Мой Биджу - Нишиша

      Какая знакомая картина мрачных подземелий. И где я мог это видеть? Хотя странный вопрос. В наш век настольных компьютеров и кучи свободного времени все только и делают, что сидят и что-то видят. Но лабиринт уж больно знакомый — словно и не раз его видел. Только что-то не так, что-то лишнее... Цвет? Точно! Пазл с щелчком встал на место. Лабиринт подсознания Наруто. Читал я такую мангу. Давно. Интересно, с чего мне снится такой сон?       — Ну, здравствуй, — раздался голос у меня за спиной.       — Курама? — спросил я, не оборачиваясь. Меня не проведёшь, это мой сон, а так повернёшься — увидишь частокол клыков с себя ростом и усё. В смысле кирпичей накидаешь, на фундамент дачи хватит.       — Минато, меня так зовут.       — А где Курама?       — Да кто такой Курама? — рыкнул он, и у меня мурашки по коже побежали рысью от шеи и до хвоста. Хотя и нет у меня его, но не до за... Ладно, в общем проехали.       — Курама — это имя девятихвостой лисы, биджу.       — Не продолжай, я понял. Нет его здесь и не будет.       — Да, странно, не канон... — пробормотал я, оглядываясь.       Клетка была на месте, Минато рядом с ней — сидел, откинувшись спиной на гигантский столб решетки.       — Ты больно много знаешь для случайной души, что Шинигами поместил на место моего сына, — вздохнул он, приоткрывая один глаз.       — Да как так-то? — больше для успокоения шиноби, что сейчас напрягся, проговорил я.       — Моя вина, — глухим голосом отозвался Минато. — Показалось, что отогнал достаточно этого масочника, и заранее начал ритуал по перемещению биджу. В общем, увели у меня лиса, а в качестве наказания Шинигами забрал душу сына.       — Вот дела, это получается у Тоби теперь есть девятихвостый...       — Тоби? Ты много знаешь, кто ты и откуда?       — Я из другого мира, у нас там книжка была об этих событиях. Меня зовут...       — Ладно, я понял, — перебил он меня. — Извини, что грубо общаюсь, но у меня осталось мало времени. Я понимаю, что ты здесь ни при чем, но мог бы напоследок выполнить одну просьбу?       — Спасти мир? — хмыкнул я.       — Нет, просто, когда научишься говорить — найди одного человека и передай мои слова.       — Кого?       — Орочимару. Слова такие: «Вызови меня через Эдо Тенсей — и моя библиотека будет твоей...»       — Извини, Минато, но если ты отдал свою душу богу смерти, то Орочимару тебе не поможет. Шинигами не возвращает жертву.       — Третий мне не рассказал об этих свойствах техники воскрешения, — горько усмехнулся Минато.       — Ты — теневой клон? — уточнил я.       — Да.       — Ты бы в клетку зашёл, я насколько знаю и читал — это полезно для тебя будет.       Минато задумался.       — Это здравая мысль. Конечно, это лишь продлит моё угасание, но не убьёт твоё новое тело, будет время поговорить. Хоть скажи, кто победит Тоби?       — Теперь уже не знаю. Вообще Тоби — это Обито, твой якобы пропавший ученик…       Тут Минато словил разрыв шаблона, аж завис. Мне даже пришлось его подталкивать в сторону клетки.       — Не ожидал…       — Минато, успокойся, ему Мадара прополоскал мозги. Он винит всех в смерти Рин, вашей ученицы и своей большой любви. Так что сейчас делает всё, чтобы наложить на весь мир Цукиёми — технику глаз Луны, но…       — Но?       Ещё долго я пересказывал ему события и последствия. Минато оказался очень благодарным слушателем. Конфликт Индры и Асуры был ему знаком, а вот тёмный Зецу стал для него открытием. Он, кстати, был склонен считать, что независимо от души, которая нынче занимает тело, перерожденная чакра Асуры осталась в нём.       — Извини, Минато, я обычный типограф. У вас, таких как я было принято считать гражданскими. Я не против помочь, но как-то по мне — всё это слишком.       — А что делать? Привыкай к имени Наруто и готовься к его судьбе, правда сильно не рассчитывай на то, что дело пойдёт по накатанной. Если сейчас уже всё поменялось, то и твоя история, скорее всего, лишь идеальный для нас вариант развития событий, — хмыкнул Минато на мою попытку «соскочить с поезда».       — А…       — Мы сейчас говорим о твоей жизни. Как ты понимаешь, я вряд ли доживу в этом состоянии и до твоего трёхлетия. Но мне надо отомстить очень многим. А я профукал свой шанс, потому постараюсь помочь. В противном случае ты можешь славно закончить свои дни в подвалах Корня. Это, кстати, самый вероятный вариант.       — Почему?       — Давай я тебе немного расскажу об Узумаки, чьим видным потомком ты являешься.       — Ну... Как бы я тебе немного рассказал об Узушио, значит, я о них знаю достаточно, — возразил я.       — Ни черта ты не знаешь, — вздохнул Минато, — не перебивай, мне трудно говорить о них с учётом того, что я любил свою жену. Но просто представь себе картинку: один из трёх первых кланов с неординарным наследием, ведущий свою родословную от самого Рикудо.       — Ну да.       — Клан, который в отличии от Учих и Сенджу, находился в стороне от конфликтов. Они жили на неприступном острове.       — И? — искренне не понимал я.       — Клан долгожителей, где каждый жил по несколько сотен лет. В отличие от прочего мира, где срок жизни шиноби редко превышал двадцать. Огромные знания, опыт, а главное их специализация — фуин. Просто представь, что пачка бумаги, присланная с Узушио, могла перевернуть ход сражения. Один наёмник Узумаки мог сделать твой дом неприступным или подготовить ловушку, которая уничтожит твоего врага. Ведь здорово? И конечно, услуги Узумаки стоили дорого. Но вот беда, эти гордецы со временем вознеслись на неприступный Олимп. Один клан, одна великая деревня, что диктовала волю всему миру. И ведь не откажешься от их услуг — раз у твоего врага есть свитки от Узумаки, значит и у тебя они должны быть. А теперь представь, что весь мир горбатился на их клан. Обычный шиноби отдавал за один взрывной свиток весь свой гонорар за миссию C-ранга. А ведь Узумаки рисовал эту печать сорок секунд на бумаге за триста рё и продавал потом за пятьдесят тысяч. И то называл это скидкой и требовал, чтобы заказывали партии не менее ста штук.       — То есть их сгубила жадность?       — Хех, их сгубила подлость. Расследование показало, что они были тайными организаторами двух из трёх войн шиноби. Славно наварились на первой войне, захотели повтора — потратили немного денег, потом ещё раз повторили. Нам чудом удалось узнать о причинах и последствиях. Мы все по вине клана Узумаки потеряли родных и близких. Никто и никогда не расскажет никому, кто штурмовал остров. Мертвецы обычно не говорят. Но хватит об этом. Даже без биджу внутри, ты член клана, который ненавидят все старики в этом мире. Без лиса твоя ценность для деревни равна нулю. Без знаний клана твоя ценность низка. Но вот твои потроха представляют некоторый интерес — ведь Узумаки сохранились, но их единицы. Да и печатей очень мало осталось, а есть такие, что нужны как воздух. Те же медицинские, например. Схема-то ясна, но вот сделать такую печать может только Узумаки. И многим интересна эта тайна клана. У нас исследованиями наследия Узумаки занимаются Данзо и Орочимару. Не уверен, возможно ещё Кохару. Во всяком случае Мито требовала, чтобы я берег жену от этой троицы.       — Но как же дружба между Конохой и Узушио?       — Старая история, дружба была между Узумаки и Сенджу — обмен невестами, братская помощь кланам. Но в основном были долги. Сенджу дали обязательства Узумаки за помощь в борьбе с Учихами. И эти долги повисли на клане, а потом и на Конохе. Вся деревня стала цепным псом, что гавкал на весь мир по указке своих младших братьев.       — Что-то у меня пазл не сходится, — вздохнул я.       — А, не грузись, — отмахнулся Минато. — Грехи отцов на детей не распространяются. Кушина с лихвой расплатилась перед Конохой и службой, и знаниями. Но вот как Узумаки тебе лучше не светиться — целее будешь. Теперь другая опасность. Коноха осталась без своего биджу. Значит у нас осталось очень мало тузов. Из тех, кого я могу назвать: Учиха, Хьюга, Абураме и Нара. Мы сможем остановить биджу, но вот армию с джинчурики уже вряд ли.       — Это *опа?       — Да, это она, — вздохнул Минато, что сейчас опять сидел на полу, прислонившись к решетке.       — Коноху раздавят?       — Не сразу. Давай определимся, я буду звать тебя Наруто и постараюсь относиться как к собственному сыну. А Коноху сразу не раздавят, слишком лакомый кусок — сначала передерутся между собой. Но маленькие куски будут отгрызать. Всё же занимаем самую лучшую и изобильную территорию на континенте. Мы, страна Рисовых Полей, страна Чая: любая Мировая война на территории этих стран — гарантированный голод для всех. Но вот когда у нас отожмут поля и придавят к лесам, вот тогда да. Но в этом случае мы уже не станем представлять значительный интерес, а превратимся в очередную заштатную деревеньку.       — Ну не так критично.       — Наруто, чтобы ты понимал: наш уровень двадцать или тридцать тысяч шиноби. Извини, я не знаю, что сейчас творится в деревне, лис славно прошёлся по городу. От нас отстанут тогда, когда у нас останется пара десятков чунинов, ну может пара джонинов. Редкие кланы смогут пережить падение деревни. Таланты будут забирать. Детишек из клановых растащат в первую очередь на усиление собственных семей, на эксперименты, на смертников. Больно уж способности у наших гениев вкусные. В своё время Сенджу сделали предложение образовать Коноху самым-самым. Только Кири ещё может сравниться с нами по числу оригинальных кланов.       — Мда... И что тут сможет поделать ребёнок? — уточнил я, внутренне раздражаясь обстоятельству, что меня кидают в заварушку ещё хлеще, чем было написано в манге.       — Ты? Ничего. А вот я, наверное, смогу. Знаешь, Наруто, пожалуй шифроваться не будем. Если мои предположения верны, то старички скоро начнут искать Девятихвостого, а значит будут исследовать печать. Третий про неё, конечно, знает, но вот в пасть к биджу вряд ли полезет самостоятельно, у него для этого есть безбашенный ученик Джирайя. А так как он в своё время имел счастье стать моим сенсеем, скорее всего именно саннина и пошлют разбираться с печатью изнутри. Так что ждём гостя и готовимся надувать щёки.       — Минато, ты что задумал?       — Уговорю Джирайю нам подыграть. Будем изображать из себя кусок биджу, который нужно откармливать чакрой, растить, холить и лелеять.       — Думаешь, он не расскажет все Третьему?       — Обязательно расскажет, но только ему. А уж Третий — жук тёртый, обязательно устроит интригу-другую, если ему дать лишний козырь.       Первым делом Минато научил меня попадать из подсознания во внешний мир и обратно. Снаружи у меня было несколько важных дел — поесть, покакать и поорать. Последнее приходилось делать часто. Из-за вынужденного расхода чакры, аппетит у меня был славный. Бедная подруга матери аж отощала за первые дни, пока её муж не сообразил натащить в поместье главы клана пяток кормилиц. И тогда мы с Минато порадовались, что у его друзей, Фугаку и Микото Учиха, было столько денег и возможностей нас прокормить.       Джирайю притащил сам Третий к нашей тушке лишь через десять дней. Хотя насчёт десяти не уверен, я очень много спал, то есть находился в подсознании, где Минато начал меня учить. Пока лишь теоретически, чакры на эксперименты у нас не было.       Встреча учителя и ученика чуть не закончилась мордобоем. Меня даже пытались выгнать из собственного подсознания. В ответ я напомнил этим бойцовым петухам, что один из них клон, а другой у меня в гостях. В общем, немного успокоил, и к решению проблем стали относиться конструктивней. ОТСТУПЛЕНИЕ       В кабинете Хокаге сидели втроём. Если бы был Минато, то получилась бы славная цепочка учитель-ученик аж на три поколения. А так только двоих можно было назвать так. Какаши позвали как доверенное лицо. Очень уж тяжкая тайна лежала на плечах Джирайи, чтобы её могли нести двое стариков.       — Так это был Обито? — встрепенулся Какаши, отвлекшись от книжки.       — Так это был Обито! — саркастически передразнил его Джирайя. — Этот сопляк убил твоего учителя, что был вам как отец родной, и Кушину, которая называла тебя, Какаши, своим младшим братиком.       — Может ещё раз про Нагато вспомним? — окрысился Какаши, что стало полной неожиданностью для собравшихся.       — Может мне вас выпороть? — задумчиво проговорил Хирузен.       Оба в шоке уставились на мелкого старика, что несколько дней назад вынужден был вновь надеть на себя шапку Хокаге.       — Хватит разбираться кто прав, а кто виноват. Берите пример с меня… — намекнул Хокаге, что он на днях похоронил жену. Сарутоби Бивако стала попутной жертвой Обито, которую тот убил, лишь бы добраться до Наруто.       — Извини, старик! — вздохнул Джирайя.       — Давайте говорить о деле. Начнём с того, что мы все облажались, но только Минато не сидит на попе ровно и пытается трепыхаться. Самое главное: как ему помочь?       — В принципе Фугаку всё организовал, осталось лишь наладить ему передачу чакры.       — Во-первых: много?       — Два моих резерва в неделю минимум, там очень большие потери на передачу через печать.       — Проблема. Понимаешь же, что в такое время единственный лояльный саннин в деревне на вес золота. И ты хочешь привязать себя к кроватке младенца?       — А что делать?       — Джирайя, не выводи меня из себя детскими вопросами! Ты — лучший мастер фуин из выживших в деревне, Минато — лучший в мире специалист по фуин, кто был не Узумаки. Сидите и думайте, на решение вопроса у вас месяц. Дальше – извини, но для тебя уже сейчас много задач. Теперь ты, Какаши.       — Да.       — В храме огня уже несколько лет идёт эксперимент по созданию второго девятихвостого. Он долгое время уже считается неудачным, но недавно пришли новости, что у них подвижки в нужную нам сторону. Собери команду ирьёнинов и отправляйся туда. Я понимаю, что ты далеко не Учиха, но являешься единственным пользователем шарингана, которому я доверяю. Попробуй пробиться в сознание ребенка и проверь, не упустил ли твой школьный товарищ нашего биджу.       — Хирузен, но я проверял вместе с Цунаде, пока она была в деревне. Мальчишка не выдерживал и простую чакру. Если демон оказался в нём, то скоро мы можем ждать нового нападения биджу.       — И тем не менее. Нигде в мире не зафиксировано всплесков демонической чакры, которые ты мне обещал при процессе запечатывания биджу в статую.       — Вас понял, Хокаге-сама, я проверю, — согласился Какаши.       — Теперь во-вторых: Наруто нужно убирать от Учих. Нельзя такую фальсификацию оставлять среди клана, где каждый второй может разоблачить обман.       — Хирузен, Минато был тверд в своих словах — Фугаку слишком горд, чтобы предать. Тем более что мы уверены в личности атаковавшего, и его нельзя назвать ошибкой или проектом Учих. Может, стоит привлечь в наш заговор Фугаку? Пусть на нашей стороне будет самый сильный шаринган клана.       — Учиха… — начал Хирузен.       — Учитель, сейчас не время для антипатий! Тем более мы знаем потенциальную силу их первенца и несколько пророчеств.       — Но можем ли мы доверять этому подарку от Шинигами? — уточнил Хирузен, чтобы сбить немного уверенность со своего ученика, намекая на «липовость» Наруто.       — В деталях современных раскладов он не ошибся, но вот в прогнозе промахнулся. Поэтому доверять мы ему можем, однако все его знания нужно проверять.       — Ладно, быть по сему. Какаши, можешь сказать спасибо Джирайе, я хотел поселить Наруто у тебя.       — И хвала Джирайе! Как младенец жил бы в моём доме? И чем бы я его кормил?       — Ой, переселили бы его со всеми кормилицами, заодно оформили на тебя гарем, а то так и будешь только теоретически подковываться по книжкам Джирайи.       Джирайя ухмыльнулся, но быстро проглотил свою улыбку, столкнувшись со взглядом своего учителя.       — Ты, Джирайя, не о всякой похабщине думай, а разрабатывай метод, как спасти своего ученика от развоплощения… СПУСТЯ МЕСЯЦ. ТОТ ЖЕ КАБИНЕТ.       — Убить вас мало за такие идеи! — рыкнул Хирузен, глядя на «творчество» двух маньяков от фуин.       — А что делать? Мальчишке нужна чакра, Минато нужна чакра, на накопление запаса чакры для имитации Девятихвостого нужно озеро чакры, на создание голема биджу для Минато нужен просто океан чакры.       — А подсчитать потери чакры на преобразовании не судьба?       — Мы две недели пересчитывали все цепочки фуин. Это самая экономная схема. Тем более мальчишка сможет управлять этой печатью, как только научиться работать с чакрой.       — А ты понимаешь, что нахождение рядом с ним обычных людей — это игра с огнем? Ладно, для шиноби эту процедуру ещё можно назначить как тренировку и наказание в одном флаконе. Но задавались ли вы, Тобирамы недоделанные, вопросом, как нам всё это совместить с обычной конспирацией для джинчурики?       — Сенсей, вот давайте не перекладывать все шапки на мою голову! Задача была разработать схему фуин-печати, что позволит нам создать нового Биджу с сознанием Минато. Нужно было сделать это за десять лет. Задача решена, а организацию этого вопроса ты на меня не перекладывай. Хочешь — в тюрьме его сели и преступников мори. А хочешь — таскай к Академии, прокачивай резервы будущим шиноби. Им тоже это будет полезно.       — Ну и какие у них резервы чакры? У учеников слёзки, а не резервы. Тем более что псевдо жизнь Минато не стоит жизни даже одного захудалого шиноби.       — Старик, ты заговариваешься сам. Жизнь Минато стоит твоей жизни, коль ты, маразматик старый, забыл объяснить моему ученику, чем чреваты сделки с Шинигами! И да, она не стоит даже жизни старика-обывателя, но смертность уже зависит от тебя. Это — твоя забота и твои проблемы. Деревне нужен биджу, деревне нужен джинчурики, деревне нужен Минато. Какой Коноха станет через четыре года, зависит только от тебя, Хокаге! — рявкнул Джирайя, встал и вышел, хлопнув напоследок дверью об косяк.       — Ладно, что у тебя, Какаши?       — Лисёныш доставлен на базу Корня из Храма Огня. Сознания демона пока нет, но если это перерождение биджу, то его отсутствие в ближайшие годы — вещь предсказуемая. Данзо обещал удержать в печатях и воспитать нового джинчурики. Резервов на это хватит, но нам нужно позаботиться о запасном варианте. Нет гарантий, что карапуз сможет покинуть пределы сдерживающих печатей, не рискуя жизнью — он не Узумаки.       — Ну и где я ещё одного Узумаки возьму?       — Хокаге-сама, Данзо сказал, что у него — нема. И просил достать парочку.       — Ох, что-то неладное они с Орочимару творят у себя в лабораториях... Надо проверить, что ли?... — затянулся трубкой третий Хокаге. СПУСТЯ ШЕСТЬ ЛЕТ       Канон — он такой канон. Я официально заявляю. Вся деревня считает меня демоном. И это логично. Фактически, мы осознанно сделали из меня энергетического вампира со всеми неприятными последствиями, проистекающими из этого. Начнём с того, что люди не могут долго находиться рядом со мной. Обычный гражданский получит истощение за час-полтора. Одарённые за три часа, шиноби может продержаться сутки, Джирайя — неделю, Хокаге меньше — но он уже дедушка. У Хирузена чакры ещё много, но вот восстановление у него очень медленное. Денек рядом со мной — месяц реабилитации в подарок. Как-то так.       Живу я там же. В обшарпанной квартирке на окраине Конохи. Вокруг никого, даже птички научились облетать этот квартал. Мой неконтролируемый радиус — семьдесят метров. После того, как я в три года смог пробудить в себе чувствительность к чакре, могу смело менять этот радиус, но на это уже тратится чакра, а её мне велено экономить.       Что ещё? Ах да, у людей я чакру уже не откачиваю, умышленно отключаю технику, когда собираюсь в оживлённые места. И живу сейчас один, а слава после первых четырех лет осталась. Особенно память о последнем годе, когда я освоил чакру, но не развил ещё контроль до уровня оперирования печатью. После того, как эманации демона (так прозвали этот эффект местные) накрыли всю Коноху и окрестности, обо мне узнали все. Даже несколько старичков умерли. Честно, мне стыдно. Но вот слухи о похищении у нашей деревни Биджу увяли на корню.       Джирайя мне со смехом рассказывал, что после неприятного происшествия между Хьюга и послом из Кумы Хирузен со смехом предложил на ультиматум Скрытого Облака отправить меня к ним в качестве залога на месяц. А после обсудить, кто кому и сколько должен за радость вернуть меня обратно. Вот ведь интриганы старые, пользуются мной, как хотят!       А ещё одно отклонение от канона — меня боится Аяме. Так что в лавку лапши Ичираку я вхожу только после приглашения от Теучи. Ну хоть этот человечище меня выносит. Причем терпел ещё в то время, когда я не мог себя контролировать. Ох, и недоедал я тогда! Мне, как корове, по-хорошему надо жевать весь световой день. А тут ешь одну порцию, берешь в две руки по тарелке и быстро бежишь прочь, иначе одним хорошим человеком на свете станет меньше.       Ну и самое незначительное отклонение от канона, которое случилось — это моя обеспеченность. Не скажу, что стал богат, но денег мне хватает, чтобы позволить себе иметь слугу. Весьма милая женщина из далекой деревушки. Самое её большое преимущество — глухая, немая и слегка тупая. Нет, я не говорю, что женская глупость — это женское достоинство. Просто уже пытался брать на работу глухих, так им на пальцах местные доброхоты объясняли, в какую *опу они попали. А на эту то ли рукой махнули, то ли она не понимает кривляния обывателей. А может, всё понимает, но ей всё до звезды, живет спокойно рядом с демоном, как у бога за пазухой. Так вот, денежки у меня есть, а помогла мне в этом моя беда. Вампирить, конечно, хорошо, но чревато. А я не настолько не люблю окружающих, чтобы угнетать их без добровольного согласия. А как спросить согласие? За деньги. Теперь мои услуги стоят денег. Точнее не так. В продажу поступили браслеты подавители чакры. Моя идея и совместная разработка с Минато — печать на украшении позволяла регулировать буквально стрелочками, сколько чакры отнимать у организма. А ещё на моих фуин появились лампочки. За свечение, опять же, отвечали отдельные печати. Понятный и удобный интерфейс и красивый внешний вид сделали мои браслеты не только полезными для тренировок, но и стильными аксессуарами для дамочек. И ведь ладно куноичи ещё прокачивают себе каналы чакры, но ведь и гражданские их включают, а с них выхлоп лишь ту же лампочку подсветить. А, ну ещё, конечно, детишкам своим накупили — все, кто смог себе позволить. Ведь шиноби здесь, как футболисты у меня на Родине. Играют миллионы, зарабатывают десятки тысяч, хорошо зарабатывают сотни. Карьера коротка, если выжил — старость обеспечена. Если нет, то хватит родным и близким до старости, а ещё отдать детишек в академию шиноби. Кстати, обучение в ней по карману всем — оно бесплатное, если есть талант. Если нет способностей — научат, но уже за деньги.       Ладно, к чему это я. У меня новость – иду поступать в академию. Гордо, по центру дороги. Но внимательно. Помню заповедь, что главное: бдительность! Нет, отчаянных и пьяных гражданских могу спокойно разогнать своим яки, как я назвал эффект печати, но вот камнем по башке получить тоже не есть здорово. Кстати, отличное словосочетание, которое мне здесь неплохо заменяет мат. Местным ругательствам меня ещё никто не обучил, несмотря на моё происхождение, что весьма печалит. И я с нетерпением жду встречи с Хиданом — он меня точно научит.       Не всё я рассказал про канон местным. Так получилось. Сначала они меня убедили, что весь канон насмарку, а потом уже я не стал лезть со своим знанием после случая с Хьюгами и послом Кумы.       — Девушку обижать плохо! — с этими словами я вышел бодрой походкой из кустов в парке, где трое хулиганов наезжали на Хинату.       Раздался тройной, чуть ли не бабий визг, и хулиганы рванули от меня, как слоны от мыши. Ну да, я их почти в два раза меньше. А нет, вот и ещё один визг, весьма приятный, кстати! Хината, она же девочка-брюнеточка, с оттенком волос около черного в синем спектре, немного неуклюже упала в обморок. Ага, рядом с ветки плюхнулся её охранник и попытался волоком утащить свою химе в кусты от меня подальше.       — Куда? — опешил я.       — Нару… клан… химе… мест…       — Ничего не понял. Парень, ты можешь перестать волочить по корням деревьев вашу химе и внятно объяснить, какого чёрта у тебя на глазах обижают вашу принцессу?       — Пр… При…       — Это я придурок или ты?       — Н… Нет. При…       — Ты предатель? — продолжил я его стебать.       — Нет! — аж взвизгнул он, теряя страх. — Это был приказ Хиаши-сама.       — А! Так вы тренируете химе! Решительность?       Охранник кивнул.       — Ну тогда прими извинения за срыв воспитательного процесса. Я пойду, а ты приводи в чувство свою принцессу и не забудь — ей надо на учёбу. Сегодня распределение. Повтори!       — Сегодня расп… распределение.       — Молодец, гладить не буду. До встречи.       — Век бы вас не видеть! — прошептали мне в спину, так чтобы я не услышал.       Ну-ну. А браслетик тем не менее носит. Секрет популярности моих украшений — это тайна, кому достаётся изъятая чакра. Ага, знал бы народ, тот же час выкинули бы все до последнего. Вот такой я популярный. Может, стоит агентство открыть? И вывеску с рекламой: «Самоликвидация бизнеса вашего конкурента! Быстро, дешево, с гарантией!»       На лужайке перед академией собралась толпа. Особенно перед доской с объявлениями, и ведь так увлеклись, что даже демона не замечают. А мне как-то вообще не в жилу толкаться среди взрослых.       — Дяденька, а правда, что траву перед академией сажал сам первый Хокаге? — подёргал я одного из мужиков.       — А? Что? Кто тебе сказал такую глупость мальчик…! — ну, судя по удаляющемуся силуэту, ответа я не получу.       Итак. Одним меньше, с другими легче. Что бы ещё спросить?       — Тётя, а как пройти в библиотеку?       — А Хокаге будет?       — А вы мой папа?       Последний вопрос был лишним. Какой-то член клана Акимичи слёг в обморок. Толстяк придавил двоих, был грохот и шум от падения тел, стоны. На нас оглянулись, и естественно я остался один в окружении пустоты. Картинку умиляла пантомима «битые небитого везут»! Отползающие «придавленные» тащили за собой толстяка без сознания.       — Привет, малыш! — на моё плечо опустилась рука.       — Джирайя такой крутой! — послышались томные вздохи из-за спин мужчин, что издавали горожанки и некоторые куноичи.       — Привет, старик. Забота или пафос?       — Престиж деревни, так бы я к тебе вечерком заглянул. Всё уже и так давно известно.       — Ну да, пафос здесь так и прёт. Вот только что-то гордость нашей деревни очень малахольная попалась — одного демона пугаются!       — Ну, Наруто, ты к ним излишне строг. Некоторое время назад сам Данзо на совете Джонинов обещал виноватым поотрезать нижние мозги, если верхних им не хватит тебя не трогать.       — Ух ты! А где у шиноби нижний мозг находится?       — Не ёрничай, не при детях.       — А где здесь дети?       — Здравствуй, Наруто, — на второе плечо опустилась сухенькая рука под возгласы толпы о крутом Хокаге.       Ну-с, все по плану. В классе народ задёргался. Девушки обрадовались возможности учиться со мной. Три милашки — аж до обморока. Сразу стало весело, все стали играть в игру «сядь подальше от меня». Я тоже присоединился и пару раз пересел вслед за остальными. Оказывается, пускать волну по классу – это здорово! В итоге «лесник», то есть Умино Ирука, всех разогнал. Меня посадили на дальнюю парту и зажали с двух сторон спящим Нара Шикамару и не спящим Учихой Саске, у которого от меня дёргался глаз, но воспитание не давало сорваться на визг. Так что репутацию я им поднял. За следующие месяцы обучения даже появился фан-клуб Шикамару. Девушки усердно собачились между собой, решая, кто круче: Саске или Шика. Я тоже решал, кто круче: один меня игнорил, другой играл в шоги, когда не спал.       По большому счёту в академии я лишь проводил время. Тренировали меня персонально. Чаще всего Какаши. Сначала как умел, а после я попросил парные занятия. Меня стали тренировать Какаши и Гай или Какаши и Джирайя. Саннин ленился сам и поэтому не давал отлынивать Хатаке. А Гаю я подкинул идею — кто лучше меня тренирует, тот побеждает в их вечном соревновании со странными ставками. Это тоже не улыбало Какаши, и он был вынужден стараться в обучении меня.       К сожалению, много времени у меня не было на все эти развлечения. Внутри меня сидел и постоянно корпел над перевариванием чакры клон бати. Энергию он собирал природную, качал из печатей, набивал как хомяк резервы. Единственное, что он не делал, так это не трогал отдельный резерв с чакрой девятихвостого, которую уже я потихоньку складировал, еженедельно посещая базу Корня и снимая приступы у мальчишки джинчурики. С самим биджу не всё было понятно до конца: то ли он не пришёл в сознание, то ли затаился и ждет своего часа, когда Сора (так звали парня) покинет гостеприимные стены базы Корня. Но жизнь у парня была ещё хуже, чем у меня. А я стал ему самым большим другом, так как мой приход всегда ассоциировался у него с прекращением боли и здоровым сном. К сожалению, часто приходить тоже было нельзя. Мы так несколько раз ошиблись, и его приступы участились с месяца до недели. А у меня самого были пределы на поглощение чакры девятихвостого. И, кстати, резерв печати тоже не бесконечен, а две трети всего объёма клетки нужно оставить под преобразованную чакру для проекта Минато по созданию биджу-голема.       Так что в подсознании я занимался последовательно следующими делами: генерация моей собственной чакры, смешение её с чакрой девятихвостого, компрессия чакры в запас. Энергию биджу я использовать пока не мог — она тупо жгла мои каналы. Поэтому я научился её обволакивать своей чакрой и сжимать в кубики. Их складывал по дальней стеночке клетки. Что с ними делать, я пока не знаю. Каждый такой кубик порушит мне систему циркуляции чакры с гарантией. У меня их тысячи — этих кубиков. Мы стараемся об этом не думать, но моя смерть станет самым грандиозным катаклизмом в истории этого мира.       Ещё батя меня учит фуин. Сначала — издалека из-за моей безалаберности, сейчас рискует показывать с десяти метров. Как он с такого расстояния видит, что я неправильно держу кисть — ума не приложу, но факт.       Ещё я отбил пару часов перед сном на свои заработки. Мастерю браслеты, точнее наношу на них печати. Основы мне уже давно поставляют кузнецы, столяры и антиквары. Вот такой аутсорсинг, который повысил производительность и доход, но сделал мой труд монотонным. А там, где есть однообразие, там должно быть место гению Генри Форда. Конвейер у меня не получится — я не смогу нанять работников, но вот станочки мне собрать нужно. Секрет краски и бумаги, проводящих чакру, я открыл — свинец! Молодые шиноби! Не вздумайте облизывать свитки и кисть — у вас отвалятся почки и другая требуха, а про рак в этом мире вообще не догадываются. Но вот ведь засада. Фуин наносят кистью, чтобы обеспечить неразрывность линии свинца в краске. Фактически получают провод, где свинец — чакроканал, а краска — изоляция от природной чакры. Лихо и глухо, ни один из известных мне видов печати не печатает одной неразрывной линией! Тоска, но недавно я кое-что придумал. Идея лежала на поверхности — печать в три слоя. По этой технологии: средний слой был перенасыщен свинцом. Такая печать называется шелкографией по-научному или трафарет по-простому. Единственный минус метода — подготовка трафарета. В нашем мире их давно прожигают лазером на специальном станке, некоторые пускают через ризограф, но это уже делают бедные бракоделы, и мне ризограф не подойдёт, даже если бы была такая машинка у меня в хозяйстве. Пока, как дурак, прокалываю трафарет иголкой самого мелкого размера. В одной печати фуин свыше пяти тысяч проколов. Занимаюсь этой ерундой вторую неделю перед сном, зато ложусь спать по часам и с радостью гляжу в задумчивые глаза Минато.       — Тебе не кажется, что вручную ты бы нарисовал эти печати быстрее?       — Я поэкспериментировал с укрепляющим лаком. Пергамент должен продержаться сто печатей в этот раз, а не десять, как в прошлый раз.       — Ну, сотня, конечно, меняет дело, хотя я бы все равно нарисовал их быстрее.       — Извини, батя, но я рисую их медленнее тебя. И вообще за такую работу можно будет сажать гражданского.       — Это вряд ли, как гражданский наполнит её чакрой?       — А для этого можно будет сделать отдельную печать. Положил листок, нажал кнопку, и в свиток влито ровно столько чакры, сколько надо. А мне лишь раз в несколько часов заряжать печать нужно.       — Вот это мысль правильная, — согласился Минато.       К чему этот спор? А потихоньку его добиваю, чтобы он мне рассчитал станок на фуин. Ведь сперва отмахнулся от моей мысли, когда я его попросил сконструировать подобное устройство. Но у него принцип! Повторение — мать учения. Ага, а у меня изжога от дымовых печатей. Тем более их никому не продашь: дымовые шарики на порядок дешевле и проще в использовании. А взрывные печати я сам боюсь делать. И второе, Минато явно боится подпускать меня к печати на пузе. Но вроде я его допёк.       Кстати, моя печать — это чудо! Вы думаете, как у меня внутри оказался клон Минато? Он сам запечатал его в меня! А теперь представьте целый лабиринт, в котором таких Минато можно целую армию разместить! Второе, что пугает, это каждый, кто получит доступ к моему животику, сможет во мне запечатать любой сувенир. Единственное меня радующее — сперва нужно знать, куда ещё нажать, и пустить чакру на самой печати. Так что начал я тренировки с листов пергамента, потом начал таскать внутрь мебель, так как батя резко вспомнил, что он не чужд удобствам. Хотя это я по привычке ворчу, сам-то понимаю, что человек почти семь лет взаперти и почти без претензий ко мне, хотя другой мне бы уже весь мозг вынес. На этой мысли расчувствовался и предложил бате привести медовых куноичи и спиртного. Минато долго мялся, но в итоге согласился лишь на второе. К вечеру я обменял чертежи для мастеров на накрытую поляну. Правда, пришлось перетаскивать стол и стулья из моей квартиры. Кажется, у меня тут скоро будет целый филиал дома.       — Одно мне не понятно, почему все здесь натуральное, а я настоящим телом остаюсь снаружи? — спросил я у отца, когда он опрокинул в себя первую порцию.       — Эх, клоном пить почти бесполезно, вкус почти не чувствую... Наруто, это главный плюс печати — она автоматически учитывает этот коллапс. Ведь на ноль делить нельзя, и сама печать не может оказаться внутри печати, а так ты здесь цел и здоров. Я думаю, что это также сделано на уровне техники клонов, но не факт, а только моя догадка. Ну как тебе мой чертеж?       — Почти здорово, но нужно будет добавить ещё горизонтальное движение для головки с тампоном, чтобы не перекладывать каждый раз под движущимся механизмом клише и болванку для печати.       — Тебе лень лишнее движение сделать?       — Ох батя, вот знаешь, что мне плохо даются иллюзии, а тут целый фильм показывать надо, чтобы ты понял, насколько важно не трогать образец при копировании... ***       Через полгода в нашем классе провели первый спарринг. Как я понимаю, учителям нужно определить уровень каждого ученика, вот и поставили нас по двое. В пару ко мне попал Саске. У Шикамару была его железная отмазка: «Напряжно!» А вот Саске не сообразил, и в итоге пришлось ему вставать в круг ко мне.       Я вышел, руки в карманы, весь расслабленный. И получил в челюсть. Потом под дых. Потом в глаз. Потом среди учеников начались смешки. Вроде, лёд тронулся.       — Наруто! Ты совсем расслабился, сегодня три часа спарринга с Роком Ли сверхурочно!       Вот это подстава! Чуть не убил Саске, что рванул опять ко мне, встретив его ударом колена в солнечное сплетение на противоходе. Всё — бой окончен. Главное, проверить на переломы эту улитку в домике.       — Так гораздо лучше! — показал мне большой палец Гай и скрылся в шуншине.       После всех боёв Мизуки с Ирукой, видно, решили окончательно добить мои остатки репутации, так как потребовали от меня включить мою яки на треть мощности. Знали бы, что они просят... После многочисленной практики по работе с печатью треть моих возможностей отправят в аут и этих гордых собой чунинов.       — Ребята, техника очень опасная для всех, даже для педагогов, поэтому я начну потихоньку наращивать воздействие, а вы если почувствуете себя очень плохо — убегайте от меня на расстояние в тридцать метров. Готовы? Я начинаю.       Слава богу, излишне гордых не нашлось — убежали все, кроме учителей. Их я из вредности приложил одной пятой. Упали голубчики. Несмотря на то, как я их неплохо прессовал своей яки до этого. Хотя мне кажется очень странным, что учителя решили открыть мою тайну так рано. Тем более я не получал указаний от Хокаге.       — Осторожно, Наруто, следи за словами, — проговорил я сам себе и отключил технику.       На мое приближение народ отреагировал нервно, но я всего лишь подошёл к учителям и закинул им в рот по горошине восстанавливающего чакру препарата производства клана Акимичи.       — Ну как вам моя способность? — спросил у толпы.       — Она пугает! — пискнула Ино.       —Круто! — воскликнул Киба. — Это же ты пару лет назад заставил весь город полежать пластом?       — Извиняюсь, я тогда только учился ограничивать свою технику.       — Жуки мои тебя боятся! — вздрогнул Шино.       — Передай им, я их тоже боюсь.       — Неправда, демоны не умеют бояться! — воскликнула Сакура.       — А ещё у демонов нет крови, — поддакнул я, стирая кровь из носа, память о Саске.       — А я хотела бы быть такой же сильной, — проговорила Хината себе под нос.       — А я бы хотел иметь глаза, как у Хинаты: чуть-чуть тренировки, и ни один противник не сможет спрятаться на многие километры вокруг! — я сказал громко, и меня услышали многие. Но судя по краске на лице стесняшки — Хината поняла, для кого была моя речь.       Мне кажется или я не прочь восстановить канон и в её отношении?       Вечером после школы я отправился к Хокаге, а двое педагогов получили сверхурочную подработку по мытью всех общественных уборных. Плюс я подписал их на спарринг со мной и под яки слегка отпинал. Не мести ради, а исключительно для профилактики дурных мыслей.       — Сенсей, — склонился я над Ирукой, — я знаю, что вы боитесь биджу, что запечатан во мне. Но это глупо — ненавидеть меня. Настолько же, как бояться грозы и ненавидеть крышу, что от неё защищает. И не надо спорить — крыша тоже может упасть на голову, особенно когда по ней круглосуточно скачут шиноби. Просто радуйтесь, что она у вас пока есть.       Уже вечером на полянке собрались Какаши, Гай, я, Мизуки и Ирука. Чунинам педагогам разъяснили многое про меня и мои способности, но в рамках их допуска. Шоком для них стал факт, чей я сын. Минато потом с гордостью со мной обсуждал все истории, что про него рассказали эти молодые фанаты. Но основной целью посиделок стало обсуждение спаррингов учеников и особенности воспитательной программы для каждого ребенка. Основной проблемой для нашего класса оказалась разность тренировочных процессов. И хоть детишки были талантливы, но почти все были клановыми. А это значило, что они, как и я, тренировались под присмотром родителей помимо школы. И хоть этот факт скорее плюс, но была и проблема. Преподавателям никто не говорил об особенностях занятий у каждого ребёнка, и был немалый риск покалечить ученика излишней нагрузкой. Я сидел и не отсвечивал, вмешиваться в разговор мне было не по статусу. В это время Минато, как оказалось, начал разрабатывать систему фуин для связи со мной во внешнем мире. Лишенный этой возможности вмешаться в важный для себя разговор батя с вызовом воспринял эту проблему.       Мне он посоветовал ловить Джирайю и получать доступ на гору Мьёбоку. На угрозы взять его за шкирман он признался, что необходимо проверить безопасный способ теневого клонирования клона в режиме мудреца. Теоретически это возможно, но вот рисковать единственным клоном ему не улыбалось.       – И для этого ты решил устроить мне адские тренировки на седьмом году жизни? А не проще попросить Джирайю запечатать в меня десяток своих клонов для совместных экспериментов?       Могу поклясться, что услышал звук разбивающегося стекла в голове Минато. Я явно порвал ему шаблон, но в лицо он об этом, конечно, не признался. Вместо того просто дал добро на идею, вслух больше возмущаясь, какая мне присуща лень, и он даже сомневается, что я его сын. Шутка была старой, как моя жизнь. Ещё с момента появления здесь мой образ во внутреннем мире постепенно менялся от моего мироощущения к образу моего тела. Хорошо хоть психологическое состояние оставалось на уровне тридцать плюс. В целом где-то на второй год, когда я вынужден был бегать по пещере карапузом, Минато начал меня без запинки называть сыном, а на третий — уже начал шутить в подобном роде.       — Ты когда мамку распечатаешь, тогда узнаем, чей я сын и кто меня нагулял, — немного зло пошутил я.       Минато что-то выронил из рук и уставился на меня ошарашенным взглядом, потом усмехнулся:       — Я уже стал забывать нюансы твоего появления, Наруто... Это тоже послезнание?       — Не буду врать, что это моя сообразительность.       — Кушина — она хорошая девушка, я её очень люблю. Но, Наруто, характер у неё очень непростой. Мягко говоря. Да... В общем, я давно решил, что распечатаю её, только после того, как найду способ обеспечить ей надлежащий образ жизни.       — Ты хочешь создать ей тело? — удивился я.       — Я работаю над этим. Не буду говорить о сроках, но мне нужен больший простор для экспериментов и запас клонов — немного устал рисковать по каждому пустяку и бояться споткнуться. Но на всякий случай, Наруто, я создал печать, в которую разместил свои знания и навыки. Сейчас ей воспользоваться не предлагаю, очень она примитивная и скорее всего сожжет тебе мозги, говорю лишь на крайний случай.       — Понял и спасибо.       На следующий день меня выловил Саске и начал в грубой манере требовать реванша. Кстати только сейчас, во второй жизни, я заметил, что люди делятся на три вида поведения в ситуации, когда они попадают в неловкое положение. Они впадают в агрессию, либо становятся очень ласковыми и внимательными или же просто замыкаются в себе. К сожалению, первый случай самый распространенный. Я не стал грубить мальчишке — в этом нет смысла. Учить его культуре общения — ну не я его отец. Тем более зная канон (пусть он и трещит по швам) уверен, что получится из него, и, как бы к нему не относиться, Учихе выпадет самая ведущая роль в деле спасения всех нас. Так как не уверен, смогу ли достичь такого же уровня сил, это значит, что ему придется отдуваться ещё и за меня.       — Саске, я давно не был у вас в гостях и не видел твою маму, давай сегодня потренируемся у вас на клановых полигонах?       Парень опешил, видно уже приготовился к встречной агрессии и терпеть насмешки с моей стороны.       — Мне надо спросить у отца, — неуверенно произнес он.       — Тогда пошли, спросим. Если откажет, тогда найдём нейтральное место, — хлопнул я ему рукой по плечу и направился в сторону квартала Учиха. — Умеешь ходить верхними путями? Догоняй!       — Нет!       Давайте будем немного объективны ко мне и к Саске. Я не готов пока назвать его гением, но только из-за того, что мало общался с его сверстниками. Да, он отстает пока от меня в развитии по всем статьям. Но! Не буду говорить о всех моих вольных или невольных учителях, что меня окружают — я взрослый из другого мира. Уже понимаю, на чём необходимо сосредоточиться, и в то же время у меня пока не зашлакованный ум — я здесь учусь гораздо быстрее, чем делал это в детстве, и точно быстрее, чем Наруто. Но опять же, его никто ничему не учил специально. И поэтому, слушая учителей, я прикинул и обсудил с Минато возможность втянуть школьников в добровольные тренировки. Не буду никого ничему заставлять, просто устрою им конкуренцию!       — Папа, мама! Я дома, вы где? — крикнул Саске, разуваясь, и унесся на отклик родителей.       Я остался на пороге, ожидая, когда ко мне выйдут или пригласят внутрь. Попутно обдумывал мысль, как совместить тренировки и развлечение для детей.       — Наруто?! — Микото вроде дернулась меня обнять, но замерла в нерешительности, в борьбе между воспитанием и женской радостью.       — Здравствуйте, Фугаку-сан, Микото-сан. Я очень рад вас видеть, простите за вторжение без приглашения.       — В нашем доме тебе всегда будут рады, Наруто! — Фугаку одними глазами разрешил жене поддаться эмоциям, миг, и я уже крепко стиснут в объятиях.       — Микото-сан, спасибо вам за то, что заменили мне мать, я не забыл и всегда буду помнить об этом, — шепнул я ей на ухо.       — Прости, Наруто, что отказались от тебя, — она разрыдалась.       — Микото-сан, возможно вы мне не поверите, но покинуть вас было моим решением. Я не мог контролировать свои силы и не имел права подвергать жизни вашей семьи опасности.       — Но как? — удивленно глядя на меня, шепнула она.       — Это большая тайна Конохи. Попросите вашего мужа рассказать вам правду, которую имеют право знать гражданские. У него есть право рассказать, а у вас есть теперь мое разрешение знать.       Глаза женщины гневно сверкнули. Чувствую, в этой семье из-за меня случился не один скандал. И я поспешил добавить:       — Я восхищен вашим мужем, Микото-сан. В отличие от такого болтуна, как я, он дал слово молчать и с честью хранил в тайне то, что знал, невзирая на пользу для его домашнего благополучия в противном случае.       Женщина улыбнулась сквозь слёзы и растрепала мне волосы на голове, отпуская из объятий.       — Саске, у вас есть час для тренировки на семейных полигонах, и потом вы должны появиться на ужине. Не опаздывайте!       — Что это было, Наруто? — спросил меня Саске, как только мы отошли от дома на достаточное расстояние.       Опять грубо, опять резко. У мальчишки явно недостаток общения с людьми. Будем лечить его грубость:       — Знаешь, Саске, все очень сложно, и кое-что тебе нельзя знать, — лениво проговорил я, растягивая слова так, что у парня задёргался глаз.       — Наруто!       — Ладно-ладно. Что бы тебе рассказать? — опять демонстративно задумался я и только после того, как он зарычал, продолжил. — В общем, я твой молочный брат-близнец!       И гордо удалился в закат! Как же жаль, что у меня нет бьякугана! Полцарства за фотоаппарат! Спасибо братьям индусам за шутку, она очень ценна в этом мире своей новизной. Жаль, что пафос мне не дал обернуться. Вот что лучше: испортить момент или увидеть хоть что-то?       — Но как? — услышал я Саске лишь через минуту, когда я подходил к полигону через внутренний дворик.       — Понимаешь, Саске, я гораздо талантливей тебя! — нет, в этот раз не буду уходить в закат. Я обернулся и смотрел ему в глаза, в которых видел всю радугу эмоций от полного недоверия до того состояния души, когда мило удивляются в матерной форме.       — А?       — Да, такое сокровище как я решили не оставлять у вас. Так и кочевал по семьям счастливчиков, кто побеждал в битве на пальцах.       — Врёшь!       На самом деле меня действительно разыгрывали на пальцах, но я доставался проигравшему. Был и такой эпизод в моей жизни, когда в заведениях, где у меня была оборудована детская, случалась какая-нибудь профилактика. Но не буду же я говорить об этом Саске?       — Ты считаешь себя сильнее и умнее, так вот он полигон — сейчас мы это и узнаем! — порадовал его я. А то больно уж он удивлённый, к нему в раскрытый рот сейчас целая ворона залетит, а не только муха. Чего мне не хватает, так это внимательности и сенсорных возможностей. Вот лично я не знаю, следят ли за мной постоянно и сколько человек, смогли ли они сейчас проникнуть на территорию клана. Но будем считать, что если и следят, то только свои, а чужих бы и без меня обнаружили.       С Саске я дрался минут пятнадцать, а потом рассказывал, что делал и почему именно так. Потом мы показывали друг другу техники. Он мне — огненный шар, мелкий и корявый. Я ему — различные вариации расенгана. Точнее не так, это было что-то среднее между заточкой куная у Асумы и расенганом. Да-да, пригодились кубики чакры — у меня своя экономная техника. Много плюсов у неё: прессованная чакра взрывалась как биджудама, но, конечно, с другими масштабами. По форме это напоминало Макаровский Колпачок, именно так энергия покрывала кунай. Мгновения касания чакрой поверхности хватало на микровзрыв, что разрушал препятствие и позволял кунаю либо пробить мишень глубже, либо быть отброшенным в сторону. Я ещё тренируюсь, и случай, когда взрыв пробил бревно, а кунай полетел дальше, у меня был единожды. Все дело в правильной оценке мишени и нужном объёме чакры. Хотя всё равно это очень эффективно и не позволит противнику поймать кунай или сенбон за лезвие пальцами, только за ручку у основания. Я, правда, не рассчитываю, что мой подарок кто-то будет ловить — видимо по этой же причине здесь ловить не принято.       Показал, а потом ещё долго объяснял про контроль чакры. Потом плюнул и продемонстрировал, как ходить по деревьям.       — Саске пойдём есть, нас ждут твои родители! — утаскивал я его от дерева за шиворот. ***       У Ируки рядом со мной отключается критическое мышление. Через неделю из нас четверых, что начали первый в истории матч этого мира по вертикальному регби — он ловил исключительно меня. В итоге красили стену все. А через месяц Ирука получил по шапке от Хокаге, которому помешал смотреть матч сборных первого и шестого годов обучения. От меня он отстал, стену красил уже самостоятельно, причем не просто так, а уже с разметкой. Вот ведь маленький нюанс: когда всё закрутилось, старшие курсы не обратили на нас внимания. Ну, мол, дети, что с них взять. Но вот когда им объявили, что в качестве выпускных предстоит сыграть с нами — схватились за голову. Кое-как наскребли команду в шесть человек, что с горем пополам держались на вертикали и дружно сыпались на головы атакующих сверху.       Наверное, мне нужно объяснить правила, чтобы понять немного ход и смысл игры. Они просты, команды состоят из шести человек, так сложилось из-за ширины стены. Больше просто не протолкнуться, меньше — слишком легко набирать очки. Цель — занести наверх металлическую чурку весом десять килограмм и поставить её на край крыши. Опять же так сложилось, любой другой предмет просто не доживал до конца игры. А меньшие по весу предметы слишком метко метали всякие злобные личинки шиноби в противников. А такую плюху можно кинуть, но не очень резко, так что и поймать её можно, и перехватить тоже. Вверх кидать нельзя, пассы только вбок и назад. Любые не атакующие техники использовать можно, насчёт всего остального нужно договариваться. Запрет строгий на взрывы, связывающие техники и оружие. Здание академии у нас двадцать метров в высоту, так что любой шиноби спрыгнет, но вот запутанный человек может свернуть себе шею. Команды нападают по очереди. Если команда донесла чурку до края крыши, у неё есть право кинуть чурку в круг на земле. Так что за каждое нападение команда может набрать два очка. Защитники могут отобрать чурку и сами кинуть в круг на поле. Они тогда получат одно очко. Если чурка не попала в круг или просто упала на землю — это срыв нападения, и команды меняются местами. Кстати, сама атака начинается от круга, и защитники могут нападать на земле, но при успехе отбора чурки права кидать в круг у них нет. Просто переход хода. Тактик игры много, самая старая и распространенная — это использовать иллюзии на всех игроках. Обычно все превращаются в одного игрока, и у каждого в руках иллюзия чурки. Но это работает лишь на земле, пока ещё мало гениев, что могут держать технику на стене. Против новичков приём работает, а вот постоянно играющие ребята по моторике движений различают настоящего носильщика тяжёлого десятикилограммового предмета. Судили по очереди, хотели запрячь меня, как автора, на эту почетную должность, но я, помня, что судью никто не любит, благоразумно отказался. Вместо этого взял себе почетное право контролировать очередь на игру, желающих было очень много, и поначалу появлялись ссоры. А я мог всех заземлить, банально включив печать отбора чакры, поэтому спорить со мной быстро перестали и начали записываться в очередь.       А сейчас к нам пришёл Хокаге и заставил играть старшекурсников с нашей командой. Вот теперь они и мучились.       Сначала пытались благоразумно ловить нас на земле, а мы обходили их на вертикали, где они были слабы, и бросками в круг потихоньку набирали очки, создавая отрыв. Также Хокаге запретил использовать любое оружие, кроме трёх техник: хенге, иллюзорного клона и каварими — техники замены на предмет. Из-за этого у старшеклассников почти не было преимущества перед нами. Нет, они были взрослее, быстрей, сильней, выносливей, да и резерв чакры у них был больше. Но это подавляло нас лишь на поверхности земли. А вот на стене самым важным был контроль чакры, умение её экономить и правильно распределить в ноги. Вот поэтому старшеклассники старались правильно выбрать момент и в падении перехватить чурку. Пару раз это у них сработало, чуть нам Ино не раздавили, но всё равно счёт уверенно приближался к двадцатке, сейчас было восемнадцать — три в нашу пользу. Все устали, а Шино в последние броски два раза промахнулся мимо круга — уже не хватало сил кинуть достаточно сильно и точно. Кстати, идея с кругом появилась для того, чтобы безопасно доставлять болванку вниз, а то некоторые умники стали выцеливать соперников. А так есть азарт набрать очков, и народ знает, где лучше не стоять.       В общем, перед этой атакой нашей команды, которая могла стать последней, прозвучал свист — все с удивлением узнали, что Хокаге умеет свистеть через пальцы.       – Все молодцы! Игра окончена. Отдыхайте. Наруто, Шикамару подойдите ко мне.       Я нехотя поднялся с земли и направился к Хокаге.       — Мне, дети, очень понравилась ваша игра. Она зрелищная, очень полезная и в меру безопасная для шиноби. Плюс я заметил, сколько зевак она собирает из числа гражданских. Шикамару, передай отцу, чтобы совет джонинов обязательно посмотрел следующую вашу игру. Потом пусть соберут своих умников и всё обдумают. Мне уже сейчас заметно, что стена нужна повыше и пошире и отдельно от здания академии. На земле точно необходимы водные преграды. Ещё зрительские трибуны. Скажи, пусть не ленится, а подробно напишет правила. Я хочу ввести вашу игру в состав экзамена для чунинов.       — Понял, — ответил Шикамару, что присел на корточки рядом со стеклом, на котором сидел Хокаге.       – Хокаге-сама, я правильно понял, что игра вами полностью разрешена?       Спросил я это специально для Ируки, который мрачный стоял рядом. Но он очень повеселел, когда Хокаге заговорил о стене для игры вне академии.       — Да конечно, со следующего года она станет обязательной для всех школьников и частью экзамена.       — А можно нам ещё пару стен здесь организовать? А то полей для всех не хватает!       Вот жалко, что я вынужден хранить такие моменты лишь в своей несовершенной памяти — надо купить фотоаппарат. Хотя это такая дорогая зараза в этом мире, а ещё тяжёлая. Ладно, специально для Хокаге метнулся за фотографом, и тот запечатлел для истории, как нам старик из земли Дотоном вырастил ещё три поля, и заодно фейспалм Ируки.       В это же время Минато при моем скромном участии завершил процесс сборки первого аппарата для тампонной печати фуин. А я смог договориться с Учиха, чтобы они организовали прикрытие для моего производства. Отец Саске с радостью согласился мне помочь. Эта услуга мне была для них очень выгодна. В клане было очень туго с работой для инвалидов, а производство свитков дало сразу десять рабочих мест. Только на одном аппарате. И я не собирался останавливаться. Собственно, даже не стал настаивать на проценте. Своё я получил с продажи аппарата, а также за еженедельную зарядку печати своей чакрой. Брал деньгами и свитками. Учиха купили у меня клише для четырех печатей. И сейчас очень радовались. Я прикинул, что смогу сделать ещё три аппарата с таким же объемом производства, как у Учиха. Больше просто не смогу заряжать. Своей чакры у меня не бесконечный океан. И так горжусь, что за один раз могу дать чакры на пару сотен взрывных печатей. Прикинул и решил ограничиться ещё одним аппаратом на продажу и одним в своё пользование. Для себя, кстати, решил делать уже усовершенствованную модель с возможностью наносить печати не только на бумагу. К сожалению, вопрос это небыстрый. Мой батя творчески осмыслил идею многослойной печати, метод проверки отдельных узлов фуин без её активации, а также идею безопасной зарядки печати, и родил концепцию многоуровневых печатей в несколько слоёв через слой изолятора. Вот теперь творит очередной шедевр. А проверяют его поделки для него клоны Джирайи. Вот такой подряд у меня во внутреннем мире. Настоящая азиатская мануфактура.       От Джирайи узнал о последних событиях. Совет джонинов прошёл, игра всех впечатлила. Но больше поразили последствия, когда малыши за месяц показали прогресс до уровня генина. Некоторые родители на радостях даже собирались забрать детей из академии и перейти на командное обучение досрочно. Но Хокаге сбил их в полёте, лишь заметив, что показатели были достигнуты именно в академии, и торопыги рискуют возможным прогрессом. Мало ли чего эти сорванцы ещё сообща придумают. В итоге сошлись на идее не трогать наш класс следующий год и наблюдать за результатами. В мировой политике тоже не всё здорово: тут мной интересовались послы Ивы, скрытой деревни страны Земли. Их, конечно, мягко отбрили, но это означает наличие большой вероятности появления слухов об отсутствии у нас биджу. Старики не придумали ещё пока, что делать, но явно нужно будет меня как-то продемонстрировать и придумать что-нибудь с режимом биджу.       — Эх, совсем вы не даёте мне спокойно провести детство, — непритворно вздохнул я.       Пока основная рабочая версия моего режима биджу заключалась в освоении мной поглощения природной чакры и работы с ней. Так называемый Путь мудреца или Сеннин мод. Минус — опасность окаменения.       Данзо хочет запечатать в меня Сору вместе с остатками девятихвостого. Это тоже не самая прекрасная идея, так как в данном случае мы обрекаем парня на превращение в демона хвостатого. Для меня минусов вроде нет, хотя терпеть внутри человека, который медленно сходит с ума, тоже не есть хорошо. А вот Минато такой сосед вообще был не нужен, так как своими эмоциями мог легко развоплотить последнего клона моего биологического отца, который вместо биджу был у меня в клетке. Туда же периодически на заправку заходили клоны Джирайи, поэтому оппозиция Данзо на совете была в лице главного ёжика деревни.       Ещё одна проблема состояла в том, что других Узумаки наши не смогли обнаружить. Даже моя подсказка про Карин в деревне Травы не оправдалась: то ли не канон, а может, она с матерью ещё не пришла в неё.       – Я всё-таки настаиваю на своей идее искусственного биджу. Чакра есть, печати потихоньку создаю, нам всего-то нужно — это на виду у всех отрастить один хвост из чакры или запустить одну биджудаму с чакрой девятихвостого. А потом пускай Обито чешет репу, кого он запечатал в свою статую! — раздался из меня голос Минато.       — Сделал всё-таки! — восхитился Джирайя. — Соболезную, Наруто, теперь он будет таскать тебя на все советы у Хокаге и на прочие жутко важные дела.       — Не, у него не получится! На совет джонинов и к Хокаге можно ходить исключительно в оригинальной тушке, чтобы клон не натворил дел.       — Наруто, ты кого сейчас назвал идиотом?       — А что сразу Наруто? Этот приказ о недопуске клонов к принятию управленческих решений, между прочим, подписал ты сам, пока был четвертым Хокаге.       — Ну погорячился...       — Вот именно, что решение мудрое и облегчающее мне жизнь. А я ещё маленький, чтобы лезть во власть!       — Нет в тебе, Наруто, задатков к лидерству, как у твоего отца! — подколол меня Джирайя.       — Беру пример с мудрых стариков и не пытаюсь получить себе на голову лишний геморрой.       Умыл стариков. Ага. Они мне отомстили. Я только потом, удирая по улице от взбешённой куноичи, понял, как сильно меня подставили! Ага, отрастишь хвост, научишься бегать на четырех конечностях, в нужный момент выхватишь из рук указанного человека предмет и побегаешь немного, удирая от него. Заодно покажешься всем желающим в форме биджу и чуть пофонишь чакрой девятихвостого. Всё легко и просто. Я болван! Согласиться отобрать данго у Митараши Анко, самой стервозной и безбашенной куноичи, токубетсу-джонина и бывшей ученицы саннина, а теперь отступника — Орочимару.       Она уже разнесла несколько кварталов, преследуя меня! Мамочка родная, роди меня обратно! А я ведь ещё не пожил, я маленький ещё. А меня гонят, как щенка. Огромные змеи загонщики! Сама эта дурища лупит стихийными техниками из-за пределов видимости! Да я со страху каварими на километр исполнил, хотя везде сказано и не раз, что максимум сто метров. Как же жить хочется, и как она меня нашла на этом полигоне? Со страху врубил печать поглощения на полную. Фух, опала болезненая. Вон как себя совсем не жалеет, лезть на меня с опустевшим резервом.       Пока тащил её до больницы, эта очень нехорошая женщина ещё пыталась дотянуться до моей шеи, хорошо хоть у неё не хватило сил на то, чтобы поднять руку.       Лечить её ирьёнины обещали в течение месяца. Это очень хорошо, она заодно остынет. Плохая новость: ей зачли миссию A-ранга по предотвращению срыва печати джинчурики и защите деревни от хвостатого. Я не очень жадный до славы, но канцелярские крысы попытались весь ущерб городу повесить на меня. Да и слегка успокоившийся народ начал вновь поглядывать на меня с опаской. От ущерба удалось отвертеться, просто попросив у бюрократов добавить в список ущерба резиденцию Хокаге и пару десятков канцелярских крыс. Те переглянулись, всё поняли и списали ущерб по статье стихийных бедствий. А удобная эта штука, чакра девятихвостого, её даже гражданские чуют и покрываются липким потом.       Наступивший сезон летних каникул, когда жара и сезон дождей, заставил наш класс пошевелить извилинами. Потихоньку наши ряды редели — в кланах не любили бездельников и старались напрячь людей работой. Была и обратная сторона вопроса. Игра сдружила многих ребят из разных классов. Для себя я открыл огромное количество круглых сирот. Кстати, материальное обеспечение для них оставляло желать лучшего. И вроде ни к кому нельзя было предъявить претензий: власти содержали, бывшие выпускники добровольно приносили пожертвования. Но всё равно почти все ходили в обносках, имели по одному кунаю на сироту. В общем, бедность порождала бедность. Специально посмотрел статистику — сироты гибли одними из первых. Основная причина — слабая физическая подготовка и материальное обеспечение отряда.       Вот так бывает, находишь проблему, хочешь вроде помочь, а получаешь для себя золотую жилу. Пытаясь придумать, как сделать популярными курьерские услуги, я изобрел свитки связи на фуин печатях. Ну а вспомнить первые узлы телефонной коммуникации мне не составило труда. Теперь десятки подростков зарабатывали на подзарядке свитков связи. А по всему городу стали слышны фразы:       — Здравствуйте, девушка! Соедините меня...       Ну и мне конечно денежка малая. А может, уже и не малая. Всё же я реализовал и курьерскую службу доставки цветов, готовой еды. А уж дальше торговцы сами сообразили, как составить мне конкуренцию. И к началу второго учебного года, после сезона дождей, когда пошел спад на услуги курьеров, мне предложили продать свой бизнес. Я прикинул все варианты и продал свою контору доставки. А также компанию связи. Её у меня выкупила наша АНБУ. Наивные. Хотят подслушивать разговоры пользователей. Минато зуб дал, что даже Джирайя не сможет разобраться в этих фуин. Там каждая печать имеет семь уровней, закрытых слоем изоляции. Я, когда смотрел на все это устройство, даже вспомнил про наши микросхемы. А Минато меня даже похвалил за идею тампонной печати, без неё брак бы достигал девяносто процентов, ну и стоимость парных печатей приближалась бы к годовой зарплате шиноби. И так свитки стоили пятьдесят тысяч рё. А позже я начну выпускать телефоны не на бумаге, а на металлических пластинах, дереве и, может даже, на драгметаллах в зависимости от спроса. А АТС можно и конкурирующую организовать, ну и зачем мне монополия? Ладно, сочинение «как я полезно провел лето» заканчиваю. Уже заметил, что сам иду по печальной дорожке, которая в своё время сгубила деревню Водоворота и клан Узумаки. Но с другой стороны, свитки-оружие штампуют Учиха, я тут как бы не при делах. Делают они их за треть стоимости по сравнению с импортными. Ну и эксклюзив с моей чакрой чуть дороже, чем поделки из Ивы. Я же занимаюсь исключительно мирными поделками.       Новый учебный год, ребята подросли. Я искренне рад был их видеть. Ну и по играм соскучился. Специально для них я подготовил пару сюрпризов — сделал двенадцать наборов специальных артефактов. По сути навесной подсумок. В него нужно засунуть руку и подать чакру, после в ладони появлялся теневой кунай или сюрикен с сюрпризом. При попадании в человека он пропадал, но успевал передать немного чакры. Суть идеи проста — повторение техники Кай, что применяют для борьбы с иллюзиями, вот только прерывая ток чакры в теле. После такого воздействия человек не мог удерживать себя на вертикали, плюс лёгкий болевой шок от попадания тяжёлого, острого, но хрупкого предмета.       На первой игре я получил много удовольствия и завистливых взглядов. Ребята сыпались на землю, как зрелые фрукты с дерева. Только плоды не ругаются матом в процессе. Люблю дразнить людей! А в перерыве, когда я стал раздавать подсумки — почувствовал себя Дедом Морозом.       Кстати, мне достались подзатыльники от членов моей команды. Оказалось, что я не дал ребятам насладиться преимуществом. Мог бы раздать только своим. На мои скромные возражения, что это неспортивно, и с нами просто не стали бы играть в противном случае, Киба лишь отмахнулся. Да, канон во всей красе: наша команда регби состояла из меня, Саске, Сакуры, Хинаты, Кибы и Шино. Раньше была чехарда, но от главы школы пришёл такой приказ. Играть будущими составами боевых групп. Так наша команда лишилась Шикамару и приобрела мощных соперников в лице других команд под командованием этого ленивца. Наверное, поэтому и хотели мои товарищи получить доступ к этой плюшке. И кстати, по окончании дождей Коноха наполнилась криками и свистами. Играли все, даже старики. Моя идея разительно изменила пейзаж деревни. Теперь она напоминала Стоунхендж, но только последний нервно курит в сторонке по сравнению с нашими мегалитами до ста метров в высоту для забав джонинов.       Сделав доброе дело, я в очередной раз получил источник дохода. Подсумки с теневыми метательными приспособами стали резко нужны всем. А там многоуровневые печати, которые по требованию Минато являются пока нашей стратегической тайной, которую нельзя разглашать. Значит, предстоит заниматься производством самому. А ведь в регби уже играли и в других деревнях, говорят послы постарались. Так что рынок сбыта новой фичи даже больше, чем в случае со связью, которой наши коллеги из других деревень разумно не доверяют.       Заодно нашел работу своим управляющим, что остались без работы после распродажи почти всех моих активов. Но возникла проблема: мне стало катастрофически не хватать времени. Два часа в день на личные нужды явно не сочетались с тем ворохом дел, что приходилось проводить и контролировать.       — Наруто, тебе нужно сконцентрироваться на собственном развитии.       — Папа, вообще я сирота, которому нужно зарабатывать на свой кусок хлеба с маслом.       — Вообще, ты у меня не гений. И к тому же за лето растерял все то преимущество, что было у тебя перед Саске. Скоро и другие ученики начнут тебя опережать по физическим параметрам.       — И это здорово, Минато. Ты забываешь, что прогресс ребят — это моя заслуга, и их успехи меня радуют.       — Наруто, я не буду спорить о важности других успехов, но не забывай, что ты будущий шиноби, и твой уровень развития важен не только для тебя. Передай все дела на откуп своим помощникам. Пусть работают.       — А если?       — Наруто, ты все равно не сможешь работать лучше всех в одиночку. Так что отойди в сторону и наблюдай.       — Эх, если бы все было так просто...       — Простых вещей не бывает. Тебе нужно ещё разобраться с делами, которые действительно без тебя не смогут сделать.       — Зарядка чакрой?       — И это тоже.       — Есть идея. Нужно сделать поглощающую печать под кроватью. По ночам, когда я здесь, мне почти не нужна чакра, а так заодно буду увеличивать резерв. А для зарядки станков можно будет организовать сменный питающий контур. Тогда я смогу отправлять курьера с заряженным блоком, а обратно мне он будет приносить пустой. Придется платить деньги курьеру, но это сэкономит мне четыре часа в неделю.       — Неплохо, Наруто. Есть ли ещё какие-нибудь идеи?       — Можно научить меня технике теневых клонов?       — Не вариант. Она очень негативно влияет на нервную систему и запрещена к применению детям до шестнадцати лет.       Блин, может утащить свиток, не дожидаясь предательства Мизуки? Учёба меж тем шла по накатанной, хоть игра и помогала с физическими занятиями, но осталась ещё теория. Как выяснилось, каждый шиноби должен был знать очень многое: от выживания на местности до актерского искусства. Всё это нам давали по минимуму, но в достаточном объеме. Далее кузнечное дело. Когда в том мире я читал фанфики, я как-то ожидал халявного времени в академии, когда пришел в неё поступать, будучи уже натасканным сильными джонинами. Но оказалось всё не так просто. Хороший шиноби может в чистом поле поднять свою боеготовность от нуля до бесконечности — уровень зависел лишь от времени. Конечно, не дело шиноби копать руду и делать себе кунаи — этим должны заниматься специалисты, но починить сломанное оружие обязан уметь каждый ниндзя.       На втором курсе я впервые попал на экзамены для получения звания чунина. Пока только как зритель. И да, Хокаге сдержал своё обещание, все команды играли в регби. Без оружия, даже без моих теневых подсумков, а это плохо — в дальнейшем спрос может упасть. Прям классическая игра, которая тем не менее собрала целый центральный стадион зрителей. Все сыграли по одной игре со случайным противником. Из состава команд, проигравших свою игру, с экзамена снимали половину, то есть одну из троек. Соответственно, после регби количество участников снизилось на четверть.       Экзамены на звание чунина проводятся раз в полгода, но деревня организатор меняется, поэтому следующий экзамен мне пришлось ждать целых два года. Интересно, но редко. Кроме экзамена ещё проводился чемпионат по регби среди ведущих команд. Тут уже выступали преимущественно джонины. Всё же была большая разница в возможностях джонина и других шиноби. Сборную нашего класса, невзирая на весь гений Шикамару и сыгранность, смог обыграть один джонин с сенбоном во рту. Причем всухую. Он всегда поднимался на стену, всегда забивал, кидая в круг, и всегда прерывал наши атаки. Думаю, эта игра нужна была для того, чтобы показать наш реальный уровень сил и не дать нам зазнаться. Ещё в самой академии сменился лидер, новый заключительный курс класса для гениев академии стал играть лучше нас. Мы же делили третье место. Второе место заняла команда Рока Ли, который стал тренироваться у Майто Гая вместе с Неджи и резко прибавил в прогрессе. Из-за регби в деревнях стало очень много чунинов. Но в ближайший год картинка не должна измениться. Так как в Кири сейчас как раз шла заварушка по свержению Ягуры, моего коллеги джинчурики и Мизукаге деревни, которую из-за него стали называть деревней Кровавого Тумана. Значит и ближайший экзамен опять отменят. У меня самого пока сомнения, стоит ли вообще принимать участие в испытаниях сразу после академии. Взять хотя бы факт, что по канону они будут сорваны, а третий Хокаге убит. Значит и жилетка мне вряд ли светит. Ну да ладно, там будет видно ближе к экзамену. А пока никто не мешал мне наслаждаться моим вторым детством. Хотел бы я так сказать... ***       И вот настал сей канонный момент: выпускной экзамен по практической части – использование классических техник. Самое грустное, что у меня до сих пор не получаются иллюзорные клоны. Я прекрасно знаю, что для Узумаки техники гендзюцу — это больное место. Ирука тоже в курсе данного прискорбного факта. Вот не получилось у меня добиться понимания с этим человеком. Наверное, зря я не разрисовал гору с монументами, но беда — я все же не канонный блондин. Плюс лично знаком с двумя из четырех Хокаге. И если Третий ещё мог допустить от меня такое, то с батей я бы вряд ли нашел взаимопонимание.       Мы даже обсудили этот момент, он меня не понял и мягко уточнил, а на фиг мне упал этот горе-педагог? Логично в целом.       На всякий случай я предупредил Хокаге обо всех событиях, что могут сегодня произойти, и отправился сдавать экзамен.       — Знаешь, Наруто, идея предупредить Хокаге, что сегодня ты отправишь в больницу одного дятла, если он заставит сдавать технику иллюзорных клонов, кажется, вышла тебе боком, — заметил Минато, он очень гордился возможностью своей печати подавать его голос прямо мне в ухо. Я грустил без возможности ответить своему отцу. Хокаге прислал на экзамен бойца АНБУ. Для чего?       — Ладно, я всех предупредил. А раз мужик сказал, то мужик сделал.       Предупрежденный мной сенсей неправильно воспринял поддержку АНБУ и полез в бочку. Я тоже подстраховался и врубил перед атакой печать ровно настолько, чтобы не убить никого из присутствующих. Сознательно пошёл на срыв экзамена, но с другой стороны — предупредил же и не получил прямой запрет. А присутствие бойца АНБУ можно расценивать как заботу Хокаге или попытку контроля ситуации, мне он не докладывал о своих планах.       Бессознательное тело вылетело из аудитории через окно второго этажа, где у земли было подхвачено бойцом. Кажется, будет скучно — никаких последствий.       — Наруто, и зачем ты это сделал? — а вот и Мизуки.       Этот второй горе-педагог всё-таки решил встать на путь порока, сегодня я капитально уменьшу численность штата преподавателей академии.       Жаль я не помню канон дословно, не смог насладиться моментом, как мне ездили по ушам. Но могу точно сказать, что изменения есть. В этот раз Мизуки именно акцентировал момент, что мне нужны теневые клоны. А вот этот момент меня насторожил. Откуда чунин может знать содержание свитка якобы секретных техник? И почему он находится дома у Хокаге?       — Батя, а ты не хочешь мне ничего рассказать? Технике научить? Мне обязательно участвовать в этом фарсе?       — Догадался? Я думаю, тебя проверяют старейшины или клановые. Ладно, спускайся во внутреннее пространство — научу.       — И хирайшину?       — Обойдешься, мал ещё.       Теневые клоны — это вещь! Один отправился к Хокаге, один наблюдать за Мизуки, который следил за моим первым клоном. Третий отправился на работу. Да-да, работа — это важно. Связь, трубки для связи, контракты на прокладку линий для связи между основными городами страны Огня. Кстати, появились даже зарубежные заказы. Страна Железа заказала и себе систему связи. Благо самураи так же могли оперировать чакрой и заряжать печати. Но особого бума не случилось. Остальные страны не доверяли моей связи. Для простых обывателей она была дорога. В общем, это был нишевый продукт только для шиноби и для торговцев Конохи. Караванные перевозки очень сильно увеличили стоимость свитков и трубок для связи. Может, забить на шиноби и заняться настоящими проблемами этого мира? Вот уже много лет я подумываю над идеей открыть банк. Ну, тогда придется ещё открыть профсоюз. Ага, почту и телеграф. Вот только не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять — всё, что касается денег, лежит в зоне интересов шиноби. Мне и так уже объяснили, что со мной станет, если связь между двумя свитками будет превышать расстояние в десять километров и начнет конкурировать с птичьей почтой. Вот и за межбанковский перевод денег мне сделают кирдык. Ведь это половина всех перевозок и миссий, что выполняют шиноби. А обычные конторы ростовщиков здесь есть и зовутся банками, правда если перевести с местного.       Ладно, это я размечтался. Живу в лесу с волками, законы знаю, сильно не отсвечиваю. Когда меня пришли проверять из резиденции Хокаге и искать миллионы рё, они нашли пару десятков тысяч. И всё. Жадность – это хорошо, но в этом мире нельзя зарабатывать денег больше, чем нужно на текущие расходы. Иначе отберут. Ну или попросят продать. И ничто не поможет — печальный опыт деревни Водоворота уже это доказал. Я, собственно, и не отказался от карьеры шиноби потому, что понял — в этом мире всем правят отморозки. И грани разумного допускают диктат одного монстра целым странам. Так что и мне желательно попасть в этот клуб джентльменов S-ранга.       В общем, Мизуки я упустил. Молодец, он явно не стоял на месте и заметно подрос в своих навыках с момента нашей драки на первом курсе. Ну или клон у меня получился гораздо тупее меня. Свиток я достал по канону. Будем ловить живца на условленной полянке. Раз уж в деревне начались мои поиски. Вот опять, вроде и предупредил Хокаге обо всем, что за ересь творится?       Мизуки атаковал меня молча, резко и, видимо, на пределе своих сил и навыков. Место, что занимал мой клон, превратилось в бурелом из обрушенных и перемолотых в труху деревьев и пластов земли. Я даже усомнился, что ему нужен свиток с техниками.       — И как это понимать, сенсей?       — Я удивлен, Наруто, не ожидал, что такая бездарность, как ты, сможет выучить технику теневого клонирования. Где ты настоящий? — прорычал он, рывком развеивая ещё одного моего клона.       — Я тоже приятно удивлен, сенсей. Вы явно вышли за уровень чунина, жаль техники не знаете.       — Мне не нужны техники, чтобы справиться с таким сопляком, как ты. А знаешь, Наруто, что используя клонов, ты не можешь пользоваться своим козырем?       — Сенсей, вы или болтайте, или деритесь с клонами. Сложно вас слышать.       — Так ты подойди поближе или кишка тонка?       — Так, сенсей, я ещё не разобрался, что мне с вами делать? Понимаете, никак не соображу, на кого вы работаете. Кто такой бессмертный, решивший избавиться от меня так, что у нас с вами начался полевой допрос?       — Ха-ха. Это одно из слабых твоих мест, Наруто. Ты до сих пор не понял, что умрёшь сегодня, придурок.       — Сенсей, вы слишком нервничаете во время схватки со своим учеником, которого считаете недостойным получить звание генина. Откуда у вас такие мысли?       Очередные клоны развеялись, а в кусты полетели кунаи. Почти попал. Всё же Мизуки преподавал именно эту дисциплину.       — И всё же, сенсей, кто вас прикрывает? Уже десяток минут мы шумим рядом с Конохой, и ещё ни один боец АНБУ не появился здесь. Даже представить страшно, кто эта могущественная личность.       — Наруто, отдай свиток, ты не понимаешь его ценности.       — Сенсей, вот и мне интересно, чем можно купить такого человека как вы?       — Не твоё дело, щенок! — в это время уже он показывал чудеса акробатики, уходя от ливня кунаев, что организовали ему два десятка моих клонов.       — Сенсей, давайте я предложу вам сразу двести тысяч рё. Или даже миллион рё? По рукам?       — Тебе не подкупить меня!       — Вот и мне интересно, на что вас смогли зацепить? Пожалуй, я найду ответ на месте, всего доброго!       — Стоять, кто тебя отпускал? — взревел Мизуки, когда три десятка клонов прыснули с полянки в сторону Конохи.       — Ты был прав, Наруто, всё не так однозначно, как могло бы показаться, — задумчиво проговорил Минато, когда Мизуки рванул следом за клонами.       — Батя, сейчас мне потребуется и твоя помощь. Нужно вычислить, к какой точке Конохи он меня не пускает. Желательно, как можно раньше, так как в самой деревне мы можем столкнуться с противодействием других шиноби. Я в это время постараюсь не потерять из виду Мизуки. Чёрт, мне реально не хватает какой-нибудь сенсорики!       — Можно врубить печать поглощения чакры на минимум воздействия, тогда, в принципе, можно будет отследить источник чакры Мизуки, пока он не смешается с толпой.       — Сделай, мне сейчас любая помощь в жилу.       До Конохи всё шло согласно моим планам. Мизуки реально преследовал клонов, стараясь развеять тех, что неслись к клановыми кварталам, потихоньку показывая, где находится моя цель. Я тоже создавал новые копии и отправлял их по уточнённым координатам.       В Конохе возникли сложности. Мне стала противодействовать ещё и группа чунинов из неизвестных мне личностей. Пришлось повозиться, столкновения происходили и тут, и там. Чаще всего чунины справлялись с моими клонами, но я их уже спокойно делал в свою очередь. А это подтверждало, что уровень Мизуки действительно превышал уровень чунина. Чаще всего лишних участников я глушил своим воздействием на чакру — просто уменьшал радиус и бил максимально возможным воздействием. Без подготовки любой известный мне шиноби, не джонин, вырубался с гарантией.       Ещё пять минут и нервы у сенсея стали сдавать. А через семь он сломался. Правда и я уже более-менее представлял, куда мне надо:       — Постой, Наруто, не спеши. Не ходи туда, пожалуйста, они убьют её!       — Кого?       – Сестру, она сейчас в «гостях» в поместье, и мне ясно дали понять, что с ней произойдет, если я провалюсь.       — Рассказывай.       Пока он, размазывая сопли и слезы, давясь рыданиями, с пятое на десятое пытался объяснить мне, чем так я не угодил великому клану Курама, что они затеяли такую многоходовку и вложили опупеть сколько денег, чтобы по максимуму убрать всех возможных моих союзников на миссии за пределами Конохи. Я так понимаю, что чиновников они тоже подкупили, раз Хокаге не шлёт АНБУ. Ладно, рискну сцепиться с кланом, что специализируется на гендзюцу. Правда, для меня они самые неудобные противники. Но врагов не выбирают, а у матриарха клана совсем поехала крыша после смерти почти всей главной ветви клана в ночь нападения Девятихвостого на деревню. Будем считать именно так, но как мне спасти семнадцатилетнюю девчонку?       — Ох, Мизуки, кажется узнаешь сегодня ещё один мой секрет.       Поместье клана Курама находилось на окраине кланового квартала. Клан специализировался на применении гендзюцу, но не имел ярко выраженного Кеккей Генкай или индивидуальных генетических особенностей. Поэтому их школа подходила для всех шиноби, что могли создать иллюзорного клона. И потихоньку их приёмы стали общественным достоянием. Если верить сплетням, то ведущую роль в распространении техник сыграли Учиха, что таким образом поставили на место клан, возомнивший себя их главным конкурентом. Просто скопировали их у Курама шаринганом, а потом обучили молодёжь. Кстати, интересная идея — условно-платная библиотека с техниками.       Итак, по обиженному клану прошёлся демон-лис. Гендзюки ничего не смогли противопоставить этому прискорбному факту. Были убиты все, кто решил повоевать и не спрятался. Теперь у власти там старушка-матриарх, которую ещё до лисы уже отправили на пенсию. Теперь она, потеряв всех родных, точит на меня зуб. Да и весь клан не горит ко мне нежными чувствами. Но эмоции в сторону: хоть и бабка совсем берега попутала, стоит ли мне цепляться с целым кланом? Наверное, придётся. Тут точно нужно дать в зубы так, чтобы в следующий раз боялись пасть открыть.       — Мизуки, у меня есть план...       — Наруто, ты рехнулся? Вдвоём против великого клана выступать?       — А тебе какая разница? В худшем случае умрёшь героем, который попытался вытащить свою сестру, а так — станешь преступником, который никого не спас и сел за решётку, и позднее умрешь при попытке сбежать и отомстить всей Конохе. Оно тебе надо? Так что давай грузи меня на плечо и неси матриарху гостинец.       Пока меня тащили, я побывал в бессознательном состоянии и пообщался с отцом, что сейчас активно набивал под завязку природной чакрой всех трёх своих клонов — личный максимум на этот день. Роли были расписаны. Отцу предстояло стать звездой вечера. С учётом десятилетия без тренировок — батя слегка мандражировал.       — Наруто, ты рехнулся!       — Отец, риск есть, все же Мизуки я не доверяю, но у него выбора нет. А клинком он владеет.       На территорию нас впустили без лишних разговоров.       — Приветствую вас, Руррия-сан, я сделал всё, как вы и приказывали, — поклонился Мизуки, роняя моё тело на пол.       Нам с отцом во внутреннем мире было всё видно, благодаря его печати связи с внешним миром. Я выдохнул с облегчением. Внешне небрежно, но меня кинули на пол весьма аккуратно, что значило некоторую заботу Мизуки о моём будущем состоянии.       — Почему он жив? Убей его! — взвизгнула старушка, божий одуванчик.       — Конечно, госпожа. Могу я увидеться с сестрой? — спросил Мизуки, подходя ко мне и втыкая нож мне под лопатку.       — Конечно. Слуга, приведи сюда Аску!       Во внутреннем мире мы отметили, что ещё живы, так что всё идёт по плану.       — Ну что сын, твой звёздный час веры в людей настал. Мизуки тебя не предал — теперь будем надеяться, что его сестрёнка не копуша, и её приведут сюда быстрее тех пяти минут, которые потребуются тебе, чтобы умереть. ***       Мизуки очень сильно волновался. Безумный план! Понятно, что Наруто не договаривает — придерживает какой-то кусочек информации, без чего его идея смахивает на самоубийство. «Аска, поторопись! Я не знаю, как этот придурок собирается через пять минут с несмертельной раной встать и всех спасти, но у тебя есть только эти пять минут, чтобы попасть сюда, поторопись».       Бабулька тоже не теряла времени зря, подошла, осмотрела тело, пнула его пару раз и даже начала что-то обсуждать со своими советницами. Гендзюцу мешали Мизуки услышать, о чём ведутся переговоры, а применение техники Кай, что развеивала технику, было запрещено на территории поместья Курама под страхом смерти.       Но вот скрипнула дверь, особая хитрость шиноби — все двери в деревне издают обязательный звук в начале своего движения. И в зал клана завели его сестрёнку, которая испуганно оглядывалась вокруг. Это был хороший признак, что она не накачана химией и ещё может адекватно воспринимать мир. А потом всё завертелось.       Последовала вспышка света, дым, какие-то силуэты метнулись в разные стороны, кто-то его схватил за шиворот. Потом он оглох, как до этого ослеп. Но судя по ощущению, они сейчас находились на открытом воздухе. И тишина, лишь звуки рвоты рядом с собой.       — Брат, а где мы и что произошло? — очень громко спросила его сестра.       — Не знаю, Аска, я ещё не проморгался. Но судя по вспышке и грому, это был Хирайшин, техника Четвертого Хокаге.       — Это тот герой, что ценой своей жизни остановил демона, убившего наших родителей?       — Да.       В зале Совета в то же время царила паника. Без сомнения, старики с уверенностью опознали технику, а с учётом, что её мог применять лишь один шиноби, то и без труда опознали напавшего на них. Теперь им предстояло решить, что делать. Ведь после инцидента обнаружились пропажи не только тела бывшего джинчурики, но и главы клана, не говоря уже об Аске и её братце.       — Нам необходимо созвать совет джонинов и объявить, что джинчурики мёртв из-за предательства его бывшего учителя. По негласным правилам, на нашей территории мы были в своём праве.       — Вы не угомонились? — в вспышке грома вновь мелькнуло что-то. — Берегитесь взрыва!       Было мгновение, но многие успели попадать или сгруппироваться, лишь троих последовавшим взрывом отбросило прочь.       — Это было последнее предупреждение, — на голову первой советницы главы клана опустилась чья-то рука, надёжно прижала ту к земле, и в то же время мгновенно вылечив барабанную перепонку. — Вам нужен теперь новый глава и зал совета. Следующего предупреждения не будет, а на руинах клана, решившего убить моего сына, уже новые жильцы будут строить себе кварталы! Ты поняла это, старая клуша? Если да, то следующим главой клана вы назначите Якумо.       — Но девчонка — инвалид! — воскликнула старейшина.       — Ничего, ей будет полезно почувствовать свою полезность семье, и вам будет чем заняться. Возрождайте клан, а не занимайтесь глупостями за безопасными стенами Конохи. ДОМ ХОКАГЕ, ЧЕРЕЗ НЕСКОЛЬКО МИНУТ       — Вставай, Хирузен.       — Минато? Я что, умер?       — Будешь спать в такие важные для Конохи моменты — точно своей смертью не умрёшь.       — Что случилось, Минато?       — А что ты помнишь?       — Ну... А да точно, твой сын утащил свиток с твоими техниками из моего дома.       — Ну и какого бесхвостого демона ты вместо того, чтобы действовать согласно предупреждениям Наруто, устроил на него травлю чуть ли не всей деревней?       — Подожди, Минато, не гони лошадей. Какие предупреждения?       — Ну, давай разбираться… ***       Я очнулся перед рассветом. До этого отключился, и моя печать начала фонить. Поэтому я сейчас находился в специальной палате, что ограждала весь мир от моего воздействия. Всё, что смогли ирьёнины сделать в таких условиях — обеспечить мне перевязку. Это был неучтённый фактор, из-за которого я чуть не умер, но смог остановить воздействие, и мне была оказана помощь. С утра ко мне заглянул весьма смущённый Хокаге и извинился за происшедшее. Из его сумбурных объяснений я понял одно, что мои действия помогли спасти Коноху, а это настоящая миссия А-ранга, что будет мне зачтена и оплачена. Также в присутствии ирьёнинов он мне вернул мой протектор шиноби, якобы полученный мной ранее и сданный перед столь важной миссией. Можете сказать: «Глупо!» — как это сделал мой отец. Хотя, на самом деле, он выговорил гораздо больше. Заодно научил меня ругаться матом. Ну да ладно, свою задачу я выполнил — сестру сенсея спас. Получил себе вечного должника, чьё обязательство продолжает расти. Парня упекли в отдел дознания, пытать не пытают, но выжимают из него всю информацию, что ему известна о грязных делишках Орочимару и бывшей главы клана Курама. Оказывается, не всё он мне рассказал, а его сестра на время до его освобождения живет у меня в общежитии. Пока меня не выпишут, за ней приглядывает Какаши, в основном отгоняя от знойной и наивной красотки Джирайю, который резко вспомнил, что у его ученика был свой непутёвый ученик, которого ещё тренировать и тренировать.       Как позже объяснил мне отец, Курама в полной мере воспользовались талантами своей теперь уже новой главы, и вся деревня, включая третьего Хокаге, была погружена в иллюзию, где меня гоняют, как демона. Благо многого на картине нарисовать у девчонки не получилось. Поэтому и отношение к моим поискам было соответствующее — походили, нашли в больнице и успокоились. Плохо было другое: все искренне считали происходящее вполне естественным до момента, пока Минато не надавал по шапке Третьему, и не стала вскрываться цепочка несостыковок. Но я рад, что это была мощная, но всё же иллюзия, а не заговоры людей. Лучше жить в деревне, где все были оболванены чокнутой старухой и маленькой девочкой, чем в деревне, где все помогали избавиться от меня от чистого сердца. Ну это я так утрирую.       Курама Якумо, к своему удивлению, стала новой главой клана Курама. А от самого Хокаге ей был назначен индивидуальный тренер для развития её способностей.       Больше всех в этой истории получил я. И люлей, и пряников. После нагоняя от моего бати Третий объявил программу защиты джинчурики неэффективной и более того — вредной для блага Конохи. Запреты на распространение информации обо мне были сняты, мне официально вернули фамилию Намикадзе и всё, что было связано с этим. Дом, землю, счета в банке, паи в нескольких предприятиях. Правда отец плевался — всё, что можно, просрали и сгубили небрежным отношением. Но вот клановый квартал можно будет построить с нуля на том пустыре, где когда-то жили мои родители. Я прикинул — хватит места для меня и моей печати по сбору чакры. Сдерживать я её, конечно, могу, но мне и природная чакра нужна. Точнее не мне, а отцу. Ведь только на природной чакре он может пока создавать себе запасных клонов.       Пару дней мне дали для выздоровления — больше не смогли откладывать церемонию распределения. Мне очень грустно, что у меня нет регенерации оригинала. И из палаты я выписывался, ещё морщась от боли в не до конца залеченной ране. Но тем не менее оделся самостоятельно и взял в руки протектор. Последний шаг, чтобы стать шиноби. Надевать? Конечно! Я столько пережил ради этого момента.