Я не вернусь в хоспис

Пользователь набирает сообщение... - Эй, Али, куда пропала? - дома сижу - Что-то случилось? - с чего бы? - Ну, ты пишешь с маленьких букв... - сколько раз тебе повторять блин? я сижу с компа, мне влом нажимать shift, и вообще, что ты хотела? - Да тут это, мы в Бессоннице. В общем, тут Лэй... - еду. - Да погодь ты, я не договорила! Пользователь Али ******** был(а) в сети 5 минут назад

Тем временем

На столе стояло несколько бутылок вина, большие тарелки с салатами и разнообразной снедью и праздничный торт. На последнем было ровно шестнадцать свечей. Складывалось ощущение, что празднуют здесь уже далеко не один день. Скатерть содержала на себе несколько пятен непонятного происхождения и следы помады. В углу комнаты на диване страстно лобызались две сомнительного вида девушки. Клуб "Бессонница" давно уже приобрел себе репутацию притона для подростков, ведь впускали любого, кто был старше четырнадцати лет. Здесь можно было достать всё, ведь охрана стояла только на входе, да и то работала спустя рукава. Видеонаблюдение в клубе охватывало только танцпол и пару "невинных" столиков, что позволяло работникам спокойно продавать алкоголь несовершеннолетним. Особой популярностью пользовался задний сектор. Состоял он из нескольких диванов и двух сдвинутых столов, что позволяло умещаться в нём шумным компаниям до двадцати человек. Там же стояло три кресла, каждое из которых огорожено шторкой. Эти кресла подростки звали "тронами любви", ведь они позволяли парочкам устраивать телячьи нежности, фактически не отвергаясь от компании. - Ник, ты Лэя не видел? - А что? - Так видел или нет? - Да видел, блять, чего допрос устраивать? Он с Рыбкиным и Ржавой наверх пошел. Я вообще ебу зачем всё же он пришел. Я ему предлагал отпраздновать пораньше, вдвоем, как в старые добрые, а он всё отпирался, говорит, типа я его лучший друг, поэтому он обязан присутствовать на основном торжестве. Ну и что получается? Да, выпили, потусили, всё круто, но ты только представь. Как только эти двое голубков решили уединиться для понятного дела, он поперся вместе с ними и снял комнату еще для себя. Видишь ли тут шумно, а ему на гитаре охота поиграть. Мне бы так любить свое дело... - Просто тут такое дело... - Боже, Эн, что ты опять натворила? - Да я то ничего не сделала, вот только сюда уже мчится Али. - ЧТО?? - Извини... - Ладно, меня не касается, это уже их с Лэем разборки. Может хотя бы так она что-то ему скажет. Жалкое зрелище на самом деле. Он, конечно, мой братан, я с ним и в огонь, и в воду, но и Али мне не чужая. Заебало, знаешь ли, каждый день наблюдать, как он гасится в хлам и пропадает на репетициях, а она за ним вот так бегает. И ведь сколько раз он мне говорил, и трезвый, и готовенький, как сильно любит её, но да, вот чего у него не отнять, так это похуизма на всё кроме музыки. Правильно говорят, что девушки любят мудаков. Да тот же самый Гуч. На год меня всего младше, а ведет себя, будто ему десять. Ксю уже как ни билась над ним, и истерики закатывала, и просто игнорила, и играла в нежную и идеальную девушку, а всё одно, задрот компьютерный. Лэй хоть делом занимается... Вот почему у тебя всё ещё парня нет? - А ты как думаешь? - Я думаю, что ты лесбиянка. - Что? Нет. Просто у меня есть Лэй. Ты же знаешь. - Знаю. Но я не думаю, что ты сейчас хотела бы ссориться с Али. Ты, конечно, его давняя подруга, извини, по несчастью, но он к тебе относится больше как к младшей сестрёнке, вот серьезно. Ты не пробовала поговорить с ним на эту тему? Я, конечно, мог бы у него что-то узнать, но я просто из принципа не стану этого делать. Повторяюсь, это не мои разборки. - Я не собираюсь пока с ним об этом говорить, точка. Он, по сути, единственное, что у меня осталось. Родители то мои того, - девушка многозначительно посмотрела наверх, - да и слава богу. А бабушке плевать. Да, кому-то райской жизнью покажется - я одета, обута, накормлена, с уроками и ранним приходом домой не напряжена, гуляй сколько хочешь, ночуй где вздумается, только сообщай хоть иногда и можешь дома вообще неделями не появляться. Да вот только жить вообще без нормального общения невозможно, а Лэй единственный, кто ежедневно справляется о моих планах и настроении, постоянно берет меня с собой в компании и на концерты. С ним мне не так одиноко что ли... - Да уж, тут надо отдать ему должное, ни к кому он так тепло не относится, как к тебе. Даже к Али. Кстати о ней... Энни обернулась. К ним, расталкивая народ на танцполе, направлялась Али, девушка Лэя. На Али были её любимые чёрные рваные джинсы, в которых, казалось, она даже спала. Девушку было хорошо видно в толпе, ведь её ярко розовые волосы до плеч мгновенно притягивали взгляд. Наконец Али растолкала толпу и подошла к друзьям. От неё пахло сигаретами и вереском. По девушке было видно, что она усердно спешила сюда - волосы растрепались на ветру и теперь были больше похожи на гнездо какой-нибудь неформаласточки, чем на повседневную аккуратную укладку. - Где?! Что ж, вопрос был ожидаемым и ответа ждать не пришлось. - Второй этаж, вроде седьмая комната, но могу ошибаться. Возлюбленной блондина уже и след простыл. О ней напоминал только запах сигарет и вереска, витающий в воздухе. - Вот так, ни здрасте, ни спасибо, дожили... Ворча себе под нос, Ник отправился допивать остатки спиртного, оставив Энни размышлять о своём.

***

Темный коридор и лестница на второй этаж, подсвеченная красным неоном. Обычное дело для подобных мест. Наверху в коридоре стало светлее, над каждой дверью были установлены неяркие лампочки. Можно было подумать, что лампы не меняли с самого распада СССР. Некоторые хаотично мигали, какие-то вообще не светили. Из-за дверей раздавались голоса, стоны и звуки скрипящих кроватей. Али без особого труда нашла комнату под номером семь и прислушалась. За облезшей дверью было тихо. Али трижды постучалась. Ответа не последовало. Девушка с опаской приоткрыла дверь и заглянула в щель. Помещение представляло собой маленькую комнатушку, в прочем, выглядящую не так плохо, как коридор. Стены были обклеены плакатами с изображениями различных музыкальных групп, среди которых были Nirvana, Red Hot Chili Peppers и Ленинград, и полуобнаженных девушек. Низкий карминовый потолок был либо неровно покрашен, либо местами потемнел от табачного дыма и копоти. В углу стоял пожелтевший обогреватель. У стены стояла двуспальная кровать, что не удивительно, тоже красная. На кровати сидел Лэй. Блондин обхватил голову руками и не двигался. Его длинные волосы спутались и теперь торчали во все стороны. От этого парень выглядел еще более измождённым и уставшим. Рядом с ним на кровати лежала изящная чёрная гитара - подарок от старой солистки группы, в которой Лэй сейчас состоял. На Али накатили воспоминания. Это она сидела с ним в гараже еще до того, как он связался с наркотиками, и с упоением разрисовывала гитару маркером. Теперь изображение Рика из известного сериала местами стёрлось, но выглядело всё еще хорошо. В пепельнице еще тлела недокуренная сигарета. - Лэй... Гитарист нервно дёрнулся, но даже не посмотрел в сторону входа. - Лэй! Девушка подбежала к парню и, присев рядом, обняла его. - Лэй, что с тобой? Блондин всё еще молчал, но его мышцы расслабились. Плечи опустились и под футболкой стали видны ключицы. Али осторожно поцеловала Лэя в макушку и вдохнула запах его волос. Пахло ментолом, сигаретами и чем-то травяным и горьким. - Ты опять накурился? Лэй, чего тебе не хватает в жизни? Зачем ты в это ввязался? Ты же мог раньше обходиться без травы, так почему сейчас ты употребляешь ежедневно?! Блондин шумно выдохнул и потянулся к пачке сигарет. Снова Davidoff. Эти сигареты всегда были его любимыми, Али радовалась, что в этом человеке осталось что-то от прежнего Лэя. Он никак не мог справиться со своими пальцами и, с неожиданной яростью, швырнул сигареты в сторону. Пачка с глухим звуком ударилась об стену и упала рядом с обогревателем. Парень несколько секунд посмотрел на неё пустым взглядом и вдруг громко зарыдал. Али мгновенно вскочила и, от греха подальше, убрала гитару и пепельницу на журнальный столик, который стоял около обогревателя. В первые дни, когда Лэй признался о своей привычке, он попросил девушку любой ценой сохранить гитару. Она была ему очень дорога. Али даже часто задумывалась о том, что блондин любит свой инструмент больше, чем её. Это было обидно, но со временем она смирилась. Обернувшись она увидела, что парень бессильно завалился на бок и просто выл. Волосы, упавшие на его лицо, уже успели промокнуть и слипнуться. Али аккуратно присела рядом и, поглаживая по голове, начала успокаивать всхлипывающего блондина. Сейчас он был похож на потерявшегося ребёнка, которого мать оставила на улице и ушла в неизвестном направлении. На ребенка, который не знает, что ему делать дальше. - Что ты здесь делаешь? Али взглянула на лицо Лэя. Парень смотрел ей в глаза. Взгляд его все еще был мутным, но уже появилась осознанность. - Я приехала к тебе. - Как ты узнала, что я здесь? - Энни написала. Она волновалась за тебя. - Почему она сама не пришла сюда? Али вдруг разозлилась. - А ничего, что я твоя девушка? Может мне лучше знать, как тебя успокоить? - Но мы с ней дольше знакомы, она мне как родная, а с тобой я только целуюсь. - Да пошел ты!! Как же душно. Срочно надо на воздух! Али, будто подхваченная ветром, выбежала из комнаты, яростно хлопнув дверью. Да что он такое себе позволят! Считает себя лучше всех, а на деле и гроша не стоит. Только и делает, что бренькает на своей чёртовой гитаре, даже не может найти время банально сходить в кино. Мудак! Чудом не сбив с ног Ника Али вырвалась из клуба на воздух. У входа стоял охранник с сигаретой, молодой парень лет двадцати пяти. - Извиняюсь, не угостите? - А тебе восемнадцать есть? - Не беспокойтесь, могу паспорт показать. Али потянулась к сумочке, но в тот же миг была остановлена охранником. - Ладно, на слово верю, держи. Мальборо. Дорогие нынче. Девушка достала зажигалку и уверенным движением поднесла пламя к кончику сигареты. Вдохнула горький дым и почувствовала, как никотин попал в кровь. Приятное чувство. Почему он не может быть нормальным? Идиот.

***

Энни всё еще удивленно стояла, уставившись на дверь, за которой скрылась Али. Что такое произошло? Она быстро поднялась по лестнице и нервно стала искать седьмую комнату. Вот и она. Девочка без раздумий распахнула дверь и застала Лэя, собиравшего с пола сигареты. - Лэй, что здесь произошло? - Ничего. Просто моя девушка ебанутая и не может смотреть правде в глаза. - Вы поссорились?! - Да нет. Просто она стала утверждать, что она знает меня лучше чем ты, а я сказал, что с тобой мы давно знакомы, а с ней я лишь целуюсь. Энни нервно сглотнула, поправила прядь волос, упавшую на глаза, и тут же накинулась на Лэя. - Ты вообще думаешь о чем говоришь, чёртов дибил?! Она же стоит там и ревёт! Ты знаешь, насколько это обидно для нее?? - На правду не обижаются. - Нет, ты что, серьезно ничего не понимаешь? Каждая девушка хочет быть любимой! И Мерилин Монро, и Али, и даже я! - Ты хочешь сказать, что ты не любима? - А кто-нибудь меня любит, чтоб я чувствовала себя любимой? - Я. У Энни перехватило дыхание. Сердце в груди забилось встрепенувшейся птицей, стремясь вырваться из грудной клетки, при этом переломав все рёбра. В голове вихрем закружились мысли. - Но как же... Ты ведь... А Али? - Эн, заруби себе на носу. Я, конечно, люблю гитару больше чем девушек, сигареты и концерты. Но угадай, что я люблю намного больше гитары. - Наркотики? - Тебя, глупая. Даже с Ником мы дружим не столько времени, сколько с тобой. Если с ним мы прошли многое, то с тобой мы прошли через всё! Я... Я просто не могу описать, что я к тебе чувствую. Если я тебя когда-нибудь потеряю, то смысла жить мне не останется. По сути ты - единственное, что держит меня в этом мире, единственное, ради чего я борюсь. Ты знаешь обо мне столько, сколько я сам о себе не знаю! Вдруг взгляд блондина потускнел, и теперь он смотрел как-будто сквозь Энни, куда-то вдаль. Его глаза закрылись и он упал вперёд. Неприятный хрустящий звук прорезал повисшую после последних слов тишину.

***

- Лэй... - Лэй. - Лэй, очнись!! - Очнись!!! Приоткрываю глаза. Взгляд никак не может сфокусироваться, летают разноцветные мушки. Где я? Слабый свет, запах медикаментов и чего-то еще. Травяного и горького. Так пахнет единственное место в мире. Что я тут делаю? Картинка перед глазами понемногу начинает проясняться, уже хорошо. Почему так давит грудь? Вижу человеческий силуэт, но не могу понять, кому он принадлежит. Что произошло? Память как будто отшибло. Помню только своё имя. Эй, да что такое? Я не могу дышать. Это... Это девчонка! Из соседней палаты. Помню мы с ней вместе сидели в очереди на УЗИ. Я был с папой, а она с бабушкой. Потом пришёл какой-то дядя в грязной рубашке, начал орать на них. Мне было страшно. Называл их такими словами, которые мой папа даже в ярости не произносит. Хорошо, что папа вместе с охранником вытащили того дядю на улицу. Папа вернулся через десять минут, на его руке была кровь. Он сказал, что всё хорошо, просто споткнулся и ободрал костяшки об бетонную стену. А эта девочка сидела и плакала. Не люблю, когда девочки плачут. Я тогда предложил ей дружить и сказал своё имя. Она улыбнулась и согласилась. Вроде её зовут Энни. Да, Энни. Так почему сейчас она сидит на мне и снова ревёт в голос? Начинаю оглядываться. А почему я вообще на полу? Точно... Я же хотел попросить у тёти Лены книжку, но она стояла в коридоре, и я решил сходить. Наверное я опять упал... Мама будет волноваться. - Энни... Девчонка вздрогнула, посмотрела на меня, вскочила и убежала в коридор. Ну вот, теперь лежать тут. Через минуту в палату ворвался папа со врачом. Они подняли меня и положили на кровать. Мне плохо. Папа ставит на кровать тазик. Меня рвёт. Кровь. Почему кровь?! Что случилось?! - Папа... - Успокойся, всё хорошо, сейчас станет легче. Врач вставляет в катетер капельницу и открывает клапан. Я вижу как жидкость капает из большого пакета и по трубке вливается в меня. Хочу спать. В последний момент замечаю в дверях ту девочку. Как её зовут? А как меня зовут? Где я вообще? Я устал. Глаза слипаются, не могу больше держать их открытыми. Трудно дышать. Я задыхаюсь. Спасите... *** Энни бросилась к телу Лэя и попыталась его перевернуть, при этом заливаясь слезами и зовя на помощь. Со второй попытки ей это удалось. Из носа парня струилась кровь, заливая и без того грязный пол. Светлые волосы Лэя стали бордовыми. Тут же за дверью раздался топот и в комнату влетел Ник. - Что, блять, случилось!? - Он... Он! - Ладно, похуй, не суть. Держи телефон, вызывай скорую, я пока попытаюсь привести его в чувство. Энни стала судорожно набирать номер неотложки. Лэй и раньше отключался при ней, но обычно это было вызвано излишком алкоголя в крови. Никогда он не падал так внезапно. Никогда Энни не видела столько крови на его лице. Да, однажды он избил парня, который к ней приставал. Лэй и сам принял пару ударов, но тогда отделался лишь разбитой губой. Потом еще на полном серьёзе говорил, что его кровь сладкая и предлагал Энни её попробовать. Она и сама была не против, но проблема была в одном. Она желала попробовать кровь с его губ, а он собирал пару капель на палец и протягивал его ей. Даже тогда он игнорировал её чувства, или же попросту не замечал их. В прочем, сейчас это не имеет значения. Звучат гудки. Гудки... Гудки... - Здравствуйте. Скорая помощь, что у вас случилось?