My Devil Lovers. Мицуки.

      Следующие полторы недели протекали довольно мирно, хотя и не без эксцессов. Загадочный ангел так и не прекратил своих попыток до меня добраться, сконцентрировавшись почему-то исключительно на студии, которую компания всё-таки закрыла на капитальный ремонт. В принципе, я не была этому особо удивлена, потому как стоило хоть одному из демонов отлучиться со съёмок по своим делам, как на весь этаж будто обрушивался злой рок. Белка откровенно грустил, Мицуки хмурился, Люциус рвал и метал, даже Грэй как-то подозрительно скрипел клыками, но поделать они с этим ничего не могли. К счастью, мистер Леон, прекрасно осведомленный об истинном положении дел, вовсе не стал разрывать контракт, а наоборот, оказывал всяческую помощь в финансировании ремонтных работ. Вот только не слышал мой шеф, какими словами крыл вспыльчивый демон злосчастного небожителя, из-за которого его компания потерпела незначительный по меркам столь крупной корпорации, но всё же ущерб. Причем, как я поняла, денег Люциусу было вовсе не жалко, он их вообще считать не привык, а вот тот факт, что ангел виртуозно гадит исподтишка и при этом остаётся безнаказанным, чертовски уязвлял его горделивую натуру.       Так что уже пару дней мы с моими демоническими соседями тухли дома, я вообще безвылазно, а Леви с Мицуки намедни выбрались на какую-то селебрити-вечеринку, на которую я идти категорически отказалась. Причин для этого было две. Во-первых, после памятного нападения из дома я старалась не выходить, лишь по крайней необходимости выбираясь на работу. Не скажу, что меня так сильно впечатлила столь явная близость смерти, но и ни малейшего желания повторять подобный эксперимент во мне не возникало. А во-вторых, с того дня между нами с Мицуки повисла некая напряженная атмосфера, и до этого не отличающаяся особой теплотой. Нет, голубоглазый демон, как всегда, был спокоен и безукоризненно вежлив, но я не могла не заметить, как при каждом нашем общении он будто лишь сильнее стал напоминать каменное изваяние. Говоря со мной, он словно обдумывал каждое слово по несколько секунд, начиная напоминать сапёра, который работает с очень нестабильной миной. Это выбивало меня из равновесия, а с учетом того, что я и до этого понятия не имела, как с ним общаться, лишь один раз с начала знакомства нормально поболтав после нападения (если моё состояние шока в тот момент вообще можно назвать нормальным), то после такого и вовсе терялась в догадках, опасаясь сказать что-то не то. Леви подозрительно посматривала на нас, но от комментариев, к моей несказанной радости, воздерживалась.       Кстати, красавица-супермодель, как ни странно, была единственным существом, которое не испытывало от отсутствия работы ни малейшего дискомфорта. Наоборот, воодушевившаяся девушка уже на третий день безделья заявилась в мою комнату рано утром, сверкая подозрительно довольной улыбкой.       — Доброго утра, Рэн. Чем занимаешься? — преувеличенно бодро поинтересовалась она, без стука ввалившись ко мне часов в десять утра. С учетом того, что заняться мне было совершенно нечем, а все отснятые фотографии были обработаны за два предыдущих дня вынужденного безделья, я даже порадовалась небольшой возможности отвлечься хоть на что-нибудь.       — Честно? Бездельничаю, — призналась я, отложив ноутбук, с которым и валялась на покрывале. К завтраку я сегодня не выползала, из своей комнаты расслышав, что демоны о чем-то ожесточенно спорят, и совершенно не собираясь влезать в их перепалку. — Ты что-то хотела?       — Если честно, да, — капризно надула губки Леви, плюхаясь на кровать рядом и обнимая меня за плечи. — Я тут уже почти месяц, а мне до сих пор так и не удалось посетить ни одной достопримечательности, кроме дурацких вечеринок и студий. Поэтому сегодня я решила восполнить пробелы и погулять по городу, ты со мной?       — Не думаю, что это хорошая идея, — немного помолчав, неуверенно пробормотала я, перебирая в голове причины, из-за которых можно отказаться и никуда не идти. — Начнем с того, что Мицуки эта идея явно не понравится, а закончим тем, что погулять тебе всё равно спокойно не удастся. Город у нас немаленький, но знаменитость твоего уровня, чьё лицо на многих постерах и афишах, неизменно соберет вокруг нас огромную толпу в рекордно короткие сроки.       — Да брось, — беспечно отмахнулась девушка, шутливо взъерошив мои волосы и хитро сверкнув глазами. — Я буду в очках и платке, плюс умею отводить глаза, если всё же узнают. А нашего ворчуна я еще утром отослала в автосервис, так что свои претензии он будет высказывать разве что механикам, которые недостаточно любовно отполировали его обожаемое корыто. Ну же, Рэн, неужели тебе так часто знаменитости предлагают прогуляться по достопримечательностям, ещё и совместив это дело с шоппингом? Тем более что у меня никогда не было подруги, и я хочу узнать, каково это — гулять с ней и веселиться.       — Ну… Не знаю, — я с опаской посмотрела в кристально чистые золотистые глаза коварной демонессы, строившей из себя святую невинность. От понятий дружбы, по моему скромному мнению, мы были ой как далеки. Нет, связанные работой и совместным проживанием, мы не раз вполне себе мило общались, но о том, что мы теперь друзья, меня скорее поставили перед фактом.       — Давай, поднимайся, лентяйка, а то скоро в кровать врастёшь, — вскочившая Леви весело рассмеялась, ухватив меня за руку и потянув в сторону двери. — Раньше ты не была такой домоседкой, неужели из-за того дурацкого нападения ты теперь боишься улицы?       — Да ничего я не боюсь, — сдавшись, вздохнула я, всё же неохотно вставая и уныло оправдываясь: — Просто настроения как-то нет в последнее время. С работой такая фигня вышла, Мицуки на меня смотрит как советский разведчик на фашиста, плюс я совершенно не знаю, чем можно занять освободившееся время.       — И вот именно поэтому ты просто обязана отправиться со мной на прогулку, — улыбающаяся красотка лукаво прищурилась, легонько щёлкнув меня по носу. — Давай, переодевайся и пойдём веселиться, тебе просто необходимо отвлечься. А насчёт Мицуки не беспокойся. Поверь, он очень даже волнуется за тебя, просто никак не может привыкнуть к мысли, что… — она вдруг осеклась, закусив губу и в тот же момент беспечно улыбнулась. — Впрочем, это не важно, просто знай, что он вовсе не бездушный говнюк, а скорее вдумчивый рассудительный парень, не имеющий ничего против тебя лично.       — А против кого тогда? — невесело пошутила я, добираясь до шкафа и оглядывая свой скудный гардероб. Да уж, ни один из моих простеньких нарядов, годившихся для работы, совершенно не подходил для прогулки с ослепительной красоткой, которая намеревалась вытащить меня на прогулку. Впрочем, на меня что ни надень, рядом с ней я всё равно буду выглядеть безнадежно ущербно, так что, выбросив из головы все подобные мысли, я поспешно переоделась в обычные джинсы и футболку, игнорируя укоризненный взгляд демонессы.       — Давай я тебе как-нибудь потом расскажу? — неожиданно грустно улыбнулась ожидающая меня девушка, виновато отводя глаза. — Это не тайна, просто от этой темы у нас обоих неизменно испортится настроение, а мы вроде собирались развлечься.       — Да я вообще пошутила, — хмыкнув и подхватив сумку, я как можно более беззаботно улыбнулась, действительно вовсе не собираясь в данный момент заниматься психологическим анализом окружающих меня бестий. — Ну что, идем?       Ох, знала бы я тогда, во что ввязываюсь, наотрез бы отказалась от заманчивого предложения, наплевав на то, что вытащившая меня на прогулку демонесса может обидеться. Денёк выдался тот еще, и ближе к вечеру я с трудом удерживалась на гудящих ногах, пытаясь припомнить, когда в последний раз так уставала. Первые полдня неунывающая супермодель таскала меня по городу, заставляя вспоминать ненавистные уроки истории города и подрабатывать её персональным гидом. В моём изложении общеизвестные факты звучали на диво уныло, но её это почему-то совершенно не смущало, вызывая абсолютно искренний детский восторг. Помимо познавательных лекций, меня вынудили нафотографироваться, заставив впервые в жизни всерьез задуматься о смене профессии. Часам к трём дня фотоаппарат и камеры я уже практически ненавидела и всерьез подумывала, а не уронить ли мне драгоценную аппаратуру с расположенной в нашем городе одной из самых знаменитых телебашен. Останавливал меня от этого лишь впечатляющий срок тюремного заключения, который грозил всем любителям пошвыряться предметами с огромной высоты.       Видимо, заметив, что после посещения последней достопримечательности я слегка сбледнула (высоты я не то чтобы боялась, но очень активно не любила), Леви наконец сжалилась и поволокла меня на следующий круг ада, именующийся шопингом. Иными словами происходящее я описать просто не могу. Единственным позитивным моментом во всем этом было лишь то, что, как она и обещала, толпы фанатов нас не окружали. Нет, иногда люди узнавали гуляющую со мной знаменитость, но если их становилось слишком много, то демонесса как-то странно улыбалась и они быстренько разбредались, судя по взглядам, совершенно забывая, на что смотрели. В остальном же это был, мягко говоря, кошмар. От походов по магазинам я с детства не была в восторге, будучи воспитанной в весьма скромной и не особо обеспеченной семье. Нет, денег у нас хватало, но родители с малых лет приучили меня к мысли, что одежда это не способ повыпендриваться перед друзьями и главный её смысл — быть удобной и практичной. Начав зарабатывать самостоятельно, я смогла немного отклониться от этой концепции, добавив еще пункт «личные предпочтения», но неизменно избегая дорогущих бутиков, искренне недоумевая, как можно выкладывать несколько десятков тысяч йен за обычный кусок ткани. Как выяснилось, можно. Леви с упорством бульдозера прочесывала торговые ряды, будто нарочно выбирая самые дорогущие магазины и скупая понравившиеся вещи, даже не смотря на ценники. Причем, ладно бы она покупала вещи только себе. Несмотря на мои протесты, она неизменно заставляла меня тоже примерять модные наряды и затем приобретала их, игнорируя любые возмущения. Когда же я попыталась отказаться даже примерять вещи, демонесса обворожительно улыбнулась и пообещала скупить все размеры модели, в которой я, по её мнению, должна была выглядеть просто шикарно. Пришлось смириться, хотя и чувствовала я себя при этом отвратительно. Нет, я прекрасно понимала, что она всё это делает из лучших побуждений, но мне решительно не нравился тот факт, что моей персоне делают дорогущие подарки, относясь как к какой-нибудь барби и совершенно не считаясь с моим мнением.       Так что, когда ближе к вечеру Леви милостиво объявила, что с покупками закончено, я испытала необычайное облегчение. Однако на мою беду это был еще не конец. У коварной красотки оставалось для меня еще последнее испытание, в котором, к счастью, мне не надо было никуда идти.       — Может, лучше дома поужинаем? — робко поинтересовалась я, борясь с желанием плюнуть на всё, прыгнуть в первое попавшееся такси и умчаться домой. — Мицуки наверняка уже скоро вернется и начнет названивать, выспрашивая, где мы. Плюс, сама посмотри, мы же пакетами увешаны как новогодние ёлки игрушками, куда мы их денем.       — Ой, брось, что-нибудь придумаем, — отмахнулась Леви, доставая телефон и выискивая в интернете, где тут поблизости находятся самые модные рестораны. — Впрочем, насчёт Мицуки ты права, этот зануда и правда может взбеситься и испортить нам праздник, так что так уж и быть, позвони ему. Пусть катит сюда своё ведро на колёсиках, закинем туда шмотки и все вместе поужинаем.       — Ладно, — я вздохнула, с трудом пытаясь извлечь из кармана мобильник нагруженными руками. К сожалению, объём покупок был слишком большой, поэтому пришлось нам всё-таки притормозить и поставить пакеты на землю. Растирая ноющие запястья, я внезапно заинтересовалась: — Слушай, а почему ты постоянно обзываешь его машину то корытом, то еще чем? У тебя какая-то неприязнь к транспорту или что?       — Да нет, дело вовсе не в этом, — красотка поморщилась, недовольно искривив губы. — Просто я не понимаю, почему из всех возможных вариантов он привязался именно к своей тачке. В мире множество интересных вещей и людей, а единственное, к чему он испытывает трепетную нежность — это бездушная машина, которую он таскает по всем странам, в которых мы бываем. Ну разве не бред? Лучше бы как Белл коллекционировал девушек или книжки писал по примеру Грэя. Да что угодно, лишь бы оглянулся вокруг и понял, что кроме работы и машины, есть еще и остальной мир.       — Разве это так важно? — слегка удивленно склонила голову я, искренне не понимая, что в этом плохого. — Если ему это нравится и удобно так жить, то зачем что-то менять?       — Затем, что ты даже не представляешь, каково это — несколько столетий не говорить ни о чем, кроме работы. И то изредка, потому что он почти никогда не спорит, только делает морду кирпичом и кивает, как китайский болванчик, — в сердцах топнула ножкой девушка, недовольно хмурясь и внезапно смотря на меня с какой-то болью. — Он же мой друг, понимаешь? И я прекрасно помню времена, когда он был довольно неуклюжим, но очень открытым и улыбчивым парнем, которого все любили. Нет, его и сейчас все очень любят, вон, даже Грэй всегда рад прийти на помощь, что для этого гада вообще не свойственно, но… Нам всем очень больно смотреть на то, во что превратился некогда самый добрый из нас. Сат всегда был очень хорошим, но из-за своего страха и разочарования стал таким, каким ты видишь его сейчас. Мрачным нелюдимым типом с ледяным сердцем.       — Вот оно как, — пробормотала я, неловко отводя глаза. Наверное, я была несправедлива к демонам, не такие уж мы по сути и разные. Они так же испытывают горечь, боль и тревогу за друзей. Так же психуют и переживают неудачи. Вот только жизнь у них намного длиннее нашей, и полученные душевные травмы с годами не забываются, а лишь разрастаются, не давая покоя десятилетиями, а то и веками. Не зная, что сказать, я выдала первое что пришло мне в голову: — Почему ты называешь его Сат? Это его фамилия?       — Н-нет, — Леви внезапно стушевалась, виновато втянув голову в плечи. — Видишь ли…       — Ты… Это ты во всем виновата, — не дав ей договорить, донёсся до нас приглушенный голос, вынудив удивленно обернуться.       В паре шагов от нас стояла довольно хрупкая и очень красивая девушка, выглядевшая довольно болезненной. Невероятно бледная, тяжело дышащая, с жутковато потрескавшимися сухими губами и расширенными зрачками, в которых плескались боль и ненависть. Поначалу я решила, что это очередной ангельский посланник, но смотрела она вовсе не на меня, а на мою спутницу. В руках девушка держала ручку, но, судя по сказанному, была довольно далека от желания попросить автограф.       — Это всё твоя вина!!! — внезапно закричала она, бросаясь на опешившую от такого демонессу, не ожидавшую нападения и явно понятия не имеющую, что в такой ситуации делать.       Тело среагировало само, на автомате заслоняя Леви от нападающей, пока мозг в панике соображал, стоит ли в такой ситуации звать Мицуки. Предплечье прострелило болью, заставив меня тихо взвыть, но девушку я всё же остановила, с силой оттолкнув от нас на тротуар. Поскольку стояли мы на весьма оживленной улице, народ, привлеченный такой активностью, начал останавливаться, присматриваясь к происходящему. Раздались испуганные вскрики, кто-то звонил в полицию, но среди неравнодушных всё же нашлось пара мужчин, поспешно скрутивших продолжающую бесноваться психопатку.       — Это ты во всем виновата! — верещала вырывающаяся девушка, пытаясь высвободиться из удерживающих её рук, отчаянно пинаясь и дёргаясь.       Я закусила губу, морщась от боли и мысленно ругаясь на чём свет стоит. Будет в моей жизни хоть неделя, проведенная без травм?! Причем в этот раз мне даже винить в этом было некого, разве что собственную дурость и безбашенный героизм. Заррраза, ну почему я всегда сначала делаю, а потом думаю? Как будто наконец оправившейся от шока и обошедшей меня демонессе и правда нужна защита, ага.       — Ты хоть понимаешь, что ты сделала? — тихо произнесла подошедшая к девушке Леви, каким-то необычным загробным голосом, в котором явно слышалась угроза и с трудом сдерживаемая ярость.       Лица демонессы я не видела, но напавшая на неё девица внезапно затихла, с ужасом смотря в лицо супермодели и… начиная постепенно меняться. Окружающая нас толпа заворчала пытаясь понять, что происходит, а меня внезапно накрыл лёгкий страх. Это было довольно жутко — наблюдать, как меньше чем за минуту молодая и красивая девушка стремительно стареет. Кожа одрябла, покрываясь глубокими морщинами и пигментными пятнами, тёмные глаза потускнели, теряя цвет, а роскошные волосы поседели, так что мне даже сложно было поверить, что еще недавно эта старуха была моей ровесницей.       — Леви, стой! — в какой-то момент опомнилась я, ухватив знакомую за плечо здоровой рукой и вынуждая отвернуться от жертвы. Вроде помогло, но, увидев слабо светящиеся янтарные глаза демонессы с вертикальными зрачками, признаюсь, я невольно струхнула, отступив на шаг. К счастью, она всё же пришла в себя, моргнув и слегка тряхнув головой.       — Прости, — выдохнула она, оглядывая перешептывающихся людей и едва заметно хмурясь. Буквально в этот же момент, повинуясь её небрежному мановению руки, народ стал расходиться с уже знакомыми отрешенными взглядами, оставив рядом с нами лишь мужчин, удерживающих слабую старушку и парочку озадаченных полицейских.       Мицуки, вызванный Леви, приехал в рекордно быстрые сроки и, даже не удосужившись поинтересоваться тем, что произошло, без лишних вопросов затолкал меня в машину вместе со всеми покупками. Спасибо, что хоть не в багажник, в какой-то момент я всерьез опасалась, что хмурый и предельно сосредоточенный демон не отличит меня от груды пакетов. Все вопросы оба демона игнорировали, отмахиваясь от меня, как от надоедливого комара, так что до дома я добралась, так и не понимая, что происходит. Мне жутко хотелось расспросить их о произошедшем, но Леви осталась давать показания и разговаривать с представителями власти, а моего защитничка, как я уже знала, расспрашивать бесполезно. Пока он сам поговорить не захочет, будет лишь хмуриться и молчать, что-то обдумывая, обращая на меня внимания не больше, чем на предмет интерьера.       Впрочем, это не помешало ему довести меня до дома и обработать царапину, оставленную обычной и с виду безопасной ручкой. Жаль, я не догадалась прихватить её в качестве трофея, ибо ещё немного, и я с чистой совестью смогу открывать музей предметов, которыми меня ранили или пытались убить. Однако шутки шутками, но, пожалуй, мне имеет смысл пересмотреть список вещей, способных стать потенциальным оружием. Чёрт, да такими темпами я от любой ложки начну шарахаться, ведь, как выяснилось, было бы желание причинить кому-то вред, а уж способ всегда найдётся.