Преданный

      - Привет, трудоголик, - голос Джонина звучит довольно бодро, в то время как Джунмён не может сдержаться, вздыхая.       - Привет, - отзывается он и Джонин тут же всё понимает по одним только интонациям. – Как ты?       - Всё нормально, - уверяет Хозяин. – Лучше расскажи, как дела? Ты дома?       - Дома, - Джунмён вновь вздыхает. – А ты нет. У тебя всё необходимое есть?       - Да, Юн регулярно пополняет мои запасы, - отвечает Джонин.       - Джонин-а, я пока не смогу приехать, - прежде, чем он успеет спросить, рассказывает Джунмён. – Кажется, за мной следят, - теперь вздыхает Хозяин. – Мы меняем охранников и нанимаем людей, которые могут приезжать к тебе, но не я.       - Я понимаю, - мягко зовёт он, словно пытаясь успокоить. – От Чанёля нет новостей?       - Нет, они пока ничего не нарыли, - отвечает Джунмён.       - А как работа? – Джунмён замолкает, едва слышит этот вопрос, хотя точно знал, что он прозвучит. – Джунмён-а, не увиливай, - настаивает Хозяин. – Что Хозяева? Они выполняют твои поручения?       - Я не совсем понимаю… - Джунмён запинается. – Как ты распределял между ними работу, если это не касается конкретного округа, - пожимает он плечами, словно его видят. – Из-за этого….       - Общие вопросы так и остались нерешёнными, - понимает Джонин. – Чанёль не помогает тебе?       - Он взял большую часть твоих обязанностей на себя, но есть ещё та часть, что на мне. Бэкки помогает с моими прошениями, - голос Джунмёна совсем растерянный и виноватый.       - Давай сделаем так, - предлагает Джонин. – Собери всех наших – в Центральном или дома, где хочешь. И попроси, чтобы разобрали общие прошения. Мелкие поручения они раздадут младшим Хозяевам, крупные сделают сами. А когда сделают, соберёшь их на отчёт и пусть объяснят тебе, по какому принципу они выбирали. Так ты поймёшь, кто на что горазд и какие дела можно передавать тому или иному человеку, - объясняет Джонин. – Мы договорились?       - Да.       - А в Голубом доме ты давно был? Что говорят политики?       - Завтра пойду и узнаю, - Джунмён окончательно поникает. – Весь этот месяц, что тебя нет, они лишь капали мне на нервы и заваливали запросами. А ещё я старался избегать их.       - Мён-а, - Джонин смеётся негромко. – Как обиженный ребёнок, который боится осуждения взрослых.       - А что прикажешь? – Джунмён хмурится, переворачиваясь на бок на кровати, где лежал всё это время. – Они задают один и тот же вопрос – где ты, что ты? Они тычут мне в лицо этими дурацкими доказательствами и словно пытаются настроить против тебя, аж из кожи вон лезут. Как ещё я должен реагировать на них? Джонин снова негромко смеётся – совсем мягко и снисходительно.       - Я так жутко соскучился, - Джонин роняет это совершенно спокойно. Джунмён прячет лицо в подушку, засопев. – Будешь прятаться в подушке – задохнёшься, - слыша это, зовёт он, и Джунмён вновь ложится ровно через мгновенье       - Я тоже, - в очередной раз вздыхает он.       - Завтра, как будешь на совещании в Голубом доме, прошу тебя, - Джонин, судя по голосу, настаивает. – Прошу тебя, сдерживайся. Не груби им. Несмотря на то, что политики в этой стране назначаются главами мафии, они всё равно имеют свой вес в обществе. Нам не нужны лишние проблемы, Джунмён-а.       - Ладно, - бурчит Вверенный. – Я постараюсь.       - Не постараюсь, а пообещай мне, - голос Хозяина звучит довольно строго и серьёзно. – Джунмён.       - Обещаю, – так же неохотно бурчит Вверенный в трубку, хмурясь.       - Не дуйся, - голос Джонина смягчается следом, в нём слышна теперь уже улыбка. – Не представляю, как ты сможешь разговаривать с ними так.       - Ты меня недооцениваешь, - Джунмён фыркает.       - Я знаю, - просто соглашается Джонин. – А ещё я…       - Вверенный, - Бонмин, что появляется на пороге чужой спальни, предварительно постучавшись, перебивает. – Кансогу приехали к вам.       - Оба? – удивляется Джунмён, всё ещё держа телефон у уха, получая в ответ на свой вопрос кивок. – Джонин-а, мне нужно идти.       - Договорились. Завтра набери после совещания, - отпускает Хозяин и Джунмён коротко угукает, отключаясь. Кансогу и правда оба здесь, ожидают в гостиной и прежде, чем окончательно спуститься к ним, Джунмён наблюдает за ними с мгновенье с верхней ступеньки.       - Привет, - и входя в гостиную полноценно, Джунмён тут же сдаётся.       - Привет, хён, - Сэхун улыбается доброжелательно, но чуть нервно. – Ты лучше сядь.       - Что-то случилось? – Джунмён подозрительно прищуривается, но делает как просят, наблюдая, как Сэхун, оглядывая, гостиную, двигает к небольшому столу у телевизора слева, где небольшой бар. Джунмён принимает из его рук полстакана бурбона, делая глоток, и устремляет внимательный выжидающий взгляд на гостей.       - Мы хотим кое-что рассказать тебе. Это важно, - начинает Сэхун, усаживаясь возле своего Хозяина. – Но пожалуйста, не делай преждевременных выводов и дослушай до конца, хорошо?       - Хорошо, - Джунмён кивает и делает на всякий случай ещё несколько глотков прежде, чем Хань раскрывает рот. А потом он говорит. Говорит о том, как в Бейджине узнали, что кто-то собирается просить убежища в Корее. Как разузнали, кто именно, и как заменили того человека Ханем. Как он приехал изначально в роли лазутчик, что именно успел донести и в какой момент перестал. Как и когда обо всём этом узнал Сэхун и как они договорились раскрыть правду в нужный момент. Как он, Хань пытался выяснить причину приезда Бейджина и после как они с Сэхуном решились прийти и всё рассказать. Когда это часть их рассказа оканчивается, Джунмён допивает содержимое своего стакана одним глотком за раз и поднимается, чтобы налить себе ещё. Он замирает к гостям спиной, упираясь кулаками в стол и прикрывает глаза на несколько мгновений, чтобы переварить полученную информацию. И после, как вновь наполняет свой бокал, возвращается в кресло, где слушал всё это время до этого. Молча сверяет обоих взглядом и вздыхает. От чего-то реакция на всё это таится где-то внутри и сам он, не зная до конца, как реагировать, всё ещё сомневается в услышанном и в том, стоил ли ему принять это как национальному Вверенному, или нет.       - Почему сейчас? – подаёт он голос первым впервые с того момента, как Кансогу заканчивают рассказывать.       - Из-за случившегося, - отзывается Хань. - Я бы молчал дольше. Чем меньше людей знает, тем безопасней. Я и так подвергаю опасности Сэхуна, учитывая, что он знает уже не первую неделю. Пока знал он один, мне легче было исполнять мою роль и потихоньку выведывать.       - И какой итог? – вновь подаёт голос Джунмён. – Что полезного ты в итоге узнал? Чего стоит весь этот обман и предательство? Сэхун, слыша это, поджимает губу, следом втягивая шею в плечи.       - Хён…       - Не вмешивайся пока, - перебивает Джунмён, даже не взглянув на него.       - Приезд Бейджина к нам в столицу был только поводом, - Хань многозначительно кивает. – Изначально договор был таким, что их попытка отозвать меня назад была отходной стратегией. На самом деле первый советник вместе с секретарём приехали не просто так.       - О том, что они не Ханган сюда смотреть приехали, я и так знаю, - Джунмён хмурится, откидываясь на спинку своего кресла, делая очередной глоток из своего стакана.       - А вас не насторожило, что они явились вскоре после гибели предыдущего национального главы? – Хань хмыкает. – И то, что доказательства причастности вашего Хозяина тоже выплыли неожиданным образом именно в период того, как Бейджин здесь?       - По делу, - перебивает Джунмён. – Хань, не пытайся заставить меня самостоятельно прийти к какому-то нужному тебе выводу. Твоя жизнь висит сейчас на волоске, как и жизнь твоего Вверенного, если следовать правилам дома мафии этой страны.       - Я это знаю, - Хань кивает, Сэхун закусывает губу, сжимаясь в одну точку. – Национальный Вверенный, это Бейджин разослал всем эти поддельные доказательства. Будьте уверены.       - Откуда ты знаешь? – Джунмён вопросительно изгибает бровь.       - Оттуда, что рассылкой косвенно занимался я, - Хань кивает. – О том, что это одна из целей их приезда, я узнал в момент, когда первый советник вызвал меня к себе и посадил за свой компьютер. День в день. Я отправил одно единственное письмо-активатор, которое запустило процесс рассылки. Копию этих документов вы получили от меня.       - Ты отправил мне их? – удивляется переспрашивая, Джунмён. – Почему?       - Потому что я выучил правила, - Хань кивает. – И не подчиниться приказу, когда они считают, что я всё ещё шпионю для них за вами, я не мог. Единственное, что пришло мне в голову – это послать документы и вам. Я понадеялся, что это поможет. И не прогадал.       - Хочешь сказать, ты предположил, что я поступлю так, как поступил? – Джунмён фыркает. Полный абсурд.       - Я просто отправил вам документы, на всякий случай. Вы – единственный из Вверенных, кто получил их. Подумал, что вместе с Хозяином вы бы нашли какой-то выход. Я действовал вслепую. Это уже позже, спустя пару часов, я узнал, как всё сложилось. Сэхун рассказал мне, что, по сути, этой отправкой я помог вам достать Хозяина из Центрального.       - Это так, - Джунмён согласно кивает, наконец понимая. – Русская рулетка.       - Она, - теперь соглашается Хань. - Но доказать, что это они – на самом деле теперь фактически невозможно.       - Почему?       - Во-первых потому, что это сделано через десятые руки. Некоторые звена этой цепочки, уже скорее всего, не жильцы. А во-вторых, доказать, что они, будучи в вашей столице, решили навредить вам – не логично потому, что какой бы нормальный человек стал так подставляться?       - Как ты смог отправить мне копию, если работал не с документами непосредственно, а лишь с активацией рассылки? – Джунмён хмурится, вновь осушивая свой стакана в глоток.       - Файлы пришли и мне, чтобы не было подозрений, но быстрее, чем другим. На мне проверяли, как выглядит и работает ли. Так я получил копию и отправил её вам. И, судя по всему, это помогло, - отзывается Хань.       - Спасибо, - Джунмён, наконец, выдыхает с облегчением. – А если свидетелем будешь ты? – предполагает он следом. – Свидетелем того, что именно ты отправил письмо-активатор. - Этого письма уже не существует, - Хань вздыхает. – И оно, конечно, не было чем-то примечательным. Система защиты на рассылке работает таким образом, что все следы просто автоматически удаляются после. Джунмён хмурится.       - Этим должен заняться кто-то, кто понимает в этом больше нашего, - кивает национальный Вверенный следом. – Сейчас Бейджин всё ещё считает, что ты по-прежнему на их стороне. Я правильно понимаю?       - Правильно, - соглашается Хань. – Но действовать нужно осторожно, чтобы не выдать себя. Думаю, первой их целью было – вывести Национального из игры.       - Им это удалось, - Джунмён снова хмурится, потирая переносицу. – Но какая их конечная цель?       - Меня не посвящают, я только исполнитель, - Хань отрицательно качает головой.       - Тогда давай договоримся так, - Джунмён подаётся в своём кресле ближе к собеседнику. – Если будет что-то новое, информацию ты будешь передавать через Сэхуна, - Джунмён устремляет взгляд на младшего. – Встреча Вверенных будет менее подозрительной, чем если разговаривать со мной будешь ты.       - Это хорошая идея, - часто кивает Сэхун. – Так мы не выдадим себя.       - Верно, - кивает следом и Джунмён тоже. – Держите меня в курсе.

***

От кого: МД – Ты в пути? Джунмён читает входящее сообщение от Хозяина на светофоре по пути в Голубой дом. Кому: МД – Да. Наберу после. Ты переварил информацию? Что-то надумал? Отправляя ответ, Джунмён переставляет передачу и газует. Вчера вечером после ухода Кансогу, как осознал всё сам, он позвонил Хозяину, чтобы рассказать обо всём, что узнал от Ханя. Джонин молчал в трубку, не перебивая и ничего не уточняя, и после просто ответил коротким – хорошо, да сбросил. От кого: МД – Переварил. Вы верно договорились. А сейчас остаётся только ждать, каким будет следующий их шаг. Джунмён читает ответ, нахмурившись. Даже, когда не видит его лица или не слышит голоса, в такой мелочи как текстовые сообщения, он всё равно понимает и угадывает все настроения Хозяина. Особенно такие, как сейчас. Настороженность. Недоверие. Подозрительность. Кому: МД – Считаешь, я не должен был их отпускать? Должен был принять меры? Наказать? Джонин не отвечает довольно долго и Джунмён покусывает губу, периодически бросая взгляд на тёмный экран телефона в подставке. Ответ приходит уже буквально под Голубым домом. Джунмён паркуется, выбираясь из машины и пряча ключи в карман своих брюк, когда в другом кармане вибрирует телефон. От кого: МД – Нет, Джунмён-а, ты всё правильно сделал. Просто я подумал, что в итоге отец оказался прав, и мы получили свою определённую выгоду от его решения. Охранники отдают честь и кланяются, распахивая перед ним двери. Джунмён двигает через холл привычным коридором, прижимая папку, взятую с собой к груди, и мысленно готовится к тому, что сейчас может услышать, хотя и понимает, что к такому наверняка невозможно быть готовым. Караул у двери приветствует так же уважительно и едва он появляется на пороге зала совещаний, все присутствующие там политики тут же замолкают, устремляя на него взгляды.       - Доброе утро, господа, - здоровается Джунмён буквально с порога, обходя стол, чтобы занять свой место во главе, которое обычно занимает Хозяин.       - Мы слегка удивлены видеть вас, национальный Вверенный, - отзывается президент. – Обычно на совещаниях присутствует Хозяин либо же оба, но никак не один Вверенный.       - Такие сейчас обстоятельства, господин президент, - отзывается сдержанно Джунмён, опускаясь в кресло и кладя перед собой папку на стол. – Поэтому предлагаю перейти к актуальным вопросам.       - Актуальным вопросом сейчас является отсутствие национального Хозяина, Вверенный, - подаёт голос министр финансов. – Вы ведь сами прекрасно понимаете, что страна не может долго быть без национального главы. Тем более сейчас, когда гости из Бейджина тоже задержались.       - И уехать не могут потому, что у них есть нерешённые вопрос с Национальным, - договаривает за коллегу министр инфраструктуры.       - По определённым обстоятельствам Хозяин сейчас не может выполнять своих прямых обязанностей, - чувствуя, как от давления присутствующих здесь людей начинает слегка дрожать голос, Джунмён делает пару глубоких вдохов, пытаясь взять себя в руки. – Поэтому решение некоторых вопросов на себя взял я.       - Это хорошо, что дела хотя и медленно, но решаются, но вы должны понимать, Вверенный, что есть вопросы, о которых вы попросту не осведомлены, - вступает в разговор премьер-министр и Джунмён зло зыркает на него, разочаровываясь в этом человеке.       - Для этого в доме мафии, премьер-министр, есть множество Хозяев, начиная столичным и заканчивая главами городских округов, - отвечает Джунмён.       - А как же те дела, которые требует согласование с Национальным? – интересуется президент.       - В силу отсутствия Хозяина моя подпись имеет такую же силу, - Джунмён сцепляя пальцы на коленях, словно присутствующие здесь пытаются нарочно выбить его из колеи, окончательно вывести из себя.       - Национальный Вверенный, перекладывать решение этой проблемы на других и откладывать её в долгий ящик не выйдет вечно, - обращается к Джунмёну премьер-министр. – Не будет ли в ваших интересах тоже просто сообщить правительству о местонахождении Хозяина для того, чтобы было проведено полноценное справедливое расследование, в ходе которого полученные доказательства будут подтверждены или опровергнуты, - не перебивая, пока политик говорит, Джунмён сжимает ладони сильнее, сдерживая дрожь внутри. – Проступок, в котором обвиняют национального главу, является наивысшим, и по правилам подлежит высшему наказанию. Поэтому присутствующие здесь люди и просят вас об этом для того, чтобы разобраться и найти правду. Джунмён не слушает больше. Смысл слов доходит до него совсем плохо, он только переводит взгляд с одного на другого, где-то кивает невпопад и чувствует, как дрожат руки. Каждое слово хуже предыдущего, каждый укол, упрёк и обвинение. Джунмён не помнит, как оставляет документы на рассмотрении, не помнит, как выходит прочь из Голубого дома на воздух, как садится в таком состоянии за руль и как доезжает до Хангана. И там, на берегу реки в безлюдном парке кричит в пустоту, что есть мочи, потому что руки и всё внутри всё ещё дрожит и ком, что замирает где-то в горле, не даёт дышать нормально. Плюхаясь на лавочку, Джунмён опускает голову, накрывая её ладонями, и дышит так глубоко как может, глядя на траву под ногами, пока от переизбытка кислорода голова не начинает кружиться и в глазах не темнеет. От чувства обиды и несправедливости жутко хочется кого-то пристрелить. Эти ощущения, словно резиновые мячики отбиваясь от стен, скачут в груди от ребра к ребру, причиняя ощутимый дискомфорт. Джунмён схватывается на ноги, мечется и снова плюхается на лавку, глядя теперь на свои дрожащие пальцы. Это как-то нужно пережить. Спустя час по приезду к Хангану эмоции, наконец, ослабевают. Немного попускает, дрожь утихает и Джунмён выдыхает спокойнее, наслаждаясь речной свежестью, когда в машине за спиной в подставке входящим вызовом оживает телефон и, помедлив с мгновенье, Джунмён поднимается, чтобы забрать телефон и вернуться на лавку.       - Ты как? – Джонин не здоровается и больше ничего не говорит, лишь сходу интересуясь. В его голосе волнение и тревога. Джунмён хмурится, прикрывая глаза и потирая переносицу.       - Откуда ты знаешь? – вздыхает следом в трубку, когда пауза затягивается.       - Бэкхён набрал. Сказал, что видел тебя выходящим из Голубого дома. И состояние твоё было, скажем, не из лучших, - отзывается Джонин. – Так как ты?       - А он что там делал? - удивляется Джунмён следом.       - А его уже я послал, на всякий случай, если бы тебе понадобилась помощь, - отвечает Хозяина. – Джунмён-а…       - Уже лучше, - в очередной раз вздыхая, наконец отвечая на поставленный вопрос Джунмён.       - Что они там устроили? – голос Хозяина звучит теперь раздражённо и строго.       - Ну что они могли устроить? – Джунмён садится на лавке боком, приваливаясь к спинке плечом и вытягивая на неё ноги. – Единственное, что умеют.       - Прессинг, - теперь вздыхает Джонин, понимая. – Давить они умеют, нагнетать тоже, - повисает короткая пауза. – Я сейчас приеду.       - Нет! – перебивает Джунмён тут же, когда до него доходит смысл чужих слов.       - Мён-а…       - Нет! Ты останешься там, где ты есть сейчас! – настаивает он. – Ты останешься в безопасности, - смягчается следом и Джонин слышит в его голосе буквально мольбу. – Пожалуйста.       - Джунмён-а, если они продолжат так давить на тебя каждый раз, когда вам вместе придётся решать городские и не только вопросы, это сломает тебя рано или поздно, потому что тебе нечего дать или сказать им в ответ, - объясняет Джонин. – Я знаю, - выдыхает он. – Знаю, что ты сильный. Но тащить эту ношу тебе одному я не позволю.       - Я попробую поговорить с нашими, - отвечает Джунмён. – Попросил Чанёля утром собрать всех дома.       - Запомнил, что делать? – на всякий случай уточняет Джонин.       - Да, ты рассказывал, я запомнил, - Джунмён кивает так, словно его видят.       - Как твоя слежка? – вспоминает Джонин, о чём хотел спросить. Джунмён оборачивается через плечо, замечая на въезде в парке неприметную, казалось бы, чёрную Хёндэ.       - Никак, - отзывается Вверенный. – Не хочу привести их к тебе, иначе все мои попытки совладать с собой на совещании в Голубом доме были напрасными.       - Думаю, она отпадёт со временем, когда те, кто её послал, поймут, что ты не собираешься выдавать место моего нахождения своим приездом, - предполагает Джонин.       - Надеюсь, - Джунмён устремляет взгляд на наручные часы. – Я буду ехать домой.       - Точно успокоился? Справишься с машиной? – слегка настораживается Джонин. – Может Юна вызвать?       - Сюда же доехал, - Джунмён пожимает плечами. – Всё будет нормально. Наберу из дому.       - Договорились.

***

Джунмён возвращается домой буквально за 10 минут до приезда дорогих гостей. Он едва успевает переодеться, когда Бонмин сообщает, что во дворе первая машина, и выгоняет Юна на улицу, чтобы тот парковал те так, чтобы все поместились. Первыми, буквально друг за другом, приезжают Хозяева Минхо и Шина, следом Джунмён узнаёт во дворе машину Чанёля, распахивая двери после короткого стука.       - Я взял группу поддержки, - Чанёль улыбается совсем довольно и шагает с порога влево, а за ним прячется Бэкхён, который улыбается так же.       - Спасибо, - Джунмён выдыхает с облегчением и сгребает Бэкхёна в охапку. – Привет, шпион.       - Мы умеем с Джонином быть в сговоре, когда нам нужно, - с улыбкой отзывается Бэкхён, так же крепко обнимая в ответ. – Ты обедал? А какао тебе сварить? – интересуется он, отстраняясь от чужого плеча, зная прекрасно, что какао отлично успокаивает Джунмёна, и тот согласно кивает. Бэкхён кивает в ответ и уходит в кухню. И уже после, сидя рядом с ним в гостиной в большом кресле, пока Джунмён слушает слова присутствующих Хозяев совсем внимательно, Бэкхён только и успевает в перерывах, что вручать в его руки чашку или тарелку с сэндвичем. Джунмён записывает что-то важное для себя, пока жуёт, уточняет и благодарно улыбается, когда Хозяева, как Джонин и говорил, сами разбирают себе задания, да так, что ему, Вверенному, и правда остаются только те, которые ему по силам. Только когда все кроме Столичных уезжают, Джунмён понимает, что на самом деле та работа Хозяина, о которой он знал или в которой участвовал – это лишь верхушка айсберга. И кроме стандартных функций Хозяина, суть работы национального главы заключается в том, что он раздаёт обязанности другим и следит за их выполнением. Руководит, по сути. И это оказывается не так легко, как могло показаться.