Ради себя

      Этот сон он видит уже не впервой. Но с каждым разом образы, предстающие перед ним, становятся всё отчётливее. Это место не похоже ни на одно из тех, где ему доводилось бывать раньше. Он движется вдоль узкого коридора и слегка прищуривается, стараясь разглядеть в полумраке хоть что-то, что поможет ему отсюда выбраться. Этот коридор не внушает ему никакого доверия: испещрённые бесчисленными трещинами стены, кажется, надвигаются на него, отчего чувство внутренней тревоги нарастает. Чем дальше он продвигается, тем тяжелее ему даётся каждый последующий шаг — он чувствует огромное давление, но продолжает идти вперёд, пытаясь достигнуть конечной цели. Вскоре ноги приводят его к массивной двери. До сих пор сон обрывался на моменте, когда его ладонь опускалась на крепкую ручку, словно некая неведомая сила не позволяла ему приоткрыть завесу тайны: что ждало его за закрытой дверью? Однако в этот раз он с изумлением замечает, что ручка ему поддаётся, а последующее за этим пробуждение не наступает. Любопытство в эту секунду особенно сильно. Дверь приотворяется, открывая вид на величественную залу — она отдалённо похожа своим убранством на Академию, но выглядит ещё более помпезно. Он, затаив дыхание, делает шаг вперёд, переступая порог, и оказывается внутри этого притягательного помещения. Посреди устланного красными коврами пола возвышается нечто похожее на трон. Однако фигура, что сидит на нём, довольно размыта. Он всеми силами пытается сфокусировать на ней взгляд, но та по-прежнему не принимает более ясные очертания.       — Профессор? — пытается обратиться к ней он, однако в ответ получает лишь молчание.       Тогда он ступает вперёд, но давящая аура чуть ли не пригвождает его к полу, заставляя худощавое юношеское тело согнуться: каждый шаг отдаётся нестерпимой болью в конечностях. Тем не менее, он продолжает идти, любопытство его перерастает в непреодолимое желание добраться до истины — кто же покорно ждёт его там?       — Ты наконец нашёл меня, — спустя какое-то время вполголоса отзывается таинственная фигура. Этот голос ему кажется до боли знакомым. Однако он понимает, что никогда прежде его не слышал. — То, чего ты всегда хотел — источник безграничной силы и власти. Твой путь был довольно тернист, ветвист и путан, но воля твоя оказалась сильна и непоколебима. Именно поэтому ты здесь, заслуживший право узреть свою награду.       — Кто ты? Покажись, — его лицо выражает лишь лёгкое недовольство, голос его холоден, спокоен и размерен, однако в груди ощущается предательский трепет. В глубине души он понимает, что взбудоражен.       — Однажды ты поймёшь, что слепое следование приказам — не то, что тебе нужно. Тогда всё твоё естество начнёт стремиться ко мне, ведь я выше установленных законов и порядков. Я сам закон и порядок. Единственное, что мне нужно — крики боли, ужас в глазах поверженных мною. Ты ведь хочешь того же, я прав? У нас одна судьба, ведь ты — это я. Ты — часть меня.       — Что это значит? — фигура его не пугает. Напротив, заставляет пытливому уму и заинтересованности внутри загореться с большей силой. Его губы расплываются в лёгкой ухмылке. Всё это звучит в достаточной мере абсурдно, но занятно.       — Однажды ты повстречаешь на своём пути тех, кто приведут тебя к твоей цели — ко мне. Сейчас они этого не осознают, но не беспокойся: я буду направлять вас. Вы все так или иначе исполните мою волю. Меня зовут Зарк, и я рад тебя наконец встретить, Юри.       — Я не буду спрашивать, откуда ты знаешь моё имя, но если ты считаешь себя невообразимо сильным, то я вправе буду подтвердить или опровергнуть твои слова. Тогда я и решу, можешь ли ты быть достойным противником, или же ты очередной пустобрех. Не желаешь принять мой вызов? — в глазах Юри сверкают искорки азарта. Возможно, его ожидает поистине захватывающая и интересная битва, ведь до сих пор все его соперники оказывались жалкими отбросами, недостойными внимания со стороны сильнейшего солдата Академии.       — Боюсь, это будет невозможно, — в голосе Зарка слышится смесь досады с неприкрытой самоуверенностью. — Ты не тот, с кем бы я хотел провернуть ошеломляющую дуэль, ведь ты быстро окажешься сокрушённым моей мощью. Однако я не хочу умалять твою значимость для меня. С твоей силой я бы смог стать непобедимым.       — Сокрушён? Я? — Юри всё ещё старается говорить спокойно и сдержанно, однако Зарк чует в нём постепенно нарастающее возмущение и даже гнев. — Ты, видимо, не осознаёшь, кто перед тобой находится. До сих пор никто не смел так нагло блефовать передо мной. Думаешь, я поверю во все эти сказки? Думаешь, я приму твои слова о якобы своей полезности для твоих бредовых планов? Единственный, кто будет повержен — ты. И только ты, — Юри ухмыляется, демонстрируя свой несломленный боевой дух и готовность разнести с особой жестокостью нахального оппонента.       — Сомневаюсь, что ты сможешь до меня хотя бы дотронуться, — размытые очертания Зарка начинают постепенно приобретать форму. Он перестаёт быть бесплотным сгустком давящей ауры. Он наконец показывает своё истинное лицо. Юри шокирован тем, что черты лица Зарка практически идентичны его собственным чертам. Только немного остаётся в нём от человека. Зарк напоминает собой слияние монстра и человеческого существа. — Кто ты без своего козыря? — с этими словами человек-монстр демонстрирует юноше карту, обрамлённую фиолетовой рамкой — цветом фьюжена, а на ней — изображение дракона — сердце Юри и его душа.       — Starve Venom… — только и может выдавить из себя ошеломлённый парень. Как смеет это чудовище держать в своих грязных руках то, что по праву принадлежит не ему? Как смеет он носить его лицо, но более обезображенное, изуродованное? Юри чувствует, как кровь в его жилах начинает понемногу вскипать. — Я уничтожу тебя. Даже без своей драгоценной карты я смогу сделать так, что ты рухнешь передо мной на колени.       Зарк молчит в ответ на эти громкие слова, а затем заливисто смеётся, чем вызывает у своего противника ещё большее негодование. Поднимаясь со своего величественного трона, демон прячет карту Юри, а затем разводит руки в стороны, направляясь в сторону фьюжена. Зарк не ожидает, что тот с подобострастием падёт ниц, будет молить о пощаде или юлить — Зарк знает, что его фьюжен-часть невыносимо горда, высокомерна и непримирима по отношению к тем, кто посягает на его свободу и индивидуальность (за исключением Профессора). Зарк жаждет ответной борьбы, сопротивления и силы воли, чтоб разрушить всё это с большим наслаждением.       — Так давай же. Сделай это! — подходя практически вплотную к юноше, монстр сжимает грубыми пальцами его изящные плечи, тем самым не давая ему пошевелиться. Жертва оказывается пойманной в ловушку, словно муха в пасти саррацении. — Пока я сам не принялся за тебя.       Физическая сила, мощь, доминирование — в этом Юри значительно уступает своей полноценной версии. Зарк прекрасно это осознаёт, а вот его противник всё ещё старается обратить ситуацию в свою пользу, будто не понимая, что он уже заведомо обречён. Поэтому он, собрав всю свою силу в кулак, неожиданно наносит грубый удар в лицо этому беспардонному нечто…и с громким вскриком одёргивает ушибленную ладонь — толстая драконья кожа демона защищает своего хозяина от подобных выпадов. Юри чувствует себя оскорблённым и униженным — это нечестно! Нечестно с его стороны использовать такие грязные трюки. Юри считает себя благодетелем, даже если сам позволяет себе бесчеловечные проступки. Но они объяснимы тем, что всё это идёт на благо Академии, во имя Профессора — человека, подарившего Юри новую жизнь.       Зарку не интересны идеалы, не интересна Академия. Всё, чего он желает — мощи, способной разнести этот чёртов мир до основания, подарить никчёмным и слабым людям самую сильную человеческую эмоцию — страх, лишить их самого драгоценного — жизни. Для этого ему необходимо подчинить себе Юри, внушить ему его истинное предназначение и сделать своей послушной марионеткой, которая соберёт все кусочки воедино и перестанет быть самой собой.       — Если это всё, что ты можешь противопоставить мне, то я глубоко разочарован, — из груди демона вырывается наигранный вздох досады. — Тебе в самом деле ещё много чего не достаёт. Позволь мне продемонстрировать, в чём ты ошибся изначально, — после этих слов сильные руки опускаются к запястьям парня, крепко сжимая те до хруста в костях. В ответ на это Юри может лишь негромко вскрикнуть. Где-то внутри него возникает ощущение, что против этого создания он ничего не сможет предпринять.       Фьюжен рефлекторно дёргается в сторону, когда его шеи неожиданно касается чужой бархатный язык и оставляет после себя влажную дорожку на бледной коже. В эту секунду его словно прошибает током насквозь. Лёгкий холодок пробегается по телу, а сам он зажмуривается. В отвращении ли или от своего чувствительного тела — неясно. За этим столь похабным и откровенным действием следует не менее омерзительное — Зарк намеренно со всей силой впивается в шею своими заострёнными клыками, прокусывая её насквозь. Кровь тоненькими струйками теперь выкатывается из маленьких ранок. Драконоподобный человек слизывает аппетитные бусинки алой жидкости, вкушая своего пленника, и победоносно ухмыляется — пусть он знает, кто тут хозяин. Но Юри терпит до последнего. Он скрывает боль, поджимает губы и старается не издавать ни звука. Он не желает тешить самолюбие монстра, он хочет до конца оставаться собой.       — Я был прав, отдавая предпочтение другой части тебя. Безусловно, я не отрицаю твою жестокость, беспощадность и бескомпромиссность. Но есть в тебе что-то, что в некотором роде можно охарактеризовать как слабость, — в задумчивости Зарк хватает мальчишку за аккуратно уложенные лиловые пряди волос и с силой за них дёргает, всматриваясь в безупречные черты лица.       — Как ты смеешь… — цедит сквозь зубы пленённый, кривится в гримасе отвращения, желает во что бы то ни стало вырваться из крепкой хватки и наказать агрессора. — Никто не имеет права называть меня слабаком!       — Да ну? — последняя фраза раззадоривает Зарка, и вот он уже ухмыляется пуще прежнего, надавливает на голову парня, заставляя того в итоге опуститься на колени. — Если это вызов, то я с удовольствием его приму.       В этот момент Юри понимает, что у него совершенно нет сил противостоять столь серьёзному противнику. Ещё большее осознание приходит к нему, когда своей ногой Зарк неожиданно придавливает голову фьюжена к полу, впечатывая лицо в твёрдую поверхность плитки. Этим движением монстр демонстрирует своё абсолютное превосходство, однако не желает останавливаться на полпути. Он хочет немного развлечься с нахальным, избалованным ребёнком, показать ему его место, а также лишить способности мыслить самостоятельно. Когда Юри пытается приподнять голову, Зарк с размаху наступает на неё вновь. Слышится глухой удар и последующий за ним истошный вопль. «Место, Юри», — ласково проговаривает демон и улыбается. Очень скоро по полу начинает бежать ручеёк крови — Зарк искушённо облизывается. Он наслаждается страданиями одного из своих неполноценных «я» и хочет большего. Его заводит вид крови и собственный садизм. Поэтому он вновь хватается за волосы фьюжена, приподнимая его голову, и зачарованно пялится на разбитое, искажённое гримасой боли лицо.       — Я хочу тебя, — медленно отчеканивает слово за словом монстр, приближаясь к чужому лицу и слизывая стекающую по его губам кровь. — Хочу слышать твои крики и всхлипы, хочу наслаждаться видом твоего тела, когда я буду избивать тебя до полусмерти, а потом жёстко трахать как грязную шлюху, хочу вознестись над тобой окончательно и сделать тебя полностью своим, ведь ты часть меня!       Зарк снова заливисто смеётся, а Юри всё ещё терпит. Он не даёт себе проронить ни слезинки, он по-прежнему остаётся гордым в своём желании демонстрировать несокрушимую силу. Его взгляд холоден как сталь, а зубы крепко стиснуты. Он даже предпринимает попытки отбрыкиваться и дерзко вырываться, когда с него медленно начинают стаскивать одежду. Но именно этого дракон и добивается. Без сопротивления эта игрушка была бы не столь интересна.       — Мне нравится. Продолжай развлекать меня, глупое отродье фьюжена! — громко восклицает монстр, наваливаясь всем своим весом на худое тело Юри.       — Пошёл ты, ублюдок! — ругается в ответ парень. Его обычной сдержанности приходит конец, когда кто-то настолько вероломно посягает на его личное пространство.       А Зарк уже не может сдерживать в своих штанах набухший, пульсирующий член. Вид упругих оголённых ягодиц Юри буквально сводит того с ума. Он тут же приставляет высвобожденную головку к узенькому анальному кольцу — такое манящее и притягательное оно буквально заставляет кровь Зарка забурлить. А Юри при виде его намерений начинает биться в истерике, безуспешно стараясь отстраниться.       — Не смей! Отпусти меня! Будь ты проклят…! — не успевает высыпать проклятья Юри, оказавшись под властью губ оппонента. Зарк целует его пылко, горячо и страстно, будто хочет выпить всего без остатка, проталкивает свой шаловливый язык глубоко в рот и с жадностью покусывает и без того изрядно припухшие губы.       В эту же секунду член Зарка резко и до основания проникает внутрь фьюжена, заставляя того рьяно замычать в рот демону-искусителю. Тело его начинает судорожно подрагивать, а воздуха катастрофически не хватает. Ещё толчок — и Зарк оставляет рот Юри в покое, позволяя тому жадно ловить крупицы кислорода губами. Это раскрасневшееся лицо униженного и оскорблённого человека не может вызвать больше ничего другого, кроме как чувство восторга и гордости за себя. Зарк придвигает его за бёдра чуть ближе к себе, наращивая темп движений тазом, и сладко нашёптывает тому на ухо:       — У тебя больше нет другого выхода, кроме как признать меня сильнейшим. Подчинись мне, и я сделаю тебя таким же. Я сделаю тебя собою.       — Обещаешь? — хриплым голосом проговаривает Юри, понемногу расслабляясь и уже не чувствуя былой боли, поддаваясь, сдаваясь, отдаваясь полностью ему. В то время как движения Зарка становятся всё более яростными и настойчивыми. Он хочет разорвать своё дорогое «я», поглотить, впитать его по кусочкам и обрести, наконец, себя.       — Ну разумеется. Тебе нужно будет только найти недостающие кусочки и собрать их воедино. Тогда ты обязательно обретёшь эту силу, власть и даже сможешь затмить собою Бога.       Эти сладостные речи Зарка вкупе с толчками сводят Юри с ума, доводят до головокружения, отчего он теряется в лабиринте собственных принципов. А после те и вовсе стираются. Лишь одна мысль теперь обуревает сознание фьюжена: «Стать одним целым».       Горячие стоны Юри доходят до ушей Зарка, и тот в своём яростном порыве доходит до предела, извергая своё горячее порочное семя внутрь своего дорогого «я». Тот, проклиная собственное имя, собственную неполноценность, но при этом находясь на пике блаженства, бурно кончает следом. Они оба пачкаются в следах друг друга, но это не кажется им чем-то грязным или отвратительным. Особенно для Юри. Ведь теперь он знает о своём истинном предназначении.       — Я на тебя рассчитываю, — Зарк кротко касается губами лба юноши, после чего всё перед ним растворяется. Картинка меркнет, и Юри погружается в небытие.

***

      По пробуждению фьюжен ни о чём не вспомнит. Этот день не будет обещать ему ничего нового. Он пройдёт точно так же, как и все остальные. Юри будет верен Профессору до последнего и никогда не отвернётся от идеалов Академии ради каких-то собственных целей. Пока случайно не обнаружит в отражении зеркала следы от клыков на своей шее и запёкшуюся на них кровь. Тогда он вспомнит всё. Он вспомнит свою великую миссию.       «Мы станем одним целым».