Антидепрессанты

- Вы утверждаете, что это была случайность? - Да. - Хорошо, тогда расскажите откуда на вашей ноге появилась такая рана, если в номере не было острых предметов? - Травма по неосторожности. - Следы побоев на вашем лице тоже совпадение? - Неудачно упала. - Девушка, вам известно, что противозаконно покрывать преступление? - Да, это часть моей профессии. Следователь тяжело выдохнул, а после захлопнул папку с документами. На его лице читалось раздражение с ноткой растерянности от тупикового развития ситуации. Ну да, чем может помочь полиция, если жертва отказывается давать показания? Ничем. - Администратор сообщила, что звонок поступил от молодого человека. И номер был забронирован на Майкла Тёрнера, кем он вам приходится? - Друг. - Что ж, понятно. Вы точно ничего не хотите рассказать? – Очередной выдох. На его лбу выступали набухшие вены, которые едва заметно пульсировали на нахмурившиеся коже. Следователь явно злился на моё необъяснимое молчание, нервно щёлкая ручкой, пытаясь успокоить тем самым себя. Всё-таки, имеется колоссальное отличие между полицией и адвокатом: От первых тщательно скрывают информацию, стараясь отмолчаться и отнекиваются от своего причастия к чему-либо, а ко вторым прибегают с огромным томом материалов о деле, посвящая в самые мелкие детали, пытаясь схватиться за свой последний шанс. Такое поведение объединяет лишь одно – желание спасти собственную шкуру. Именно сейчас я мотивированна тем же самым. -Да. Мне нужно домой. – Медленно поднимаюсь со стула и плетусь в сторону двери. – Я могу идти? - Да, раз вам нечего сказать. – Отмахнувшись от меня, мужчина продолжил увлеченно изучать какие-то документы, даже не изволив попрощаться. Интересно, что же он ищет? Выхожу из здания и ночной аромат врезается в нос, распространяясь по всем легким. Я люблю ночь, она окутана каким-то таинственным ореолом, безусловно завораживающим и одновременно вызывающим страх неизвестности, который скрывает в себе тьма. Ведь никогда не знаешь, чем может закончиться прогулка – блаженным умиротворением от созерцания звезд или жестоким убийством с изнасилованием где-то в подворотне. Своего рода рулетка, где крупье являются Боги смерти и сама судьба. Полиция не постеснялась задерживать в отделении до самой ночи, ни смотря на мое самочувствие и наплевав на рекомендации врачей, отчаянно пытаясь добиться жалостной тирады со всеми показаниями. Невероятный шквал вопросов и подозрений обрушились на голову, нагнетая атмосферу угрозами о возможном аресте за ложный показания. Этих животных волнует только цель, которая оправдывает все средства. Хамское и необоснованное отношение вгоняло в ярость, разжигая неконтролируемое желание убить их всех к чертям. Я не преступница, чтобы со мной так обращались. Мне хочется в это верить. В итоге, время потрачено впустую, а моё физическое и психическое состояние находится в критической точке, вот-вот перейдя грань. Режущая боль постепенно пожирала меня, заполняя собой каждый сантиметр и постоянно награждала более яркими ощущениями от малейшего движения. Всякий раз, она вновь простреливала в ногу, эхом разносясь по всему телу, безжалостно наказывая за попытки выровнять шаг. Плетусь по улице, а воспоминая о случившем вновь застилают глаза, заставляя переживать снова и снова сегодняшний день, погружая в самую пропасть страха. Благодаря Мелло я побывала на балу у Сатаны в роли особого гостя. Облачив в великолепный наряд из гематом и ушибов с четко расставленными акцентами на синяки и кровавые подтеки, любезно сопроводил на сие торжество в ненавязчиво-принуждающей манере. Прием начался с небольшого приветственного подавления, плавно перетекающего в моральное уничтожение. Как особому гостю, мне полагалось уделять должное внимание со стороны хозяина вечера, поэтому осторожно протерев моим телом пол, Михаэль продолжал вести светскую беседу, не смея отвлечься даже на секунду. Зал заполняла дивная музыка из отчаянных всхлипов и пронзительного крика, которая играла в такт щедрым ударам по лицу. После небольшого развлечения, бал перетек к кульминации вечера, громко созывая на ужин. Всё началось сразу с основного блюда, пропуская легкие аперитивчики. Для меня был приготовлен изумительный деликатес – Разрывающая изнутри щедрая пуля с кровью, приправленная нежным соусом из подавляющего страха и затуманивающей разум паникой. В качестве гарнира шло легкое сотрясение мозга с чуть ощутимыми нотками нервного срыва. Это блюдо подается холодным, поэтому стоило оставить надежду на спасание еще до начала мероприятия. А на десерт моё любимое - принуждение к убийству, с последующей попыткой суицида. Кушанье готово, отведайте! Дьявольский бал объявил о своем закрытии только в отделении полиции, отпустив гостей домой с наилучшими впечатлениями о прошедшем торжестве. И-ро-ни-я. Если думать об этом, в таком ключе, то вроде звучит не так уж и страшно, даже вполне безобидно. Смешно. Стараюсь перевернуть воспоминания, отвергая суровую реальность, жалкой попыткой переводя в фантазийные образы. Как будто всё утратит красок, потухнет и мигом исчезнет, оставив психическое состояние в норме. Такое ощущение, что это только усугубляет. До сих пор не могу поверить, что пропустила через свою шкуру данный опыт и даже еще нахожу в себе силы тащиться по этим закоулкам, самостоятельно передвигая ноги. Мне кажется, Мелло отбил мои мозги в бифштекс из-за чего контроль над разумом постоянно ускользает, а на его смену приходит беспросветная пелена прострации. Эмоции смешались в огромный клуб, молниеносно переменяясь одна за другой, вызывая во мне то удушающую печаль, то накатывающий истеричный смех, моментами пробуждая зверскую ярость, которая возгоралась в котле ненависти. Смеюсь, плачу, кричу, а после растворяюсь в леденящем равнодушие. Не могу уловить баланс, мечась от одного состояния к другому, бесконтрольно утопая в новом приливе угнетающих чувств. Мне страшно думать о завтрашнем дне ровно так же, как и оборачиваться назад, порываюсь выкинуть и растоптать воспоминания о тетради смерти, напрочь отказываюсь принимать тот факт, что лишила человека жизни. Могла-ли я быть убийцей? Нет.Нет.Нет. Меня заставили… Лишили выбора…Принудили… Как угодно назови, но это должно доказывать мою невиновность. Виноваты только они и за это должны получить своё наказание. Их сердца давно превратились в камень, а душа поросла гнойниками, которые вот-вот готовы испустить весь накопившийся сок и окончательно уничтожить оставшиеся человеческое нутро, преобразуя в едкую гниль. Знаю, что отличаюсь от них. Всю свою сознательную жизнь я не причинила никому вреда намерено. Мои ошибки совершенны благодарю стечению обстоятельств, роковой судьбе, а может быть просто карме. Не знаю. Просто хочу верить в то, что это всё сон. Просто показалось, причудилось, привиделось. Обдолбалась наркотой и словила бэд-трип. Согласна хоть на что, лишь бы это всё была иллюзия. Пожалуйста… Наконец дотаскиваю собственное тело до дома, минуя местных маньяков и насильников, как будто охраняемая самим Богом. А жаль. Лязг ключей, пару щелчков и вваливаюсь в квартиру, параллельно запинаясь об порог и с грохотом падаю вниз. Ха-ха. Снова на полу, протираю собой грязь и загибаюсь от боли. Уже привычно, не удивляет, я поняла, что это мое новое место. Не дождешься слёз. - Хочешь посмеяться надо мной, да? Наверное, смешно наблюдать, как пытаюсь выжить?! Интересно узнать, что же добьет быстрее?! Или может мне это сделать самой?! – Истерично кричу, в глупых попытках достучаться до Бога, безжалостно срывая связки. – Ты долго собираешься издеваться, сукин сын?! – Воплю, как обезумевшая, постоянно переменяясь в голосе от отчаяния в насмешку и резко переходя в злобный рык. Смешно. Грустно. Отвратительно от самой себя. Сколько-бы ни кричала – в ответ лишь тишина. Глупо ожидать жалости от того, кто давно про тебя забыл, оставив наедине с суровыми обстоятельствами, которые усердно продолжают втаптывать в грязь. Просто выкинул из своих обязательств, акцентируя внимание на любимчиках. Обидно, что я не в их числе. Неуклюже поднимаюсь, взвывая от грубой, раздирающей резе в районе ноги и вновь подхожу к чертовому зеркалу. Мерзкое зрелище. Оттеки, синяки и алые узоры смешались воедино, придавая лицу абсолютно новый вид. Как будто художник разбавил белое полотно кровавыми подтёками, мазками нанося их на область рта и переносицы, иногда сгущая краски в более темные тона. Они уже давно застыли, превратившись в безжизненную маску, так нелепо украшающую кожу. Небольшие припухлости в районе скулы вновь напоминали о Михаэле, продолжая пульсировать, словно после очередной пощечины. Блондин явно постарался оставить свою роспись, которая будет сходить неизвестно сколько. Травма, блять, по неосторожности. Серьезно? Больше похоже на то, что моим лицом протерли асфальт, а после закинули в стиральную машинку и поставили на отжим. Неудивительно, что полиция так долго задерживала в отделении, но вот только встает вопрос – Почему тогда они смирились с моим молчанием? Паранойя продолжает шептать в ухо свои грязные догадки, пытаясь вогнать в страх. За последние дни привлекла слишком много внимания для государственных органов – Спасатели, Скорая, Полиция и всё за 24 часа. Ненужно долго копать, чтобы понять то, что я явно ввязалась в неприятности и скрываю информацию о своих приключениях в роли жертвы. Отпустили, чтобы следить? Хотят выйти на преступников? Поняли, что не добьются нужной информации от меня, поэтому проще взять в свои руки? Уверена, что так и есть. О-о-о-х, да на кой хер я им сдалась? А всё же, нет повода расслабляться и чувствовать себя в безопасности. В любой момент всё может стать еще опаснее. Если выжила сейчас, то выживу и в следующий раз. Если убьют, то тем лучше – не придется этого делать самой. Мне страшно умирать. Такие странные мысли, ранее неизвестные мне – сплошное противоречие. Стоит только представить, что всё может повториться, как сердце начинает бешено колотиться, вырываясь из груди. Но… Но-о-о-о…но… Как будто какая-то часть меня считает по-другому. Говорит, что можно расслабиться и даже если сделают больно, то не произойдет ничего нового. Ну убьют. И что? А может попробовать первой напасть? Почему я всегда себя ставлю в роль жертвы, если могу стать охотником? ДА КАК Я МОГУ ДАЖЕ ТОЛЬКО ПОДУМАТЬ ОБ ЭТОМ? Я не убийца, чтобы отнимать жизни! Ха-ха, да ладно? А что произошло несколько часов назад? Убила же. НЕТ. МЕНЯ ЗАСТАВИЛИ. ЭТО НЕ МОЙ ГРЕХ. Мозг просто разрывает от невероятного потока разногласия между своими же принципами. Сознание скомкано в огромный бесформенный шар, который постоянно перекатывается из одной чаши весов в другую, ставя под вопрос всю присущею мне мораль, заставляя сомневаться в собственном мировоззрении, навсегда потеряв стабильную позицию. Новый прилив эмоций полностью окунает в чан абсурдности, до боли сдавливая всё тело, бросая то в умиротворение, то в животных страх. Ощущение, что за мою душу схватились ангел с демоном, усердно разделяя её на две части, пытаясь завоевать большую половину. Такая ебанутая. Нет, просто это последствия стресса. Выпью таблетку и всё пройдет. Да-а-а, так и будет, это всё решит! Они уже давно перестали помогать. Очнись уже! Крик, перерастающий в отчаянный визг, врезается в тишину, уверенно разрезая и вытесняя её без остатка. Что со мной? ЧТО ЭТО?! Хватаюсь руками за голову, пытаясь тем самым собрать все мысли в единую кучу, хаотичными движениями сжимая и разжимая волосы. Появляется желание их выдрать к чертовой матери, чтобы заглушить болью внутренний конфликт. Страшно от самой себя. Теряю контроль, ухожу в какие-то странные идеи и эмоции, которые на долю секунду завладевают разумом, но после вновь ослабляют свою хватку, порождая невероятную путаницу. Сон…сон…сон…Нужно только поспать и это пройдёт. Ускоренными шагами приближаюсь к кровати и падаю на неё, желая скорее погрузиться в беспамятство. Спи – не спи, а что это изменит-то? Факт останется фактом даже через год, не говоря уже о следующем дне. Всё будет по-другому. Приду в норму. Смогу просто хорошенько обдумать и найду решение, как избавиться от проблем, в том числе и от этих двоих! Удачи, наивная. ЗАТКНИСЬ! … А если подумать…кому заткнуться-то? Это же всё – мои мысли. Затыкаю сама себя…это…нормально? Вскакиваю словно одуревшая, удачно забыв о состоянии своего тела, но быстро вспомнив об этом благодаря разливающемуся жжению, вновь вскрикиваю и сдавливаю зубы. Хромая, плетусь на кухню за успокоительным в глупой надежде, что это все исправит. Почти опустевшая банка с капсулами вновь оказывается у меня в руке, желая поделиться своим содержимым. Нервно вытряхиваю целую горсть к себе на ладонь, а после закидываю её в рот. Горечь заполнила собой, смешиваясь со слюной, образуя вяжущие чувство в полости. Только вода устраняет её, напитывая всё тело приятной прохладой. - Мей, я смотрю, всё еще переживаешь. Ты такая слабая. – Кряхтит Меадра над самым ухом, иногда прерываясь на смешки. Смешно ей, блять. Наверное, тщательно смакует каждый мой нервный срыв, наслаждаясь представлением. Для неё – это театр одного, вечно страдающего, актера, рискующий свалиться в объятия смерти. Воротит от чувства, что являюсь всего лишь чьим-то развлечением, но не могу ничего с этим поделать. Была бы возможность - загрызла, вырвала сердце и сожгла бы это дьявольское отродье, которое просто продолжает своё никчемное существование благодаря жизням людей. Ненавижу эту суку. Начинает трясти от прилива злости вперемешку с тотальной безысходностью, вихрем закручиваясь где-то в груди, разъедая собой нервные клетки. Страх принимается накатывать уже в тот момент, когда появляются предпосылки к приближающейся истерики, нагнетая и разжигая панический огонь внутри. Осознание неминуемой вспышки очередного приступа, заставляет прожить всё муки ожидания в смиренном состоянии, испытывая при этом неподдельный ужас от понимая, что же меня ждет. Знаю, что опять встречусь с болью во всех ее проявлениях, но не могу этого избежать. В итоге остается только надеяться на таблетки. Уже устала от того, что не могу контролировать себя. Теряю, какой-либо, интерес к жизни, концентрируя всё внимание на том, чтобы просто успокоиться и заглушить нервный срыв. Моральное истощение преобразует личность в никчёмный кусок говна, с каждым разом убеждая продолжать истязать тело, поощряя всякую новую рану мимолетным притуплением ненависти к себе. Нет смысла жить в постоянных мучениях, но так страшно умирать. Прокрадывается едва ощутимая мысль, которая шепчет- «Не сбежишь», но быстро потухает в блаженном спокойствие. Расслабление постепенно растворяет в себе, помогая просто забыться и выдохнуть с облегчением. Видимо, только лошадиная доза способна справиться с моей нервной системой, полностью вырубив её. Теперь можно спокойно заснуть. *** Громкий стук выводит из сна, отчего просыпаюсь и сразу же впадаю в страх. Кто-то откровенно долбится в дверь, желая её вынести с петель и уверенно ворваться в квартиру. Абсолютно растерявшись, остаюсь сидеть на месте, боясь сделать хоть одно движение. Уже понимаю, кто же это может быть, благодаря чему становиться всё хуже. Глупо уповать на то, что, если не открою - от меня просто отстанут, но и лично выкапывать себе могилу не хочется. Бездействие не в состоянии породить противодействие. Наверное. Шум настойчиво разрезал тишину, отголоском разносился по всей квартире, застревая в ушах. Паника овладевала сознанием, порождая в голове бредовые мысли о побеге через окно. Но. Есть-ли шанс спастись таким образом – непонятно. Знаю, что бесполезно бежать, отчего знакомый вкус страха вновь заполняет моё тело, загоняя в угол, позволив сохранить только бесполезную надежду на лучшее. Есть-ли в ней смысл? Нет. Как можно тише подкрадываюсь к двери и с трепетом смотрю в глазок. Чего и следовало ожидать - Мелло вновь явился по мою душу. С каким-то дьявольским безумием он продолжает барабанить по двери, видимо, представляя, что это моя голова. Ни звука, ни шороха. Просто застываю и продолжаю наблюдать за блондином, наполняясь нарастающим ужасом. Если открою– подпишу смертный приговор, а если продолжу прятаться, как загнанный зверек – рано или поздно, всё равно найдут и накажут за такое поведение. Не могу принять решение, оставаясь стоять на месте затаив дыхание, переполненная терзанием дилеммы. Через несколько минут парень ударил в последний раз, плюнув на «единственную защитницу» и стремительно удалился прочь. Неужели, он решил забить? Всё так просто? Поймала себя на чувстве какой-то неподдельной радости и невероятной легкости. Захотелось прыгать и ликовать от счастья, закрадывались мысли о том, что сегодня можно просто расслабиться и наконец почувствовать себя в безопасности. Что это? Наивность? Не знаю, насколько она уместна, но хочется побыть в блаженном неведении еще чуть-чуть. Однако. Мне теперь всегда сидеть дома, чтобы просто исключить вероятность нашей с ними встречи? Насколько это возможно? Запереться от внешнего мира, просто потому что там поджидает целый рой опасности. Уже кажется, это единственный вариант. Выдыхаю и на трясущихся ногах возвращаюсь в свою комнату, где замечаю свой, сходящий с ума, телефон от разрывающихся звонков. Незнакомый номер неустанно продолжает загораться на экране, как будто принуждая ответить. Сбрасываю. 40 пропущенных и 1 смс-ка. Интересно, что же там. Открываю сообщение и застываю на месте от шока, подкреплённым ужасом с примесью паники. Мне отправили фотографию, в центре которой находился главный вход нашего офиса, а в дверном проеме красовался Господин Сато. Внизу располагалась небольшая, ехидная подпись: «С любовью, Метт». Одуревшими глазами еще раз пересматриваю фотографию, как будто хочется увидеть какую-нибудь ошибку, оплошность или несовпадение с внешним видом знакомого мне здания. Нет. Это точно оно. Сука.Сука.Сука. Сато…совсем забыла о нём благодаря всей этой неразберихе. А ведь сегодня последний день его жизни. БЛЯТЬ. Неужели, это будут они? УБЬЮТ, ПРОСТО ПОТОМУ ЧТО Я НЕ ВЗЯЛА ТРУБКУ?! Михаэль неоднократно приплетал его к своим угрозам, а я ясно дала понять, что это моя ахиллесова пята. ЧТО ЭТОТ УРОД СОБИРАЕТСЯ С НИМ СДЕЛАТЬ!? Подскакиваю, словно ошпаренная, забыв про всю боль, которую удачно заглушило чувство паники наперевес с истеричным состоянием, впопыхах напяливаю первую попавшую одежду и бегу к двери, выбросив из головы весь поглощающий страх за свою жизнь. Вылетаю из квартиры, быстро перебирая босыми ногами по холодному бетону, стараясь ускориться на сколько это возможно. Матерю себя за свою медлительность, хочется в этот момент выжать весь потенциал из тела, лишь бы успеть оказаться до рокового момента. Сато.Сато.Сато. Не могу ни о чем думать, все мысли заняты только спасением адвоката. Всей душой желаю помочь, уберечь, продлить ему жизнь. Делайте со мной, что хотите. Я справлюсь, выдержу, умру, в крайнем случае, но смогу защитить. Пожалуйста. Умоляю. Не трогайте его. Бегу по улице, роняя слезы от угнетающих мыслей, которые активно долбят в голову о том, что уже поздно. Тщетно отгоняю, но внутренний голос сомнений продолжает нарастать, затуманив рассудок, кричит - «Всё кончено». Нет. Я ошибаюсь. Это не может быть правдой. Просто очередная уловка. Переулок за переулком, а они всё не заканчиваются, кажется, как будто целая вечность отделяет меня от офиса. Дыханье давно сбилось, а острая боль в грудной клетке начинает затормаживать, отвлекая внимание на себя. Почему я такая слабая?! Задыхаюсь от отдышки, но продолжаю бежать. Нельзя, чтобы из-за моей нерасторопности адвокат пострадал. Последний перекрёсток и на горизонте засияло высотное здание с Адвокатской конторой Сато. Еще один рывок, выжимая всё, что осталось, ускоряюсь еще быстрее, стиснув зубы. У самого офиса мирно стояла знакомая красная машина, возле которой спокойно покуривал рыжеволосый и разговаривал о чем-то с Мелло. Увидев меня, лицо Метта озарила ухмылка, следом решив подбодрив меня своим язвительным замечанием: - Давай-давай, спорт укрепляет организм! Ебучая ты мразь. Останавливаюсь возле них и громко выдыхаю, вперемешку с терзающим хрипением. Сердце бешено стучит, вот-вот выпрыгнет из грудной клетки, а боль от безумного бега начинает догонять, наказывая за каждое совершенное движение. Кривлюсь в лице, стою согнувшись пополам, пытаясь отдышаться и выдавить из себя хоть одну фразу. - Так и знал, что это заставит тебя шевелиться. Всегда бы так. – Недовольно прошипел блондин, обходя машину и открывая заднюю дверь. – Давай, заваливайся. Задыхаюсь от переполненных легких кислородом, проглатывая чувство разрывающегося горла, продолжаю содрогаться от всего спектра ощущений, которые заполнили тело. - Что…вы…с…ним…сделали. – С огромными паузами, вытаскиваю из себя слова, стараясь восстановить дыхание. Сейчас я четко потеряла различие между изнеможённостью и очередным приступом, смешивая эти понятия в одно, из-за чего становилось невыносимо тяжело находиться на ногах. Вот-вот потеряю сознание, но не могу этого сделать, пока не узнаю, что с Сато. - Ц-ц, ничего мы не делали. Просто решили немного ускорить тебя и напомнить главный мотив, ради которого ты нам помогаешь. – Невозмутимо ответил рыжеволосый, вновь выдыхая табачный дым мне в лицо, из-за чего становилось дышать еще труднее. -Где…он… - Не знаю, не слежу за ним. Долго еще ждать?! – Начинал психовать блондин, пытаясь показать своим тоном, что он не настроен вести беседы. -Я поеду…только…только…пожалуйста…дайте мне его увидеть. Прошу…умоляю. – Переполнившимися от слез глазами, смотрю на них с мольбой и отчаянием, в надежде достучаться до них. - Нет. – Резко отрезав, Михаэль продолжал сверлить своим свирепым взглядом, сдерживая себя от того, чтобы просто не закинуть меня силой в машину. - Умоляю…сделаю…всё, о чем попросите. Только…дайте попрощаться…Сегодня…он…умрет…- Давлюсь от горечи и слез, вновь погружаюсь в омут сожалений и неумолимой печали, которая продолжает поедать изнутри. - Хм…сегодня умрет…да. - Как-то задумчиво протянул рыжеволосый, устремив взгляд в пустоту, как будто, отдалившись от происходящего. Повисла небольшая пауза, которая иногда прерывалась на мои всхлипы, ни то от нехватки дыхания, ни то от очередного срыва. Потеряла границу, бьюсь в истерии и загибаюсь от боли, захваченная одержимой идеей увидеть Сато. Сейчас меня не волнует ни моё состояние, ни кричащее от страданий тело, ни эти двое. Единственное, что я должна сделать – попрощаться. - О-х-х, как же ты достала меня! Иди, блять, смотри и поехали быстрее. У тебя 2 минуты. – Громко хлопнув дверью, Мелло вновь поравнялся со своим напарником. Тут же срываюсь с места и забегаю в здание, сломя голову пролетая по коридорам, безумными глазами пытаюсь найти адвоката. Приблизившись к офису, собираю себя в кулак, делаю последний громкий выдох и захожу с улыбкой в офис. Он всё так же сидит в своём кресле и завороженно изучает документы. Тут же чувство невероятного спокойствия растворило в себе, уничтожив огромный камень переживаний и страхов, позволяя просто наслаждаться моментом. Это-ли не прекрасно? - О боже, Мей, что случилось? – заметив меня адвокат явно побледнел, не ожидав увидеть в таком виде. Ах да-да-да. Я же выгляжу, как потрепанная собака, украшенная вечерним макияжем из синяков и ссадин. - Здравствуйте. Да просто в аварию попала. Сейчас всё в порядке. – Снова отвечаю с глупой улыбкой, стараясь сохранить непринуждённость и внести в свой голос как можно больше естественности. - Что значит – «Всё в порядке»? Почему ты не находишься в больнице? Я бы ничего тебе не сказал - здоровье важнее. И что с тобой сейчас, где твоя обувь? – Мужчина подскочил со своего места, теряя присущие спокойствие, говорил с переполнявшим его возмущением. Обувь? Опускаю взгляд вниз и замечаю, что действительно всё это время бежала босиком, из-за чего ноги покрывала пыль наперевес с уличной грязью, а стопы начало предательски щипать, как только обратила на них внимание. Как я могла не заметить? Но. Он заботится обо мне. Я счастлива, остальное неважно. - А, это…- делаю небольшую паузу, пытаясь найти более-менее подходящее оправдание для своего внешнего вида, перебирая в голове все варианты событий, при которых нормально оказаться в таком состоянии. – Собственно, я как раз после аварии. – Улыбаюсь и чешу затылок, покрываясь легким румянцем из-за смущения. Мне стыдно так глупо врать. - Да что с тобой? У тебя, видимо, шок, поэтому не осознаешь до конца всей тяжести своего положения. Давай, пошли, я провожу тебя. – Адвокат принялся второпях собирать вещи, судорожно закидывая их в свой портфель. На его лице читалась растерянность и тревожность, а бегающий взгляд выдавал его волнение. Я поняла, что готова постоянно ходить в увечьях, лишь бы продлить эти минуты его заботы. Чувствую себя нашкодившей маленькой девочкой, о которой так сильно переживает её папа. На самом деле, даже не могу сказать, почему именно в нём я вижу отца и всячески поддерживаю этот образ у себя в голове. Наверное, какой-нибудь синдром замены. - Голова не кружится? Не тошнит? – продолжал заваливать вопросами Сато, стремительно приближаясь ко мне. Его движения как будто в замедленной съемке, такие уверенные и мужественные. Смотрю на него с неподдельным восхищением, с надеждой и невероятным упоением от самого факта нашего общения. Но в секунду мой взгляд переменяется и переполняется ужасом. Лицо мужчины вмиг искажается в полную боли гримасу, которая железной маской накрыла собой полностью, лишая возможности дышать. В панике делает учащенные короткие вдохи, задыхаясь от нехватки воздуха, начинает порождать громкий хрип. Смотрит на меня расфокусированными глазами, наполненными растерянностью и страхом от бесконтрольного положения, заглядывая в душу, умоляя помочь. Хватается за грудь, сжимая ладонь в области сердца, пытается стучать по ней, но тут же падает на пол. Последний хрип, а далее тишина… … Звук трескающегося стекла. Треск. Треск. Треск. А после грохот и огромные осколки летят вниз, оставляя в воздухе свое мелодичное звучание, разбиваясь на мелкие куски. Нет. Это не стекло. Это разбилась моя жизнь. Пронзительный крик вырывается из самого нутра, заполняя собой все пространство этого здания. Вопль, перестающий в визг, смешивается с нечеловеческим завыванием, пропитанный отчаянием, проходит по всему моему телу, вибрируя и сокращая все органы. Задыхаясь реву, падаю на колени и подползаю к адвокату, трясущимися руками дотрагиваюсь до него, но ничего не получаю в ответ. Горло дерет от переполняющего комка слез, который образовался в еще большую форму, перекрывая трахею и лишая способности дышать. Хватаю ртом воздух, но всё тщетно, судорожно делаю частые вдохи, не в состоянии сделать один выдох. Хриплю, мычу, а после вновь вскрикивая, начинаю реветь в голос. - Пожалуйста…- Тихо шепчу, сжимая холодную руку Сато у себя в ладони, обезумевши встряхиваю ею, словно пытаясь расшевелить, увидеть, что он всё еще жив. Просто притворяется. Это шутка. Шутка.Шутка.Шутка. Мне смешно, всё хватит, пожалуйста. Вы же живы, да? Это розыгрыш? Вас подговорил Мелло? Ха-ха, да, я вам верю. СКАЖИТЕ, ЧТО ВЫ ЖИВОЙ!! - Сато…Сато…скажите…вы…- Несвязно бормочу, заливаясь слезами, всё крепче сжимая его руку, боясь отпустить. Бьюсь в истерики, отчаянно долблю кулаком по полу от накрывающей горечи, вновь сокрушаюсь и кричу, что есть сил. Изнутри раздирает невероятная боль, безжалостно разрывая меня на куски, полностью погружает в нещадную истерию. Не могу поверить, что он умер. Отказываюсь. Все не правда. Сейчас…сейчас…он встанет… Слёзы неустанно бегут по щекам, стекая по подбородку, и капля за каплей, приземляются, на еще теплую, руку Сато. Соленая жидкость медленно впитывается в его кожу, полностью соединяясь с ней и наполняя последней влагой. Одуревшими глазами смотрю на его лицо, наивно ожидая увидеть прежний блеск и теплоту в его потухшем взгляде. Бегло ищу хоть одно сокращение мышц, которое выдаст его и скажет мне нежную фразу: «Попалась!» и далее всё заполнится радостным смехом. Но ничего подобного нет! Нет ни единой эмоции, которая бы отражалась на нём, лишь открытые веки позволяют в последний раз запечатлеть у себя в голове темно-зеленый цвет его радужек и утонуть в бездне черных зрачков. Они не двигаются, а просто зафиксированы на месте, как будто души больше нет в теле. Как будто. Сука, так и есть! Осознание от происходящего медленно догоняет и застилает разум беспросветным туманом, напрочь лишая возможности соображать. Только отчаянный крик с приглушенными всхлипами напитывают повисшую мертвую атмосферу. - Скорую! – Раздается позади меня женский голос, а после растворяется где-то в пространстве. Молодая девушка подбегает к телу адвоката, смотрит на меня переполненными от страха глазами и что-то пытается сказать. Вижу, как ее губы двигаются, содрогая воздух, но не могу услышать ее слов. Даже не пытаюсь вникнуть. Крепко сжимая ладонь Сато, оцепеневши от шока, продолжаю сидеть, уставившись в пустоту. Мысли с бешенной скоростью, сменялись одна за другой, погружая то в сладкие иллюзии, то в ядовитую реальность. Хочется верить, что это всё сон, но сколько бы не впивалась ногтями в свою плоть – не могу проснуться. Задыхаюсь от осознания, что вот он – его конец, понимаю, что больше не смогу находиться с ним рядом и уже похоронила свою жизнь за толстым слоем земли. Всё просто потеряло свой смысл. Последний раз встряхиваю руку адвоката, но безжизненное тело никак не реагирует на мои манипуляции, продолжая неподвижно лежать. Замечаю, как едва ощутимое синие свечение начинает проглядываться, за еще недавнем, здоровым румянцем, окрашивая его лицо в холодный омертвелый оттенок. Конец… Нежно провожу ладонью по его векам, навсегда закрывая и погружая их в пустоту, схожу с ума от распирающего меня отчаяния и бесконтрольного прилива слез. Всё тело неустанно трясет, судорога вцепилась крепкой хваткой выворачивая конечности, а недавно приобретенные раны заиграли новой чередой боли. Ощущение, что вырвали сердце, вытягивая следом все внутренности и просто распотрошили, оставив пустую оболочку продолжать существовать. Нет смысла выжидать его вздоха. Всё. Умер… Беспощадная волна слез снова накрывает собой, заставляя прочувствовать весь солоноватый вкус страдания и печали. Хочется умереть… - Вставай. – Ледяной голос доноситься до моих ушей, а следом кто-то подхватывает под руку и грубо ставит на ноги. Обезумевши, начинаю брыкаться, сопротивляться и, как можно крепче, держусь за холодную руку Сато, не в состоянии отпустить. Стараюсь вырваться, вновь припасть к нему и никогда с ним не расставаться, но железная хватка сдавила руку, не оставляя ни единого шанса на успех. - Нет! Отпусти, отпусти! ОТПУСТИ! – Продолжая терять контроль над разумом, истерично кричу и сжимаю холодные пальцы всё крепче. - Пошли, блять. – Следом обладатель слов, не церемонясь, закидывает меня на плечо, разорвав единственную связь с адвокатом, начал удаляться прочь из офиса. Рука медленно выскользнула и бесшумно упала на пол, в последний раз совершив действие. - НЕТ! Пожалуйста. Оставьте меня с ним… он всё еще жив…просто ему плохо…ему нужно помочь…я знаю…знаю…- Прерываясь на вздох, продолжаю кричать, пытаясь спрыгнуть с плеча. Не может всё так закончиться. Это не правда. Я не готова попрощаться с ним. Полностью проигнорировав мольбы, парень покинул помещение вместе с моим телом. Как в замедленной съемке, смотрела на бездыханное тело, понимая, что это наша последняя встреча. Горечь, обида и печаль поразили в самое сердце, безжалостно испепелив всё нутро, оставив после себя только тлеющий прах. Вновь задыхаюсь, одуревши сдавливаю руки в кулак, впиваясь ногтями до крови, безутешно реву в голос. Я не могу смириться с этим. Почему он? ЗА ЧТО!? УБЕЙТЕ ЛУЧШЕ МЕНЯ. Всё бы отдала, чтобы поменяться с ним местами. ЭТО ДОЛЖНА БЫЛА БЫТЬ Я! Роковая секунда, которая забрала его жизнь, в последний раз пропитав лицо болью, растворила в блаженном умиротворении. А ведь даже толком не попрощалась, а только заставила его волноваться перед смертью. Бесполезная тварь! Осознание собственной вины неустанно кричало о моей ошибке, которую теперь нет возможности исправить. Зачем сегодня пришла?! Если бы осталась сидеть дома, то он бы умер, даже не подозревая, что со мной что-то случилось. Я так люблю его. Но ни разу не сказала ему об этом. Сожаление о потерянном времени разгрызало на части. Теперь ничего не исправить… Дневной свет врезался в глаза, ослепляя и приводя ненадолго в чувства, но после вновь потух в темной машине. Парень грубо закинул меня на заднее сидение, а после сам приземлился на переднее, громко выдохнув. - Вроде худая, а тяжелая. – Недовольно произносит Мелло, доставая из бардачка шоколад. Нет сил подняться, остаюсь лежать, уткнувшись лицом в обивку, громко всхлипываю от горячих слез. - Что с ней опять? - Да умер её начальник. Теперь даже не знаю, чем мотивировать эту ебанутую. Не могу же я в неё каждый раз стрелять, когда она будет пытаться убить себя. - Каков моралист. Она меня уже утомляет своим нытьем. – Недовольно пробурчал рыжеволосый и завел машину. – Скоро сам погружусь в депрессию. - Да-а, с этим явно что-то нужно делать. – Задумчиво протянул блондин, откусываю плитку шоколада. - Эй, девка, сегодня у тебя намечается поездка на несколько дней. Так что, сейчас резво собираешь шмотье и с радостным лицом отправляешься в путешествие. – Прошипел блондин, прожигая взглядом моё тело. Слова медленно долетают до меня, теряя полностью свой смысл в громком завывании, которое беспрерывно продолжало вырываться, иногда перерастая в животный вой. Охваченная горем, не в состоянии принять ситуацию, прокручиваю последние моменты жизни мужчины - Скривившийся от боли Сато, до сих пор стоял прямо перед глазами, прожигая отчаянным взглядом, в надежде, что я помогу ему. НО Я НЕ СМОГЛА НИЧЕГО СДЕЛАТЬ! Просто застыла, не в силах пошевелиться, когда он загибался в последних мучениях. Ничтожества. Ничтожество. Ничтожество. Печаль рвет на куски, навсегда убивая последнюю надежду на счастливый поворот судьбы, вселяя твердую уверенность о неминуемом крушении всей моей жизни. У меня ничего не осталось. Нет смысла жить дальше. - Может, вырубить её? – Еле слышно пробурчал Метт, устремляя свой взгляд на дорогу. - Я не собираюсь тащить эту тушу на себе. По звукам было понятно, что машина тронулась со своего места, и что сейчас меня вновь куда-то везут. Куда-то…куда-то… Мелло же что-то говорил об этом? Не могу вспомнить…Да и не хочу. Слишком поглощена горем, которое постепенно умертвило во мне любой интерес к ситуации. Продолжаю лежать в одном положении, не в состоянии даже поднять голову и посмотреть в окно, полностью погрузившись в мокрую от плача обивку. Нет сил реветь, но слёзы продолжали катиться из глаз, вызывая громкие всхлипы, переливающиеся в неразборчивое завывание. Только легче не становиться. В груди неустанно щемит от осознания потери, с которой невозможно смириться, а сознание находиться в некой прострации, не отдавая отчет о происходящем. Сейчас не волнует, что они собираются делать, куда везут и какие дальнейшие планы на меня. Будет неплохо, если Мелло всадит пулю в череп, избавив от этих страданий. Наверное, я была бы благодарна. Потеряв отсчет времени, не заметила, как машина остановилась, и парни поспешили покинуть её, оставив наедине со своими мыслями. Мимолетная тишина растворила в себе, ненадолго успокоив, но тут же сменилась на обезумевший вопль от разразившейся боли. Распахнув заднюю дверь, тяжелая рука хватается за раненную ногу и грубо вытаскивает меня на твердую землю. Терзающие жжение, перерастающее в адское раздирание плоти, окутало собой тело, вызывая новую волну отчаянного крика. Вновь хватаюсь за ногу, обнимая её, наивно пытаясь успокоить пульсирующую резь теплом и свежей порцией слёз. В очередной раз судороги поглощают без остатка, впиваясь своими острыми клыками в конечности, заставляя прочувствовать каждую клеточку своего страдающего тела. Мне невыносимо больно. - Ой, Монетка, у тебя именно эта нога болела? Прости-прости. – Захихикал рыжеволосый, проводя рукой по моим волосам. – Ты бы лучше следила за своим здоровьем, а то тебя куда ни тронь -везде болит. - Зачем ты её валяешь по земле, чтобы теперь она тут опять загнулась? – Недовольно пробурчал Мелло, с чётко уловимой раздраженностью в голосе. – Вставай! – Подхватывает за локоть и грубо поднимает меня на ноги, заставляя взывать ещё громче. Он прекрасно слышит мой вопль и вполне четко видит скривившиеся от страданий лицо, но продолжает игнорировать, как будто не имеет к этому никакого отношения. Неужели в нём нет ничего человечного!? Внутри забурлила ярость, наперевес с ненавистью, пробуждая неконтролируемое желание приложить парня головой о капот. Хочется, чтобы эта мразь хоть раз ощутила тоже самое, что и я. - Сука, я не могу идти! – Фраза стремительно срывается с губ, переменяясь на отчаянный крик, разнеслась эхом по улице. Боль застилает глаза, безоговорочно ограничивает любое движение, мешая о чём-либо думать, оставляя только неизвестно откуда взявшуюся злость. Вновь падаю на землю, содрогаясь от адской резе, полностью овладевшей мной. - Надо же, заговорила. То носится по улицам, то стоять не может… тебе постоянно угрожать надо, чтобы ты что-то начала делать? – Прошипел блондин, пронзая ледяным взглядом насквозь. Его глаза вселяют в меня страх, принуждая беспрекословно подчиняться. – Монетка, не вижу энтузиазма! На халяву в другой стране побываешь, еще и обзаведешься новыми знакомствами. Тебя ожидает невероятное приключение. – С ядовитой ухмылкой отцедил Дживас, а после подхватил меня на руки и понес в неизвестном направлении. Другая…страна?... Нервный смешок тихо вырывается из груди, с озорством проскакивая по телу, незаметно пропадая в шелесте, сотрясающихся от ветра, деревьях. А это забавно, не так-ли?