Мой Биджу - Нишиша

      В чём состоит задача любой операции? Успешное достижение поставленных целей. Никто не спорит с тем фактом, что я спокойно добрался до острова без каких-либо транспортных средств. Была очень сильная мотивация — меня на тот момент преследовал треххвостый. Его демоническая аура или чакра бодрила, заставляя держать защиту, печати на ногах позволяли бежать по воде и даже надеяться на относительно безопасные шуншины. Теперь, что мы знаем о предстоящем пути обратно? Во-первых: огромное расстояние, которое необходимо преодолеть. Во-вторых: гигантская живность. Из-за чакры мы для местной живности наподобие комаров для плотвы — и закуска, и развлечение. А какая мне разница, как будет называться рыба, которая спокойно проглотит меня целиком? И даже если я это переживу, кто даст гарантию что это не повторится через несколько секунд? А устраивать схватки и резать мелочь чревато — вы бы видели, какие здесь акулы! Опять же – народ очень сложно пережил три дня заточения в лабиринте. Для шиноби непереносима ситуация, когда от него ничего не зависит. Да и я прошел по грани. Признаюсь честно, к острову добирался на морально волевых. И распечатал первого попавшегося от отчаяния — хорошо, что это оказался Итачи. Великая удача, что у него ещё видел родной глаз, и он смог создать Сусаноо. Всей схватки я не видел, так как отполз в укрытие. Скажу одно - Итачи молодец! В одиночку ушатать Трехвостого - поступок настоящего Хокаге, ну а то что печатал он его в одиночку, я не буду примазываться к его подвигу своими нудными уточнениями, что он сидел на моей батарейке, а я сушил резерв в клетке Лабиринта.       Ещё имеем факт на лицо, что напарники точно не продержатся на воде и суток — не хватит чакры, даже с учётом подпитки от меня. Поэтому нам нужна посудина, и теперь она у нас есть. Со своей стороны я сделал очень много. Одни фуин не дадут бумаге размокать и воде попадать внутрь. Другие забирают кинетическую энергию от сопротивления волнам на носу лодки и передают её на корму. То есть лодка должна дольше и легче плыть от сообщённого ей ускорения. Парусом стали две настоящих палатки, что были у меня и Итачи. Полотнище вышло небольшое, но есть надежда, что дополнительное оснащение фуин будет его подпитывать при попутном ветре и заставлять набирать энергию при встречном. Специалистов мореходов среди нас, очевидно, не нашлось. Принято было решение двигаться при попутном ветре в нужную нам сторону, а при встречном — стараться петлять на месте, чтобы не стать кормом местным обитателям.       Спуск на воду лодки осуществляли под прикрытием теневых клонов, что отвлекали стаи рыб и креветок. Устал повторять про размеры и откормленность местных обитателей: последний пример — тут планктон достигал размера гороха! Честно, после такого я бы не полез в воду, а ещё бы порисовал бы фуин. Например, добавил бы в проект свои наработки летающего щита, что когда-то мастерил для Шино, дополнительное скольжение чакрой бы сделал. Но народу упёрлось поскорее убраться с острова. Ну да, на шум пирушки приползли членистоногие, а эти уже не брезговали выбираться на берег. Да и запах на острове перестал быть морским. Слишком много остатков туш было разбросано по берегу и не все по нашей вине. Видимо, своим появлением мы сконцентрировали внимание местных обитателей в одной точке, вот и устроили они здесь радостную вакханалию. Конечно, местные крабы с падалью разберутся, но нам здесь уже не рады.       — Не утонула! — радостно констатировал Чёджи, когда в своей гигантской форме бережно опустил лодку в воду. Её тут же чуть не упустили. Первая же встречная волна дала ей импульс и та рванула вперёд. Еле догнали по воде. Итачи встал на штурвал, Шикамару — на правый борт охранять, я — соответственно, на левый. Сакура села на носу и периодически колотила кулаком с внешней стороны борта лодки, чтобы добавлять ускорения судну. Километров десять в час давали волны, ещё двадцать добавляла Харуно. Ино сидела по центру для красоты, Чёджи должен был увеличенными руками управлять парусом. В общем – хорошо шли, пока кого-то не заинтересовали. Удара в дно лодки мы не почувствовали, но сполна ощутили рывок вперёд, когда печати преобразовали силу воздействия в импульс ускорения. Дальше начался ад! Два часа непрерывных скачков, которые заставили всех без исключения расстаться с завтраком. И главное — почти ничего нельзя сделать. Я уже потерял часть своих сфер с клонами, что выпускал на защиту лодки — они немного помогали, но и быстро отставали. Всё же скорость порой доходила до ста с лишним километров в час, а кто разберёт без приборов сколько это "с лишним"? Сферы с их пределом скорости в полтинник отставали от нас секунд за пятнадцать и просто не могли продолжать применять техники по нашим противникам, а попусту тратить чакру мне тоже было не в радость.       — Не теряйте бдительность! Я не проверял эти фуин на такую интенсивную нагрузку, — внушал я позитив своим спутникам       — Шикамару, ты умеешь делать сокрытие в тени? — уточнил Итачи, повышая голос, чтобы перекрыть шум встречного ветра.       — В воде — нет!       — Нам не нужно в воде. Достаточно того что на поверхности была максимально возможная тень — я думаю этого хватит!       Шикамару сложил печати, вокруг него и лодки образовалась большая тень метров двадцать в диаметре. Скорость сразу стала снижаться, рывки ещё были, но не так часто. Плюс самые храбрые представители тунцов, а это были именно они, стали промахиваться мимо нас, периодически выпрыгивая из воды. Когда мы убедились в эффективности, для Шикамару я создал батарейку, передавая ему чуть больше чакры, чем восстанавливал сам. Ещё через пятнадцать минут удары стихли. А Чёджи даже открыл парус. Разрешать Сакуре колотить кулаком по борту мы не рискнули — неизвестно, может этот шум в прошлый раз и привлёк живность. Да и с парусом мы шли ходко. Может быть и не так скоро, как если бы побежали, но все равно быстро. По сути наша скорость чуть уступала лёгкому ветру, что слегка дул в парус. Что же, вот я и изобрел ещё один источник для своих доходов! Только нужно правильно рассчитать цену на паруса. Ещё несколько часов прошли в схожем темпе. Шикамару выключал свою технику, мы терпели периодические толчки, а к моменту, когда внимание становилось назойливым, Нара успевал отдохнуть, а я был полон чакры.       — Хорошая новость — планктон почти невидим для невооруженного глаза, а плохая — у нас начал течь нос лодки! — оповестила нас Сакура.       — Ну... Как мы знаем, ремонту это не подлежит, остаётся лишь сместить центр тяжести — всем сдвинуться на корму.       Это разгрузило нос, но и Чёджи перестал дотягиваться до паруса. Теперь мы двигались лишь за счёт ударов по корпусу корабля.       — Ино, как от сенсора от тебя мало пользы сейчас. Предлагаю запечатать тебя в лабиринт, — начал размышлять Шикамару. — Это облегчит лодку и замедлит время намокания оставшейся бумаги, заодно Наруто успеет восстановить чакру. Следующим пойдешь ты, Чёджи. Я трачу чакру до конца и присоединяюсь к вам третьим, потом Сакура. Итачи остаётся с Наруто и сопровождает его после затопления судна. Мы восстанавливаемся и сменяем друг друга. Наруто, обязательно выпускай отдохнувшего товарища, а потом только запечатывай уставшего. Информация для всех: сейчас жизнь Наруто - это жизнь всей команды. Мне не нужно, надеюсь, объяснять, что нужно будет сделать если встанет выбор кому жертвовать собой?       Нас осталось пятеро, а потом и четверо. Ино и Чёджи были запечатаны. Пока ещё было время, а скорость лодки позволяла, Шикамару запечатали в сферу и он, рассчитывая чакру, взлетел максимально вверх. Когда спустился, то поведал, что впереди темнота — логично, наступает ночь — и до неё земли не видно, но вот в сумерках что-то проглядывается, это чуть южнее нашего курса.       — Ребята, у меня вопрос: как мне двигаться в поздних сумерках, когда весь горизонт алый, а звезд ещё нет?       — Наруто, двигайся на самый тёмный участок неба, потом определишь расположение по первым звёздам. Я надеюсь, ты не забыл ориентиры?       — Парочку помню.       — Хорошо.       Кстати, если мерить в скорости лодки, то Чёджи бьет слабее, чем весит. У Сакуры наоборот. Это что получается — куноичи, покидающая лодку, потенциально снижает её скорость?       — Наруто, предлагаю перестать бить борта и покинуть судно. Быстрее пробежим пешком расстояние, а так устанем, тихо ползя! — предложил Итачи, когда нас осталось двое, и мы уже вынуждены были стоять на поверхности воды, что была внутри лодки.       — Поддерживаю, боюсь кинетические печати тоже намокают, и пользы от них почти нет. Во всяком случае от фуин на носу лодки точно.       Мы перепрыгнули уже невысокий борт и побежали прочь от самой странной лодочки, что я себе представлял. На будущее – нужно обязательно запечатать себе в свиток нормальное судно. А то я боюсь представить, сколько денег потратил на эту самоделку, если считать в утерянных болванках для свитков из чакробумаги.       — Наруто, осторожнее!       Буквально через несколько секунд я был атакован из воды, еле ушел в сторону. Первое время атаки были постоянно. Морские обитатели, конечно, измельчали, но и для семиметровых рыбин мы представляли интерес. Итачи смог отвадить стаю, используя несколько взрывных печатей — просто оглушил их. И пока они соображали, что к чему, мы уже покинули это место шуншином. Жаль нельзя применить его сразу до суши. Я бы сейчас половину своего имущества отдал за возможность оказаться на верстовом столбике. Интересно, а если бы я овладел Хирайшином, то смог бы это провернуть? Ведь он тоже увеличивает потребление чакры в зависимости от расстояния. Только потери не такие катастрофичные как у Каварими. Всё же Итачи хороший шиноби, но главная его слабость, как и всех Учиха в принципе — маленькая выносливость. И персонально у него ещё относительно небольшой запас чакры, как я думаю — у Саске резерв был не меньше. А Итачи в нашей команде по запасам чакры мог лишь Сакуру и Шикамару обставить. И то, я вот не очень уверен в запасах чакры Шикамару, всё же у Нара энергия очень странная. А в иллюзорных клонах её никто не считал в силу лени этого персонажа, сдавшегося уже после второй копии.       — Наруто, тебе главное продержаться до наступления ночи, после станешь визуально не различим на фоне темного неба. Но помни: есть в морях хищники, что охотятся по следам чакры.       — Спасибо, Итачи!       Первый рывок стал самым тяжёлым. Было достаточно светло. Итачи продержался полчаса на воде, а потом запросился в лабиринт. Он молодец, выдержал десятки нападений, долгое время специально разбрасывал в стороны огненные искры, отвлекая от нас внимание. Вот бы икры попробовать из того лосося, что в крайнюю атаку чуть не откусил мне ногу. Ещё беда — я почти осушил запасы моей чакры из клетки в лабиринте. То есть на обратный путь у меня лишь мой резерв и жалкие крохи. По сравнению с тем, что было — слёзки. Я и так стараюсь не использовать шуншины и каварими.       С Итачи я ещё путался в определениях, но вот для Чоджи я быстро нашёл описание. Если я — авианосец для группы, то друг мой – ледокол. Большой кулак из техники частичного мультивеса и оглушающие удары по поверхности воды. Думаю, стало потемнее, плюс мы всё ближе к безопасным местам. Следом за Чоджи появилась Сакура. А девчонки от силы хватит на пятнадцать минут.       — Сакура, сделаем технический перерыв? Не боишься холода?       Ещё на острове осваивал за те десяток с лишним дней две стихии. Ну как осваивал — азы почувствовал. Итачи и ребята помогли понять банальные воздействия. Для воздуха это Разрыв, для воды — Течение. Течение — это очень полезная техника, помогает размешивать сахар в чае, когда влом идти за ложкой. Разрыв — это пафосно, можно творить всякие фокусы. Развлекаться с водопадом, прерывая падение воды. Или играть в бога, раздвигая море на многие сотни метров вперед. Правда они через пару секунд схлопнутся. Хотя в случае с морем ещё будет неплохая волна и пара удивленных рыбин. А пользы от разрыва нет. Это первая тренировочная техника, а второй шаг — заточка воздухом кунаев перед броском или ударом. Заряженное этой стихией оружие становится очень острым и уходит глубже в цель. Поэтому это и называется заточкой. В кендзюцу я не силен, но возможность втыкать в камень сосульки изо льда мне нужна. Дело в том, что естественно мне показали мало. И никаких реальных техник продемонстрировано не было. Поэтому я не удержался от желания создать свой расен-сюрикен. Что для этого надо? Совместить свой колпачок чакры и стихию воздуха. Сделал, получил технику, послушал звук, применил на камушке. И такая ностальгия накатила по Чидори Какаши! Как там она называлась полностью? Техника Тысячи Птиц? Наподобие этой техники и назову: "Пи-р-доль-Кин-Балл" — техника тысячи обоср... А нет, забыли. Нужно, что-нибудь более пафосное. Точно! Название: "Последний аргумент Наруто". Хотя нет. "Последний привет Джирайи"? Точно...       Я тогда ещё придумал под сотню названий — самое точное: "Тысяча Боб Фасоли на Ужин". Но не суть — суть за углом, я больше зарёкся применять эту технику. Чакры требует вагон, звук — специфический, а пользы — ноль, слегка отряхнул пыль с камня в месте удара.       С водой колпачок чакры повел себя неоднозначно — он превратил её в лёд. И всё. Ну хоть польза есть — теперь буду пить охлажденные напитки, когда захочу. Так думал я в первый час, потом сообразил на счет заточки и сосулек. Но это ещё в перспективе. Однако и первая тренировочная техника пригодилась.       Увидев одобрительный кивок Сакуры, сложил печати концентрации и ударил по воде обеими руками — мгновение и из океана начала подниматься льдина. Четверть запаса чакры — почти всё, что было, потратил на этот мини-айсберг пятнадцать на двадцать метров и ещё столько же вглубь. Надеюсь, у нас будет время отдохнуть, и сюда не приплывут отожравшиеся на чакрорыбке пингвины. Четверть моего запаса — это очень много и мало одновременно. Предупредил Сакуру, чтобы включила браслет на полную защиту. И врубил свою печать вампиризма — давно без этого бегаю. Режим её работы на холостом ходу — это минимум моих затрат, под сотню метров сфера поглощения чакры. Кто не привычен к её воздействию — не поймут всей глубины тех негативных чувств, которые вызывает её влияние на разумных, да и вообще на живых.       Распечатал одеяло и постелил на лёд. Мне сейчас предстоит длительная медитация.       — Это поразительно, Наруто! Почему ты настолько сильнее меня?       — В чём, Сакура? В умении создавать ледышки? Или в ирьёндзюцу?       — Но... А, я поняла. Спасибо.