Я не вернусь в хоспис

Свидание – Юные

Осипший город давит своим присутствием. На улице почти нет людей. Это не удивительно. Какому идиоту придет в голову просто так шататься по проспектам субботним утром? Все отсыпаются после тяжелой рабочей недели и пятничного кутежа. Таков местный менталитет: всю неделю батрачить на заводе, чтобы к пятнице накопить на бутылку водки и забыться. Невероятно глупо. Однако из-за отсутствия людей дворами идти в школу действительно страшно – все фонари разбиты хулиганами, и ты никогда не знаешь, за каким углом тебя подстережёт маньяк. Благо школа недалеко от дома, если что можно и пробежаться, главное случайно не упасть, поскользнувшись на одной из многочисленных замёрзших луж. Подлые игры погоды… Ещё вчера было тепло, все ходили в куртках нараспашку, а о том, чтобы надеть шарф, никто и подавно не думал. Зато сегодня резко стукнули морозы, минус двадцать, не меньше. Ди вставила второй наушник в ухо и зарылась носом глубже в шарф. Из-за угла пятиэтажной панельки показался школьный двор, по которому такие же несчастные уныло брели на учёбу. Впереди курили двое парней классом старше, а значит можно больше не бояться маньяков и последние несколько минут насладиться музыкой сполна. Пикнув пропуском по турникету, Ди прошла внутрь и направилась к раздевалке, пропустив мимо ушей визгливый приказ технички лучше отряхивать ноги. Нужно успеть переодеться и проскользнуть к умывальникам у столовой, чтобы никто из одноклассников не увидел, как она упорно пытается совладать со своими непослушными волосами и прилично уложить их. Чёрт бы побрал эту шапку! В школе пахло сухостью, тоской ожидания зимних каникул и чем-то до одури сладким. Похоже какая-то из восьмиклассниц снова переборщила с духами в попытке привлечь внимание мальчишек. Когда-то и они с Юлькой были такими: бегали за старшеклассниками, пытались всеми силами выделиться из общей массы девчонок, всячески экспериментировали с макияжем… В общем чем только не занимались, чтобы доказать свою непревзойдённость. Так стыдно и одновременно так трогательно вспоминать об этом времени. В конечном итоге обе девушки нашли себе парней, но дело в том, что они даже не представляли, зачем им это нужно. Так было "просто надо". Стоит ли говорить о том, что ничего хорошего из этих отношений не вышло. Углубившись в ностальгию, Ди вернулась в раздевалку, чтобы достать из куртки забытые в кармане наушники. Девушке показалось странным, что в раздевалке не трутся парни, обсуждающие вчерашний футбольный матч, и девчонки, курящие электронные сигареты, спрятавшись в рядах курток. Весь шум толпы будто сместился в соседний с раздевалкой блок, откуда, казалось, слышалась музыка. Пройдя ближе к источнику звука, Ди даже смогла различить слова. Кто-то играл на гитаре и пел. Таким бархатным, слегка хриплым голосом. Весь народ из раздевалки окружил незримого музыканта, школьники будто превратились в единый организм, дышащий в такт ударам по струнам. Скорость игры нарастала в ожидании развязки. Гитара на секунду замолкла, послышались два глухих удара по струнам, и вдруг зазвучал припев. Зазвучал женским голосом. Голосом Юли. Ди еле сдержалась, чтобы не раскрыть рот от удивления. Человек, который иногда стесняется даже чихнуть при компании, сейчас спокойно и ни о чём не думая поёт перед толпой школьников?! Неужели это не сон… Так как пробиться сквозь плотные ряды школьников не представлялось возможным, девушка пару минут постояла, переминаясь с ноги на ногу, а потом, устало вздохнув, направилась в свой класс. Не очень то и хотелось тереться о потных восьмиклассников, просто чтобы послушать песни, которых она даже не знала. Ладно бы ещё играли что-то известное, чему можно подпеть. Кинув на парту сумку, девушка устроилась поудобнее на стуле и разблокировала телефон. В последнее время бывший парень совсем обезумел – постоянно что-то пишет, извиняется, пытается узнать хоть какую-то информацию и вымолить прощение. Наивный… Стоит думать головой, прежде чем что-то делать, а не пытаться реабилитироваться, когда всё уже случилось. Забавно, что он сначала винил во всём Ди, отрицал все примеры и аргументы, а теперь вдруг решил изменить своё мнение. "Так тебе и надо, спермотоксикозный идиот!", - девушка тихо ликовала в душе из-за того, что теперь настал её черёд помучить того, кто почти на полгода своими словами и действиями выбил её из колеи. "Пускай теперь сам ощутит на себе всю прелесть взрослой жизни". Прозвенел звонок. В коридоре послышался топот ног и весёлые крики – это младшие бегут в свои классы, чтобы училка не дай бог не отругала за опоздание, а родители не лишили карманных денег. По одному в кабинет начали заходить заспанные одноклассники. С каждым годом вставать на учёбу становилось всё сложнее и сложнее. Одна из тихонь робко поинтересовалась, свободно ли место рядом с Ди, и, получив в ответ кивок, начала доставать из рюкзака принадлежности. Вдруг весь этаж сотряс взрыв хохота, а после послышались весёлые голоса, приближающиеся к кабинету. Через минуту в класс влетели двое закадычных друзей прогульщиков, бурно обсуждающих что-то своё, и мигом заняли последнюю парту третьего ряда, на которую учитель меньше всего обращал внимание. Из их неприлично громкого разговора Ди поняла, что "цыпочки любят ловкие пальцы" и "надо тоже начать заниматься". Девушка не успела возмутиться, потому что прямо перед ней уже стояла Юля, слегка растрепанная и жутко довольная. Про приветствие подруга забыла, вероятно, от переизбытка эмоций: - Ты! Прикинь! Кто! Это просто… Охуеть! Ди, было, улыбнулась, но всё веселье с её лица как рукой сняло, когда в дверном проёме показался гриф гитары, а за ним в кабинет вальяжно вошёл блондин. - Всем привет, кого не видел. Ну это, короче, меня Лэй зовут, я теперь с вами тусуюсь. *** -…Вот и получается, что я стою в толчке, только затянулся, и тут директор заходит, спрашивать с меня начинает. А я выдохнуть то не могу, ебать, дым пойдёт!!! Ну я сделал вид, что застегиваю штаны после известного дела, промычал ему что-то невнятное и пулей свалил оттуда. Он потом, конечно, косился на меня долго, как баран на новые ворота, но в итоге ничего мне так и не сделал. Ещё мы с корешем, помню, случайно ему урок сорвали - не знали, что наш класс в другой кабинет переместили, и ворвались с криками, а там контрольная, потом такую бучу нам устроили, мама не горюй… О, наконец-то собралась, давайте, парни, я погнал фройлян провожать, не дай бог ещё маньяка какого по дороге изнасилует. Завтра увидимся, в 8 у раздевалки, я новую песню написал, зацените. Лэй быстро пожал руки всем, кто стоял в курилке, и большими прыжками через сугробы направился за Юлей, только вышедшей из школы. Девчонка очень боялась резких звуков, и пугать её, крикнув что-нибудь из-за спины, после чего она каждый раз дёргалась, было колоссальным удовольствием. Но в этот раз момент был неподходящим: девушка была явно чем-то встревожена или огорчена, так как удалялась от школы быстрым шагом, будто не замечая ничего вокруг. - Эй, спортсменка, куда бежим?! Чё стряслось, а? Давай только ты сейчас мне не будешь ебать мозги и расскажешь всё сразу, а то я, честно говоря, подустал уже вытягивать из тебя информацию. - Сука, ещё раз так сзади подкрадёшься, я реально сдохну! Там фигня на самом деле, у подружки крыша поехала, она мне сейчас на счёт тебя минут 20 мозги промывала, дура. Типа ты ей на концерте что-то не то сказал, вот она злобу и затаила. – От раздражения девушка нервно прикусила губу и начала поправлять пряди волос, выбившиеся из-под шапки. - Ага, так вот где собака зарыта, а я ещё удивлялся, какое лицо знакомое. Ну, не скажу, конечно, что я белый и пушистый, но и она не совсем пай-девочка. Мне вроде как и похер, но вот извиняться я точно не намерен, сразу знай. - Да я так и поняла. Забей, короче, пошли лучше покурим, я так устала, ты не представляешь, эти экзамены меня в могилу сведут. И иди помедленнее, шпала, я за тобой еле успеваю!!! - Да кто же тебе сигарету даст, мелочь, свежим воздухом дыши, говорят, это полезно. - Ага, с тобой надышишься… И вообще, это с каких пор ты за моё здоровье волноваться начал? - Да с тех самых. Мне как бы изначально не похуй было, а потом ты вообще в разнос ушла. Кто мне по пьяни всякий бред в мобилу нёс? Так что имею полное право выписать тебе пиздюлей за такие приколы. – Лэй поправил капюшон и в очередной раз затянулся, надменно ухмыльнувшись. - Всё, всё, молчу. Кури давай, быстрее, душу травишь. - Так тебе и надо, пропоица. Я тебя, конечно, позорить ни перед кем не буду, но ты сама знаешь, что я могу подъебать очень тонко. Поймёшь это только ты, но тебе будет невероятно стыдно. Хочешь? – Парень весело смотрел на то, как девушка сжимает свои маленькие кулачки. - Говнюк ты, вот что я тебе скажу… - Да-да, спасибо, стараюсь. – Блондин щелчком отправил тлеющий фильтр в полёт и снова одёрнул капюшон. – Пойдём, тебе меня ещё обедом кормить, а я жутко голодный. Почему ты мне раньше не сказала, что у вас в столовой так хреново кормят?! ***

Я ангел смерти, моя родная,

Мне чужды чувства и счастье в целом.

Обиду и злобу толпой нагоняю,

Но ты меж рёбер так цепко засела!

Я ангел смерти, моя родная,

И снова вскоре взлечу я к небу.

Одно лишь только я точно знаю –

Ты вместе со мной покинешь планету!

Прозвучал удар по тарелкам и все инструменты резко умолкли. Из звуков остались только тихое шипение усилителей и тяжёлое дыхание блондина. - Всё, парни, хорош, давайте пятиминутный перекур. – Лэй развалился на диване и достал из кармана пачку сигарет. – Все молодцы. Ритм, конечно, ещё немного гуляет, но в основном сыграли отлично. Такими темпами мы запишем альбом даже раньше, чем планировали. Надо ещё доработать партии, а то у нас бас просто четыре ноты играет всю песню, это скучно. Но, в принципе, я этим могу сам заняться. - Заебись. – Вся группа облегчённо выдохнула. – Ты уже реально задолбал этим своим "заново, заново". - Ну а что ещё делать, если вы лажаете? И да, я понимаю, что далеко не каждый слушатель это заметит, но по этому поводу мы с вами уже разговаривали, не начинайте снова крутить эту шарманку. – Вальяжно пуская колечки из дыма между словами, рассуждал парень. – Ещё какие-то вопросы касательно исполнения имеются? Давайте сразу, пока помним, чтобы проблем не оставалось. - Есть. – Вперёд вышел вокалист, жилистый парень с крупной серьгой в ухе. – Почему я в «Ангеле» теперь пою только как бэк-вокал? Я, конечно, не против твоего часа славы, но, честно говоря, в твоём исполнении песня становится совсем другой, не такой, к которой привыкли фанаты. – Парень заметно нахмурился. - Так, объясняю. Напомни, кто у нас пишет текста? – Лэй многозначительно окинул группу взглядом. - Ну, ты. – Вокалист стал ещё угрюмее, чем был. - Вот. Соответственно я вкладываю туда свои эмоции, свои силы, своё время. И у меня в голове ещё с первых строк возникает дальнейшее звучание песни, в которое вложена моя душа. Ты же это звучание не исполняешь, конкретно в этой песне делаешь всё полностью наоборот. Второй куплет, например, не надо петь, там речитатив, ни одна гласная не должна звучать протяжно, а в первом ты наоборот будто отключаешься на полуслове. Понятное дело, что с моим исполнением песня имеет совсем иную окраску и другое настроение. Ты понимаешь, что в идеале слушатели должны ЧУВСТВОВАТЬ песню, а не просто качать башкой под адски ревущую гитару? Мы тоже, извини меня, не слипкнот, чтобы хуярить какой-нибудь металкор. - А если вдруг я хочу "хуярить какой-нибудь металкор"? - Так всё просто: напиши текст, разработай партии к нему, и тогда вообще без базара сыграем. - Как ты справедливо заметил ранее, за тексты отвечаешь ТЫ, и если я хочу более жёсткого звука, ТЫ должен мне дать подобающий текст. - Чувак, уже реально хрень несёшь. Я не могу просто взять, захотеть и написать, для этого нужно вдохно… - А хули толку тогда от твоего сопливого говна, если ты не гибкий? Ты что, реально решил, что если будешь штамповать песенки для восьмиклассниц, то выбьешься в люди? Ой, извини, наверное, я всё же что-то не понимаю, трахать малолеток это ведь так круто, правда?! - Я не трахаю малолеток. – Блондин начинал выходить из себя, но с позиции лидера старался этого не показывать. - Да конечно, пизди больше. Мы все видим, как к тебе липнет школота, а ты и рад. Фоткаешься с ними постоянно, сиги покупаешь. Вот оно и выливается в то, что ты становишься тряпкой. "Ой, с тёлочкой потрахался, а она оказалась не школьницей, а студенткой. Я её за два месяца окончательно заебал, а потом сам первый и бросил, чтобы не показаться обиженным, и теперь страдаю с того, что я мудак." – Парень выплёвывал слова блондину прямо в лицо, не замечая, как тот впивается ногтями себе в кожу, пытаясь совладать с собой. – Просто признай, ты в край охуел, тебе от мнимого успеха башку напрочь снесло, вот ты меня и сдвигаешь потихоньку с законного места. У тебя слишком низкий голос для этой песни, понимаешь? Народ привык к высоким нотам, к нормальному пению, а не к подражанию Цою, что тоже на самом деле сомнительный пример. Цой хотя бы в ноты попадал. Дрочишь свою гитару, вот и дрочи, а я буду петь так, как я это вижу, понятно?! Установилась напряжённая пауза. Все понимали, что произошло что-то страшное, но не позволяли себе сдвинуться с места. В наступившей тишине можно было увязнуть и захлебнуться, а воздух, казалось, хоть сейчас режь ножом и мажь на хлеб. Натянув на лицо маску безразличия, Лэй громко выдохнул и кинул потухший бычок в пепельницу. - Репетиция окончена. – Процедил сквозь зубы блондин и, не дожидаясь никого, вышел из помещения, сдёрнув куртку с крючка.