baby, you're mine

Пришёл в себя Тэхён уже дома. Не у себя — у Хосока. Через нехочу хён сунул Тэ под прохладный душ, при этом сам промокнул до последней ниточки. После того, как альфа завернул его в полотенце, такого маленького и неспособного стоять на ногах, Ви почувствовал, что жар немного спал. Горячий мятный чай, тёплое одеяло и ощущение полной безопасности сделали своё дело — омега заснул. Тэхён преспокойно сопел под одеялом, изредка постанывая и ворочась, пока у Хосока мозги плавились от сильнейшего желания. Так сладко он пах! Самый любимый омежка, его малыш Тэ, лежал в его кровати, такой соблазнительный и до ужаса милый. Хотелось зацеловать его пухлые губки, чтобы пушистые реснички дрогнули и открылись ясные глазки. Прижать к себе, обнять, уткнуться в белую шейку, вдыхая его неповторимый запах спелой ароматной вишни, смешанной с прекрасными благоухающими лесными цветами. Что бы случилось, не оказавшись Хосока рядом? Что было бы с Тэхёном, если бы он остался там, в тесной уборной, наедине с Чонгуком, нависшим над ним, словно хищник над жертвой? От таких мыслей старший помрачнел, но, взглянув на спящего Тэхёна, тут же ощутил прилив нежности к омеге, забывая обо всем на свете. Тэ вдруг сорванно задышал, как после пробежки, беспокойно хмурясь во сне и ворочаясь. Чон погладил его по щеке и лег рядом, убаюкивая.

* * *

      — Надо же, хваленый альфа оказался обычным сопливым омежкой, — Чонгук усмехнулся, сверкнув наглым взглядом, и внутри Тэхёна все перевернулось. — Ну же, Тэхён, ты главное не расплачся, — засмеялся альфа в лицо застывшему Тэ. Гук развернулся, намереваясь уйти, оставить здесь его одного, беспомощного и жалкого. А дыхание у омеги горячее и сбившееся.       — Помоги мне, — умоляя, прошептал Тэхён и схватил альфу за руку. Альфа остановился и с интересом взглянул на него.       — Помочь? — Чонгук залился смехом, выхватывая свою руку из ладони омеги. — Трахнуть разок, чтобы мозги на место встали? Авось, и перестанешь альфу из себя строить, — настоящий альфа вдруг подался вперед, внимательно смотря на него, и зашептал: — Если синица начнёт ходить как цапля, она переломает себе ноги.* Гук резко отстранился и исчезнул, словно растворившись в воздухе. Тэхён всхлипнул, упав на колени. Все вокруг вдруг завертелось с необычайной быстротой. Школьный коридор сменился пустым белым помещением. Когда Тэ решился открыть глаза, он отпрянул назад от страха, когда увидел перед собой Чимина. Светлый, как солнышко, Чимин с розовыми волосами, милейшими щечками и прекрасными глазами стоял напротив, смотря на Тэхёна сверху вниз.       — Вот ты какой, — в задумчивости кивнул он, засунув руки в карманы. — Никудышный из тебя альфа, Тэхён-и, а омега уж тем более. Привычный мягкий голосок звучал до ужаса строгим и безжизненным. Тэхён попытался встать, но тут же упал обратно, отбив себе все коленки, уже покрасневшие и вмиг занывшие.       — Чимин, прости… прости, господи! — вскрикнул Тэхён, не решаясь поднять взгляда. «Ты едва не сделал из бедного малыша гомосека, Ким Тэхён, — горько упрекнул голос Чонгука, раздавшийся в разболевшейся голове Тэ. — Ты просто ужасен». Он не сразу понял, что Чимин исчез и больше не стоит перед ним. В ушах Тэхёна послышались голоса. Знакомые голоса. Но их было так много, что различить было просто невозможно. Он схватился за голову, прося о пощаде, а по щекам уже давно текли горькие слёзы отчаяния. Тэхён оказался посреди толпы. Он не был толпой, он был окружен толпой. Инородный предмет посреди всех остальных, он притягивал внимание всех людей. Они бесстыдно тыкали в него пальцем, кричали, смеялись. Тэ с ужасом заметил в них своих родителей, бывших одноклассников, сокурсников, друзей.       — Я знал, что из тебя ничего путного не выйдет! — воскрикнул отец, а мать стыдливо спрятала лицо в ладонях. «Простите… простите, пожалуйста!». Тэхён понял, что падает. На месте, где он стоял, была огромная бесконечная чёрная дыра. Он все падал, а гневные лица людей всплывали то там, то здесь. Тэ закричал.

* * *

Тэхён метался по постели, беспокойно хныкая. Хосок гладил его по спине и шептал утешительные слова в попытке успокоить. Омега вдруг распахнул глаза и схватился за рукав рубашки старшего, притянув к себе.       — Хён, — застонал Тэ и заворочался, пытаясь освободиться от назойливого одеяла, от которого стало так жарко. — Помоги мне, Хён… Хосок смотрел на то, как Тэхён треться о его руку, прерывесто дыша под ухом.       — Пожалуйста, — прошептал младший, в глазах которого стояли слёзы. — Ты должен помочь мне, хён… Альфа был не в силах отвести взгляд от его прекрасного тела. Крепкое, натренированное, но такое изящное и утонченное. «Я делаю это ради Тэхёна». Хосок нависнул над ним и поцеловал в шею, вырвав долгожданный стон из приоткрытых губ омеги. «Только ради Тэхёна».

Don’t tell me bye You make me cry.