Моя история в другом мире.

      В висках кололо. Веки были налиты свинцом, отчего открыть глаза не получалось. Рёбра резало ужасающей болью при каждом вздохе. Хотелось просто умереть. Сбежать из этого Ада, будто в другом мне будет спокойнее. Слёзы продолжали литься с самого прихода в сознание. Сердцебиение не прекращало учащаться, от чего на виски давило с ещё большей болью из-за стука пульса, который был настолько громким в этом огромном холодной зале, не освещавшемся ничем, что становилось страшнее, паника нарастала. Успокоиться не получалось. Здравомыслие покинуло меня ещё в тот момент, когда я рухнула на кого-то, сломав рёбра. Поэтому я что-то бормотала себе под нос, даже сама не понимая, что несу.       Дверь в зал распахнулась, и в проходе показался какой-то молоденький пацанчик, поставивший передо мной на пол тарелку с каким-то содержимым. Как только мой нос уловил запах еды, в животе крутануло, из-за чего я харкнула кровью.       Мальчик поставил передо мной огромное зеркало, показывая мой внешний вид. Что привело меня в ещё больший ужас, так это не то, что я была там грязная, усталая, а обилие засохшей крови на лице. Возможно, кровь побежала из-за резкой смены температур и давления.       Одежда была порвана. На мне остались какие-то лоскуточки на груди, еле как её прикрывая, и штаны, которые стали длинными шортами, также порвавшимися со всех мест.       По ногам ручейками шли линии застывшей крови. Лоскутки на груди были в крови, шея также была в крови. Всё, бл*ть, было в крови! Слёзы хлынули вновь.       — Зачем вы это делаете?.. — шмыгая носом, стараясь издавать меньше звуков, потому что боялась, что за моё нытьё меня никто по головке не погладит, я с мокрыми глазами посмотрела на пацанёнка. И ужаснулась. Его лицо было кукольным, не выражавшим никаких эмоций. Безжизненные глаза, в которых не было ни капельки света. Марионетка.       — Господин приказал. — сухим тоном прозвучало мне в ответ, эхом разбрасывая по залу зловещие нотки, от разворачивающейся фигуры, после чего она скрылась за мощенными дверями зала.       Пожалуйста, помогите…       Единственная фраза, звучавшая у меня в голове. И будто думая, что это поможет, я неустанно повторяла её, иногда произнося вслух.       Было очень страшно. Страшно за себя, за свою жизнь. Подобного никогда не случалось, настолько ужасного. Я ни разу не была в настолько плачевном состоянии. Ни разу фрукт не откликался на мой зов. А сейчас… Я совершенно беспомощная, побитая, как собака дворовая, висела на этом гр*банном стуле, размеров превышавших для обычного человека. Тело не слушалось, болело во всех местах, где только можно было. Где болело от сломанных костей, где — от страха и паники, вызвавшие самые тёмные мысли в моей голове, продумывая, как я могу закончить эту жизнь.       И тьма, присутствующая в этом зале, из-за которой не было видно даже собственного носа, пока, конечно, кто-то сюда не захаживал, что было редко по количеству пыли, разлетавшейся при каждом открытии двери, не давала мне покоя. Если в подобной ситуации можно было держать себя в спокойствии, то только в том случае, когда хоть капелька света проскальзывает. А тут по мимо полной темноты, упавшее зрение, которое всё никак не восстанавливалось, из-за чего периодически сознание не могло чётко увидеть предмет. Может, это из-за слабости, может из-за крови на лице — понять было пока не дано. Но лечение мне было необходимо, это уж точно.       Снова шмыгнув носом, где эхо разнеслось по всему залу, напугав меня вновь, я закинула голову вверх, захотев помолиться Богу, но вспомнила, что за «Бог» находится там. И заревела. Отчаяние съедало меня с головой.       Чем я заслужила это наказание?.. Почему это происходит со мной?..       Дверь вновь со скрипом отворилась, показывая фигуру вошедшего.

***

      — Что это значит?! — кричал разозлённый капитан пиратов Соломенной шляпы, смотря на одну из катан, что носила его накама и по совместительству сестра, находящуюся в руках «Бога» Энеля, где последний с ехидным выражением лица и прищуренными от удовольствия глазами отвечал про «наказание», что получила та дерзкая девчонка, не согласившаяся пойти с ним изначально, за что была сброшена вниз. В синее море.       Сначала мугивара не обратил внимания на отсутствие кое-кого, думая, что всё в порядке, а когда она не появлялась довольно долго, начал переживать. И команда снова разделились по разным местам. Каждый сражался с тем, кто ему «выпал».       И по мимо этих сражений была ещё проблема в виде упавшей накама. Может, Эдо когда-то там и упала с неба, раз появилась среди опасного леса, но сейчас он очень сильно переживал, потому что чувство беспокойства с тяжестью давило на голову, от чего ярости становилось только больше. Его сестра. Была побита и брошена, даже не смотря, что владела опасным фруктом! Он бы был более спокойным, если бы интуиция не кричала, что там просто кошмар.       — Где она?! — со злостью крикнул мугивара, на что услышал всё тот же ответ — дрейфует на водах синего моря. Но этот ответ его не устраивал. Он не хотел мириться с этой мыслью! Не хотел!       Разбежавшись и активировав фрукт, Монки Д. Луффи набросился на Энеля.

***

      Раставив широко свои ноги, одетые в оранжевые штаны, стуча туфлями с заостренным носом, в огромной розовой шубе, на меня внимательно смотрел тот самый «господин» из-под оранжевых линз очков. Хоть его глаз не было видно из-за толщины линз, но изучающий взгляд я прекрасно ощущала. Лицо мужчины было озарено сумасшедшей улыбкой, при этом он не переставал улыбаться с самого момента прибытия в этот зал, где последний после его прихода перестал быть тёмным. Включили освещение, после которого зрение стало приходить в норму.       Хоть я и была связана, побитая всем телом, не в состоянии на драку, я держала голову прямо, стараясь показать, что я ещё не сломлен. Для чего я это делала, и зачем старалась показать себя во всей красе — я не могла понять, потому что при каждой такой мысли цепочка теорий обрывалась, никак не приходя к единому верному, более правильному.       — А ты неплохо держишься. — насмешливо пронесся голос блондина по залу, в уголках отражаясь эхом. Он смотрел на меня, то просто улыбаясь, то добавляя ехидство и издевки, превращая улыбку в ухмылку. Было страшно. От этого человека исходила грозная аура психически неуравновешенного человека, где последнее пугало меня куда больше, чем что-то другое. Такие люди непредсказуемы.       Мы сидели в этом месте одни. Только я и он. После того, как появилось освещение в помещение, я более менее смогла узреть обстановку, в которой оказалась. Это был средних размеров зал, без какой-либо мебели, с бело-серыми стенами, которые были серыми только потому, что на них был слой, наверно, столетней пыли. Окон не было, что и понятно, так как это больше походило на нижние каюты корабля. Каюты… Что ж это за место-то такое, что корабль больше на замок похож? На полу была выложена плитка, разбросанная так, будто это шахматная доска. Где я была не королевой, а пешкой, которую в любой момент могут убить. Правда, этого не происходило. Пока что…       — Хмм, — задумчиво промычал мужчина, напугав неожиданностью, так как до этого молчал. — Видимо, тебе интерьер пришёлся интереснее меня. — и в эту же секунду после последней фразу я почувствовала удушающие движения чего-то острого на своей шеи. — Тебе никто не давал права смотреть по сторонам, пока я нахожусь здесь.       Вспомнив слова того, кто выпихнул меня с неба, я опустила беспомощный взгляд, проклиная про себя всё на свете. Проклиная саму себя за слабость и за то, что не уделяла время хоть малым тренировкам, за то, что была слишком беспечна к этому миру, думая, что раз удача брата со мной и сам он рядом, то мне ничего опасного не грозит. Всегда окажется тот, кто сильнее тебя. В разы.       — Деточка. — мягкий смеющийся голос прозвучал у меня над ухом. И мою голову за волосы подняли вверх, прямо перед лицом этого сумасшедшего. И мягкий голос не был показателем доброты. Это больше было похоже на голос, привлекающий в ловушку, чтобы жертва успокоилась, доверилась, а потом разочаровалась! Для некоторых сразу бы голос прозвучал, как сигнал об опасности. Например, для меня сейчас. — Тебе никто не разрешал опускать взгляда. Где же твоя храбрость минуту назад?! Фу-ха-ха-ха-ха-ха!!! — и меня с силой отбросили со стулом к стене.       Ойкнув от боли, что пронзила ткани мышц от сломанных ребрышек, я, харкая кровью, смотрела на плитки, в которой виднелось моё отражение. Помогите!!!       Когда я хотела встать и побежать к двери, где, думая, меня ждёт спасение, ноги обхватила какая-то странная хренотень, подвесившая меня вверх тормашками. Из моих уст вырвался хрип, сопровождавшийся кровью. В лёгких невыносимо болело.       — Пожалуйста, помогите… — выдала я вслух умирающим голосом, потихоньку иссякая сознанием. Перед моим лицом остановилась сверкающая вычищенная туфля, острым носом упираясь мне в лоб. Наклонившись ко мне, мужчина с сумасшедшими высказываниями отдал приказ кому-то, стоявшему возле дверей, дать мне лечение. Чтобы я ещё позволила насладиться ему человеческими страданиями.

***

      На этот раз я проснулась на большой кровати, обвязанная бинтами. Тело ощущало себя легче, потому что оно было не только чистым, но и осмотренное врачом, который оказал мне медицинскую помощь.       Только моё состояние не радовало меня на сто процентов, потому что надо было для начала выбраться отсюда, а потом только со спокойной душой вздохнуть. И сдохнуть. Ха-ха-ха…       Выдохнув, я посмотрела на потолок каюты. Комната оказалась размеров поменьше, чем зал, но всё равно была такой же громадной. И пороскошнее, потому что тут была и мебель, и чистота, и некоторые украшения. А также стояли диван с креслами и столом. Либо чей-то кабинет совмещённый с комнатой, либо гостиная (?). И если первый вариант, то, наверное, она будет принадлежать тому самому сумасшедшему.       И надо бы встать, чтобы осмотреться, где я нахожусь, а как осмотреться, постараться влиться в доверие и съ**аться. Но тело было не в состоянии. А ведь меня могли даже не вылечить. А оставить дальше умирать в том зале. По какой действительно причине меня оставили в живых — я не знала, но предполагала: поиграть ещё с жертвой.       И что-то мне подсказывает, что лучше поскорее отсюда свалить. Иначе ждать беды. Мне.       Пока я размышляла у себя в думах над планом побега, в комнату кто-то вошёл. Это был мужчина, одетый в медицинский халат. Его лицо было грозным, с густыми бровями, из-за которых на глаза налегала тень, делая его выражение лица угрожающим. Он сообщил мне: раз я уже несколько дней валялась в постели, то сейчас самое время поприветствовать их капитана. На словах «несколько дней» я опешила. Это сколько?       Я, действительно, чувствовала себя намного лучше, но не думаю, что с таким положением смогу нормально передвигаться. Высказав своё мнение по поводу этого, доктор одарил меня следующей фразой:       — Поползёшь. — и больше не говоря ни слова, встал возле двери, ожидая, когда я встану, чтобы сопроводить меня.       Пришлось вставать. Кряхтя и булькая носом, который, как оказалось, был заложен, я встала с налёжанного места, еле как вставая с кровати, на которой и лежала, цепляясь за всё, что попадалось под руку. Мужчина помогать мне не стал. Только грозным взглядом наблюдал за моими мучениями.       То, что я не получу помощи — было ожидаемо. Всем в этом месте нравится смотреть на чужие страдания.       Спустя какой-то период, во время которого я прилипала к каждой стеночке, абсолютно каждой! не пропуская ни одну, мы дошли до двери, ведущую, как выяснилось позже, на палубу, на которой уже собралась куча народу. Моя интуиция почуяла неладное.       Главарь всего этого кипиша сидел в кресле, повесив ногу на ногу, а когда он обвёл меня взглядом полным злорадства, я поняла, что я чуть ли не в нигляже. Одна лишь сорочка да бинты. Бельё хоть на месте.       По большей части на корабле были мужчины, но женщины также присутствовали, хоть и их было немного, одетых в достаточно откровенную одежду. Только не говорите мне…       — Вид твоего тела вполне неплох. — сказал блондин, ухмыляясь и смеясь. Женщины, что стояли по бокам от него, смотрели на меня с враждебностью, видимо, ревнуя. Толпа зевак чего-то ожидали. Ситуация, в которой я очутилась… Разве это не что-то, похожее на гладиаторство?.. Именно такую атмосферу я уловила. А когда я хотела развернуться, чтобы сигануть в море. И умереть там. А не тут. Не жалкой смертью, а благородной, пиратской. Фрукт всё равно активировать не получится, потому что я даже не поела. А если и активирую, сдохну мучительной смертью от голода и истощения.       Мужчина, что оказался позади меня, с моим решением согласен не был. Загородив мне путь, он замахнулся какой-то увесистой кувалдой, чуть не расплющив меня одним махом. Отпрыгнув в в сторону и сделав кувырок, из-за болевших конечностей кубарем прокатилась по палубе, оказавшись у ног «розовой шубки", которая сверху вниз смотрела на беспомощную меня, с каждой секундой зверея от удовольствия.       Нахмурившись, я покатилась дальше, так как меня чуть не задавили ногой. Что ж это за монстры такие? Пока я, как таракан бегала по всему кораблю, уворачиваясь от всего, чем меня хотели расколбасить в сосиску, бинты наливались багряной жидкостью. Тело начало болеть по-новой, предвещая месячный режим в постели, либо кончину. И варианта бежать в море уже не было, силы я растратила на бегство по полу, стараясь уворачиваться. Но на следующем уклоне удача покинула меня, и мне железякой прилетело по ноге. Упав, хватаясь за раненное место, из которого хлынула кровь, так как эта штуковина оказалась острой, начала шипеть, думая, что мне поможет отпугнуть кого-то. Люди начали только смеяться. Чёрт!       Хлысь!       Мне прилетело по спине кнутом, заставив взвыть от боли, разбежавшейся по спине. Что-то мокрое потекло по лопаткам. И это явно был не пот.       Свист! Чавк!       Пытаясь вновь бежать, мне прилетела пуля в голень. Хватаясь за другую конечность, я пыталась мыслями успокоить себя. Но страх начал складывать тело, отчего держать себя в руках уже не было сил.       - Охотница на пиратов - Эдо, - проговорил громко на округу пернатый, обратив тем самым на себя внимание. Всё та же лыба до ушей до сих пор озаряла его с загоревшей кожей лицо . - Фу-фу-ха-ха-ха-ха!!! - ужаснувшись его смеху, я увидела, как белые нити направляются в мою сторону. Бежать бессмысленно, тело уже не слушалось. - Ты ведь не убила и не поймала ни одного пирата, так почему же тебя так прозвали!? - источая яд, продолжал смеяться этот неуравновешенный. Моё тело поднялось вверх, будто что-то подвесило меня. Это были те самые нити. Они сковали меня по рукам и ногам, захватив и за шею,потихоньку её сжимая. Кха! - Убить её! - отдав приказ, розовый встал со своего места, начав направляться куда-то вглубь корабля, оставив меня на растерзание.       Нет!       Я начала вновь бредить от сильной боли и кровопотери. Я уже даже не слышала собственных криков, что вырвались из моего рта от каждого следующего удара. Больше меня били предметами, пару раз стрельнув в руку, будто я была какой-то мишенью. Висев на этой треклятой нити, которая почти окончательно сдавила мои артерии, я потихоньку угасала, как сознанием, так и жизнью. Тело было покрыто кровью, наверное, в каждом местечке. И слюни, и кровавые плевки выливались обильно из рта. Я захлебывалась в собственной крови.       Слёзы смешались со всеми жидкостями на моём лице, образуя грязь. Прошлые раны и нынешние, как внутренние, так и наружные, горели огнём. Боль только усиливалась, заставляя с каждым мгновением принимать близкую кончину.       По палубе царил хаос: все присутствующие смеялись, кидаясь оружием, кулаками, кто-то даже уже плевался в охотницу.       "Как же эти людишки мне осточертели."       В последние минуты своей жизни, я услышала злой рык в своей голове, который заставил меня окончательно пасть в небытие.

***

      Полетела отрванная голова, из которой поплыли мозги с кровью и выпали глазенки. Кусок мяса от отрванного мужчины остался в сжатом кулаке девушки, которая с закатившимися глазами, показывая только белки, с сумасшедшей улыбкой, дико смеясь, напала на одного из пиратов Дофламинго, кому и принадлежал корабль.       Донкихот удивлялся, широко рскрыв рот от удивления, потому что пару секунд назад эта девчушка была не способна даже стоять. Только он хотел войти в помещение, как мужской голос заорал и прекратился. Мгновенная смерть настигла его.       Продолжая смеяться, при этом ничего не говоря, облитое кровью, как своей, так и теперь чужих, тело, с безумным бессознательным состоянием убивало всех на пути. Отлетали конечности, доносились крики, где-то загорелась палуба от брошенного факела, которым изначально хотели поджечь тело женщины.       Смотря на эту картину, полную отчаяния и боли его подчинённых, фламинго начал терять контроль от нахлынувших безумных эмоций. Вид девчонки поражал. Она была прекрасна. Даже с оторваннной печенью в руках, до которой каким-то образом достала, она была неотразима для такого же сумасшедшего, как сейчас это тело.       Около сорока уже было мертво, конечности которых плавали за пределами борта.       Посреди красно-оранжевого огня, в хлюпающей жидкости, как на белой сорочке, так и под ногами, стояла фигура Охотницы, которая с безэмоциональным выражением белков смотрела в небо. И причина была другая смотреть туда. Не потому что, что там были её друзья, а кое-кто другой, на которого она точила зуб уже несколько лет.       Опустив голову вниз, она с блаженным удовольствием наступила на чей-то до сих пор бьющийся внутренний орган, тихо посмеиваясь над происходящим.       - Какая жалость. - с улыбкой на устах взгляд шатенки остановился на блондине в розовой шубе, помахав ему рукой, мол, говоря "ещё свидимся", она прыгнула в воду, в которую так рвалась, и скрылась в толще стихии.

***

      Где-то на водах Гранд Лайн, дрейфуя, плыло тело шатенки, от которой вода окрашивалась в красный. Впереди шёл корабль, на парусах которых развивался знак дозора. Смотря вдаль, парень лет 20, с исиня чёрными воласами, разговаривал с героем войны - Гарпом.       - Этэр, такой молодой, а такой организацией руководить. - сказал старик, обращаясь к пареньку, который своим пронзительным серым взглядом, источал холод ко всему живому и мёртвому, словно скала, которой было наплевать на окружающую его среду, он "не слышал" , что говорил ему собеседник. Он несколько лет руководит организацией, подчиняющейся Тенрьюбито, помогая Морскому дозору. И всё бы ничего, но эта организация была секретнее тех же SP-9. О ней знали только совет Пяти, главнокомандующий Дозора - Сэнгоку и Гарп, который был приближенным вице-капитаном.       - Там что-то впереди. - заприметив впереди красное пятно, приближающееся к флоту, парень проигнорировал вопрос. Старик не стал задавать что-то повторно, потому что частенько эта льдышка избегала диалогов про него самого. Да и разговаривать не любила.       Достав подзорную трубу, дабы ближе рассмотреть это "что-то", Монки Д. Гарп ужаснулся. Впереди была его внучка – Эдо.