы потребовал плату за каждый раз когда я играю в ремонтника. Чимин вскакивает. — Нет, хен, я сам за собой уберу, — в панике бубнит он, имея ввиду мусор после их ужина. Но Юнги уже все собрал. — Да ладно. Оставайся. А мне все равно надо идти. На подработку. Однако Чимин упрямится и хочет помочь. Юнги щелкает языком и кладет руку на плечо гибрида, усаживая его обратно. Чимин съеживается, боясь того, что разозлил старшего. Но взгляд Юнги теплеет. — Сиди тут и отдыхай, Чимин. Судя по тому, что ты рассказал, у тебя был тяжелый день. Тот смущенно опускает голову. Ему снова напомнили о его разговорчивости. Юнги треплет Чимина по черным волосам, и тот замирает. Это длилось всего секунду, однако Чимин не мог не заметить, что Юнги был осторожен и не коснулся его чувствительных кошачьих ушек. Он знает, что должен побеспокоиться, однако в животе будто бабочки. Ему нравятся поглаживания, а лучших друзей для этого рядом не было. — Пока, Чимин. Увидимся здесь в следующий раз, — говорит Юнги и уходит. Чимин смотрит ему в след, пока спина старшего не исчезает в ночи. Чимин продолжает пялиться в непонимании. Что только что произошло? Он неуверенно проводит по локонам, которые трогал Юнги, но чувствует лишь тепло. Чимин разрешает себе надеяться на то, что хоть кто-то станет его другом.***
Чимин возвращается в магазин за энергетиками, чтобы завершить все задания на сегодня. Он все еще в шоке и случайно врезается в один из стеллажей в подтверждение. Чонгук за кассой выглядит взволнованно. — Все хорошо, Гуки? — спрашивает он, не понимая почему младший не поднимает глаз. Чонгук на мгновение поднимает глаза от кассового аппарата. — Хен, у тебя такие милые ушки! — наконец выдает мальчик. Чимин хмурится, не понимая, а потом внезапно осознает, что забыл надеть свою шапку обратно. Ему приходит в голову, что Чонгук впервые видит его кошачьи уши. — Ой, точно. Я могу спрятать их. Сейчас только… — он не закончил предложение, уже пытаясь найти куда дел свою шапку. — Что? Хен, нет! — восклицает Чонгук. Чимин удивленно поднимает взгляд. — Ну точнее, — продолжает тот уже тише, — тебе не нужно их прятать. И хвост тоже! Они прелестные, — шепчет мальчик под конец, выглядя неуверенно и смущенно. Чимин считает это очаровательным. Чимин опускает руки, забыв про шапку. — Спасибо, — тихо отвечает он. Чонгук вытаскивает энергетики, упакованные в пластик. — Я имею ввиду, тебе не нужно скрывать свою сущность. Мы… то есть, я бы никогда от тебя не отвернулся, просто потому что ты гибрид, — заверяет Чонгук. — Я обещаю, хен. Это заведение открыто для гибридов! — весело завершает Чонгук с улыбкой, показывающей его мальчишеское обаяние. Он разводит руками, как бы показывая, что весь магазин — безопасное место. Чимин улыбается еще шире. — Ох, Чонгуки. Ты такой славный парень, — он тянется через прилавок, чтобы похлопать младшего по плечу, и тот снова скромно опускает голову. Чонгук все же был прав. Он так часто прятал свои черты, которые делали его другим, что это стало привычкой. Чимин не осознавал, что такие люди как Чонгук готовы принять его. Юнги тоже был таким, — пришла запоздалая мысль. В последнее время Чимин закрывался от всех без разбору. Он качает головой, улыбаясь. И как он мог подумать, что Чонгук перестанет с ним общаться. Этот мальчик не сможет причинить вред даже если захочет. Грохот прерывает его мысли. Чимин оборачивается и обнаруживает, что стеллаж с тяжелыми предметами перевернут. Он переводит взгляд на Чонгука, который выглядит как пятилетка, которого поймали за кражей печенья из кухонного ящика. Чимин подходит, чтобы помочь растрепанному мальчику. Окей, может Чонгук и может причинить вред. Ведь если он не в магазине, то в спортзале, где он почти живет.=||=||=||=||=
Чимин нетерпеливо дергает ногой, потому что Хенсок не отвечает уже целый час. Его хвост, который он не спрятал, потому что сидел в укромном местечке библиотеки, раздраженно дергается вверх-вниз. Был уже вечер вторника, и Хенсок уже должен был скинуть свою часть. Чимин писал ему и вчера и позавчера, но не получил ответа. Чимин дал ему достаточно времени так-то. Он правда не хотел, чтобы другую часть проекта скинули в ночь перед сдачей, потому что, признаться, Чимину сложновато делать проекты, а еще у него есть куча других заданий. «Второй шанс», — бубнит Чимин себе под нос. Может Хенсок тоже все свое время тратит на учебу из-за огромного количества домашнего задания. Хотя Чимин знает всех заучек на своем курсе… Ну, в лицо точно. К тому же, Хенсок из богатой семьи, так что ему не особо нужна стипендия. Это не плохо, конечно, просто Чимин помнит, как Хенсок выпендривался своими дорогими подарками на лекциях. Чимин вздохнул уже наверно сотый раз за сегодняшний вечер. У него не осталось выбора. Он не хочет показаться надоедливым, но делать больше нечего, потому что он хочет закончить с этим проектом как можно раньше. Выйдя из тишины библиотеки, Чимин достает телефон и звонит Хенсоку. Тот поднимает спустя четыре гудка. — Кто это? — невнятно спрашивает Хенсок. На фоне слышны возгласы парней. Хенсок что, выпивает? — не верит Чимин. — Эм, привет. Это Чимин? — он морщится от собственной застенчивости и тут же берет себя в руки, — Да, это Чимин, мы с тобой делаем проект по микро. Я заметил, что ты не отвечаешь на мои сообщения, а проект нам сдавать меньше чем через день, так что, да… — он замолкает, позволяя Хенсоку самому догадаться. Из трубки разнеслось шарканье, и Хенсок ответил кому-то: — … Да, просто запиши на мой счет, Чхве!.. да-да, это тот кошачий гибрид… — Хвост Чимина поник. Грустно, что однокурсник не потрудился даже сказать его имя. Он слышит еще грохот, затем Хенсок на что-то соглашается и остальные смеются. — Ага. Чимин? Да, точно, проект. Знаешь, что? Приходи к нам. Всего на минуточку, чтобы я тебе отдал свою часть, — говорит он, и его голос внезапно становится очень четким. Чимин хмурится, теребя воротник рубашки. — Я… не знаю. А ты не можешь просто по почте отправить? — слабым голосом спрашивает он. Ему не особо нравится идея контактировать с Хенсоком сейчас, особенно если учитывать его сомнительную трезвость. Хенсок раздраженно щелкает языком. — Просто приходи, ок? Я отправлю тебе адрес. Обещаю, я тебя не задержу. И Хенсок сбрасывает, оставляя Чимин удивленным. Он закусывает губу, решая что делать. Жаль Хосока нет рядом, он обычно был голосом разума в их компании. Чимин качает головой, отбрасывая мысли. Нельзя желать, чтобы все было как хочешь, да и его лучшие друзья не всегда будут рядом. Чимин решил пойти, сразу же сказать Хенсоку взять себя в руки и уйти. Он кивает. Да, именно это он и сделает. Его телефон завибрировал — пришла смс с местонахождением Хенсока. Видимо он действительно пойдет туда.=||=||=||=||=
Едва Чимин ступил в бар, все его кошачьи органы чувств начали страдать. Музыка внутри была оглушающая. Да и музыкой это было назвать сложно, для него это звучало как беспорядочные шумы. Тусклое освещение тоже не помогало — ему минуты две пришлось щурится, пока зрение не настроилось. Тут было неуютно, он такие места никогда не любил. Его хвост обернулся вокруг его же бедра, так как не у кого было просить защиту и утешение. Чимин был растерян и уже хотел снова позвонить Хенсоку, потому что не имел ни малейшего представления где его искать. Он уже пытался вернуться обратно к входу, когда его внимания привлек глухой голос за одним из столиков сбоку. Он еще никогда не был так благодарен, что у его партнера по проекту такой узнаваемый голос. Чимин быстро подошел к ним, поправляя свой рюкзак. За столом сидело всего четверо, хотя по тому, сколько шума они производили, можно было бы подумать, что их как минимум дюжина. Стол был завален пивными банками и бутылками от соджу. Чимин поражен тем, что Хенсок может пить прямо посреди учебной недели. — Хенсок? — зовет Чимин, легонько хлопая того по плечу. Однокурсник оборачивается и широко улыбается, видя гибрида. — Ну и ну. Не это ли Пак Чимин, удостоивший нас своим присутствием! — Хенсок встречает его так, будто они давние друзья, хотя Чимин не может не слышать грубость в этом. Он не знает как на это ответить, поэтому пытается сменить тему. — Ты сказал, что отдашь свою часть проекта? Она у тебя с собой? — Да блин, ты перестанешь зудеть об этом проекте или нет? — Хенсок не повысил тона, но в его голосе промелькнуло что-то опасное. Чимин выпрямляется, не желая показать, что испугался. — Ну, если у тебя его нет, то мне пора. Просто отправь мне свою часть по почте, хорошо? — быстро говорит он, коря себя за то, что потратил время на это. Он поворачивается, не желая видеть реакцию. Просто хочет как можно быстрее уйти отсюда. Не успел он сделать и три шага, как его крепко схватили за руку. — Уже уходишь? — притворно грустно спрашивает Хенсок. Если он и пытался быть милым, на Чимина это не действовало. — Давай так. Я тебе прямо сейчас отправлю мою часть. Смотри, у меня даже ноутбук с собой, — гордо заявляет он, хлопая по сумке. — Если… — он замолкает на долгое время, убеждаясь, что заинтересовал Чимина, — если ты выпьешь вот это, — продолжает он, показывая рюмку с черт пойми чем. Чимин хочет возразить, что Хенсок просто врет. Однако он ничего не говорит, понимая, что нет смысла разговаривать с Хенсоком в таком состоянии. Чимин сдерживает поскуливание. Почему Хенсок такой сильный? Он сдается спустя пару попыток, изучая рюмку перед собой. Все парни уже скандируют его имя, подстрекаемые Хенсоком. Он вздыхает и берет у Хенсока рюмку, и крики становятся громче. Чимин нюхает напиток и чувствует лишь алкоголь. Хотя он бы и не смог определить есть ли там наркотики. Он пытается вспомнить когда в последний раз пил и морщится, вспомнив, что это было на их с Тэхеном выпускной. Он обводит взглядом парней за столом, все еще агитирующих его выпить. Чимин надеется, что его переносимость алкоголя все еще хороша и запрокидывает голову, чтобы выпить все в один глоток. Это было ошибкой. Парни победно хохочут. Что бы это не было, оно отвратительно и жжет его горло. Он морщится и с отвращением высовывает язык. Почему-то парни радуются этому еще больше. Чимин лишь хочет, чтобы они прекратили орать. Запоздало он осознает, что руки свободны. Он может уйти. Вот только ноги отказываются слушаться. А еще почему-то голова закружилась. — Воу, осторожнее. Присядь, пока лицом в пол не упал, — Хенсок внезапно поддержал его за плечи, помогая сесть. Он пытается отодвинуться, однако жалеет об этом, когда ноги отказывают, — хей. Присядь на минутку, ага? — Ага, — сдается под конец Чимин, — всего на минутку, — бормочет он. Он кладет голову на руки, надеясь, что головокружение пройдет так же быстро, как и началось.=||=||=||=||=
Когда Чимин приходит в себя, то не понимает где он. Потом разочаровывается в том, что он все еще в противном баре, а не магически переместился в свою квартиру или хотя бы уютное местечко в библиотеке. Чимин морщится, поднимая голову, которая все так же кружится. Кошачий гибрид пугается, когда кто-то сильно хлопает его по спине. Как оказалось, Хенсок с ним говорил, а Чимин не слушал, потому что теперь его спина ужасно болела. — …хотя бы пощупать? А? — слышит Чимин, когда заставляет себя сфокусироваться. — Что? — непонимающе переспрашивает он. Хенсок гогочет. — Минсу спрашивал, может ли он потрогать твой хвост. Ему интересно такой ли он мягкий, каким выглядит. Может в голове у Чимина все плывет, но его хвост тут же прижимается к его бедру, не желая никаких прикосновений. — Н-нет, не н-надо, — запинается он. Весь стол издает звуки разочарования, однако Хенсок не отстает. — А что насчет кошачьих ушек? Можно хоть посмотреть на них? Ну же, мы одним глазком, а, Чимин? — умоляет Хенсок. Чимину было приятно, что его наконец называют по имени, а не просто «кошачьим гибридом». Он пытается придумать ответ, но мозг не справляется, потому что Хенсок с друзьями снова начали что-то скандировать, истязая его острый слух. Он даже думать нормально не может. Может стоит согласиться. — Ну хорошо, пусть так, — бубнит он, стаскивая панамку. Он вздрагивает, видя вспышки, и слишком поздно осознает, что его фотографируют. — Нет, нет, нет, — причитает Чимин, пытаясь надеть шапку обратно, однако руки его не слушают, и он роняет её. Он пытается ее поднять, но новая волна головокружения не помогает. Хорошо, что Хенсок его держит, иначе Чимин бы свалился. Взглянув на Хенсока, он кое-что вспоминает. — Хенсок! — восклицает он. Однокурсник смотрит на него изумленно (где-то на задворках сознания Чимин понимает, что так на него смотрел кое-кто еще. И было приятнее, когда так на него смотрел тот, кого Чимин в своем состоянии не может вспомнить.) — Да? — Хенсок! Ты пообещал, ведь так? Ты сказал, что отправишь домашнее, когда я выпью. И я уже выпил. Поклянись на мизинчиках, что сделаешь это как только сможешь? — и Чимин даже протягивает мизинчик. — Вау, Чимин, да ты в хлам. Всего три рюмки и ты уже все? — посмеивается Хенсок, игнорируя руку Чимина, и тот хмурится. — Знаешь. Почему бы нам не поехать ко мне? Что скажешь? — и Хенсок смотрит почти плотоядно. Стоп. Три рюмки. Чимин такого не помнит. Помнит лишь одну, которую его заставили выпить. Часть его мозга начинает паниковать, так что он слушает свои инстинкты и сопротивляется. Секунду спустя его отпускают и, к его удивлению, он уже стоит. Хах. Когда он стал таким сильным? — Дальше сам разберусь. Спасибо, — слышит он знакомый низкий и хриплый голос сзади. Чимин медленно моргает, оглядываясь на говорившего. Стоп. Юнги? — Эй, чувак, найди себе своего мальчика. Мы этого гибрида знаем, — говорит Хенсок с самодовольной улыбкой. — Я сказал, что дальше сам. Так что лучше отвали, мальчик, — Юнги с такой ненавистью говорит последнее слово, что Чимин видит, как Хенсок затыкается впервые за вечер. Хенсок скованно кивает и махает рукой. — Да пофиг. Мне все равно, — говорит он и поворачивает к друзьям, явно бормоча недобрые слова в сторону Юнги. — Оу. Сделайте мне одолжение. Оставайтесь здесь, я за вами еще вернусь, — говорит Юнги теперь равнодушным парням и затем добавляет кому-то за спиной Чимина, — Я ухожу, старик! — Юнги ждет ответа и пожимает плечами, — Тогда адиос, ты все равно никогда не платил мне нормально. Следующее, что Чимин почувствовал, это то, как его выводят из здания. Его плечи расслабляются от прикосновений Юнги и свежего воздуха. Чимин чувствует запах сигарет и точно знает, что это Юнги. Хотя странно, он никогда не видел, как тот курит. — Это и правда ты, Юнги-хен, — сонно говорит он старшему, который смотрел перед собой, нахмурив брови и сжав губы. — Заткнись, Чимин. Я не… Нет, я не могу сейчас с тобой говорить. Чимин расстраивается, не понимая, почему у Юнги злой голос. — Почему? Что я сделал не так, хен? — Я. Сказал. Помолчи, — рычит Юнги. Чимин рукой зажимает себе рот и прижимает пушистые ушки к голове. Почему-то он чувствует себя десятилеткой. Он знает, что сделал что-то плохое, но не может понять что именно. Юнги первый раз так говорит с ним, и ему хочется заскулить от страха, потому что хен звучит страшно. Странно, но Чимин все равно прижимается к Юнги, ища тепла от того же человека, который его и напугал. От мыслей у него болит голова, поэтому он сосредотачивается на шагах, осторожно переставляя ноги. Они как будто телепортировались. Внезапно они уже сидели на своем обычном месте у знакомого магазина. Хотя пришлось признаться, что ходьба и холодный воздух помогли с болью, и голова больше не болела, лишь глухо пульсировала. Он верит, что они у его любимого магазина лишь когда видит спешащего к ним взволнованного Чонгука. — А? Чонгуки? Что ты тут делаешь? Кто за кассой? — Хен, ты в порядке? — колеблется Чонгук. — Я? Да все нормально. — Да нет. Не все нормально, а он слишком глупый, чтобы это осознать, — влезает Юнги. Чимин удивляется тому, как незаметно Юнги оказался рядом. Иногда старший больше похож на кота, чем сам Чимин. — Но все правда хорошо, — заверяет Чимин. Чонгук качает головой. — Но я вас видел, когда вы выходили. Тебя шатает. — Да не слушай его, он идиот. Можешь принести три бутылки воды? Мы будет сидеть и наблюдать, как этот идиот выпьет все. Чонгук и Чимин синхронно хмурятся, последний обиженный обзывательствами. Чонгук же выглядит раздраженным указаниями, однако сдается и возвращается в магазин за водой. — А ты почему там был, Юнги-хен? — наконец спрашивает Чимин Юнги, скрестившего руки на груди. — Я там работал, — отвечает старший. В его голосе чувствуется подавленный гнев. Чимин сутулится, пытаясь стать меньше. — Работал? Хорошо, что больше не работаешь, это место опасное, — говорит он вполголоса. — Да уж, ты точно об этом знаешь, ты же там был, — огрызается Юнги. — А что? Что не так? Почему ты злишься на меня? Брови Юнги чуть не достигли линии волос, настолько он был удивлен. Он начинает яростно жестикулировать. — Что случилось? Я скажу, что случилось! — он повышает тон, — Ты весь такой из себя влезаешь в этот стремный бар. В одиночку! Ты тупой? Ты садишься с этими придурками и делаешь все, что они предложат, как наивный ребенок! Ты вообще не понимаешь, что с тобой могло произойти, а? Хорошо, что они ничего не подмешали в напиток, или бог знает, что могло бы случиться. Даже представлять не буду, что бы я сделал, если бы с тобой что-то произошло, — выплевывает он в бешенстве, хлопая по столу. — Вот! Вот что ты сделал! И это было безумно глупо. Юнги пытается отдышаться. Кажется, это его самая длинная тирада за время их общения. Чимин же прирос к месту. Хвост спрятан за ногами, уши прижаты так плотно как только возможно. Он чувствует, как у него дрожат губы и тут же по щекам текут слезы. — Ладно! Я знаю, что я поступил неправильно, так что извини, ладно? Перестань меня отчитывать и называть тупым, ты… ты… — Чимин отчаянно ищет оскорбление, которое может применить к Юнги, — фарфор! Юнги выглядит смущенным его вспышкой, и это хорошо, потому что Чимин не знает, смог ли бы продержаться еще минуту рядом со злым Юнги. Взгляд Юнги постепенно теплеет, однако в глазах все еще стоит боль. Юнги протягивает руку и кончиком шарфа вытирает слезы с щек Чимина. — Прости, что накричал на тебя, Чимин. Но ты же понимаешь, да? Ты поступил очень глупо. Чимин скулит, потому что его снова назвали глупым, но все равно кивает, чтобы заверить Юнги, что теперь он понимает, правда. Теперь, когда в голове ясно, ситуация дошла до его мозговых клеток, которые подсказали множество ужасающих сценариев о том, что могло произойти, не окажись рядом Юнги. Он чувствует, как его мягко гладят по спине. Он оглядывается и видит улыбающегося Чонгука с бутылками воды в свободной руке. Чимин шмыгает. — Спасибо, что вытащил меня из того ужасного места, хен. И п-прости за то, что назвал тебя фарфором, — тихонько добавляет он. Странно, но это вызывает у Юнги смешок. — Это лучшее, что ты смог придумать? Почему фарфор, кстати? — заинтересованно спрашивает он. Тот не ответил, а лишь указал на бледный цвет кожи старшего. Когда Юнги понял, то засмеялся и пожал плечами. — Ты же понимаешь, что фактически назвал меня фарфоровой куклой? Чимин краснеет за свое неумение обзываться. — Как ты так хорош в этом? В смысле, в грубых словах. Ты заставил меня плакать, — насмешливо добавляет Чимин, вытирая последние слезы. Рука Чонгука лежит на его правом плече. — Поверь, я даже не пытался. Ты узнаешь, когда я правда начну грубить, — самодовольно отвечает Юнги. Чимин вздрагивает, решая, что не хочет этого знать. Никогда. — Но ты молодец, что так ответил мне, — Юнги замотал шарф обратно. — А? — не понял Чимин, — Лучше я так больше не буду делать, — бубнит он. Юнги качает головой. — Это было хорошо. Наоборот, чаще так отвечай. В особенности тем, кто правда тебя обижает, — многозначительно добавляет он. Кошачий гибрид обдумывает слова Юнги и решает, что слова хена не лишены смысла. Несмотря на то, что вечер Чимина оказался ужасным, он рад, что рядом были Юнги и Чонгук. Очень приятно иметь рядом тех, с кем комфортно, даже несмотря на то, что его отчитали в процессе. Но он знает, что это всего лишь значит, что Юнги заботится о нем. Чимин обещает самому себе, что если помощь понадобится Юнги, то он обязательно поможет. — Хей, я о воде не шутил. Начинай пить или не пустим домой, — приказывает Юнги, возвращая Чимина к реальности. Он ворчит, но подчиняется, открывая ближайшую к нему бутылку. Сдержав слово, два садиста наблюдают, как он выливает в себя воду. После второй бутылки живот уже болит. — Думаю, можно уже прекратить. Я уже не пьяный. Алкоголь так сильно на меня подействовал только потому, что я выпил на пустой желудок, — молит он, смотря на Чонгука глазами котенка. К его удивлению, Чонгук не сдается, особенно после строгого взгляда Юнги. Однако предложение Чимина заслужило косой взгляд Юнги. Именно поэтому после воды его заставляют поесть. Они все еще наблюдают, как он ест кимбап, притащенный Чонгуком. Ну он хотя бы был с тунцом, — пытается уговорить себя Чимин. — Хорошо. Вот теперь можешь идти домой, Чимин, — одобряет Юнги, Чонгук кивает. Эти два попросту пугают, когда действуют сообща. Чимин стонет от того, как тяжело в животе, не в силах даже ответить нормально. Чонгук удовлетворенно хмыкает. — Больше не напивайся так, хен, или это повторится, — и младший указал на себя с Юнги. — Я старше тебя, Гуки. Не отчитывай меня, как ребенка, — недовольно отвечает он. — Все, я иду домой. Спасибо, что заставили меня страдать. Куда вы сейчас? — Я закрываю магазин, не переживай обо мне, хен, — беспечно отвечает Чонгук. Юнги уже поднялся, убрав со штанов ниточку. — Я вернусь на бывшую работу. Надо там кое-что закончить. Чимин хмурится и кротко берет Юнги за руку, чтобы остановить. — Что? Не ходи туда, хен. Уже поздно, а то место очень… эм, сомнительное. Без обид, — говорит он с толикой вины, потому что речь шла о подработке хена. — Не волнуйся обо мне, Пак Чимин. Я буду в порядке, — отвечает Юнги с ухмылкой, осторожно вытаскивает руку из хватки Чимина. И Юнги уходит, пусть невысокий, но полный уверенности. Чимин смотрит ему вслед с восхищением. — Вау, Гуки. Ты это видел? Юнги-хен такой крутой, — однако Чонгука рядом не оказалось. Должно быть, ушел закрывать магазин, как и сказал. Только на пути домой Чимин заметил, что одет в кожаную куртку. Однако, у него таких не было, слишком дорого для него. Учуяв слабый запах сигарет от куртки, Чимин догадался чья она. В кармане зашуршала спрятанная бумажка. Он достал ее и изучил написанное. Да, это точно кожанка Юнги. Однако кое-что странно. Почему Юнги оставил ее на Чимине? Что ж, придется узнать завтра.=||=||=||=||=
Чимин уверенно направляется к аудитории по микробиологии. Он собирается поговорить с Хенсоком. На этот раз должным образом. Он получит часть проекта, даже если это будет последним, что он сделает. Он понимает наконец, что Хенсок врал, когда говорил вчера вечером, что тут же отправит материал по почте. Пусть и было сложно признать, Юнги был прав — Чимин поступил очень глупо. Чимин переступает с ноги на ногу, терпеливо ожидая, когда однокурсник появится. То, настолько Хенсок был популярен, почти пугало. Узнать какие у него лекции сегодня было проще простого. Чимин уже начал сомневаться в правдивости информации, когда студенты хлынули из аудитории, а Хенсока все еще не было видно. Однако он просто оказался одним из последних. Его плечи опущены, а под глазами мешки. Он выглядел уставшим, но Чимин не удивлен, вспомнив сколько алкоголя тот выпил. Он осторожно приближается к Хенсоку, не желая привлекать к себе внимания. — Хей, Хенсок. Можем поговорить? — мягко говорит он, надеясь, что они смогут поговорить в более спокойном месте. Однако такую реакцию Чимин не ожидал вообще. Хенсок вздрогнул, широко распахнув глаза. — Ч-Чимин?! Все же нормально, да? Я сказал ему, что мы удалили фотки. Клянусь! Все удалили! — в панике отвечает парень, и Чимин замечает, что Хенсок прижимает запястье к себе, будто ему больно. — Я не виноват в том, что ты быстро пьянеешь! В напитке ничего не было. Ничего! Я ему уже сказал это. Чимин хмурится и дергает хвостом. — О чем ты? Что за «он»? — Хенсок не отвечает, лишь больше напрягается. — И вообще я не об этом хотел поговорить. А о проекте. Если ты сегодня не вышлешь свою часть, я все сделаю сам. И я расскажу об этом профессору и попрошу засчитать, как индивидуальную работу, — констатирует он твердым голосом, не давая возражать. — И еще я-я помню, что ты делал вчера. Это было не круто. Мне придется донести это консультанту по правам студентов, если ты или твои друзья еще раз так со мной поступят. Последняя часть была полной чушью. Чимин даже не был уверен существовал ли такой человек как консультант по правам студентов, однако пришлось это добавить, чтобы Хенсок знал, что Чимин больше не будет терпеть подобного поведения. Пусть он даже не уверен не будет ли университету плевать, если помощи попросит гибрид. Видимо, Хенсок купился на консультанта по правам студентов, потому что он отчаянно закивал. — Д-да! Конечно. Я прямо сейчас пойду в библиотеку и отправлю его тебе. Я не желаю тебе зла, Чимин, прошу. Хенсок выглядит отчитанным, так что Чимин постепенно тает от вида напуганного однокурсника. Неужели Чимин такой страшный? — Эм… окей. Хорошо. С твоим запястьем все нормально? — наконец спрашивает он, указывая на его руку с беспокойством. — Я в порядке! И прости, ладно? Пока. Я пойду в библиотеку, — тараторит Хенсок, почти убегая, что только усилило удивление Чимина. Если Чимин правда такой пугающий, то надо делать так почаще? — Хенсок?! — напоследок выкрикивает Чимин. — Не забудь ссылки на источники, ага? Хенсок кивает и буквально убегает. Кошачий гибрид все еще обдумывает ситуацию, не думая о том, что его хвост машет чаще обычного. А затем он вдруг останавливается, кое-что осознавая. Чимин только что сделал это! Он только что постоял за себя, и Хенсок на самом деле его выслушал! Он облегченно выдыхает и потрясает кулачком в знак победы. Он хлопает самого себя по плечу и вспоминает, что надо поговорить еще кое с кем, глядя на кожаную куртку у себя в руках.=||=||=||=||=
Чимин снова победно трясет кулачком, когда приходит письмо от Хенсока. Он бегло все проверяет и остается доволен, не находя расхождений с ходом мыслей и планом, которого они должны были придерживаться. — Аллилуйя! — шепчет он самому себе, доставая шоколадку из заначки, купленной в магазине Чонгука. — Чему это ты так радуешься? — слышит Чимин вместе со скрипом отодвигаемого напротив стула. Чимин чуть не подпрыгивает, осознавая, что это Юнги. — Юнги-хен, ты пришел! — радостно вопит он, обнимая своего хена. Старший выглядит удивленным, однако все же расслабляется и обнимает Чимина в ответ. Юнги посмеивается. — Кое-что новенькое. Ты впервые не делаешь это милое злое личико, — старший довольно хлопает Чимина по плечу. Чимин отодвигается и надувает губы. — Это было только потому, что ты скупал всю мою любимую еду, — и махает рукой, чтобы сменить тему. — Но я не об этом хотел поговорить, глупенький! Я поговорил с Хенсоком, — Юнги напрягается при упоминании его имени, однако Чимин все равно продолжает. — И все прошло хорошо! Я последовал твоему совету, сказал, что мне не понравилось то, как со мной вчера обошлись, и он попросил прощения! — он так широко улыбался, что у него почти болели щеки, ушки и хвост тоже двигались от радости. — Это прекрасно, — одобряет Юнги, однако его глаза блестели так, будто он знал что-то еще. — Я рад за тебя, Чимин, — мягко улыбается Юнги, и у того довольно дрожит хвост. — Знаю! Я тоже! И все благодаря тебе, хен, — робко добавляет он. — Я так тебя и не поблагодарил за спасение. И поэтому я хочу сказать… Спасибо тебе огромное, Юнги-хен, — Чимин не понимает почему вдруг так стесняется, однако его щёки краснеют, пока он смотрит в глаза Юнги, которые так и не выдают никаких эмоций. А затем Юнги широко улыбается, так, что видны десна, и в мире Чимина все снова хорошо. — О! Еще кое-что. Спасибо за куртку, хен! Я слишком поздно понял, что случайно утащил ее домой, — говорит Чимин, робко протягивая кожанку. — Но! Я кое-что нашел там и теперь мой черед тебя отчитывать! Почему ты оставил бумажку со своим номером в кармане? Посмотри, ты даже дважды подчеркнул свое имя, — строго говорит Чимин своему беззаботному хену, размахивая бумажкой. — Что если твоя куртка попала бы к незнакомцу? Тогда у них бы был твой номер телефона! — торжествующе завершает он, радуясь, что хоть раз может побыть с другой стороны отчитывания. Юнги же почему-то выглядит оскорбленным обвинением Чимина. Он удивленно разевает рот, затем качает головой. — Ну, я же не отдал куртку незнакомцу, так? Я отдал ее тебе, — Юнги многозначительно смотрит на Чимина, будто тому надо что-то понять. Чимин наклоняет голову, ничего не понимая. Юнги хлопает ладонью по лицу. — Господи, Чимин. Ты не подумал, что может быть я хотел тебе дать свой номер, а? Тот в шоке открывает рот. — О боже! Я знаю, что это значит, — радостно продолжает он. Лицо Юнги озаряется, — ты наконец считаешь меня своим другом! Я забью твой номер в свой телефон, хен, — Чимин вскакивает для еще одного объятия. Юнги хмурится, а затем на его лице заметна боль. Он выглядит растерянно, не зная, обнять Чимина или хорошенько встряхнуть его. И все же он сдается и обнимает. — Ты такой глупый, Чимин, — бубнит он, и тот скулит, — я думал ты уже считаешь меня своим другом. Обидно. — Эй! Это потому что ты воровал мои кимбапы, — усмехается Чимин, — обещание на мизинчиках, что мы теперь друзья? Потом нельзя будет передумать. Юнги протягивает мизинец. — Я их купил, Чимин, не своровал. Сколько раз повторять? Я над тобой не издевался, — Юнги смотрит на кошачьего гибрида, который лишь снова наклоняет голову в непонятках. Юнги тяжело вздыхает. — Разберись сам, Пак Чимин.=||=||=||=||=
19:26 Неизвестный номер: | Хай Юнги-хен! Это я, Чимин. Твой друг! ^_^ Юнги-хен: | А, это ты. Юнги изменил ваше имя на Чимини-дурачок. Чимини-дурачок: | Эй! Поменяй мне имя! | Пожалуйста? | О кстати, мы наконец сможем планировать ужины у магазина Чонгука. | Я не шучу, хен, поменяй мое имя! Юнги-хен: | Да, это неплохо. | И я все равно буду скупать все кимбапы с тунцом. Чимини-дурачок: | Неееееет | Мне тебя не остановить, да? | … | Фарфор!
