Мой Биджу - Нишиша

      — Упс! — вздохнул Джирайя.       — Так, старик, соберись! Или ты совершишь чудо, или эти руины станут памятником нашей никчёмной жизни! — гормон хоть и играл, но зрелище пятого размера груди, прущего танком на нас, как-то не вдохновляло!       — А, э! — выдал он сентенцию.       — Это было гениально, сенсей. У вас хоть кольцо есть?       — ?       — Мда... Я так понимаю, что этот момент вы забыли спланировать?       Между тем Цунаде уже передвигалась по камушкам в нашу сторону. За ней неслась Шизуне.       — О, медведь! Тьфу, там змея! — предпринял я ещё одну попытку сбить наступательное построение.       Без толку. Наши шансы изобразить баобабы я тоже прикинул как нулевые.       — Да ёж твою Тобираму! — оранул я, подскочил с тылу к Джирайе, стянул с него портки и сразу ушёл заменой. Звук удара — низко пролетело тело дурака, что даже букета не захватил. Вроде не зря повернул фокус с портками: Шизуне, кажется, замерла, но вглядываться времени нет — Цунаде вновь разогналась до второй скорости, но уже исключительно в мою сторону! Мамочки! О точно, у меня есть мамочки. А против них срабатывает мой деревянный щит с фуин. Распечатал и спрятался за ним. На душе сразу легче стало!       Хороший щит был. Удар — и в щепки, до меня самая добрая и ласковая будущая Хокаге не достала, но передалось ускорение для свободного полёта. Так что лечу, аки попугай, ибо оранжевый и над землёй. Пашни и нивы снизу не проплывают: не те всё же масштабы, но вот за пределы руин точно меня забросит, согласно расчету — вон в тот куст. А вот и главный змей Конохи с очкариком удивлённо провожают моё движение по воздуху. На лету из мужской солидарности посоветовал им осторожней быть с беременной бабкой. Всё, пора готовиться к приземлению. Для этого запечатал себя в сферу. И успел затормозить до падения, но уже в кустах. Чёрт, в спешке схватился за наблюдательную сферу. Из всех способностей умеет фотографировать и снимать видео. Вот и все наступательные характеристики.       Значит будем снимать видео. Моя мужская солидарность видимо усугубила ситуацию, так как Орочимару отхватывал по полной. В мою сторону сначала улетел Кабуто, потом змея. Именная или нет — не знаю, она была молчалива в силу отсутствия сознания и забыла прокомментировать ситуацию. Сам Орочимару был вбит в землю головой. Вот Цунаде разошлась — всем раздала люлей.       — Совсем офонарела — инвалидов калечить? — ой, язык мой — враг мой. Вот зачем я из сферы вылез? Мог бы и промолчать в безопасности. Обо мне вроде забыли, а тут я со своей точкой зрения вылез. Может судьба у меня такая сегодня — отхватить? Из кустов выполз Джирайя. Ха, раунд номер два? Долго размышлять времени не было, и правый Цунаде мной был принят встречным с левой. Тупая идея была покрыть кулак спрессованной чакрой. Мою руку кажется раздробило до локтя. У Цунаде тоже непонятные ошметки вместо кисти.       — *я! — вспомнил я русский язык.       Надо завязывать. Женщины — зло. Только из-за неудачи с ними сорвало планку, уже успел сцепиться с двумя саннинами, а ещё утро не закончилось. И пока неизвестно, в каком настроении выползет из своей норки Орочимару. Может мне отвалить в сторонку? Тем более у Джирайи, кажется, открылось второе дыхание. Цунаде укутало облако белых волос. Интересно, это её удержит?       — Кабуто! Друг, где ты? — побежал я шарить по кустам. Как-то на него надежды больше было, чем на Шизуне.       Парня я нашёл прислонившегося к стволу дерева.       — Что это было? — прохрипел он, мистической ладонью залечивая свои раны. Судя по поломанным кустам и двум деревцам в две ладони обхватом, которые он снёс своим телом при падении — травм у него должно быть много.       — Беременность в позднем возрасте, первые недели, токсикоз, гормоны и неудачная наследственность на голову. Кабуто, будь лапочкой — подлечи руку. А то ты не боец, а она нам стариков угробит!       — Да, да, — то ли деревья Кабуто снёс своей головой, и теперь она плохо работает, то ли у Орочимару здоровье вызывало серьезные опасения ирьёнина, а может и в этом мире сработала клятва Гиппократа — в любом случае он переключился на мою руку. Мне даже стыдно стало. Битый — небитого везет.       Пару минут. И рука, как новая — шучу. Двигается с трудом и рассчитывать на неё не приходится. Но хоть что-то. Аккуратно возвращаюсь на место бойни. Старика в морг, такие не живут. Орочимару тоже очень плох и больше похож на змею, чем на человека. Во всяком случае налицо явный недобор конечностей.       — Да когда это кончится?! — вздохнул я, видя прущую на меня Цунаде.       Нет, надо с этим завязывать! Проверенный приём — каварими в пустоту, каварими из пустоты. Всего один прыжок, а я создал два вакуумных взрыва на пятачке в пару метров. Какая бы прочная Цунаде ни была, но её это немного контузило. И сенбон с моей фирменной фуин в шею для парализации противника.       — Неужели, победа? — вздохнул я охрипшим голосом, неожиданно для себя проваливаясь в темноту. ***       — Очнулся? — ехидный голос Джирайи поприветствовал меня. Старик, как Ленин — вечно жив.       — Что это было?       — Шизуне с тобой случилась. Девочка слишком удивилась, когда её леди упала на колени перед юношей, и пришла на помощь, попутно напичкав тебя ядом. Вот так, грозный победитель Цунаде слился статисту! — заржал Джирайя.       — Ты можешь вести себя потише? — прошипел с противоположной стороны от меня голос, от которого побежали мурашки по коже.       — Орочи, ты как всегда несносен! — вздохнул старик.       — А ты верно мальчишке всё рассказал, вот только забыл упомянуть, что самого перед этим размазали по руинам. У парня хоть заготовка была, а сам до сих пор не имеешь ничего против Цу и каждый раз надеешься, что она после смягчится и откачает тебя, — прошипел змеиный саннин.       — А может вам ещё врезать? — раздался от дверей властный голос упомянутой особы.       — Ага, Орочимару-сама, я тоже в шоке от старика. Припёрся предложение руки и сердца делать, а у самого ни кольца, ни цветов, даже шампанского не догадался прихватить! — поддакнул я.       Воцарилась техническая пауза в разговоре, где каждый осознавал сказанное со своей точки зрения.       — Очешуели?! — это рявкнула Цунаде.       — Наруто!       — Ке-ке-ке…       — Джирайя? Объяснись! — снова очередь дошла до Цунаде.       — Ке-ке-ке…       — А что я? Пусть этот паршивец теперь отдувается! Я за полчаса до нашей встречи был в городе Гостиниц. Какие цветы — я не знал ещё, где тебя носит.       — Наруто?!       — Ке-ке-ке…       — А что сразу я? Я знал, что с вашим везением вы окажетесь в последнем городе в списке Джирайи!       — Нелогично! — опровергли меня.       — Орочимару-сама, подтвердите! Вы ведь тоже не цветочки в окрестностях нюхали!       — Ке-кхх… — споткнулся на смехе Орочимару и надсадно закашлялся.       — Что, ты тоже? — опешил Джирайя, глядя на друга.       — Нет, старик, вряд ли, — отбрил я этого пошляка, — скорее всего вопрос связан с его руками, а не с семейным положением.       — Руки я смотрела, там всё сложно, — вмешалась Цунаде.       — Но можно? — вкрадчиво переспросил Орочимару.       — Даже если и можно. Зачем мне это нужно? — так же вкрадчиво переспросила его Цунаде.       — Я могу воскресить твоих близких для тебя, Цу… — внёс змей-искуситель своё коронное предложение.       — И зачем тащить в дом всяких зомби, что сами не будут рады своему положению? А ещё рассыплются пылью, если у призвавшего их внезапно кончится чакра или желание поддерживать технику, — хмыкнул я.       — Мальчик, тебе язык давно подрезали? — уточнил у меня Орочи.       — Зачем? Тогда я не смогу сказать, что у меня есть отличное дополнение к вашим техникам, и вместе мы, Орочимару-сама, сможем не только поднять из небытия зомби, но и переселить его душу в нормальное подходящее тело без оной. Ну или в точную копию родного тела, если верны слухи о ваших исследованиях белкового клонирования.       — Ты про что, Наруто? — сухо уточнил Джирайя.       — Ваш друг создал для краснопятнистой организации армию големов на основе клеток Хаширамы.       — Не создал, а добавил им стабильности.       — Это вы про Акацуки, Обито и Мадару? — спросил Джирайя.       — Секунду, больно вы информированные! Откуда такую информацию в Конохе знает каждая последняя собак… джинчурики? — прошипел Орочимару.       — Джинчурики я, кстати, уже не последний. Но информация тоже имеет цену! Раз уж мы все не можем никуда деться из комнаты — давайте торговаться!       — Надо бы ему голову осмотреть, — вздохнула Цунаде, глядя на меня с жалостью.       — Может и надо, а может и нет, — согласился Джирайя, который знал чуть-чуть больше других.       — В смысле? — не поняла Цунаде.       — Джирайя пытается переосмыслить тот факт, что из всех нас сирот, только у меня по Конохе вновь бодро носятся живые родители. И всё же — давайте торговаться! Моя ставка: я знаю, как вернуть руки и родителей Орочимару-сама, для леди Цунаде можно вернуть молодость, любимых. Ну и для Джирайи можно сделать молодую и глупую копию леди Цунаде и организовать планомерное пополнение состава Сенджу, причем без отрыва от управления деревней. Плюс всем вам возможность ожить после смерти. Так сказать запасная жизнь. Кто предложит больше?       Ну, а что? Может у меня голова больная и стукнутая, но вот она родила для меня идею. И идея эта мне нравится. Что мне мешает хранить и периодически перезаряжать у себя в лабиринте свитки с теневыми клонами ценных для меня людей? Ничего. Процесс запечатывания теневого клона проверен и налажен на уровне конвейера. Только мыслей нет, как поступать в случаях, когда невозможно установить смерть человека — что делать, когда начнут по Конохе бегать пяток Орочимару? Картинка конечно пугает. А с другой стороны: что один, что десяток — все хотят жить. А различия накопятся со временем — будут жить дружной семьёй.       Торговались все долго и со вкусом. В очень многом меня нагнули. Что логично. В другом мне наоборот открыли глаза на перспективы.       — И ещё очень важный вопрос. Какие у нас будут гарантии от узурпации власти со стороны клана Узумаки?       — Леди Цунаде, а мне всё равно, как вы это будете гарантировать. Можно пойти по пути Яманака, можно ещё что придумать. Я добился уже неприкосновенности моей семьи и клана. Мне важна теперь стабильность деревни. Только сильно гайки тоже не закручивайте, чтобы мои потомки не мечтали бы о переселении в более гостеприимные места.       В итоге соглашение четырёх состоялось. Цунаде станет Хокаге, Джирайя останется саннином и получит тихой семейное счастье с племянницей Хокаге, «случайно» найденной на просторах необъятного мира. Орочимару тоже подготовит все полагающееся для условий нашего соглашения, и мы используем маску из храма для всеобщей пользы. ***       Перед возвращением в Коноху Наруто появился в кабинете Конохамару, объяснил ему срочные задачи, вручил сферу с видеоматериалами и отправил обратно подготавливать торжественные гуляния в честь возвращения.       При просмотре видео у Конохамару глаза полезли на лоб. Нет, он, конечно, слышал от деда и от педагогов о санинах и о их крутости, но он не предполагал, что Наруто будет выступать с ними наравне. И даже сможет одолеть будущую Хокаге! Да, в конце ему не повезло с помощницей — но та напала со спины, когда от неё не ожидали удара, тем более использовала яд! Почему Наруто запретил публиковать запись так и потребовал вырезать его сцены почти полностью, оставив только моменты, когда он получал удары от противников?       Но не ему бунтовать против его семпая, в итоге укороченная версия получила название "Экзамен Пятой Хокаге" и была массово распространена по городу. Сценки показывали в кинотеатрах, в книжных стали продавать особенно впечатляющие снимки. Народ фанател и ликовал, осознавая как им всем повезло с новым Хокаге, какие джонины молодцы, что нашли и уговорили такого выдающегося человека и легендарного ирьёнина взять под свою опеку их деревню. А вот для блондина его задумка с превознесением пафосности Хокаге обернулась обратной стороной медали — у людей сложилось мнение, что он молодой бойцовый петушок, который абсолютно не дружит с головой, поэтому лезет постоянно в драку, не оглядываясь на последствия. ***       Шествие по городу получилось классное. Толпа встретила нас у ворот, пришлось торжественно вышагивать до резиденции. И то хлеб. Так как по пересеченной местности мы передвигались шуншином. Причём тащили наших барышень на закорках.       В городе Гостиниц задержались ожидая отмашки от моего официального сплетника Конохамару. Ещё я стал значительно беднее, так как игорные долги, что скопились у будущей Хокаге, они решили погасить за мой счёт, а мне потом их списать или простить. Ай, молодцы! Точно у Хирузена учились. Ну, ничего, Узумаки — ребята живучие, до ста пятидесяти на склероз не жалуемся. А за такие десятилетия долги из серьезных станут очень радующими глаз ростовщика и хомяка.       Конохамару опять перестарался в разговоре со мной, когда я ему объяснял про плакаты. В качестве примера оформления указал на последнюю книжку Джирайи, где на последней обложке наш старик в пафосной позе и с небольшим и всем знакомым текстом. Единственное, что я не учёл, а Конохамару додумал сам, так это подпись старого извращенца. Так вот на плакате в том же месте Конохамару разместил надпись: «Место для подписи». И вот уже третий час мы продвигаемся сквозь толпу, которая исполнительно собирает с Цунаде автографы. И вроде не такие фанаты, но раз написано, что должна стоять — то пусть на всякий случай будет! Я сейчас даже жалею, что на третьей минуте этой эпопеи отпальцевал парню исчезнуть с глаз долой от закипающей женщины. Сейчас бы и я ему покрутил бы уши!       — Забодалась! — вскрикнула Цунаде, — Люди, Тобираму вашу мать! На днях заставлю перевыпустить тираж со своей подписью — придёте и бесплатно обменяете в магазине, где приобрели! В этом месяце я не поставлю больше ни одной!       — Опять расходы, — вздохнул я, ехидно ухмыляясь на последнюю глупость, что сказала Цунаде, — домой, пора домой!       Но просто уйти не дали. На меня со всех сторон накинулись соскучившиеся друзья. Все, кто не был на миссиях. Даже Конохамару со своими товарищами пристал сбоку от процессии, что старалась потискать меня по очереди. Больше всех мне доставалось от мам. Отец тоже присутствовал, но скромно сидел на козырьке и ржал с меня. Народ вообще сильно перевозбудился от банального митинга или парада, уж не знаю как это назвать, и сейчас явно ждал продолжения праздника.       — Мам-мам, я так понимаю что у нас дома будут гости, может клонов отправить столы накрыть?